Ренард. Щенок с острыми зубами

Глава 20

Далеко идти не пришлось. «Остальные» сидели на ступенях ратуши, сразу за шатром полномочного примаса — два деревенских паренька под присмотром святого брата.

Вернее, это Ренард так сначала подумал, издали увидев белую хламиду с вышитым на ней красным крестом. При внимательном рассмотрении ряса оказалась простой накидкой поверх длинной кольчужной рубахи. Обычный верёвочный пояс заменял добротный кожаный ремень с полуторным мечом и кинжалом. Да и сам брат больше походил на матёрого бойца, чем на приторного священника. По крайней мере, Ренард таких раньше не встречал. Даже воины Храма по сравнению с ним выглядели бледновато.

Его размышления прервал грубый толчок в спину.

- Здесь жди, — бросил напоследок телохранитель примаса и ушёл обратно в шатёр.

Де Креньян пожал плечами и, поймав недоброжелательный взгляд воина, уселся отдельно от остальных. Не специально, так получилось. Парни, при виде чёрной рясы с крестами, сами отодвинулись на максимально возможное расстояние.

Ренард лишь усмехнулся при виде такой реакции. Общения он не жаждал, да и с деревенскими у него отношения никогда не ладились. Так что бог с ними, пусть сидят где хотят.

Ждать пришлось до самого вечера, наблюдая за бесконечной вереницей отроков. Дважды поток останавливался, и к ратуше приводили нового кандидата, прошедшего инквизиторский отбор. Кандидата куда? Ренард и сам бы очень хотел узнать. Можно, конечно, спросить у охранника, но один взгляд на его суровое неприветливое лицо отбивал всякое желание разговаривать.

С наступлением сумерек их отвели в правое крыло ратуши и заперли в просторном пустом зале. Ночевали прямо на полу, на приготовленных кем-то заранее соломенных тюфяках. Для отправления естественных надобностей у дверей оставили поганое ведро. Одно на пятерых человек. Так что к утру здесь воняло так, что Ренард с теплом вспомнил карцер храмовников.

Ближе к полудню каждому выдали большую кружку с водой и по краюхе чёрного хлеба. Так себе трапеза, но Ренард, голодавший уже трое суток, слупил скудное угощение за милую душу. Он бы ещё попросил, но, похоже, добавка не подразумевалась.

Что предстоит дальше, никто толком не объяснял, оставалось только ждать и гадать, для чего их всех тут собрали. Вслух предположений никто не высказывал. Каждый боялся, что сболтнёт лишнего и это дойдёт до ушей инквизиторов. А Ренарда вообще воспринимали, как вражеского лазутчика. Он то и дело ловил на себе косые взгляды остальных.

Собственно, ему было на всех наплевать, поэтому он утащил свой тюфяк в дальний угол и устроился там, натянув капюшон до самого подбородка. Так и думалось легче, да и видеть он никого не хотел.

Неизвестность не то чтобы страшила, скорее, вселяла неуверенность в завтрашнем дне. Пока ясно только одно: причина, по которой он здесь оказался — это божественный дар. Именно из-за него преподобный отец Бонифас излечил Ренарда, отвадил дознавателя и утихомирил сержанта. Но как бы там ни было, неясно ещё, чем дело закончится. У Святой Инквизиции свои планы, о них известно только Всевышнему, да и то не всегда.

На второй вечер в комнату привели ещё четверых, а на третий — всего одного, но зато какого. Его Ренард сразу узнал. Аристид де Лотрок. Как всегда, модный, разряженный и надменный, но на этот раз без шпаги, которой он так гордился. Похоже, оружие отобрали и у него. Молодого дворянина без всяких церемоний впихнули внутрь помещения, и захлопнули следом двери.

- Выпустите меня немедленно! — тут же заорал он, дёргая за ручку, и заколотил кулаком по тяжёлой створке. — Я буду жаловаться! Вы знаете, кто мой отец?!

В ответ — ожидаемая тишина.

- Бесполезно, — посоветовал ему один из «стареньких». — Они с нами даже не разговаривают. Лучше бери тюфяк и устраивайся на свободном месте.

