Ритуал. Нарочно не придумаешь

Глава 4

— Я весь внимание, — демонстративно сжав одной рукой локоть другой руки, произнес я.

«Тот, кто придумал дать мне сладкую вату, натуральный садист, — пронеслось у меня в голове. — И главное, и есть-то её не хочется, и выкинуть жалко».

Я тоскливо посмотрел в сторону мусорки.

— Даже так? — если бы он стоял напротив меня, то было бы видно, как Олег удивлённо вскинул брови.

«Не ожидал, что букашки могут бунтовать? Думал, я испугаюсь и не смогу дать тебе отпор, показать кто хозяин в этом теле, а потом ты преспокойненько займешь моё место⁈ Не дождешься, гад!» — злорадно произнес я про себя.

— А как ты хотел? Ты взял без спроса чужое тело. Моё тело!!! Так будь добр объясниться. Даже не объясниться, а отчитаться за те дни, что каким-то образом я оказался в отключке. Откуда деньги? Кто эти люди? Чего они хотят? Кто ты такой, Олег? Знаешь, начинать новую жизнь со вранья — хреновая тема. Это даже понятно такому неудачнику, как я, — зачастил я, раскручивая в руках сахарную вату.

— Я не врал тебе. Ты не спрашивал, сколько прошло дней. Вспомни, я воспользовался твоим телом, пока ты спал. И это чистая правда, видимо, на фоне стресса это продлилось намного больше, чем обычно. Но это мои предположения. Да и не следил я за временем. Не до того было, — грустно вздохнул Олег.

— Допустим. А что насчёт денег? Это же из-за них меня пытались прикончить? — перед глазами сразу всплыли рожи верзил, привязавших меня к стулу.

— Не совсем… — снова ушёл он от ответа, явно не желая развивать эту тему.

— Да ладно, ещё скажи, что просто поцарапал соседскую машину или склеил чужую бабу! — ехидно подколол я. Меня начинал жутко бесить его спокойный тон, как будто у него в порядке вещей было застревать в телах малознакомых ему людей. А потом так же в рутинном формате делать свои дела, пока хозяин тела спит.

— Фу, молодой человек, как грубо. Вы всё-таки разговариваете с человеком в два раза старше себя. Немедленно покиньте аудиторию, и завтра я хочу видеть ваших родителей… — произнес некто третий.

Повисшая немая сцена грозила потерей не только дара речи. Первым я не досчитался сладкой ваты. От неожиданности я выронил её из рук.

Потом заторможено наклонился, по инерции пытаясь поднять вату. Но так и завис, скособочившись внизу с вытянутой рукой, рассматривая, как муравьи, обрадованные такому подарку, активно растаскивают маленькие кусочки сладости на части. А я всё никак не мог понять, что это было? На всякий случай медленно, не привлекая внимания, я покрутил головой по сторонам. Но не обнаружил рядом искомый объект, способный произнести последнюю фразу. А так как кровь, прилившая к голове, да затекшая спина давали о себе знать, я медленно вернулся на лавку и, спрятав лицо в ладонях, тихо прихренел.

— Боже… — простонал я.

— Как человек, относящийся к сфере науки, я бы с вами поспорил. Но если вам так легче, вы можете помолиться, я подожду, — снисходительно снова произнес голос. — В минуты уныния каждый обращается к своим богам.

В голове нарастал гомон, а от зудения в ушах стало щекотно, словно я — одна из частей матрешки, причем самая маленькая, а другие ожившие оболочки вдруг разом решили со мной поговорить.

— Тихо! — прокричал я что было сил, хлопнув себя по ушам.

Пожилая пара, прогуливавшаяся мимо лавочки, где сидел я, в ужасе отпрянула. Старички покачали головами и осуждающе посмотрели на меня, ускорив свой размеренный шаг в противоположную сторону, изредка оглядываясь на меня.

— Что смотрите⁈ — снова крикнул я, не сдержав эмоций.

Мной обуяло отчаяние.

Я начал сходить с ума или, может, я уже давно такой? И просто не замечал за собой всех этих изменений. Не мог же я свихнуться вот так сразу? Или мог? Всё, мне нужна помощь!

