Сантехник. Электрик

Глава 29

Да, я решил все же окончательно придавить хитромудрого графа своим авторитетом и силой, определенно заявив, что выбора у него попросту нет.

Ну и реальной угрозой жизни, потому что у меня времени тоже совсем нет для того, чтобы разводить сейчас долгие разговоры.

И еще его уговаривать правильными словами и своим ВНУШЕНИЕМ, чтобы он больше не вел всякие сепаратные переговоры, а конкретно заявил всем заинтересованным людям, что вопрос окончательно перешел в ведение высших сущностей.

«Не тот это вариант с уговорами, тут только запредельный цинизм поможет», — хорошо понимаю я.

Ему нужно встречать важных гостей рядом с безутешной вдовой, мне тоже требуется маячить недалеко от тела внезапно усопшего императора с абсолютно невинным видом, как будто я тут совсем не при чем.

Поэтому сразу показал графу свою силу, иначе он бы легко отбрехался от меня, в этом можно не сомневаться, а сам дальше крутил бы свою личную политику, которая мне совсем не сдалась.

Пришлось поставить вопрос ребром, или — или.

Задумавшись с правильным пониманием ситуации на несколько минут, граф Гельдберг прикинул все варианты, покрутил носом, с явной укоризной глядя на меня, но сделал все-таки правильный выбор.

«Хотя, чего тут вообще можно выбирать? Видно, что потеряет что-то не особо значительное из своих широких возможностей, зато хорошо понятно, что именно получит взамен!» — хочется мне прямо крикнуть наглому царедворцу, но он мне все же очень нужен.

«Не хрен вообще на императорскую власть свой рот разевать! Совсем уже тут оборзели местные дворяне!» — приходит и такое понимание.

Только выбрал все-таки здоровую жизнь до самой старости под крылом официально главной в Империи власти прошаренный царедворец.

— Я готов принять ваше предложение, Высокий Господин Неба! — сказано, так скажем, с большой долей ехидства.

Только, раз это мой официальный титул, то и указания мои — никак и никем не оспоримый закон!

Пусть, за долгие годы сидения разных аватаров Небесного Отца в почти полной изоляции при Храме, напрочь забыла местная элита, кто поставлен Тварью самым главным решалой в Империи.

Твари больше нет, а сила моя в принципе сравнима с той, что была у нее.

Может и не такая всесокрушающая, однако для местных товарищей хватит с излишком.

Во всяком случае, чтобы прихватить за яйца самых важных чиновников при дворце и Храме, мне ее точно достаточно будет.

Да и вообще всех гражданских и военных чиновников, кто окажется рядом со мной. На остальных могу воздействовать через своих теперь Слуг, только с этим вопросом полного понимания еще нет.

— Хорошо, тогда в Слуги я вас, граф, переведу через день-два, одновременно с объявлением Императором человека Небесного Отца! — объяснил я ему, что не прямо сейчас он получит потенциально восстанавливающееся здоровье и связанное с ним долголетие.

Типа, это будет испытательный срок, хотя я сам СИСТЕМУ графу установить даже не могу.

Можно позвать моего графа, но срывать его с инспектирования гвардейских подразделений я пока не хочу.

Да и графу Гельдбергу, в случае его все-таки возможного отказа или замаскированного саботирования моих приказов, необходимо продемонстрировать, что жизнь его находится в моем кулаке.

Но умный граф решил не обострять ситуацию, меня он еще не знает, степень моего терпения на своей личной шкуре проверять не хочет, поэтому обмана я в его душе не вижу и не чувствую определенно.

— Сначала расскажите, уважаемый граф, про складывающуюся вокруг трона интригу. Увеличились ли шансы императрицы за эту ночь и в связи с ее общением сейчас со всем дворянством сразу? — интересуюсь я достаточно важными сведениями.

— Нет, не увеличились совсем. Одного из ее союзников, не очень важного на самом деле, перекупила одна из дворянских группировок, так что сильнее ее позиция точно не стала. Если я, конечно, все правильно понимаю, — отвечает граф. — Могу ведь и ошибаться.

— Это какая именно группировка? — приготовился я записывать титулы и имена.

Граф сразу же начинает мяться и показывает свою моральную неготовность называть фамилии.

— Полноте, граф, я должен знать, кто с кем плотно связан из столичных дворян! И вы мне должны такую информацию предоставить! — напоминаю я графу про нашу договоренность.

Вот сейчас случится момент истины, начнет говорить или все же нет граф?

Однако сильно опытный мужчина понимает, где придется сбавить гонор и просто начать работать на заказчика.

После этого мой источник перечисляет десяток графов и пару баронов, входящих во вторую по влиянию группировку около трона.

