Семейное дело

Глава 19 Охота на зверя

— Ты о ком? — насторожился Вельский. Похоже, он совершенно не знал чего от меня ожидать.

— Ваш пёс Грим. А если быть точным, ноктхаунд. Его зрение, нюх и мёртвая хватка помогут нам в охоте. Там, где не преуспели охотничьи собаки, сгодится сторожевой пёс.

Было решено выдвигаться немедленно. По личному распоряжению Вельского мой приём был перенесён на выходной, а Мы нарочно покидали клинику на глазах у охраны. Надеюсь, им не придётся вмешиваться, но их присутствие не помешает на тот случай, если это искусно расставленная ловушка. Мы заскочили в Вельскому домой и взяли Грима, а затем заехали к нам за Лёней. По пути пришлось заскочить в лавку травника за необходимыми расходниками.

— Пыльца лунного тюльпана, сноцвет, полуночник… Николай Александрович, вы проводите операции под наркозом в кабинете? — удивился продавец, когда я озвучил список.

— Нет, Костя, кабинет уже в прошлом. Я работаю в клинике Вельского, а расходники мне нужны для другого дела.

— Надеюсь, вы в курсе, что часть из этих растений имеют сильнодействующий эффект? — забеспокоился парень.

— О, да! Именно поэтому я их и беру.

Для реализации моего плана требовалось сильнодействующее снотворное, которое не требовало участия целителя, и к своему счастью я его отыскал. Довольный собой, я вернулся в машину и позволил водителю Вельского продолжить путь, но на этом наша удача иссякла, и появились первые трудности.

Мы были уже на пути к санаторию, когда машина бойцов имперской безопасности обогнала нас и перекрыла путь.

— Что-то не так, господа? — поинтересовался я, выйдя из машины.

— Господин Павлов, вы под нашей охраной, и в целях безопасности вам не рекомендуется покидать город, — заметил один из бойцов.

— О, я и не собираюсь этого делать! — соврал я, понимая, что никакие доводы не помогут мне добраться до цели. — Я хочу наведаться в санаторий и посетить процедуры. Надеюсь, это разрешено?

— Разумеется, — кивнул мужчина, покосившись на своего напарника. — Если на территории этого заведения что-то случится, воспользуйтесь этим артефактом.

Боец протянул мне брошку в виде филина с красным клювом.

— В случае опасности просто нажмите на этот красный камешек. Это тревожная кнопка, которая даст нам понять, что вы в опасности.

А ещё, судя по всему, этот артефакт определяет моё местоположение. Если я попытаюсь покинуть санаторий, меня остановят и попросят вернуться, что в мои планы совершенно не входит.

— Благодарю! — я демонстративно прикрепил брошь к куртке и направился обратно к машине. Убедившись, что охрана достаточно далеко, я склонился над окном и понизил голос. — Друзья, наши планы немного меняются. Мы направляемся в санаторий.

— Давно хотел повидать своего кузена, — признался Вельский, когда мы шли по территории санатория. Грима пришлось взять на поводок и надеть на него намордник, но оставлять его в машине мужчина напрочь отказался.

— Владислав Гаврилович, санаторий — только предлог, чтобы избавиться от назойливого внимания. Вы ведь говорили, что ваш охотничий домик недалеко от этого места?

— Недалеко, если ехать на машине, — заметил Вельский. — А пешком придётся идти не меньше часа! Вы ведь понимаете, что никто не позволит располагаться охотничьим угодьям вблизи такого места!

— Справимся! — отмахнулся я. — Давно хотел прогуляться по лесу и отдохнуть от городской суеты!

Мы могли бы отправиться в путь прямо сейчас, но у нас оставалась одна проблема, которая не позволяла сделать это немедленно — артефакт с функцией слежения.

— Владислав Гаврилович, мы ведь не можем наведаться к вашему родственнику с пустыми руками, верно? — ухмыльнулся я, радуясь своей догадке. — Преподнесите ему презент в виде этой брошки.

Я снял с куртки артефакт и протянул её Вельскому. Да, я прекрасно понимал, что очень скоро эта тайна вскроется, но бросить брошь просто так нельзя — ищейки забеспокоятся, что цель долгое время не двигается и придут разбираться. А Лев Иванович наверняка не будет сидеть на месте. Возможно, наше отсутствие даже не заметят, хоть я и сильно в этом сомневаюсь. В службе имперской безопасности работают не дураки, и они быстро заподозрят неладное.