Встав со скамейки и перешагнув через сахарную вату, пошатываясь, засунув руки в карманы, я побрел прочь из парка. Нужно что-то делать, пока я всё ещё хозяин в своём теле. Неизвестно как долго я смогу его контролировать.

Нащупав в штанах телефон, я достал не свой старенький смартфон, а тот, что приобрёл для себя Олег.

Мне стало мерзко. Я держал в руке предел мечтаний многих, и я сам бы ещё месяц назад радовался такому «подарку» судьбы, а сейчас? Сейчас хотелось шмякнуть его со всей дури об асфальт. Но я сдержался.

Скривившись, я разблокировал его и вбил в поиск «Бесплатная психологическая помощь» и, найдя адрес поблизости, начал переходить через дорогу, сверяясь с маршрутом по карте на экране.

Может, это мой единственный шанс сдаться на милость мягким стенам и решеткам на окнах да манной ка…

— Берегись! — прокричал Олег и, на мгновение взяв контроль над телом, увёл меня в сторону из-под колёс иномарки.

А говорил не может…

Звук взвизгнувших тормозов заставил прийти меня в чувство. Но я всё еще оторопело смотрел на чёрный капот, не в силах пошевелиться. Нет, Олег, надо отдать ему должное, сразу отошёл на второй план. Да и тот второй не отсвечивал, предпочитая, видимо, чужими руками разруливать конфликтные ситуации.

— Тебе что, жить надоело⁈ — прокричал, высунувшись из автомобиля, водитель. — Развелось наркоманов, ни пройти ни проехать! А ну, уйди с дороги, падаль!

Не унимался мужчина, оно и понятно, я не спешил уйти с проезжей части, что собрало пусть небольшую, но всё же пробку. Скопившиеся водители высказывали своё недовольство, давя на клаксоны и громко ругаясь в открытые окна. Самые нетерпеливые выруливали на встречку, продолжая гудеть и показывать в открытые окна неприличные жесты, снабжая их отборным матом.

И вдруг меня взяла такая злость. Да шло оно всё лесом!

— Эй, парень, ты чего? — высунувшись было, водитель в ужасе отпрянул и закрыл окно, наставив на меня камеру смартфона. Он что-то ещё говорил, но из-за закрытого окна не было возможности хоть что-то различить. Да я и не пытался.

Мне было всё равно.

Я что было сил пинал капот, оставляя огромные вмятины. Но и этого мне было мало: досталось всему, до чего я мог дотянуться. Пинком ноги я отломал боковое зеркало и стал бить им лобовое стекло.

— Остановись… — обеспокоенный голос Олега звенел в ушах. — Хватит! — прокричал он, остановив руки в замахе для следующего удара. — Успокойся, слышишь⁈

— Пусти меня! — прокричал я, бросил зеркало на асфальт. — Уйди! Я не желаю тебя больше слышать! Уйди из моей жизни! Верни мне мое тело!!!

— Молодой человек, ваше поведение иррационально. И не поддаётся логике в глазах окружающих. И может квалифицироваться как нервное расстройство. Вы запросто можете угодить в изолятор временного содержания. А оттуда вас распределят в ближайшую психбольницу, — раздалось у меня в голове, немного прикартавливая, но вполне с различными приказными нотками.

Теперь я кукла чревовещатель. Эта мысль настолько поразила меня, что я нервно усмехнулся, еле сдержавшись, чтобы не засмеяться в голос. Вопрос только, где рука?

— О, ещё пожаловал, — прокомментировал я, до этого всячески игнорируя появление нового голоса в своей голове.

Пнув напоследок колесо иномарки, что чуть не сбила меня, и больно ушибив большой палец, я, наконец, ушёл с проезжей части на тротуар и постарался затеряться между многоэтажных домов.

— Я понимаю ваше негодование, но предлагаю обсудить сложившуюся ситуацию в более спокойной обстановке, — примиряюще проговорил голос.

— Понятно, значит, парк и вата были твоей идеей, — почему-то захотелось вернуться в парк, подобрать эту вату и, если представится такая возможность, затолкать ее в этого умника.

— Прошу без панибратства! Мы с вами на брудершафт не пили, — обиделся голос.

— Максим, я знаю, как это выглядит со стороны…

— Да что ты знаешь? Что ты понимаешь? — перебил я Олега, решившего вставить свои пять копеек. — Лучше вообще молчи! — снова, не сдержавшись, прокричал я.