Я их всех переписываю, благо граф не рискует пока мне врать.

— Что объединяет все группы дворян? Есть у них что-то общее из требований к императрице? — задаю ему наводящий вопрос.

— Требование одно — самой не лезть к власти. Ее в качестве регентши малолетнего сына видеть никто не собирается, тем более терпеть сумасшедший характер еще одиннадцать лет! — мнение царедворца вполне категоричное. — Тем более и потом нет никаких гарантий, что она отойдет в сторону!

— Значит, тот вполне возможный вариант, когда Всеединый Бог удалит императорскую семью из дворца и назначит постороннего, вообще не с кем не связанного человека, Императором — вполне устроит все группировки, кроме тех, конечно, кто проталкивает на трон племянника ее брата?

— Вполне может так случиться, — довольно уклончиво ответил граф.

— Давайте прикинем, что мы сейчас имеем? Из-за внезапного нападения Темного Демона погибли Император и Всеединый Бог, еще все их преданные Слуги! Империя находится в постоянной угрозе от нового нападения! Разве в такой опасный момент можно назначать маленького ребенка управлять огромной Империей? Или его совсем плохо управляемую мать с большими проблемами головы?

Граф опять отмалчивается, в душе его имеются кое-какие сомнения насчет внезапной гибели Императора и всех Слуг при нем. Он правильно понимает, что это был внезапный ментальный удар невероятной силы, только сильно сомневается, что какой-то Темный Демон смог восстать из небытия через столько лет, да еще настолько могучий, чтобы устроить такое массовое побоище.

Но другого объяснения произошедшим смертям у меня нет, так что для графа и всей остальной общественности мне придется придерживаться только такого варианта случившегося несчастья.

Что это именно хорошо спланированная вылазка темных сил, после чего Небесный Отец отправил на помощь людскому племени гораздо более подготовленного для нагибаторства Всеединого Бога.

И такого же будущего Императора.

— Никак нельзя, конечно! — уверенно отвечаю я за предупредительно молчащего графа.

— И племянник императрицы тоже не имеет никаких навыков борьбы с темными силами? Для этого нужно обладать очень солидной силой, которой со мной поделился Небесный Отец! И с моим спутником тоже!

Граф опять отмалчивается, давая мне развить мысль до конца, правильно понимая, что это и есть мое ему указание.

— Дворяне столицы привыкли думать только о своих интересах, и не слишком обращают внимание на небо! Совсем забыли про Темного Демона, а он про людей не забыл! Он нанес смертельный удар и пока скрылся, но обязательно вернется! Поэтому постарайтесь донести, ваше сиятельство, до всех заинтересованных сторон, что место на императорском троне уже занято! И нет никакого смысла готовиться воевать за него! — делаю я открытое предупреждение через доверенного царедворца всему остальному дворянству.

— Вы можете идти, граф, но, если кто по незнанию или еще какому поводу полезет в вопросы наследования, они пострадают, а виноватым в этом будете вы! — поднимаю я голос. — Морально виноватым, конечно, я понимаю, что приказывать дворянам вы не можете, однако вполне способны многих отговорить или хотя бы предупредить о моих словах.

— Вы меня поняли, граф Гельдберг?

Граф кивает головой, но я снова прошу его ответить мне голосом.

Меня смущает его скрытое сопротивление на явно зависящей от моей милости позиции.

С другой стороны, если бы он сразу стал слишком подобострастен и услужлив, я бы еще больше не мог доверять ему.

Граф все же повторяет мои слова довольно подробно, а я снова не вижу в нем обмана.

— Это будет непросто, Высокий Господин Неба, но я постараюсь помочь вам! — говорит он и уходит.

За ним следом выхожу и я, занимаю свое почетное положение за спиной императрицы. Пока нас не было минут пятнадцать, мимо нее уже прошло много дворян, теперь они кучкуются в свободной стороне Храма, обмениваясь впечатлениями от увиденного.

Сам граф начинает так же, следом за императрицей, принимать соболезнующих, но теперь он почти каждому что-то лично передает словами в ответ. После чего дворяне с большим удивлением смотрят в мою сторону, потрясенно что-то переспрашивают графа, но он только пожимает плечами.

Мол, это не моя воля, но я сам не собираюсь спорить с посланцем Небесного Отца и вам тоже не советую в любом случае переходить ему дорогу.

Его позиция убеждает далеко не всех дворян, особо не действует на самых богато одетых и видимо, что влиятельных в столице, но большая часть все же принимают его слова правильно. Только несколько особо сильно настроенных бороться за трон дворян с заметным гневом смотрят на мое спокойное лицо, пытаясь что-то мне показать своими смелыми взглядами.

