S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса

Глава 23

За три дня до ожидаемого обновления Африки всё-таки пришлось выбраться на Троечку – хижину, приспособленную под склад продуктовых запасов, брандашмыг благополучно сравнял с сухой африканской землёй вместе с её содержимым. Вторая часть запасов находилась в уничтоженном MAN-е. В MRAP-е, разумеется, запас тоже был, но, скорее, дежурный.

Гружёный всем уцелевшим скарбом натовский тягач сразу отогнали на другой берег реки, к давно уже подготовленным огненным линиям. Обмазали со всех сторон грязью и обложили пучками травы. А сами загрузились в MRAP.

Основная нагрузка по обеспечению безопасной дороги вновь легла на Винта. После встречи со «своими» Док немного пошаманил над бойцом и прописал ему новый, усиленный режим приёма пойла и гороховки. Винт попытался было заикнуться о том, что просто надо как можно больше этих растворов употреблять, и всё, но Док смерил его таким убийственным взглядом, что боец тут же перестал умничать.

– Эксперт диванный, – недовольно проворчал взводный врач. – ПТУ-шник, мля. И тот троечник. А возомнил себя спецом по местной генной инженерии.

Батя, наблюдавший за процессом «обследования» и перепалкой, хмуро усмехнулся. Дар Дока был для него совершеннейшей загадкой. Как можно на полном серьёзе утверждать, что видишь какие-то там энергетические каналы, тут же с умным видом рассказывать о ДНК и его изменениях на фоне употребления субпродуктов местной фауны, каждый представитель которой был когда-то обыкновенным человеком?

«Впрочем, почему нет? – сам себя одёргивал Батя. – Вон, у каждого из нас по Дару имеется. Скажи мне кто раньше, что такое возможно – пальцем бы у виска покрутил. Вот это вот скептическое «раньше» из меня и лезет. Хотя сам ведь знаю – тут и не такое возможно».

– Док, а Док? – неожиданно даже для самого себя позвал Батя. – А давай мы тебя не врачом, а шаманом теперь будем звать?

– А его как? – кивнув в сторону Винта, не оценил шутку Док. – Кинологом, что ли?

Вопреки ожиданиям, Винт заулыбался.

– А что? Я не против. В точку прям, подумаешь, собаки тут рогатые и размером великоваты. Зато слушаются.

Док возвёл очи горе. А Винт продолжил развивать тему.

– А Батя у нас будет невидимкой. Да, командир? Нравится?

Батя не был готов к такому повороту. Но, заметив, как обиженно засопел Док, решил поддержать Винта.

– Пойдёт, разрешаю. Док, так что?

Врачу все эти странные наименования не нравились – это было понятно по его кислому лицу. Но после того, как даже Батя согласился называться невидимкой, отступать ему было уже некуда.

– Тогда уж не шаманом, а лекарем, – дёрнув носом, предложил Док свой вариант. – Никаких духов я вроде пока не вижу, да и мои знания всё-таки основаны на науке, что, в свою очередь, позволяет проводить аналогии между средневековым синонимом врача, но уж никак не ассоциируется с шаманизмом и прочими...

– Хорошо, лекарем, – хором расхохотались Винт и Батя, внутренне приготовившись к тому, что Док сейчас в лучших своих традициях зачитает им часовую лекцию о разнице между шаманом и лекарем.

Как ни странно, Док, удовлетворённый тем, что отстоял своё наименование, демонстративно сплюнул и отвернулся.

Видимо, слово «лекарь» ему всё-таки нравилось.

... Полки в Троечке после недавнего обновления ломились продуктами. Удалось даже найти не успевший заплесневеть батон хлеба, который бойцы тут же с удовольствием съели, наслаждаясь давно забытым вкусом и не обращая внимания на чёрствость.

Пополнив запасы еды и имевшегося в хозотделе мыльно-рыльного, готовились уже отправиться в обратную дорогу, и тут внимание Бати привлекла полка с крупами. Вернее, не она сама, а рассыпанное под ней зерно. Вглядевшись, командир заметил несколько дырявых пакетов. И не смог сдержать радостной улыбки.

Сходив кошачьей миской, Батя поставил её на пол возле полки и наполнил её пойлом. Рядом положил пару горошин. И тихо, так, чтоб не услышали ни Винт, ни, тем более, Док, прошептал:

– С возвращением, Лариска.