- Это с вами они не разговаривают! — фыркнул Аристид, смерив советчика высокомерным взглядом. — И я не нуждаюсь в рекомендациях. Тем паче, от нищих голодранцев.

Де Лотрок бился в дверь ещё минут двадцать, пока, наконец, не устал. После чего брезгливо покосился на поганое ведро и оставил свои попытки. Тюфяки его тоже чем-то не устроили, и он отошёл к дальней стене, где встал в горделивой позе, скрестив на груди руки и оттопырив нижнюю губу.

Ренард с удовольствием побился бы об заклад, что дворянчик так долго не выдержит. Но, во-первых, спорить было не с кем и не на что, а во-вторых, Аристид действительно вскоре опустился на пол, оперевшись спиной о стену. Так и уснул, бедолага, скрючившись в неудобной позе.

***

Дальнейшие перспективы разъяснились на следующее утро. В неурочный час дверь отворилась, и вошёл не кто иной, как сам полномочный примас. Его сопровождали непременные телохранители и воин, которого Ренард в первый раз принял за монаха.

- Рад видеть вас в добром здравии, дети мои, — с мироточивой улыбкой поздоровался отец Бонифас, проигнорировав духоту и зловоние.

Отроки зашевелились, нестройно поприветствовали гостя и принялись подниматься с тюфяков. Лежать в присутствии преподобного было не с руки, поэтому встал и Ренард. Даже напыщенный Аристид присоединился к остальным, впрочем, соблюдая известную дистанцию. Инквизитор обвёл юношей отеческим взглядом.

- Вам, наверное, интересно, для чего вас всех здесь собрали? — спросил он и сам тут же ответил: — Вас не просто собрали, вас выбрали для служения Господу нашему. Особенного служения. Каждый, из здесь присутствующих, отмечен печатью всевышнего. А кому многое дано, с того многое и спрашивается. Вам судьбой предначертано стать воином Триединого…

Судя по реакции, новость никого сильно не вдохновила. Крестьянские дети испуганно переглянулись, кто-то совсем поник головой, только Аристид и Ренард остались невозмутимыми. Им, как младшим отпрыскам благородных родов, с детства была уготована воинская стезя, так что они не переживали. А полномочный примас меж тем продолжал:

- … Вас будут вдоволь кормить, добротно одевать и назначат ежемесячное денежное довольствие. Хорошее довольствие, хочу заметить.

А вот на эти слова деревенские откликнулись бодро. Обещание простых и понятных вещей заставило их повеселеть, а при упоминании о деньгах в глазах у каждого прорезался живой интерес. Аристид презрительно скривился — тупому быдлу лишь бы брюхо набить. Ренард только неодобрительно покачал головой, остальные эмоции скрыла тень глубокого капюшона.

- Вы стяжаете славу и доблесть в сражениях с врагами веры, церкви и государства… — не останавливался в словоизлияниях отец Бонифас.

На сей раз зажёгся огонь в глазах де Лотрока. Ренард же невольно вытянулся и чуть выпятил подбородок. Слава и доблесть — непустые слова, в остальном его всё устраивало. Если инквизитор не солгал, то предстоящая служба полностью отвечает первоначальному плану. Со сроками возвращения домой остался вопрос, но об этом пока рано думать. Толком ещё ничего и не началось.

- … само собой, если каждый из вас проявит достаточное рвение. Это в общих чертах, подробности вы узнаете на месте. Если есть вопросы, задавайте. Не стесняйтесь, дети мои, спрашивайте, — примас выжидательно замер.

- Когда мне вернут мою шпагу, святой отец? — выступил вперёд де Лотрок.

- Она тебе пока без надобности, сын мой, — успокоил его отец Бонифас. — Ты её обязательно получишь позже, в своё время.

Аристид набрал воздуха в грудь, чтобы уточнить, когда именно, но преподобный остановил его жестом.

- Ещё вопросы?

- А если мне всего этого не надо, и я хочу вернуться? — осмелел рослый, изрядно перекормленный детина.