Таких я тут же беру под свой контроль и отправляю постоять посреди караула гвардейцев в задней части Храма.

«Пусть соберутся все активные столичные интриганы и слишком много о себе понимающие предводители дворянских группировок в одном месте. А пока пусть придут в себя под присмотром гвардейцев и осознают, на кого свои хвостишки подняли», — оправдываю я применение своей сверхсилы.

«Требуется ее заговорщикам показать обязательно. Это, конечно, вызов для фактических хозяев столицы, но теперь сюда вернулась прежняя власть, а им придется умерить свои притязания», — повторяю я себе снова.

После прощания с усопшим и его семьей, в окружении гвардейцев набралось около двадцати самых породистых представителей столичного дворянства, но я не стал дожидаться полного окончания церемонии, а сразу подошел к ним.

Со спины меня прикрывают двое Слуг, за ними стоят в два ряда гвардейцы, я не забываю показывать зрителям, что фактическая сила на моей стороне. И про свою безопасность я тоже постоянно помню, не удастся меня так просто застать врасплох ударом сзади.

Спокойно обращаюсь к пока задержанным дворянам, еще раз повторяю, только гораздо более убедительно свои слова, переданные графу.

Только он говорит их таким извиняющимся тоном, призывая понять и простить его внезапную перемену позиции.

Что сила солому ломит.

Я же произношу их с полной своей силой и огромным ВНУШЕНИЕМ, донося до местной элиты, самых дерзких ее представителей, что вопрос уже окончательно решен там, на небесах.

— Иначе Империя может скатиться к гражданской войне, если Императором не окажется равноудаленных от всех группировок благородный дворянин великой силы, умеющий бороться с Темными. Потому Небесный Отец заранее нашел и доставил в Кташ своего избранника! — я еще раз разъясняю, что это даже не мой выбор, а приказ мне самому с самого верха.

— Я не осмеливаюсь спорить с ним, а простым людям тем более не стоит вызывать гнев нашего Небесного Отца! Простым, конечно, не по происхождения, а по имеющимся у них силам великим и знаниям сокровенным, именно как безжалостно убивать темных Тварей! — заканчиваю я свой последний на сегодня сеанс убеждения противящегося дворянства.

— Я собрал вас здесь, уважаемое дворянство Империи, чтобы просто предупредить, как все распланировано там! — и кивнул головой наверх, на небеса. — Рад был с вами пообщаться вот так, душевно и лицом к лицу.

И скомандовал старшему оцепления: — Можете снимать охрану!

Дворяне сначала расходятся, потом все же группируются по укромным уголкам внутри Храма и снаружи, чтобы теперь наедине обсудить полученные рекомендации.

Я возвращаюсь к своему месту позади императрицы, откуда хорошо вижу, как она с заметным непониманием смотрит вокруг.

Видит, что идут какие-то действия без нее самой, ведутся переговоры с убеждением, а она по-прежнему получает только никчемные соболезнования, как будто за ее спиной уже все решено.

«Видит это и начинает злиться заметно, совсем она неуравновешенная особа».

«Ничего, путь тут стоит, пока ничего не знает о новой вводной, что она не станет регентшей-императрицей при своем сыне, так как политическая ситуация слишком сложная, чтобы перекладывать ее на хрупкие плечи весьма недалекой женщины и ее малолетнего сына».

«Нам тут, в самом Храме, да еще на процедуре прощания, лишних криков все равно не требуется. Пусть из Храма все степенно уедут, проведут захоронение тела императора в красивом фамильном склепе где-то на высоких холмах над столицей и возвращаются в дворец», — такие у меня сейчас ожидания.

Подзываю одного из гвардейских младших командиров и с ним передаю приказ — выделить дополнительную сотню гвардейцев на охрану императорского дворца.

— За инструкциями прийти ко мне.

Сам продолжаю приветствовать религиозными символами хлынувший потоком простой народ, долго ждавший своей очереди пройти в Храм за дворянством.

«Хорошо, что Тварь никогда не устраивала пышных похорон ни ушедшим императорам, ни своим верным Слугам, вот и нам особо торжественные мероприятия на пару недель не грозят. Не видела в этом никого смысла, чтобы так попусту тратить ресурсы на похороны ей уже не нужных людей. Но, вот теперь вступление нового императора на престол придется отметить очень пышно, как никогда еще не случалось в столице, — прикидываю я заранее. — Устроить настоящий праздник на несколько дней».

«Заодно в имперский банк при казначействе нужно заехать, лично разузнать состояние государственной казны», — напоминаю себе.