На обратном пути снова встретили «своих». Твари вылетели из-за угла небоскрёба наперерез MRAP-у и остановились, как вкопанные. Бронеавтомобиль они, разумеется, не увидели – Батя держал его под своей невидимостью. Но Винт всё равно тут же взял их под контроль. Объехав «своих» по дуге, Док, сидевший за рулём, прибавил скорость.

Ушли легко, «свои» даже не дёрнулись за MRAP-ом даже после того, как Винт их отпустил. Однако уже через пару кварталов снова наткнулись на эту пятёрку.

– Они, мля, что, нас преследуют? – удивился Док.

– Винт? – обернулся Батя.

– Понятия не имею, – пожал плечами боец-кинолог. – Они как-то не докладывались о планах.

– Ладно, понаблюдаем, – решил Батя.

«Своих» снова объехали. И снова наткнулись на них уже на соседнем лоскуте.

– Да они издеваются! – возмутился Док.

Ситуация повторялась ещё четырежды. Окончательно «свои» отстали от MRAP-а незадолго до пересечения границы с Африкой. Батя, полный тех же подозрений, что и Док, уже готов был отдать приказ ехать к озеру, но ни в коем случае не сворачивать на африканский лоскут, с облегчением выдохнул.

– Думал, они и дальше за нами потащатся, – утёр лоб Винт. – Как уличные собаки, несущиеся за человеком, который их разок подкормил.

– А ты точно не кормил? – с обычным для него постным выражением лица уточнил Док.

Батя и Винт с одинаковым удивлением уставились на врача. Переглянулись и заржали в голос.

«Интересные всё-таки вещи этот мир со своей магическо-биологической заразой творит с людьми, – задумчиво почесал подбородок Батя. – В Ромео он с самого дна поднял на поверхность и усилил самые мерзкие его черты, о которых в прошлой жизни не догадывался ни Батя, ни даже высококвалифицированные психологи, проводившие тестирования на совместимость бойцов. А вот у Дока, вечно серьёзного и нудного, вдруг, откуда ни возьмись, появились зачатки чувства юмора».

Док, в общем и целом, никогда не вызывал у собственного командира никаких негативных эмоций. Даже его нудные, мало кому нужные объяснения разных специфических вещей вместо того, чтоб вызвать раздражение, будили в Бате внутреннего Петросяна. Док, конечно, немного обижался, когда командир начинал над ним подтрунивать, но довольно быстро и забывал об обиде.

Теперь же он и сам потихоньку становился юмористом.

В характере Винта вроде бы никаких особых изменений Батя пока не заметил. Боец всегда был прост в общении, надёжен, горой стоял за своих и никогда не испытывал жалости к врагам. Неизвестно, любил ли он животных или радовался появившейся возможности взаимодействия с обратившимися в чудовищ бывшими сослуживцами, но, наблюдая за ним украдкой во время встреч со «своими», Батя всё время замечал, как лицо Винта освещалось тихой радостью.

Интересно, а что поменялось в нём?

Этот вопрос Батя ещё ни разу себе не задавал – как-то не задумывался. Но твёрдо решил, что после ближайшего обновления Африки выделит время на то, чтоб покопаться в себе. В конце концов, в этом мире нет психологов, которые могли бы провести все необходимые тесты и составить карты личности каждого бойца с учётом изменений. Так что придётся Бате заняться освоением смежных, так сказать, профессий. Причём освоением сугубо практическим, с полного нуля и без учебных пособий, не говоря уже об учителях.

Но это потом, потом. Сейчас важнее всего подготовиться к грядущему обновлению Африки. И, как только оно произойдёт, вытащить живыми как можно больше бойцов. Только на этот раз вытащить практически голыми руками, не имея в своём арсенале ничего, кроме уже привычных огненных барьеров из натащенных с соседних лоскутов автомобилей, MRAP-а с установленным на крыше пулемётом и Даров.

Нереально? Совершенно верно!

Но Батя, несмотря ни на что, почему-то был полон энтузиазма.

***

– Док, уверен?

Врач с удивлением поднял брови и уставился на командира, сидящего рядом с ним на переднем сиденье MRAP-а с биноклем в руках.

– Нет, конечно, Бать. Просто предположил, что раз белка с тобой сработала, то и тут, может, принесёт пользу. Так что пока это только мои ощущения. А уверен я стану, когда своими глазами увижу подтверждение гипотезы.

– Ясно, опять авантюра, – вздохнул Батя, убирая от глаз бинокль, сквозь окуляры которого разглядывал повисший над Африкой туман.

– Да тут вся операция – сплошная авантюра, – хохотнул Док. – С «Калашами» и пятёркой «своих» – на толпу из сотен тварей.