— Ты совсем обдолбанный⁈ Ты мне денег должен, засранец, за разбитую машину! — водитель того несчастного автомобиля выскочил на меня и попытался схватить за рукав, но я отшатнулся и его рука прошла в стороне. — Никуда ты не пойдёшь до приезда полиции!

Я всё продолжал пятиться пока не запнулся о бордюр и не растянулся на газоне, глядя на надвигающегося на меня мужика.

— Эй, парень, у тебя всё хорошо? — окликнул меня какой-то прохожий сбоку, тем самым отвлек внимание водителя.

— Нет, это что-то меняет? Отстаньте все от меня! — огрызнулся я в ответ.

Воспользовавшись тем, что мужик обернулся на голос, я резко вскочил и бросился бежать что было сил, совершенно не разбирая дороги.

— Стой, гад! Я тебя запомнил! Все видели этого урода⁈ — кричал вдогонку мужик, но уже не так уверенно, как раньше.

Вернувшись к своему автомобилю, он как законопослушный гражданин попытался вызвать аваркома, но проезжавший мимо патруль, лихо развернувшись и припарковав уазик наперерез покореженной машине, отвлек внимание горе-водителя, показательно охающего и ахающего над своей разбитой тачкой.

— Сержант Степанов, что у вас стряслось?

— Сержант, наконец-то! — радостно прокричал водитель, отходя в сторону, чтобы можно было оценить весь масштаб трагедии. Он достал документы из салона и в нервном напряжении так хлопнул дверью, что бампер отвалился, с грохотом упав на асфальт.

— Руки на капот, стреляю без предупреждения! — напрягся полицейский.

— Да ты что, офонарел, сержант? — не сдержался мужик, не ожидавший такого поворота.

— Руки на капот! — прокричал что было сил сержант, на ходу расстегивая кобуру и передергивая затвор, внутренне ликуя и представляя, как он выпивает граненый стакан со звездочками за новое звание, полученное в ходе поимки особо опасного преступника.

Перепугавшись, мужик медленно поставил руки на капот и заглянул вниз, где сиротливо лежал покореженный бампер: внутри него, плотно примотанные друг к другу скотчем, ютились чёрные пакеты.

— Это не моё! — запоздало прокричал водитель, мысленно кроя матом себя, перебежавшего дорогу наркомана, полицейских и сам день, начавшийся с утра из рук вон плохо, а также тайное правительство, глобальное потепление, и рептилоидов, активно ведших свои передачи на очень рычащем канале.

Однако главной виновницей случившегося являлась, будь она неладна, теща. Это она настояла, чтобы именно сегодня он отвез канистры с удобрением на дачу. И, подозревая именно ее, водитель был близок к истине как никогда.

Водила ещё не знал что свёртки в бампере это её рук дело. Нет, конечно она не хотела его посадить. Как вы могли такое подумать?

Просто для большего заработка ее любимого зятя, по совету одной умной женщины, она решила ему помочь. Оградить от злых языков, взглядов, так сказать, удобрить почву для активного карьерного роста. Ведь не зря говорят: для осуществления мечты нужно приложить усилия.

— Да просто лотерейный билет купите, Лариса Дмитриевна! — прокричало проведение. Но Лариса Дмитриевна в лотерейные билеты не верила, а зря, выигранной суммы хватило бы ей чтобы посетить не только Париж, но и отстроить небольшую дачу в области и даже обновить гардероб. Но это, увы, в другой вероятности, где Лариса Дмитриевна пошла другим, гуманным путём.

В наше же время она предавалась мечтам о Париже. А ловить ладошками Эйфелеву башню всегда приятнее, когда оплатил «ол инклюзив» твой любимый зять. Главное — вовремя оповестить об этом всех родственников и подруг из специального списка в блокнотике. Увы, в последние годы список вместо пополнения стремительно сокращался. Именно это и сподвигло Ларису Дмитриевну на активные действия, а то и похвастаться будет не перед кем.

Вооружившись фонариком, клетчатой сумкой и балаклавой для маскировки, она вызвала мужа на час и, оплатив двойной тариф, сделала задуманное.