К счастью, до охотничьего домика мы добрались без происшествий. Дорога заняла у нас чуть больше часа. Грима спустили с поводка и сняли намордник, а Вельский подзывал его к себе только в тех случаях, когда вдалеке маячили фигуры грибников.

Зато в охотничьих угодьях Владислава Гавриловича царил хаос. Егери были до смерти перепуганы, собаки взволнованы и прятались в будках, а вокруг домика творился полный бардак.

— Может, объясните мне что здесь происходит? — нахмурился мужчина, осматривая происходящее.

— Никак леший взбунтовался, ваше благородие! — дрожащим голосом доложил один из егерей, которых нам удалось отыскать. — Поначалу мы думали, что это какой-то зверь лютует, ведь он оставлял следы от когтей на дверях, но теперь всё сходится к тому, что сам лесной дух прогневался на нас.

— А что именно сходится? — поинтересовался я.

— Кто-то проникает в охотничий домик. На первый взгляд может показаться, что в этом нет ничего странного, но мы-то всё время находимся неподалёку, а собаки чуют приближение незваных гостей за сотни шагов. А тут… Собаки спокойны, на земле никаких следов, но в домике полный бардак. Причём, исчезает еда. Говорю вам, леший это! И он хочет, чтобы его задобрили угощениями.

— А у меня другая версия, — пробормотал я, глянув на своих спутников, но решил не торопиться с выводами.

— Хоть что-то из съестных припасов осталось? — рявкнул Владислав Гаврилович, осматривая опустевшие полки. Трудно было поверить, что за два подхода этому существу удалось обчистить почти целый шкаф.

— Осталось! — оживился егерь, доставая банку консервированных ананасов, которую существо обошло вниманием. Затем нашлись и мясные консервы, а рядом обнаружились нетронутые запасы вяленого мяса.

— Хоть это радует, — пробормотал Вельский. — Мы не будем торчать здесь на пустой желудок.

— И это говорит о том, что монстр вернётся сюда снова, — обрадовался я. — Нужно только не выдать своё присутствие раньше времени.

Ближе к вечеру мне позвонил Коротков. Судя по всему, трюк с брошью перестал работать, и пропажа обнаружилась, но я не стал поднимать трубку. А вот на звонок Басова решил ответить, и меня он здорово удивил.

— Николаша, нашёлся твой налётчик! — заявил Анатольич, едва я поднял трубку. — Настя узнала оборотня, который напал на ваш дом. Твой брат оказался прав — он действительно сломал ему два ребра и челюсть. Раны уже начали регенерировать.

— А вы об этом откуда узнали? Его задержали? Он что-нибудь сказал?

— Да ничего он уже не скажет, Ник. Судя по состоянию тела, смерть наступила шесть часов назад и носила насильственный характер. Мы прибыли на вызов, потому как одна из жительниц Дубровска выгуливала собаку и обнаружила тело человека без признаков жизни.

Вот же зараза, этот Шмелёв! А ведь он обещал, что не будет отправлять бригаду Насти к умершим. Я настолько возмутился этому факту, что до меня не сразу дошла другая мысль — если настоящий оборотень там, то кого мы ловим здесь? Понятно, что неудавшегося убийцу постигла та же участь, заказчик заметал следы. Но кто наведывается сюда? Уж не сам ли Потехин собственной персоной? Что, если у него действительно дела идут не так хорошо после побега, и покушение организовал не он? Это ведь совсем не его стиль. Тогда вполне может быть, что мы напали на след Дмитрия. Только нужно быть вдвойне осторожными, ведь он не только искусный стратег, но и повелитель стихий. А загнанный в угол, он может быть способен на что угодно.

Охота на «лешего» начиналась! Как и раньше, егери расставили капканы возле входной двери и возле окон, привязали собак поближе к входу и скрылись в бытовке. Нам пришлось ютиться вместе с ними.

Расчёт был прост. Там, где не удалось взять след, поможет хорошо организованная засада. Зачем нам бегать по лесам в поисках неизвестного врага, если он сам придёт к нам? Он ведь не просто так навещает охотничьи домики — он ищет еду. Выходит, это никакой не леший. А значит, это живое существо, и достаточно умное, раз умеет маскироваться, заметать следы и обходить капканы. Не могу утверждать, что это наш вчерашний противник, но готов поспорить, что это человек, и он может быть вооружён, а значит, нам нужно обезоружить его.