На само захоронения я уже не поехал, статус Всеединого Бога позволяет не покидать Храм, когда можно спихнуть на своих помощников эту довольно долгую и утомительную процедуру.

Так что мне к вечеру доложили уже немного знакомые, а теперь немного приближенные младшие командиры гвардии, что птичка залетела во дворец, теперь там находится в планируемой ловушке.

Всех сопровождающих, теперь просто мать наследника, дворян во дворец не допустили, так однозначно звучит мой приказ.

— Ну, пришло время брать третью здесь, в столице, власть! — напоминаю я сам себе, забираясь под одеяло.

Вообще-то не третью, а вторую по важности, это командование гвардией находится на третьем месте, только все это уже не важно.

Проще вообще все внешнее управление Империей перенести именно на Императора, как оно и должно быть на самом деле, оставив за собой другие функции.

На следующее утро меня зовут к Камню Бога при Храме, там наконец-то вышел на связь армейский лагерь в районе Станы, как доложил прислуге здешний дежурный Слуга.

Я тут же отправился в особое помещение, где припал к самому Камню, отправив дежурного подождать меня за дверями.

Не то, чтобы я какие-то особые секреты собираюсь обсуждать, просто для правильной тайны переговоров его эти вопросы не касаются совсем.

«Не будет их знать — ему это никак не помешает свои обязанности исполнять, зато сведения о том, что операция высадки для подготовки большой войны с Вольными Баронствами пока отменяется, тоже никто не узнает», — понимаю я.

Третий Слуга докладывает, что прибыл в сам лагерь, что основание двух фортов уже заложено, построен первый этаж храма полностью, в нем активирован Камень Бога и все идет по заранее одобренному плану.

Видно хорошо, что Слуга еще полный новичок в деле передачи данных таким образом, все умеет и понимает, но вот меня в роли нового Всеединого Бога сам даже не узнал.

То есть не удивился, что с ним от имени Всеединого Бога кто-то другой разговаривает, гораздо более сильный, чем прежде.

«Наверно, с прежним Богом просто не общался еще ни разу, только что получил повышение из Четвертых Слуг», — догадываюсь я.

Я приказываю ему точно узнать о ходе переброски войск в лагерь у командующего, сколько там теперь имеется рабочих и все такое прочее.

«Пора остановить сам процесс завоевания Баронств, только, как это сделать самым правильным образом? И куда теперь отправлять войска и строителей? На ум подворачивается только восстановление крепостей по Стане, заготовленные строительные материалы можно как раз на них перенаправить. Однако, нужно ли оно, это восстановление, вообще сейчас Империи? Если войск там собрано пока немного, можно их отправить в Датум на зимовку вместе со строителями и припасами. Если же их много, то придется часть возвращать обратно в Империю по прежним местам расквартирования», — размышляю я.

Хотя сам еще не решил для себя, как поступить с этой задумкой Твари. Понятно, что я про ее конкретные намерения могу только догадываться, мне ясен только общий смысл переброски войск на такое солидное расстояние и обустройство в этих почти безлюдных местах укрепленного форта-крепости.

Стоит ли все бросить с концами, раз уж проведена такая солидная работа? Или все же оставить часть строителей там?

— Все это нужно с кем-то из посвященных в планы военной экспансии обсудить! Придется собрать высший командный состав армии Империи вместе с новым Императором и обсудить первые шаги новой власти! — говорю я сам себе.

— Передай командующему, графу Венцерилу, такое предписание. Строительные материалы пока перестать тратить, постройку крепостей, казарм и храма остановить! Внешние политические обстоятельства заметно изменились, император обдумывает отменить саму операцию. Заняться боевой подготовкой личного состава в свободное время. В течении недели поступят новые приказы, ждать их! — такие слова услышал от меня Слуга при камне-передатчике, записал их старательно и побежал сообщать графу.

Потом я подумал и обратился к тридцать шестому Камню, поинтересовался, как мой приказ исполняется.

Дежурящий при нем Слуга, конечно, вообще не в курсе по тому вопросу, что предприняло его начальство по моим указаниям прекратить войну в Баронствах, поэтому приказал ему узнать и доложить.

— Молодец, снова принимай пост! — позвал я Слугу и вышел из комнаты с Камнем.

Прослушал доклад об невероятной истерике вдовой императрицы, когда гвардия взяла дворец и его окрестности под полную охрану.

— Сильно кричит? — удивился я.

— Невероятно, прямо слюной брыжжет! — докладывает один из сотников.

Обычно дворец охраняли всего пара дюжин гвардейцев, он сам не очень большой, потому что Тварь всех своих Слуг, остальных людей и здешних чиновников приучала к конкретной такой скромности.

