Развод. Приручить Бандита.

Глава 30

Варя

— Значит, в этом плане у тебя все без изменений, — замечает Яна, имея в виду мой брак. Мы болтаем. Обо всем. Как раньше... Будто и не было ничего. — А как беременность?

В шоке смотрю на нее.

— Откуда ты узнала? Я тебе не говорила.

— Так, болтают.

— Кто?! — удивляюсь еще больше. — Мирон?

— Нет, не Мирон. Его люди. Ваня.

— Кто такой Ваня?

— Водитель Мирона. Лосев Иван. Твой бандюган называет его Лосем. Мерзкий такой..

— Не знала, что ты общаешься с Лосем.

— Кто бы меня спросил, хочу ли я общаться.

Яна встает и начинает намывать фрукты у раковины. Поэтому мне приходится говорить с ее спиной, а не с ней самой.

— То есть… Тебя тоже контролируют?! Это вообще ни в какие ворота! Совсем оборзели… Я все выскажу этому негодяю…

— Ладно, Ивана еще потерпеть можно, — как-то быстро добавляет Яна. — Но твоего Мирона я на дух не выношу. И прости… Что я тебя им сдала. Тогда… Но у меня выбора не было. Мирон шантажировал меня ребенком. Говорю же, он мерзкий, Мирон этот...

— Понимаю. Они это умеют. Так, значит, Лось все растрепал?

— Я сама спрашивала, переживала, а тут… такие новости. Говорят, ты сына Мирону родишь.

— Боже, никому не говори! И вообще… Спасибо, что сказала. Не хватало еще, чтобы слухи о наследнике поползли еще дальше. Я и так… никуда уйти не могу.

— Офигеть! У тебя такой большой срок уже, а я и не в курсе! Подруга, называется.

— Я не знаю, кто у меня будет. Сын или дочь. Да, срок уже… хороший. Но для узи на определение пола еще рано.

— А я слышала, что уже можно по крови узнать. Говорят, сейчас тесты ДНК на определение пола по крови делают… Недешевое удовольствие, но и у тебя… не рядовой хулиган, а барон криминальный. Пусть раскошелится!

— Да зачем?

— Хоть какой-то толк от этих козлов…

Яна выбирает мандарин посимпатичнее и начинает его чистить, предлагая мне несколько долек. Меланхолично жую… Фрукты не впечатляют. Мяса хочется. Солонинку какую-нибудь… Балык бы погрызла. Вот черт, а… Только подумала, аж слюнки потекли.

— Значит, развод он тебе не даст?

— Сказал, и не мечтай. Мягко говоря. Так-то он другое сказал.

— Ну, ясно… И ребенок ему нужен? — уточняет Яна.

— Да. Но это ничего не меняет!

— Мммм… Вообще-то меняет! Знаешь, есть мужики, сделают бэбика и в кусты, даже алименты не платят! А детишкам столько всего нужно… — жалуется, имея в виду своего бывшего мужа. — Так что… Пусть хоть в этом, но твой Мирон лучше некоторых будет.

Может быть, и так! Но мне-то что с того?!

— А ты сама кого хочешь? Мальчика или девочку?

— От него? Никого! Зная правду о нем… Аборт бы сделала! — выпаливаю и чувствую, что мою щеку жжет.

Дверь открыта. И там… Мирон.

— Жду тебя. В коридоре. Собирайся.

Вот черт…

Как-то нехорошо вышло..

Глава 31

Варя

Мы едем в машине в полной тишине. Лось, теперь я знаю, что его зовут Иван, вообще как будто старается слиться с сиденьем. Потому что гнетущее молчание Мирона гораздо красноречивее всяких слов.

— Тормозни, где можно припарковаться, Лось. И сходи покурить, — просит Мирон.

Лось припарковал машину через две минуты, и ретируется прочь.

Я остаюсь один-на-один с Мироном. Он сидит на переднем сиденье, рядом с водительским.