— И как вы собираетесь сделать это до того, как он пустит оружие в ход? Неужели придётся тащить с собой духовника? — забеспокоился Вельский.

— Нет, духовник нам не нужен, но ход ваших мыслей правильный. Мы будем использовать страх. Именно страх сковывает движения и обезоруживает лучше многих ратников. И для этого мне понадобится ваш питомец.

Ситуация, в которую мы попали, напомнила мне одну историю из прошлой жизни. Уверен, здесь о ней не знают, что ещё больше поможет в реализации. Если вредитель так хочет убедить всех в существовании монстра, мы ему поможем и сами создадим его. А лучшее время для кошмара — ночь. Думаю, именно к этому времени наш «монстр» проголодается и придёт за добавкой.

Разумеется, подвергать опасности здоровье и обмазывать фосфором бедное животное никто не будет, но в этом мире есть и другие способы. Например, можно использовать пыльцу лунного тюльпана, которая светится в темноте. При высокой концентрации можно добиться впечатляющего результата. Сам бы я с ума сошёл искать эти растения, но, к счастью, всё необходимое удалось найти у травника. У Кости я забрал всего пару баночек этой пыльцы, но больше и не нужно.

А на случай, если хитрецу удастся обвести нас вокруг носа, и наша уловка с псом не сработает, я подмешал в еду немного снотворного. Что выберет беглец — ковырять банки и есть холодную пищу, или отдаст предпочтение горячей готовой еде, накрытой на стол? Думаю, выбор очевиден.

Когда наши приготовления были завершены, было уже достаточно темно, чтобы не разбирать дорогу перед собой. Вообще, вдалеке от города быстро темнеет, ведь здесь нет уличного освещения и ярких витрин.

Мы не особо волновались насчёт нашего ночного гостя — нашими глазами и ушами был ноктхаунд Грим. Всё равно никто из нас не смог бы видеть лучше его. Устроившись с егерями за столом, мы рубились в домино на выбывание. Кто проигрывал — пропускал следующую игру и уступал место игроку, на которого не хватило костяшек.

— Вы уж простите, ваше благородие, мы только в домино играть привыкли, — извинялся егерь. — Нам ваши аристократические забавы по типу преферанса не по духу.

— Ничего, Ефим, домино — тоже прекрасная игра. Поверь, мы хорошо проводим время.

Было уже за полночь, Лёня задремал, когда я обработал его рану, а Вельский наблюдал за моими действиями со стороны.

— Хорошая работа, — похвалил он. — Только много энергии расходуешь. В остальном — чистая и аккуратная работа.

— Зато наверняка, — пожал я плечами.

— Это верно, но бывают ситуации, когда каждую крупицу энергии приходится экономить, — принялся меня поучать целитель. — Впрочем, сам знаешь. Когда работал на «скорой», ты наверняка прочувствовал как это — расходовать силу двенадцать часов подряд.

Егери Глеб и Ефим тихонько болтали, вспоминая случаи с прошлой зимовки и всё пытались угадать какой выдастся зима в этом году.

Неожиданно Грим подскочил на лапы и угрожающе зарычал. Мы вмиг сорвались с места и насторожились. Даже Лёня проснулся и осоловело вертел головой по сторонам, не решаясь проронить ни слова. За дверью не было ни единого звука, даже собаки молчали. Прислонившись к щели между досками в двери, мы увидели, как оконные ставни распахнулись сами по себе, словно от порыва ветра, а затем открылось и окно. При этом, никого не было поблизости.

— Мистика! — выпалил Ефим, и мы дружно шикнули на него, приказывая молчать. А в следующее мгновение в распахнутое окно скользнула тёмная фигура.

— Владислав Гаврилович, отец родной, вы хоть увольте, но я туда не пойду, — шептал егерь, едва не срываясь в истерику. Пришлось даже воздействовать на его нервную систему с помощью волны успокоительной энергии, чтобы помочь мужчина удержать себя в руках.

Впрочем, никуда идти егерю и не пришлось, потому как через пару минут тень сама выскользнула из охотничьего домика и помчалась к лесу.

— Выпускайте! — крикнул я Вельскому, и первым сорвался с места.