Все себе должны много или немного отказывать, чтобы Империя крепко стояла, — разумный, в принципе, лозунг для внутреннего потребления.

Поэтому Императору даже нечем было похвастаться перед дворянами, наоборот, по части трат и всякой роскоши они ему постоянно нос утирали.

— Хватает сотни воинов сверху с теми двумя парами дюжин для полного перекрытия? — несение наряда по-прежнему никто не отменяет, просто теперь наряд усилен в четыре раза.

— Вполне, Высокий Господин Неба!

— Дерется еще и пытается вырваться из дворца? — спрашиваю я про императрицу.

— Ругается, дерется и плюется, но никуда не пробует выйти! — продолжается доклад.

— И как такую оставлять на престоле? Это же позор один будет! Ладно, когда это была личная жизнь императора, его семейные проблемы, которые он как-то решал. Как такую дуру теперь там при власти оставить, когда некому с ней серьезно поговорить? — спрашиваю я докладчика с товарищем, на что они только разводят руками.

— Дворяне пытаются к ней попасть? — теперь такой вопрос мне интересен.

Вчера всех предупредил, сегодня можно наглядно показать — шутки и уговоры закончились.

— Брат ее все не уходит и при нем несколько человек остаются!

— Этот пусть ходит вокруг дворца, все же родственник, если попробует пробраться или ее выкрасть — бить наповал! — отдаю я приказание и требую выслать еще сотню в мое сопровождение.

Хочу сам доехать до штаба гвардии и проверить арестантов, заодно узнать, как там дела у моих товарищей.

Когда конвой готов, запрыгиваю с парой Слуг в оставшийся при Храме экипаж, мы отправляемся к гвардейцам в расположение.

В самом штабе начинается сильный переполох при моем прибытии, хорошо видно, что раньше такими визитами Всеединый Бог своих защитников не баловал.

Граф и Терек находятся здесь же и очень рады меня видеть:

— Высокий Господин Неба! Служба в гвардии несется исправно! Командир гвардии Всеединого Бога, граф Терек Варбург! — молодцевато докладывает бывший наемник.

Вошел уже, значит, в свою роль нужным образом. Я приглашаю поговорить наедине своих товарищей, оставив свое сопровождение внизу.

Вскоре я узнаю, что моих арестантов вчера граф допросил первым делом, получил от них признания в многочисленном воровстве у казны, прочих преступлениях и особо отвратительных поступках.

— Все записано и подтверждено свидетелями, господин! Что с ними делать? — это уже настоящий граф мне рассказывает.

— Да отправим в Датум с остальными служителями из моего Храма. Не хочу частыми казнями омрачать скорое вступление вашего Императорского Величества на престол. Зато требуется устроить большое празднование в Кташе и остальных городах Империи, здесь это раньше сурово запрещалось, чтобы тратить золото и ресурсы на праздники, совсем Твари чуждые. Да, невиновные арестанты в подземельях нашлись? — вот что меня интересует.

— Трое таких совсем подложно обвиненных именно нашими преступниками. Пока не стал выпускать, но простые купцы и ремесленники просто счастливы, что их обидчики попали сами сюда, теперь вовсю славят нового Всеединого Бога за великую справедливость, — посмеивается граф.

— Ладно, пойдем, сходим до темницы. Эти отдельно теперь сидят? — вопрос к Тереку.

— Да, сразу их так рассадили, не смогут разговоры вести.

— Хотя, чего мне туда спускаться? — времени у меня пока на посещение темниц точно нет, нужно дворцом императорским заниматься. — Выводите пострадавших от произвола прежних властей наверх, во двор, я на них там гляну.

Терек отправляет своих заместителей распорядиться об отобранных графом арестантах, вскоре выводят измученных долгим сидением в подземелье людей.

Глядя на их бледные, худые, изнеможденные лица, слезящиеся от яркого светила глаза и общий ужасный запах много месяцев немытых тел, я внутренне содрогаюсь сам.

— Обязательно пройдусь внутри подземной тюрьмы, как только появится время, — обещаю себе.

Быстро провожу опрос троих арестантов, получаю от них истинные ответы, показывающие, что они невиновны, и приказываю тут же освободить их от цепей.

— Вы получите компенсацию из имущества злодеев, бросивших вас в тюрьму! Я сам прослежу за этим! — обещаю я страдальцам. — Отвезти невинного оклеветанных людей на моем экипаже по домам!

Пусть народ Кташа знает — новый Всеединый Бог вышел из Храма, чтобы творить великую справедливость, защищать несправедливо обиженных и наказывать со своей великой силой обидчиков при власти!

Конфискация имущества бывших гвардейских командиров и сильнее других проштрафившихся служителей при Храме еще впереди.

