Развод не приговор

9 глава

Новая жизнь пугает, но жутко интересно, как я буду справляться с трудностями. Клинский, наполнив мой холодильник и полки разной едой, уходя, оставил еще свою карточку. Смущаясь и клятвенно обещая все вернуть, пришлось согласиться на его помощь. Я прекрасно осознаю, что без него мне некуда и не к кому идти.

Ночь на новом месте меня страшит, но я отважно забираюсь в кровать и моментально засыпаю от пережитых за день эмоций, не успев сказать заклинание по поводу того, чтобы на новом месте приснился жених невесте.

Я ведь скоро разведусь, мне еще можно попробовать устроить личную жизнь. Не в утиль же себя списывать.

Жених снился. Со знакомым лицом и проникновенным взглядом. Когда на утро открываю глаза, несколько секунд смотрю в потолок и пытаюсь понять, как воспринимать сон. В шутку или всерьез. Подумав минуту, решаю, что не стоит на такой ерунде зацикливаться. Вряд ли с Клинским мы перешагнем рубеж близких отношений.

Утренний ритуал в ванной занимает час. Я теперь не боюсь, что кто-то войдет без стука и увидит меня в одном полотенце. На завтрак готовлю себе простую яичницу. Всю жизнь мне еду кто-то готовил, к плите я подходила от случая к случаю. Благо на этой квартире техника вполне понятная, не чувствую себя совсем дурой-дурой в элементарных вещах. И все же понимаю, насколько не приспособлена к жизни. Меня растили в условиях, когда все вокруг за тебя делали, а ты просто жила и все. Итог не очень нравится. Главное, что у меня есть желание научиться, обучиться и стать более уверенной.

Помыв руками посуду, залезаю обратно в кровать и начинаю смотреть всякие ролики по быту, готовке и закупкам, начиная от бытовой химии, заканчивая едой.

Насмотревшись разных видео, подгоняемая чувством, что мне все нужно купить, что увидела, я выползаю из дома. Пешком иду до ближайшего магазина. В выходной утром на улице людей совсем мало. Любуюсь природой, не сразу замечаю, что прохожу мимо магазина, но спохватываюсь и возвращаюсь.

Совершать покупки с Антоном и делать выбор самой — разные вещи. Он четко знает, что нужно, сколько нужно и по какой цене нужно. С ним можно не включаться в процесс закупки, чувствовать себя просто красивой феей, которая крутит головой по сторонам. Я очень долго брожу между полками, вчитываюсь в этикетки, качаю головой от состава продуктов, сроков хранения. В итоге покупаю только минеральную воду и пару яблок. Довольная собой возвращаюсь домой, неожиданно сталкиваюсь с Клинским. Он в спортивном костюме, куртка нараспашку, под ней белая футболка. Даже не в официальном костюме очень красивый. Взгляд цепляет и задерживает.

— Доброе утро! — радостно приветствую Антона, чувствуя, как от широкой улыбки у меня на лице сводит скулы.

— Куда-то ходила? — замечаю в руках спортивную сумку.

— В магазин. Учусь самостоятельности. А ты куда?

— В бассейн.

— О, — удивленно округляю не только глаза, но и рот. — Мия тоже с тобой?

— Нет, Мия не умеет плавать.

— Я тоже не умею.

— Вот и сообразите на двоих, — Клинский обходит меня стороной, направляясь к машине. Я за ним хвостиком, как верная собачонка. Так хочется чуток побыть рядом.

— А что ты будешь после бассейна делать? — на мой вопрос Антон поворачивается ко мне, внимательно смотрит. Я тушуюсь под его взглядом, делаю шаг назад. Запоздало понимаю, что веду себя некорректно.

— Извини, — мямлю. — Хорошего тебе плаванья.

— Лен, — тихо окликает, я вскидываю голову. — Посмотри на досуге вакансии. Может что-то привлечет твое внимание. У тебя слишком много свободного времени, вот ты и маешься ерундой.

— Хорошо, — киваю. — Спасибо.

— Да не за что. Если что, звони мне или Мии, — с этими словами садится за руль, аккуратно выезжает со своего места.

Я глупо смотрю ему вслед. Вздыхаю. Он абсолютно прав, из-за того, что не знаю, куда себя деть, пытаюсь навязаться. Сержусь. Дома сразу же сажусь за поиск работы. Однако, не все так радужно, как хотелось бы. Где-то требовался опыт, где-то хотели сотрудника, готового жить работой, где-то зарплата заставляла просто плакать. Я в шоке, как люди выживают на такие деньги. А некоторые семьи содержат.