Когда распахнулась дверь нашей бытовки, мы один за другим высыпали на улицу и помчались в погоню. Очень скоро Грим обогнал меня и вырвался далеко вперёд. Как же он был прекрасен и ужасен одновременно! Огромная фигура, размером с ротвейлера, измазанная светящейся серебристой краской, производила неизгладимое впечатление. Я недаром потратил целый час на узоры, придав ноктхаунду поистине жуткий вид: огромный светящийся в лунном свете череп с пустыми глазницами, нарисованные призрачные клыки, кости… Не знай я, что это всё нарисовано краской из пыльцы и сока растений, я бы и сам словил сердечный приступ.

Несмотря на наши старания, беглец быстро оторвался. Видимо, он хорошо подготовился и за прошлые вылазки успел как следует изучить местность.

Но для ноктхаунда темнота не составляла никаких проблем. Он без труда выследил убегающего с нашими запасами негодяя, о чём возвестил его испуганный вопль. Ночь озарила яркая вспышка пламени, призванная остановить Грима, но пёс вовремя отскочил от летящего в него сгустка пламени и вернулся к преследованию. А через полминуты окрестности пронзил очередной вопль, на этот раз наполненный болью и отчаянием. Пёс Вельского сделал то, что оказалось не под силу гончим! Он поймал беглеца!

Ефим с Глебом задержались, чтобы потушить огонь и не дать ему разрастись до полномасштабного лесного пожара, а мы поспешили к виновнику всех бед.

— Ты можешь хранить молчание, но мы не обещаем, что ты дождёшься хранителей порядка в целостности и сохранности! — заявил Лёня, присаживаясь возле пленника, которого стерёг Грим. — Назови своё имя!

Бедолага лишь мычал от боли и пытался прийти в себя, но ему и не требовалось ничего говорить. В свете фонарей я узнал это лицо.

— Дамы и господа, поприветствуйте Мирона Капустина, — произнёс я. — Пока служба имперской безопасности ищет его за пределами Дубровска, он скрывается в местных лесах и обчищает охотничьи домики знати. Блестящий план для выживания, ведь Мирон бывал здесь не раз и отлично знает что где лежит. Вот только в этот раз он зашёл куда не следует.

— Но как ему удалось совладать с егерями и гончими? — удивился Вельский.

— Полынь сбивает запах, специальные подошвы помогают менять след. А охотничий домик Вельских он облюбовал потому как здесь есть ручей с пресной водой и каменистым дном, который к тому же помогает сбить преследователей со следа. Но самое главное оружие Капустина — страх. Он пытался запугать всех рассказами о жутком монстре, и отчасти у него даже получилось. Многие егери поверили в лешего и боялись идти на охоту. Правда, господин Капустин не учёл одного момента — он ведь хорошо знал аристократов и должен был догадаться, что кому-нибудь взбредёт в голову поймать диковинку живьём. К счастью, или к сожалению, мы оказались первыми.

Добравшись до края леса, Лёня вызвал хранителей порядка, которые оперативно прибыли к охотничьему домику Вельского и забрали Капустина, а мы дождались машины и отправились по домам. Миф о лешем и монстре, терроризирующем окрестные леса, оказался развенчан.

Уже возле особняка павловых меня дожидался разгневанный Коротков.

— Господин Павлов, вы считаете это забавным? — начал он, протянув мне артефакт в виде брошки.

— Нисколько. Просто я хотел первым добраться до негодяя, что учинил резню в моём доме.

— А я хочу, чтобы охраняемые объекты следовали указаниям, а не творили что им вздумается! Мои парни жизнями рискуют, чтобы охранять вас, но вам на это, судя по всему, плевать! Раз так, я снимаю охрану.

— Это ваше право, — пожал я плечами.

Не стал говорить, что его бойцы не особо показали себя, когда их помощь нужна была больше всего. Зачем накалять и без того мощное напряжение?

— Ник, я так волновалась за тебя! — воскликнула Настя, когда я вернулся домой, и прижалась ко мне.

— Всё в порядке. Просто очередная попытка защитить семью от опасности, которая так и нависает над Павловыми. Мы не ищем врагов, но они сами находят нас.

Не знаю кто стоит над организацией покушения, зато точно знаю, что очередная попытка провалилась, а ещё один враг оказался за решёткой. Найти бы ещё Потехина, чтобы свободно вздохнуть, но боюсь, что он сам даст о себе знать.