Семейное дело

Глава 7 Самый лучший день

За следующую неделю число жалоб выросло до семи, Шмелёв негодовал, а я не понимал что делать в этой ситуации. Качество оказания помощи было на высоте, мы старались быть вежливыми и обходительными с пациентами, иногда даже шутили, но это вызывало лишь ещё больше негодования. Наконец, я отчаялся и решил подойти за советом к Басову.

— Семь за неделю? Ну, это даже не много, — ответил Анатольич, сощурившись. — Нет, конечно, многовато, но явно не рекорд станции. У одного из старших целителей, который уже вышел на пенсию, было одиннадцать! Но что-то был за целитель! Пациенты просто с ума сходили, когда он выходил на дежурство. А тебе, считай, просто не повезло.

— Но когда мы работали жалоб было не так много, — вспомнил я.

— А это потому, что ты ещё молодой. Некоторые люди не воспринимают тебя всерьёз и начинают докапываться до каждого твоего действия или решения, и если им удаётся уцепиться за что-нибудь, то они не упустят возможности нажаловаться. А я уже в возрасте и произвожу впечатление опытного целителя, который знает что делает. И даже если я ошибаюсь, далеко не всегда от пациентов поступает жалоба, ведь они считают, что я поступил как требовалось.

— И что, мне стариком наряжаться? — ухмыльнулся я.

— Нет. Просто прими как должное, помни ради чего ты здесь и продолжай выполнять свою работу. Сегодня ты стал «любимчиком» публики, а завтра эта роль перейдёт к другому целителю. Только не позволяй себе выгорать или иначе относиться к пациентам.

Этот совет пришёлся мне по душе, и я заметно успокоился и переключил переживания на другое событие. В конечном счёте, приближение торжественной церемонии внесло свои коррективы.

Проснувшись утром тридцать первого августа, я долго лежал в кровати, глядя в потолок. Всего за пару месяцев в моей жизни произошло так много изменений! Возвращение в старый кабинет, питомец, общая тайна с Бердниковым, которая здорово сближала нас, подготовка к свадьбе, тяжёлая болезнь Владимира Евграфовича, переход Насти в «скорую» и моё назначение на должность старшего целителя. Но самым главным изменением стало то, что сегодня я стану мужем ослепительной красотки, с которой у нас общие цели и мечты. Через пару часов моя жизнь изменится навсегда.

Тихий стук в мою дверь заставил мгновенно подскочить на ноги. Буквально через секунду из-за приоткрывшейся двери появилась голова Лёни.

— Надо же! С каких пор ты стал стучаться? — рассмеялся я, не веря, что брат научился манерам.

— Всё, брат, пора взрослеть, — смиренно произнёс он.

— Ага, так я и поверил. Что у тебя за спиной?

— Ладно, ты меня раскусил, — сдался Лёня, показывая из-за спины ковшик с водой. — Знаешь, я просто подумал… Пройдёт совсем немного времени, и мы больше не будем дурачиться как раньше, а к тебе не ворвёшься в спальню, чтобы разбудить. Когда мы успели повзрослеть, Ник?

— Сам не знаю, — признался я. — Кажется, мы постоянно куда-то спешили, но сами не заметили, как жизнь пронеслась мимо, словно кортеж аристократа по загородному шоссе.

— Точнее и не скажешь! — рассмеялся Лёня. — Ладно, давай собираться. У тебя сегодня важный день, и опаздывать никак нельзя, а я, как свидетель, должен проследить, чтобы всё прошло гладко.

Анненков и Ардатьев ждали нас у дома, когда мы с Лёней вышли за порог. А через пару минут подъехал шикарный белый автомобиль с водителем, который прислал Бердников. Вообще Роман Николаевич здорово постарался, чтобы организовать торжество, и я был ему очень благодарен.

Через полчаса мы уже были у дома Шумских, и здесь я убедился насколько наши традиции отличаются от местных. Хотя, кое-что общее всё-таки было. Моя свита во главе с Лёней расхваливали меня перед свитой невесты, подчёркивали мои достоинства и договаривались о женитьбе. Происходило своего рода сватовство, только с заранее понятным исходом. Что любопытно, встречала меня мать Насти, а саму девушку даже на порог не пустили. Свою избранницу я должен был увидеть только в городской управе. Как мне объяснили, так семья невесты демонстрирует насколько усердно они берегли девушку.