– Огненные барьеры забыл, – напомнил врачу Батя и демонстративно поднял согнутую в локте руку, предварительно выпрямив три пальца, а остальные загнув. – Три штуки.

– Барьеры? – влез в разговор Винт, с комфортом расположившийся позади. – Я думал, ты про бойцов. И то Дока я бы за полбойца посчитал.

– Захлопнись, – посоветовал ему врач. – В следующий раз не буду тебе подбирать дозировки гороховки, чтоб Дар за неделю прокачать.

– Да поздно, подобрал уже, – осклабился Винт.

– А ну цыц! – прикрикнул на препирающихся бойцов Батя. – Начинается. Винт, готовься.

– Так точно, – посерьёзнел Винт и взялся за взятый в пару к «Калашу» АДС.

Прихватили его только по одной причине – в загашниках африканских ополченцев не нашлось зажигательной семёрки к «Калашам». Зато повезло с пятёркой для АДС – два цинка зажигательных хранились именно в том тягаче, который уцелел после визита брандашмыга.

Применить АДС предполагалось лишь в самом начале – для последовательного поджога трёх огненных барьеров. Но магазин, понятное дело, забили до полного.

Высунувшись в окно, Винт взял автомат наизготовку. А Батя вновь прильнул к биноклю. И, как только заметил, как туман стал отступать, отдал команду:

– Огонь!

Грянул выстрел, и в тридцати метрах позади MRAP-а вправо и влево побежали языки пламени, отрезая основную часть ломанувшихся на обновлённый лоскут тварей.

– Вторая линия – огонь!

Снова заполыхало, уже ближе.

– Третья – огонь! – отсчитав про себя две секунды, произнёс командир.

Выстрел прозвучал ещё до того, как он закончил. А ещё через секунду туман над Африкой полностью рассеялся.

– Сразу, сразу! – рявкнул Батя. – Гони, Док! Винт, прикрывай!

MRAP сорвался с места, с ходу преодолел растресканное глинистое дно пересохшей на этот раз реки. С рёвом проломился сквозь жухлую прибрежную траву и вырвался на относительно ровную землю.

Несмотря на то, что огненные барьеры в этот раз поджигали с некоторым опережением, на обновлённый лоскут прорвалось не менее трёх десятков развитых тварей и порядка двух сотен разной мелочи. В целом – немного даже по меркам Африки, не говоря уж о лоскутах с городской застройкой и высокой плотностью вкусного и питательного населения. Но для троих бойцов на одном бронеавтомобиле, для тварей являющемся всего лишь сделанной из фольги консервной банкой – недопустимо много.

Но в бой с монстрами в этот раз вступать никто не собирался.

Добравшись до крепости, Док сбросил скорость, а Батя быстро оценил обстановку и ткнул пальцем в сторону ближайшей стычки, где пятеро африканцев в компании двух бойцов пытались с разных сторон атаковать пару моллюсков.

– Туда!

Док снова усилил нажатие на газ.

Дела у сражающихся шли даже и неплохо – один моллюск успел уже лишиться руки и заметно хромал. Но всё равно был излишне быстр – на глазах у экипажа MRAP-а он сделал неожиданно быстрый рывок, махнул уцелевшей лапой и разом снёс сразу двух ополченцев. Бойцы, оценив обстановку, принялись отступать к крепости. А ополченцы, что-то заорав на своём языке, продолжили бой.

Это они сделали зря – моллюски, забыв об отступающих, сосредоточились на ополченцах. В течение пары секунд всё было кончено.

– Винт, делай, что хочешь, но чтоб до наших моллюски не добрались!

– Так точно, Бать.

Взять моллюсков под контроль Винт успел в последний момент. Заставил их отступить. Затем развернуться мордами в ту сторону, где виднелась стычка покрупнее, в которой, похоже, участвовал один из танков.

Бойцы, услышав шум двигателя, обернулись, и глаза у них полезли на лоб. Как, впрочем, и у экипажа MRAP-а – потому что одним из спасённых оказался... Псих.

– Мля... – тихо выдал Винт, едва не потеряв от неожиданности контроль над моллюсками.

Вторым бойцом был снайпер с позывным Сокол. Док остановил MRAP рядом с бойцами и крикнул:

– Внутрь! Живо!

Однако бойцы вместо того, чтоб послушаться, дружно наставили на Дока стволы.

– Что, на ваших глазах сдох? – криво усмехнулся тот, догадавшись о причинах такой реакции.