- Исключено, — отрицательно покачал головой примас, а телохранители за его спиной напряглись.

- А если я сбегу? — продолжал настаивать юноша.

Отец Бонифас подошёл к нему вплотную, посмотрел в глаза добрым взглядом, по-отечески похлопал по плечу и ответил с ласковой улыбкой:

- Тогда мы вырежем всех твоих родственников до седьмого колена.

Любознательный отрок поперхнулся от таких слов, остальные заметно приуныли.

- Ну, будет вам, отчего вы так расстроились? — ещё шире улыбнулся инквизитор, — Все вы добрые дети церкви, и я думаю, что до этого дело у нас не дойдёт. А сейчас вас заберёт брат Жоффррэй и расскажет, что нужно делать. Но я не прощаюсь, мы ещё не раз увидимся.

Отец Бонифас кивнул своим телохранителям и чинно удалился. Вперёд выступил воин, которого Ренард в первый раз принял за монаха.

***

- Построились! — приказал брат Жоффрэй.

Он, в отличие от преподобного, был немногословен и отнюдь неласков. Отроки выстроились в неровную линию. С одной стороны встал Аристид, кривя губы от такого соседства, с другой — Ренард, так и не снявший с головы капюшон.

- Скажу один раз! — рыкнул воин, налегая на раскатистую «Р». — Слушать меня беспрекословно, дважды повторять не стану. Провинившиеся получат плетей. Это понятно?!

После тёплого, в целом, вступления отца Бонифаса, слова вновь обретённого командира выплеснулись на отроков ледяной водой. Даже де Лотрок не осмелился возразить. Ну а Ренард просто ждал развития событий. Брат Жоффрэй окинул всех хмурым взглядом и, расценив молчание, как знак согласия, закончил вводную:

- А сейчас мы проследуем к месту службы. Всё, выходим по одному!

Вот и весь сказ.

«Избранные» с унылым видом потянулись из комнаты и если у кого-то и возникли мысли сбежать, то они быстро пропали. В коридоре их дожидался ещё один воин. Такой же немногословный, недобрый и с длинным мечом на поясе.

Ренарда, выходившего последним, брат Жоффрэй придержал.

- Преподобный приказал тебе передать, — он протянул де Креньяну амулет.

- Спасибо, — машинально поблагодарил тот и, не удержавшись, спросил: — А кинжал?

- Других распоряжений не поступало, — отрезал брат Жоффрэй и подтолкнул собеседника в спину. — Поторапливайся.

Ренард на ходу надел амулет на шею и последовал за остальными. Отроков вывели из здания ратуши, только не на площадь, а во внутренний двор, где их дожидались кони. Могучие вороные зверюги брата Жоффрэя и его молчаливого товарища. Они взобрались в сёдла, а Ренард, сколько ни крутил головой, других скакунов не заметил. Похоже, им предстоит пешее путешествие. Понял это и де Лотрок.

- А мне вы тоже предлагаете своими ногами идти? — возмущённо воскликнул он, вскидывая подбородок. — Благородным не подобает…

В ответ плеть Жоффрэя щёлкнула у него над ухом и оборвала тираду на полуслове.

- Бегом! — приказал воин и, дав коню шенкелей, выдвинулся вперёд. — Не растягиваемся.

- Когда мне вернут мою шпагу, я вызову тебя на дуэль, — запальчиво крикнул Аристид ему вслед.

- Дыхание побереги, — не оборачиваясь, посоветовал ему воин.

***

«Избранные» покинули город и взяли направление на запад. Это Ренард по солнцу определил. Ему бежалось легко, молодое сильное тело соскучилось по движению. Поначалу длинная ряса мешала и путалась в ногах, но он догадался подоткнуть ту за пояс и вскоре вырвался вперёд, далеко опередив остальных.

Хуже всего пришлось Аристиду и пухлому отроку, который просился домой. Один был слишком изнеженным, у второго сказывался лишний вес. Не бегуны. Они быстро отстали и позади то и дело раздавался посвист плети — замыкающий воин подгонял их подручными средствами.