Но вещь абсолютно необходимая, чтобы все преступники и мздоимцы были уверены, что украденное недолго прослужит их семьям.

А я забираю пока графа у Терека, пешком с ним и своей охраной мы отправляемся в недалеко расположенное от нас имперское казначейство, которым, как оказалось, тоже управлял кто-то из Слуг Твари.

Управлял и не пережил недавно один ментальный удар.

Об этом случае мне рассказал граф Гельдберг, естественно, тоже подозревая в скончавшемся так кстати одного из Слуг.

Около казначейства даже мне приходится постоять какое-то время, ведь вскоре выясняется, что им управляли именно через императора, тот приказывал собираемые сборы и налоги направлять по указаниям Твари, куда ей требовалось.

— А раз императора у нас сейчас нет, как и нового начальника казначейства, то и проверять или инспектировать казначейство никто не может! — заявила одна наглая рожа мне в лицо.

Пришлось взять местного бюрократа, временно исполняющего обязанности главы казначейства, под свой ментальный контроль, оставить гвардейцев у входа охранять казначейство, а самим спуститься в подвалы настоящего, сильно укрепленного замка, у которого даже охрана своя имеется.

— Пора посмотреть, не откладывая в долгий ящик, что нам оставила Тварь. В каком финансовом состоянии дела Империи? — предупреждаю я графа мыслесвязью. — Учитывая, что налоги здесь высокие, а собираются они очень активно, деньги в кассе должны быть! И деньги немалые!

Но, когда мы спустились в сопровождении ИО главы казначейства, в подвалы за пятью монументальными дверями, которые пришлось пройти все по очереди, я понял, что с финансами в доставшейся нам Империи все в полном шоколаде.

Подвалы и отдельные комнаты-сейфы забиты золотом в слитках и монетах до самого потолка, причем чиновник отлично помнит наполнение всех этих гигантских объемов почти до самого последнего золотого.

— Реально настоящий профессионал в финансовых делах! Еще один ценнейший работник! — отмечает граф.

— Вот что значит отсутствие любой социальной политики с выплатами кому бы то ни было, рьяный сбор налогов и частое использование кола для наказания крупных неплательщиков. Тут накоплено золота на несколько лет тотальной войны со всеми соседями вокруг. Для чего Тварь столько накопила — даже не знаю, давно могла бы завоевать и Вольные Баронства, и все королевства без проблем, — так же мыслесвязью говорю я графу.

— Надо брать! — отвечает он мне обычной речью, находясь в серьезно возбужденном состоянии от вида невероятных сокровищ.

— Что брать? — я и сам догадываюсь о смысле слов будущего императора, но все же переспрашиваю его.

— Империю! — решительно рубит он рукой.

— С этим никто не спорит. Прямо сейчас и начнем!

После чего мы выбираемся наверх, снова проходя пять сейфовых дверей и останавливаемся около выхода.

— Высокий Господин Неба благодарен вам, господин чиновник, за проведенную экскурсию в закрома государства. Я уверен, что новый Император назначит именно вас начальником казначейства и призовет себе в Слуги, — обещаю я чиновнику, явному знатоку своего дела.

После этого разговора мы выходим на улицу, экипаж уже развез бывших заключенных, мы забираемся в него и едем дальше.

— Как на ваш взгляд, граф, ситуация в гвардии? Можно сказать, что Тереку не грозит переворот от прежнего руководства? — спрашиваю я у графа, который там провел целых полтора дня. — Очень уж именно на гвардию возложены важные функции в столице!

— Ну, некие вопросы у его главных командиров возникали время от времени, особенно по его поведению довольно простого наемника, но явного недовольства я ни разу не почувствовал. Оба его Слуги выступают полностью за своего командира, остальные тоже вполне довольны случившимися переменами. За арестованных никто не заступается, многие подозревали про их темные делишки, а теперь все искренне довольны, что гвардия Всеединого Бога определенно почистила свои ряды. И освободившиеся важные должности заняли более честные и принципиальные люди, — медленно рассказывает мне граф Варбург.

— Отлично. У меня в Храме тоже все хорошо, недовольных точно нет. Теперь, когда у нас и с деньгами полный, просто фантастический порядок — не стоит, я думаю, затягивать с провозглашением вас, граф, Императором. Дворянские группировки предупреждены, что рискуют вызвать гнев Небесного Отца через меня, его самого доверенного лица на земле. Управляющий дворцами на нашей стороне, хоть и без особой радости, но понимает, что независящий от кого-то Император всем на руку. Так вроде, граф?

— Точно так, господин, — отвечает он. — С такими деньгами нам ничто не страшно!