Мне виден только его темноволосый затылок, и я могла бы посмотреть ему в лицо через зеркало заднего вида, если бы захотела. Но я не осмеливаюсь это сделать..

Напряжение в воздухе осязаемое и густое, как кисель.

— Аборт, значит, хочешь. То есть, сделала бы, — разворачивается в мою сторону Мирон.

Палит воспаленными глазами. Они у него будто кипят, я с трудом держусь.

— Не молчи. Говори, как есть. Ну! Сделала бы?! Если бы знала, какой я? Да? Сделала бы! И видеть меня не хочешь. Я перед тобой суечусь, лишний раз на тебя дышать боюсь, а ты не желаешь видеть, как мне херово от того, что я облажался по-крупному. Как исправить, не знаю, никогда с таким не сталкивался, и ты не помогаешь понять. Подступиться не даешь… Аборт бы сделала, — повторяет. — Ребенок все усложняет, да? Давай сделаем. Если это то, чего ты хочешь!

Меня будто швырнули в прорубь с ледяной водой.

— Что?

— Говорю, если хочешь, сделаем. Если это то, чего ты по-настоящему хочешь!

Я отползаю… Назад — некуда! В сторону отползаю от его взгляда, который всюду меня настигает.

— Ты больной. Больной, что ли?! У меня уже срок… Нельзя аборты делать на таком сроке! Ты… — выдыхаю.

— Но еще не так, чтобы очень огромный, да? То есть… Еще пол не сказать, но аборт в больнице тебе не предложат. Хочешь, врача найду тебе? Сделает все. Никто не узнает. Варь… — приближается ко мне, нагнувшись между сиденьями. — Да чего же ты хочешь?! — повышает голос.

— Что бы ты оставил меня в покое! Меня и ребенка! Не хочу я ему такой жизни, как у тебя!

— Ничего ты о моей жизни не знаешь! И по помойкам он точно хавку жрать не будет! — сжимает кулаки. — И в приемной семье говном болтаться тоже не придется!

— Ты только что предложил мне убить моего ребенка! Моего ребенка, ты… Чудовище! Ни за что. Я тебя сама… Сама за такое придушу. Ты отвернешься, а я найду способ… Только посмей! Только, блин, посмей тронуть малыша! — шиплю.

— Я уже не знаю, что тебе предложить, — выдыхает Мирон — Что, блять, тебе предложить, чтобы ты поняла… Ради тебя я на все готов. Вот так, бля. Неожиданно… Для самого себя. На все! И если надо убить, чтобы ты рядом осталась…

— Надо было просто меня любить! А не играть в любовь! Просто любить, но ты не умеешь!

— Так научи. Покажи. Дай почувствовать… — просит едва слышно.

Глаза красные, воспаленные.

Потом отворачивается и нажимает на кнопку, разблокировав двери.

— Можешь идти. Сумочка рядом с тобой. Бабки, телефон, документы, ключи от прежней хаты. Все при тебе. За тобой будут присматривать, сорян, но пока ты жена Калаша. И вроде все по Слепому поняли, что соваться не стоит, но все же. Охрана будет. Так надо. Бумаги на развод будут на днях. По фирмам чуть дольше выйдет, но расклад тебе мой юрист обрисует. Все будет чисто, шкурой своей клянусь, — усмехается глухо. — В накладе не останешься. Компенсация будет… жирной. За моральный ущерб и прочее. Фамилию верни девичью. Моей фамилией такой девочке, как ты, лучше не пачкаться.

Подгребаю сумочку к себе и, не веря словам Мирона, нажимаю на дверную ручку.

Она поддается.

Дверь распахнута, путь свободен.

Никто не держит…

Это правда? Или просто обман?

Я осторожно выбираюсь, в лицо бьет свежий ветерок, сегодня прохладно и пахнет дождем.

Неужели я свободна?