Через два часа брат Жоффрэй объявил короткий привал. Отроки, непривычные к долгим пробежкам, повалились в траву на обочине. Ренард же ходил кругами, разгоняя кровь в мышцах, и восстанавливал дыхание. Воин с прищуром понаблюдал за ним какое-то время, но ничего не сказал, лишь одобрительно хмыкнул.

- Давайте, хотя бы телегу наймём, — предложил Аристид, едва отдышался. — Я заплачу, если у вас денег нет.

- И нас обещали кормить, — вторил ему пухлый с мольбой в голосе.

Воины в ответ переглянулись и расхохотались.

- Тебе надо тренировать выносливость. А тебе не мешало бы похудеть, — ответил Жоффрэй отсмеявшись. — Поэтому никаких телег и еды. Для вашего же блага. Псам не нужны неженки.

Последняя фраза осталась непонятой, но переспросить никто не решился. Только Аристид всё не унимался.

- Но мы избранные, и я… — хотел он ещё что-то сказать.

- Я вижу, ты не устал, новобранец? — оборвал его брат Жоффрэй. — Тогда отдых закончен. Поднимаемся!

И отроки, втихомолку костеря болтунов, побежали дальше.

Следующая остановка продлилась дольше. Де Лотрок со вторым нытиком, похоже, сделали выводы и не стали раздражать командира глупыми вопросами. Тот в качестве ответного жеста, на этот раз позволил всем отдохнуть вволю.

После четвёртого привала, когда даже Ренард начал сдавать, их нагнал такой же отряд. Тоже отроки. Тоже «избранные». Тоже в сопровождении двух конных воинов. Только двигались они пободрей и не выглядели настолько уставшими. Командир вновь прибывших поравнялся с братом Жоффрэем и затеял с ним разговор. Ну а Ренард, бежавший первым, невольно подслушал.

- Сколько набрал, Жоффрэй?

- Десяток.

- Есть толковые?

- Один вроде подаёт надежды.

- А у меня семеро и все безнадёжны, — пожаловался предводитель второго отряда. — Только в дворню или в замковую обслугу, воинов нет.

- Может, ещё прорежутся, сам же знаешь, как оно бывает, — успокоил того брат Жоффрэй. — Там разберёмся, считай, уже почти приехали.

Они как раз взобрались на взгорочек, и сверху открылся потрясающий вид. Излучина широкой реки огибала долину с редкими пологими холмами, а на обрывистом берегу возвышался настоящий рыцарский замок. Даже не замок, а целый город, если судить по размерам. Ренард не удержался и остановился на миг, поражённый увиденным, но насладиться зрелищем в полной мере не пришлось.

- Ставлю два золотых что мои будут первыми, — предложил незнакомый воин, отбросив уныние.

- Не совсем честно, ты не находишь? — заметил брат Жоффрэй задумчивым тоном. — Мы, считай, в дороге с рассвета и почти вдвое больше прошли.

- Иначе было бы неинтересно, — рассмеялся его собеседник. — Ну так что? По рукам?

- По рукам. Отвечаю, — хлопнул по протянутой ладони Жоффрэй, обернулся к отрокам и крикнул: — Кто прибежит последним, получит пятнадцать плетей! А если мы проиграем, то каждому лично выпишу по десятку! Вперёд, доходяги! Бегом!

Ренард усмехнулся такому решению, наддал ходу, но вскоре замедлился. Ему пришла в голову мысль и мысль неприятная. В собственных силах он не сомневался, но получать десять плетей за того же де Лотрока или, скажем, Пухлого, ему не хотелось. А они по-любому не добегут, конечно, если не предпринять необходимых мер. И кажется, он знал, что нужно сделать.

- Брат Жоффрэй, — Ренард обратился к воину, поравнявшись с его скакуном.

- Просто Жоффрэй, — поправил, усмехнувшись в усы, и наградил де Креньяна заинтересованным взглядом, — у нас принято по-простому. Чего ты хотел?

- Хотел попросить вашу плеть.

- Держи, — не стал отказывать командир.