Смотрю на телефон. За сутки мои родные даже сообщение не соизволили написать и спросить, жива ли я вообще. Становится тоскливо, накрывает чувством полной ненужности. От мысли, что и Олегу на меня наплевать, хочется взвыть. Предаваясь невеселым мыслям, кто-то все же решается потревожить мое горькое одиночество. Смотрю на дисплей, высвечивается имя Мии. Сразу проходит хандра, хочется улыбаться. Просто поразительно, как двое людей заставляю меня сразу чувствовать себя лучше.

— Эй, Лен, как ты смотришь на то, чтобы сходить в парк прогуляться, а потом вкусно покушать? Знаю, что у тебя карта брата, поэтому будем ее потрошить.

— Мне нравится твое предложение. Обеими руками и ногами за.

— Я в тебе не сомневалась. Через полчаса жду тебя на парковке.

— Буду как штык!

Сестра Антона с первого мгновения нашего знакомства понравилась. Такого позитивного, улыбающегося человека я в своем окружении не видела. С ней легко. Она умеет держать в беседу в тонусе, при этом, не создавая неудобных и неловких пауз. Если вдруг возникает заминка, сразу же заполняется какой-то уместной шуткой. Не зря учится на дипломата. Не зря.

— Я думаю, нам нужно замутить вылазку в клуб, — Мия присаживается на скамейку, я рядом и вытягиваю ноги.

Людей в парке в выходной утром достаточно, но в основном это семейные пары или семья с детками. Одиночек мало.

— Нам нужно знакомиться с парнями, влюбляться, разочаровываться и расставаться.

— Кажется, мне это не нужно, — горько улыбаюсь, вспоминания свой предстоящий развод.

Нужно Антона спросить, когда эта юридическая канитель закончится. Нужно этот этап жизни пережить, сделать выводы. Вряд ли мне захочется сейчас с кем-то сближаться из мужчин. Все они будут казаться с двойным дном. Кроме Клинского. Ему верю.

— Твой брак — это недоразумение. Я подробности не знаю, но интуиция подсказывает, что твой муж плохой человек, раз не сумел тебя такую хорошую полюбить и беречь.

— Он мне изменил, тайно подал на развод и желает извлечь выгоду из развода, — поджимаю губы. — Никогда не выходи замуж по указке близких.

— О да…. — Мия закатывает глаза. — Именно поэтому я уехала от родителей. Они каждый день обсуждали, какая девушка нужна брату, при этом иногда размышляли, какой парень нужен мне.

— Твоему брату подыскивают девушку? — заинтересованно смотрю на сестру Антона. — Он сам не в состоянии?

— Думаю, что из-за работы он об этом даже не задумывается, а вот мама очень ждет внуков. И видимо будет еще долго ждать, — Мия усмехается, потом неожиданно хлопает в ладони и потирает их. — Кажется, я проголодалась, пора перекусить. Чур, я выбираю.

Мы выходим из парка, на автобусе едем в ресторан, который выбрала Мия. По дороге смеемся, замечаю, что грустные мысли не тревожат и тоска не кусает. Ожидаемо, что Мия тащит меня в национальный ресторан, кухня, которой ей знакома с рождения.

— Может, выпьем еще по рюмашке?

— Что? — удивленно округляю глаза. — Еще светло.

— Пить нужно только ночью? Что за стереотипы!

Мия заказывает бутылочку сладкой водки и много неизвестной по названиям мне еды. Сестра Антона интересно рассказывает, как и что кушать, при этом ловко жаря мясо. Я никогда подобного не ела и не готовила сама под руководством Мии. Сладкая водка оказывает легкой. Пьется как водичка, поэтому неожиданно к одной бутылочки присоединяется еще парочка. Светлый день неожиданно скатывается к вечеру. Внутри появляется пьянящая легкость.

Что у меня, что у Мии иногда вибрирует телефон. Мы не отвечаем, так как не хочется, чтобы прекрасное настроение портили. После вкусной еды и выпивки отправляемся бродить по городу, распевая разные песни, хихикая. Наше веселье, наверное, продолжалось до утра, только вот мы заинтересовываем сотрудников, соблюдающие порядок. Так как у нас не оказывается с собой документов, под ручки увозят в участок. Не вовремя садится мобильник у Мии, а мой не попадается мне на глаза. Кажется, где-то его оставила. Потеря расстраивает сильнее, чем то, что мы оказываемся в «обезьяннике». Однако, мы там долго не сидим. Кто-то находит номер телефона Клинского, и через час Антон приезжает. С мрачным взглядом, который ничего хорошего нам не предвещает. Кажись, грозовые тучи сгущаются над нашими головами.

Несмотря на свое пьяное состояние, я чувствую смущение, когда Клинский уходит объясняться с представителями правопорядка. Мия поет себе под нос, присутствие брата ее не напрягает. Она будто привыкла, что все проблемы решает за нее.