— Это всё он, мой зять — золото, — репетировала речь перед своими подругами женщина, тихо поясняя, что зять, конечно молодец, но куда ему самому подняться так высоко без чуткого руководства в лице любимой тёщи и её секретного ингредиента, ради которого она пожертвовала собственной репутацией и была внесена в чёрный список местного цирка…

— Как, говно? — ошалело смотрел сержант на странные прессованные травяные брекеты.

— Ну вот так, ты, отсюда запаха не чувствуешь? — подозрительно посмотрел на него мужчина.

— Да у меня насморк с утра. А по виду так вот на траву прессованную похоже, — расстроено протянул Степанов, почесав затылок.

— Надеюсь, ты ее не пробовал? Конечно похоже на траву, только эту траву до этого ело животное, если я не ошибаюсь, кенгуру, а потом путем дефекации получилось это, — поднес вплотную к лицу отпрянувшего сержанта кусочек брикета криминалист. — Слышал, небось, про кофе, что поедают мусанги? Но если там процесс отлажен до мелочей и кофе вполне пригодно для употребления, то здесь-то явная кустарщина. И то непонятно зачем?

— Вот, а ты говоришь, говно. Наркота! — с надеждой глянул тот на стол. — А кофе твое это сам пей.

— Ну, только если ты поймал передовика производства, открывшего новый состав. Но анализы показывают, здесь дурью тут только твоей пахнет… А про кофе ты зря, такой кофе, пожалуй, как наркота и стоит.

Уже еле сдерживаясь, чтобы не заржать в голос, произнёс эксперт-криминалист, разглядывая покрасневшего сержанта.

Звездочки на погоны улетучились сквозь приоткрытое окно для проветривания, мелодично звякнув об асфальт.

— Мужики, а чем несёт… — прокричали из коридора.

— Да Петров дурью мается… — всё-таки не удержался коллега, засмеявшись до слез.

Сколько бежал не знаю. Наконец, тяжело дыша, я остановился во дворе, окруженном трехэтажными домами.

Углядев в кустах лавочку, я добрёл до неё и сел.

В ушах шумело, колол бок с непривычки, и… И всё. Тишина, в моей голове никого не было. По крайней мере, я никого не слышал.

— Не обольщайся, — тихо произнёс Олег.

— Ты всё ещё здесь? — на самом деле я и не думал, что так легко всё может закончиться. Но такая маленькая, безумная мысль пряталась где-то на задворках сознания, согревая и тихо шепча: «А вдруг…»

— А ты думал, вот так можно пробежаться, и нас выдует из твоей пустой головы попутным ветром? Это так не работает, — усмехнулся голос.

— Ты-то сам знаешь, как это работает? — подозрительно спросил я. Мне вдруг показалось, что я вот-вот подловлю Олега и, прижав к стенке, заставлю рассказать всю правду.

— Позвольте заметить, довольно знакомые пейзажи… — робко подал голос тот второй.

— Заткнись! — прокричали мы дружно с Олегом.

— Нет, не знаю, если бы я знал, как это работает, вряд ли бы выбрал в носители такое тело.

— Ну знаешь, не нравится, вали, тебя никто не держит, да и я плакать по тебе буду, — стало как-то даже обидно, тело, видите ли, моё не нравится. Тоже мне эстет-любитель.

— Здравствуй, Леничка, — раздался женский грудной голос откуда-то сбоку.

— Здравствуйте, Тамара Константиновна, — на автомате ответил я, удивлённо разглядывая опрятно одетую пожилую женщину. Она шла по тротуару к одному из домов и несла две сетки с продуктами. Да-да, именно авоськи, не пластиковые пакеты или бумажные, которые настолько вошли в нашу жизнь, что стали чем-то обыденным. А тут авоськи… С прямой спиной, в женщине чувствовалась стать и стальная хватка. Она по-доброму и в то же время строго посмотрела на меня, чуть склонив голову, и прошла мимо. Словно так она поступает всегда: идет мимо и, как с добрым соседом, здоровается со мной…

Так стоп, какой Леничка, какая Тамара Константиновна???

— Я всё же хочу взять слово. Пока идёт заминка. Меня зовут Леонид Яковлевич Рутенберг, я преподаватель кафедры астрономии… — произнес голос, чеканя каждое слово.

— Приплыли…