Получив требуемое, Ренард ещё замедлил шаг и пропустил вперёд основную группу. Обещанное наказание заставило всех ускориться. Аристид с Пухлым, тоже старались изо всех, но всё равно отставали. А на пятки уже наступал второй отряд, подгоняемый криками «своих» всадников. Они действительно устали меньше, или им пообещали больше. В смысле плетей.

- Быстрее, жирдяй! Вперёд, де Лотрок! Пошёл! Пошёл! — заорал Ренард и перетянул их по очереди плетью.

Толстый заверещал и прибавил, вырываясь вперёд. Аристид же обернулся к обидчику, и в его глазах мелькнула тень узнавания.

- Де Креньян, ты? Как ты смеешь, мерзавец! Ты мне за это ответишь! — завопил он, бросая руку на пояс, схватил пустоту и добавил: — Когда мне вернут мою шпагу!

От возмущения графский отпрыск сбился с шага, запнулся и чуть не упал, но Ренард успел схватить его за шиворот, выровнял и пинками погнал дальше.

- Пошёл! Пошёл! Пошёл!

Каждое слово сопровождалось свистом плётки и хлёстким ударом. Де Лотрок взвыл, прибавил прыти и, перегнав Пухлого, бросил через плечо:

- Я с тобой ещё посчитаюсь, де Креньян!

- Обязательно посчитаешься! Беги давай, не отвлекайся!

Сейчас не до этого. Топот преследователей всё ближе и ближе, а там и проигрыш не за горами. И десяток плетей.

Плетей! Очевидно же!

Случайная мысль подсказала решение. Немного жульническое и жестокое, но правила состязания не оговаривались.

Натужное дыхание раздавалось уже за спиной, и Ренард хлестнул плетью наотмашь не глядя. И судя по крику, полному обиды и боли, попал. Де Креньян развернулся, снова замахиваясь, перетянул второго поперёк груди, достал в плечо третьего. Остальные остановились на безопасном расстоянии, не зная, что им предпринять.

- Эй, так нечестно! — возмущённо завопили избитые отроки.

- Жоффрэй, угомони своего бесноватого! — воззвал к справедливости их командир.

- Всё в пределах пари, дружище, — довольно захохотал тот в ответ. — Иначе было бы неинтересно. Ты ведь сам говорил.

Ренард сдерживал соперников, пока его группа не оторвалась на три полёта стрелы. И только потом устремился вдогон, звонко щёлкнув плетью напоследок. Он догнал своих почти у самого замка. Аристид с жирдяем снова тянулись в хвосте, и Ренард помог им как мог. Двумя ударами. Каждому.

Понятно, что они пришли первыми.

С башен за состязанием с интересом наблюдали стражники и судя по громким всплескам эмоций, тоже делали ставки. Командир второго отряда, молча, вложил два золотых в ладонь Жоффрэя и погнал своих в замок. Перед тем как уйти, каждый соперник наградил Ренарда ненавидящим взглядом, но тот лишь поглубже натянул капюшон на лицо и притворился, что ничего не заметил. Победа того стоила. Вернее, уцелевшая спина.

- Брат Жоффрэй, — раздался противный голос де Лотрока. — де Креньян пришёл последним, и я надеюсь, он получит свои пятнадцать плетей в полной мере.

- Далеко пойдёшь, — весело усмехнулся воин. — А ты не думал, что если бы не де Креньян, то эти пятнадцать плетей достались бы тебе? Плюсом к десятку, который получил бы каждый из вас. Так что скажите ему спасибо. Всё рот закрыл и пошёл. Заходим, заходим, не задерживаемся.

Но Ренард не послушался и задержался. Плеть вернуть, ну и спросить кое-что.

- Каких псов ты имел в виду, Жоффрэй? — напомнил он разговор на первом привале.

Воин в ответ показал глазами на арку ворот. Там, прямо в каменных блоках стены, была высечена надпись. На тайноцерковном.

DOMINE CANES

А ниже кто-то дописал неровными буквами, но уже на общедоступном.

Псы Господни. Вольер для щенков.

Продолжение истории здесь: https://author.today/reader/235058/2112460