— Остается вывезти вдовую императрицу с детьми в безопасное для нее место, потом я могу сразу признать вас новым Императором. Устроим народу огромный праздник, потратим хоть немного денег, бережно скопленных рачительной и экономной Тварью! — потратить немного золота никто не откажется.

Так что мы сразу вместе с графом и Тереком организовали вывоз императорской семьи из города. Пришлось позаимствовать пару карет в казначействе, таких тяжелых, с закрывающимися крепкими ставнями окнами, прямо натуральные сейфы на колесах.

Теперь уже, после более близкого знакомства с Высоким Господином Неба, нам в казначействе препоны никто чинить не стал, выдали и обученных управляться каретами кучеров, и часть охранников, умеющих сопровождать такие дилижансы.

Я даже денег истребовал на выполнение такой задачи у ИО главы казначейства под свою личную расписку.

В Храме, конечно, золото есть, и немало, как положено главному Храму Империи, но там я брать не хочу, сказал начать его тратить на кормление сирых и убогих в одной таверне рядом.

Вручил кругленькую сумму одному из заместителей Терека, свежеобращенному Слуге и сказал ему одному, куда нужно отвезти новых узников замка Иф. Кареты загнали под прямым моим контролем прямо к покоям императрицы, ей завязали рот и вынесли в ночи вместе с притихшими детьми из дворца. Закрыли ее и детей в одной карете, прислугу, отобранную мной — в другой, кучера взмахнули кнутами, отряд сопровождения взял обе кареты в сплошное кольцо.

— Это для вас, Слуга, первая проверка. Едьте быстро, к утру возьмите пару скуф в порту, доставьте вдову с детьми и прислугой в дворец на острове. Выставьте правильно охрану острова, наладьте снабжение продуктами и дровами. Оставьте своих доверенных людей в охране и возвращайтесь сюда с докладом, — даю ему короткую инструкцию. — Никто не должен знать, куда ее увезли. Пусть все гвардейцы помнят, что за болтовню можно попрощаться с языком, донесите это до подчиненных.

Обе кареты в окружении конвоя при факелах срываются с места и исчезают в ночи.

— Фу, одно дело сделали, — выдохнул я с большим облегчением. — Граф, завтра коронация, то есть сначала помазание в Храме вашего Императорского Величества. Потом торжественный въезд в императорский дворец, вечером представление высшему дворянству. Устраиваем все, как положено, солидно и с размахом.

— Как народный праздник будем делать? — вот что больше будущего императора волнует.

— Организовать ничего сами не успеем, нет ни шатров армейских, ни столов в большом количестве, ни печей с поварами у Империи сейчас в столице. Придется все на аутсорсинг отдать местным трактирам, тавернам, едальням и постоялым дворам. Пусть они столы накрывают для всех жителей и достают все запасы, казна за все потом рассчитается, но часть денег требуется дать кабатчикам вперед.

— Это очень большие суммы, где мы столько золота возьмем? — не понимает граф.

— Вы будете завтра император, получите право по имперским уложениям тратить монету из казначейства. Тем более, завтра-послезавтра только начнем готовиться к праздникам, так что пара дней у нас есть на организацию всеобщих гуляний. Дело здесь еще непривычное, так просто не раскрутится само по себе, придется настойчиво организовывать.

— Как раз завтра примете этого бдительного чиновника из казначейства, сделаете его официальным главой и еще своим Слугой. И тогда широко откроются подвалы с золотом, которое для нас собрала Тварь.

На следующий день я хлопочу в Храме, поднимаю там всех тех, кто что-то знает о церемонии возведения на трон помазанника божьего.

В двенадцать часов появляется процессия с графом во главе, уже приодетым в императорские шмотки, вся гвардия стоит рядами вокруг Храма.

— Жалко, еще пушек нет, так бы палили залпами! — говорю я стоящему рядом Тереку, теперь графу Варбургу.

Он только удивленно смотрит на меня.

— Не понимаешь? Ничего, скоро наладим во всем Империи литейное дело на новых технологиях и тогда до пушек с порохом дело дойдет, — успокаиваю я его. — Пока народ и лепестки роз покидает, раз они тут так долго цветут.

К вечеру проходит крайне долгая церемония в Храме, потом такой же долгий выезд торжественного каравана по улицам столицы.

Затем долгий прием дворянства при дворце, где управляющий граф Гельдберг все же сподобился за половину дня устроить настоящий банкет с лучшими имперскими винами на столах во дворце.

— Как ситуация среди дворянства? — спрашиваю я его, улучив момент.