— На выход, — неприветливо нас оповещает сотрудник полиции, открывая дверь. Мия резво подрывается со скамейки и выходит. Я иду следом, не зная, как смотреть Антону в глаза.

— Карту, — первое, что просит Клинский, увидев нас.

Я спешно лезу в сумочку и достаю его карту. Получив ее, Антон отворачивается от нас и направляется на выход. Мия моментально меняется в настроении. Мы переглядываемся и, как провинившиеся дети, идем на улицу. Робко подходим к машине. Я сажусь сзади, сестра Клинского садится рядом со мной. Никто из нас не рискнул занять место спереди. Как только трогаемся с места, Мия робко подает голос:

— Мы немного увлеклись, развлекаясь. Немного выпили, было весело. Хотелось веселиться дальше. Прости.

Антон молчит. Его молчание выразительнее всяких нравоучительных слов и громких криков. Я чувствую себя виноватой. Хочется как-то исправить свой косяк.

— Я больше так не буду, — кается Мия. — Обещаю быть хорошей девочкой.

Молчание со стороны Антона не нарушается. В давящей обстановке доезжаем до жилого комплекса. Переглядываемся с Мией. Первый выходит Антон, мы следом, будто нам дали разрешение. Внезапно он останавливается, мы едва успеваем затормозить, чтобы не налететь на него. Оборачивается. Смотрит сначала на сестру, потом на меня.

— Иди домой, я провожу Лену до квартиры, — от его равнодушного тона я и Мия втягиваем головы в плечи.

Мия послушно семенит в сторону своего подъезда, я послушно иду за Антоном. Он открывает дверь и пропускает меня. В лифте я вжимаюсь стену, концентрируя внимание на цифрах. Однако, несмотря на то, что лифт вроде просторный, мне тесно. И немного душно. Обмахиваю свое лицо ладонью, чувствуя, как оно горит. Либо от алкоголя, либо от возникшей простуды. Чувство вины точит изнутри, как червяк яблоко.

— В алкогольном опьянении может случиться все что угодно. Не вы, так вас.

— Мы выпили чуть-чуть, — вяленько оправдываюсь.

— Чуть-чуть, что вас задержали, — в голосе Клинского слышится раздражение. — В любом случае, чтобы подобного больше не повторилось, в ближайшее время я подберу для тебя работу. Неважно кем, да хоть уборщицей.

— Ну…

— Зато не будет времени заниматься дуростью, — Антон оборачивается ко мне. — Или хочешь попасть в какие-то неприятности, чтобы Олег обосновано получил компенсацию? Думаешь, бабушка будет в восторге от сегодняшней ситуации? А если кто-то сольет журналистам ваши приключения? А? — от резкого повышения голоса я вздрагиваю. Клинский это подмечает, поджимает губы и отворачивается.

— А что там с моим разводом? — осторожно спрашиваю.

— Думаю, в ближайшее время решим этот вопрос. Вернешься домой? Пойдешь на уступки бабушки?

— А ты женишься на мне? — выпаливаю быстрее, чем понимаю смысл вопроса. Это алкоголь. Я дурная. Антон резко оборачивает, я прикусываю губу.

— И ребенка заделаем? — иронизирует, недовольно сверкая глазами. — С ума сошла?

— Может быть, — бормочу, юркаю мимо Клинского, когда дверки лифта раздвигаются. Он идет за мной следом. Перед дверью во мне просыпается воспитанная девочка.

— Чаем угостить? У меня есть печенье.

— Заходи, давай, — кивает на дверь.

Захожу в квартиру, Антон тоже. Алкоголь уже выветрился из головы, чувствую себя неловко, замечая, как меня внимательно разглядывают. У меня руки дрожат, вздрагиваю, когда чайник перехватывают, а спиной ощущаю твердой грудь позади. Вмиг в горле все пересыхает. Клинский волнует. Когда он так близко, что-то во мне непонятное происходит. Не в состоянии отстраниться, да и некуда.

— Ты стоишь слишком близко, — забираю чайник.

— Знаю, — как только Антон отходит, я перевожу дыхание.

Сердце в груди колотится как ненормальное. Прикладываю ладонь, пытаюсь унять свое суматошное состояние. Достаю чашки, ставлю их на стол, старательно избегая смотреть и случайно прикасаться к Клинскому.

— Я тебе нравлюсь?

Вопрос задан тихим голосом, но меня он оглушает. Смотрю в карие глаза растерянным взглядом, совсем не понимания, как ответить и нужно ли отвечать. У меня нет четкого ответа. Не могу сказать ни «да», ни «нет».

— Если у тебя есть ко мне чувства, то они останутся безответными. У меня в планах нет места отношениям. Надеюсь, этот факт поможет тебе разобраться в себе. Чай не буду. Спокойной ночи. Я пойду.