Бойцы кивнули.

– Так это ничего, – отмахнулся Док. – Я вот несколько дней назад видел, как тебя, Псих, вместе с Ромео огромная такая хреновина – сильно крупнее тех, которые сейчас тут лютуют, – в мокрое пятно превратила.

– А у меня с полгода назад Батя на руках умер, – высунулся и Винт. – Но я что-то его на прицеле не держу.

Бойцы не пошевелились, хотя на их лицах ясно была видна растерянность. Пришлось в дело вступить Бате.

– Док, меняемся, – решил он. – Займись спасёнными. Винт, пулемёт. И тварей не отпускай.

Док молча, не обращая внимания на то, что находится на прицеле, вылез из-за руля и перебрался на заднее сиденье.

– Парни, ждать долго не будем, – уже без улыбки предупредил он. – Хотите жить – запрыгивайте. Сейчас.

Пока Батя и Винт, так же старательно не обращая внимания на направленные на них стволы АДС-ов, пересаживались, один из бойцов, Ворон, неожиданно сделал шаг вперёд и опустил автомат.

– Бать, что за чертовщина тут происходит?

– Хочешь знать – садись, – захлопывая дверь, хмуро бросил ему Батя. – Пока мямлить будешь, остальные наши парни ласты в зубах тварей склеят. А меня уже задрало смотреть, как они раз за разом либо двухсотятся, либо урчать начинают.

И демонстративно взялся за руль. Ворон, закусив губу, мгновение помедлил и шагнул к MRAP-у. Псих, поколебавшись чуть дольше, тоже решился.

– Отличненько, – потёр ладони Док. – Располагайтесь, парни, чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что вы в бою. Сейчас будет кратенький ликбез, а потом я над вами немного пошаманю и раздам лекарство от урчания.

– Всё-таки шаман, – подначил его Винт.

– Захлопнись, – тут же посоветовал ему Док. – И не отвлекай хирурга во время операции.

Батя открыл было рот, чтоб гаркнуть на бойцов и навести порядок. Но подумал и закрыл. Хай себе препираются, лишь бы не в ущерб делу. Сами знают свои зоны ответственности.

Винт повёл взятых под контроль моллюсков впереди MRAP-а, их лапами снося с пути разную мелочь вроде горилл и зомби. А Батя, наконец, включил и свой Дар – дальше оставлять бронеавтомобиль видимым было слишком опасно.

Немного повоевать им всё-таки пришлось. На правом фланге против двух крупных тварей сражался один из танков в окружении пяти бойцов, один из которых, судя по камуфляжу и оружию, был американцем.

Обеих тварей Винт тут же взял под контроль и для экономии сил отпустил моллюсков. Те, сорвавшись с поводка, ринулись к людям, но управляемые бойцом твари преградили им дорогу, и судьба моллюсков была решена.

Батя подрулил к бойцам и снял невидимость.

– Хотите жить – лезть к нам и в танк. И уходим!

Реакция бойцов на появившийся словно бы из ниоткуда MRAP была ожидаемо нервной.

– Что, опять? – возмущённо высунулся в окно Винт. – Бать, давай этих спасать не будем, а?

– Эй, Псих, Ворон, высуньтесь в окошко, – вместо ответа обернулся к первым спасённым Батя.

Увидев своих, бойцы подуспокоились и начали загружаться в MRAP. И тут экипаж танка, так и не открывший люк и всё время разговора контролировавший как управляемых Винтом тварей, так и пространство вокруг, повёл себя странно. Танк закрутил башней, задвигал вверх вниз стволом, заскрежетал траками и принялся крутиться вокруг своей оси.

– Командир?

Батя, сжав зубы, заставил себя отвернуться и ничего не ответил Винту. Всё! Обратились, уже не помочь. Разве что пристрелить можно, но нет времени. Надо спасать тех, кого ещё можно спасти.

– Так, все, кто хочет жить – грузятся внутрь и выполняют всё, что скажет Док, – не обращая больше внимания на танк, рубанул командир. – Остальным удачи! Если повезёт – съедете с катушек, как экипаж танка, и начнёте жрать друг друга. Если нет – вас сожрут вот такие вот, как эти рогатые красавчики, причём уже сегодня.

Эти бойцы, выслушав Батю, долго думать не стали. По очереди залезли внутрь MRAP-а, разместились едва ли не на коленях друг у друга. Ворон быстро захлопнул дверь.

– Бать, все!

Снаружи остался только растерянно опустивший ствол карабина американец.