— Радуйтесь, Высокий Господин Неба, все пока примирились с вашим хитрым ходом, никто пока за мечи хвататься не спешит. Так что пока — будьте собой довольны! — вот так довольно многозначительно отвечает хитрый царедворец.

Вроде все хорошо сказал, но потом так уже не кажется, после всех этих многочисленных «пока» и «так что».

— Да? Это меня устраивает, граф! — делаю я рожу кирпичом, что мне все эти намеки нипочем.

— Кстати, император вас лично завтра сделает своим Первым Слугой! — обещаю я графу, и он поспешно убегает, страшно занятый устроительством праздника.

Дворян во дворце набралось несколько сотен, я пока стою наверху и через шторы пытаюсь уловить что-то похожее на ненависть или предельную злобу к новому Императору.

— Нет, таких сильных чувств не ощущаю. Наверно, управляющий сказал чистую правду, что дворянство будет какое-то время к нам, то есть к вашему Императорскому Величеству, вполне нейтрально настроено.

В самой ночи мы с графом и Тереком остаемся, наконец, наедине в тронном зале.

Гвардейцы караула закрыли огромные створки дверей с той стороны, и мы теперь можем говорить свободно.

Граф сидит на троне, императорскую корону повесил на его оголовье и задумчиво зевает изо всех сил.

— Ну, что, господа хорошие? Мечты наши, кажется, сбылись полностью? Какие теперь планы? Кто чем заниматься станет? — интересуюсь я у товарищей.

— Я бы в Варбург слетал по-быстрому, хочу Фиалу навестить. Как вы, Высокий Господин Неба, на это смотрите? — спрашивает бывший граф.

— Сугубо отрицательно, ваше Императорское Величество! Вы только первый день на троне, ситуация пока спокойная, но в любую секунду может качнуться в любую сторону. Может, через несколько месяцев, когда все наладится, и получится слетать в королевства, — отвечаю я ему.

— Да все мне понятно! — устало откидывается на спинку скромного императорского трона бывший граф.

— Я бы тоже Кситу навестил, но летать не хочу больше, поэтому здесь начну жизнь налаживать, — реально смотрит на жизнь Терек. — Тем более при такой должности и графском титуле благородные бабы сами на меня бросаться начнут!

— И правильно, граф Варбург, вам тоже столицу покидать никак нельзя, Император под вашим присмотром должен постоянно находиться. Вы, ваше Императорское Величество, не забывайте, что завтра требуется поставить СИСТЕМУ графу Гельдбергу и тому дядьке из казначейства. Вот и станут один Первым Слугой, а второй — Вторым, начнете таким образом укреплять свою вертикаль власти.

— А вы чем займетесь, Высокий Господин Неба? — подозрительно интересуется Император.

— А я как раз могу через пару недель слетать в те же Баронства, посмотреть, чем могу им помочь и тогда же навестить наших людей в Варбурге. Успокоить всех и порадовать новыми владениями. Отпустить тогда с рудников имперских разведчиков, теперь уже можно, и моих возниц с последним арбалетчиком отправить на родину. Заодно проверю всех Слуг лично в Шестом владении, вот так понемногу всю Империю и посмотрю, — рассказываю товарищам имеющиеся варианты.

— Ведь на мое место при Храме вообще никто даже и не думает покушаться, так что я могу прокатиться куда-то на недельку, — добавляю я.

— Это все тактика! Чем в стратегии станем заниматься? — интересуется Император. — Спать пора, ног уже не чую под собой!

— Я — техническими нововведениями, все точно так же, как в Баронствах устроил. Вы, Император, занимайтесь изучением местных суровых законов и их облегчением, просто вживайтесь в свою новую роль. Меняйте социально-экономические отношения в Империи.

— А новому графу Варбургу чем теперь заниматься? — спрашивает Терек.

— Налаживать службу в гвардии правильным образом и повышать свое дворянское воспитание. Скоро титул герцога получать, это для вас серьезное дело.

После такого разговора мы оставили Императора Андера Первого в его дворце и разъехались со своей многочисленной охраной.

Граф Варбург в свою комнату при штабе гвардии, чтобы служить ее командиром даже ночью.

А я вернулся в Храм, чтобы нести обязанности Всеединого Бога и дальше.

Тем более, что у меня это дело очень хорошо получается.

Уважаемый читатели, книгу я закончил. Все никак не мог придумать правильное окончание, поэтому так далеко ушел по тексту.

Цикл тоже пока закрою, нужно дать ему настояться, возможно когда-нибудь придет время его продолжить.

Наши люди в чужом мире заняли самые важные должности, так что добились явного успеха для попаданцев.

Один теперь — настоящий Бог по местной вере, другой — вообще Император, так что у них все впереди.