Покончив с формальностями и отдав дань обычаям, мы перешли к торжественной части. Я стоял у входа в управу, когда к зданию подъехал белый автомобиль, а оттуда вышел Владимир Евграфович и за руку подвёл ко мне Настю. Какая же она была прекрасная в белом платье!

— Николай, отдаю тебе свою дочь, — произнёс Шумский. — Уверен, ты будешь её беречь и заботиться не хуже, чем я заботился о ней все эти годы. Крепкой вам любви и взаимопонимания.

Голос мужчины предательски задрожал, но он смог сдержать себя в руках, а вот Настя разрыдалась. Зато уже через пару минут она улыбалась и светилась от счастья, когда церемония началась.

Мне иногда кажется, что человеческая психика так устроена, что пропускает волнительные моменты, или отключается на то время, когда не может выдерживать напряжение. Иначе не знаю как объяснить почему такие сложные события пролетают как одно мгновение. Казалось, прошло полчаса, а я почувствовал это словно какие-то десять-пятнадцать секунд.

Из городской управы мы с Настей выходили мужем и женой, а на безымянных пальцах правой руки у каждого из нас красовались обручальные кольца.

— Прошу минуточку внимания! Памятное фото! — закричал мужчина с огромным фотоаппаратом, попросив гостей построиться у входа и немного задержаться.

Да, у нас была полноценная свадьба с фотографом, рестораном, красивыми машинами и голубями, которые взмыли в небо и кружили над нами какое-то время, прежде чем вернуться домой. Конечно, не обошлось и без традиций, в которой мать Насти отпускала девушку из своего дома, расплетала косы и давала ей последние наставления.

А затем пришло время дарить подарки и разрезать праздничный торт. К тому времени мои губы уже болели от поцелуев, но гостей это совершенно не смущало.

Первым слово взял Владимир Евграфович.

— Мы с Верой долго думали над тем, какой подарок преподнести молодым. Помочь им обустроить семейное гнёздышко? Но особняк Павловых и без того великолепен, а я уверен, что Ник сможет улучшить его по своему усмотрению. Подарить машину, чтобы дети могли сэкономить время — ценнейший ресурс, который есть у человека? Хорошая идея, но никто из них не умеет водить, а мы не захотели обременять их дополнительными проблемами и расходами на шофёра. Именно поэтому мы решили вложиться в общее дело наших детей — частный кабинет, в котором они ведут приём посетителей.

Владимир Евграфович ненадолго взял паузу и посмотрел на нас.

— Я знаю, что недавно Николай выкупил кабинет, но рассчитаться по нему до конца ещё не успел, поэтому мы с Верой решили закрыть его долг по займу. Дети, отныне этот кабинет полностью ваш!

Ничего себе подарок! Долг размером в четыре миллиона, которые мне предстояло выплатить Арбузову, мгновенно спал с моих плеч, открывая новые возможности. Интересно, Шумский что-то увидел в одном из своих видений, иначе я не совсем понимаю его решение.

Подарок от Бердникова тоже оказался достаточно необычным.

— Изначально я тоже думал насчёт автомобиля, но решил, что это дело вкуса, — признался Роман Николаевич. — Я решил сделать молодым подарок, который станет фундаментом их благополучия. Этот золотой слиток весом в килограмм откроет перед вами возможности для инвестирования.

Но больше всего меня удивил подарок Анненкова. Разумеется, он преподнёс его в своей манере.

— У меня особый подарок, — задорно улыбнулся Ярик, поднявшись из-за стола. — Знаю, что Ник совершенно не умеет отдыхать, поэтому наверняка не позаботился о медовом месяце. Именно поэтому я купил два билета на круиз по Волге для молодой пары. Лучший вариант для отдыха: путешествие по реке, бархатный сезон, никаких забот и только любование окружающей красотой. А чтобы молодые не заскучали, корабль будет заходить в крупные города на Волге, где вас ждёт полно достопримечательностей.

Домой мы вернулись далеко за полночь, уставшие, но счастливые, ведь в этот важный день нас пришли поддержать все самые близкие люди. В этом крыле особняка Павловых сейчас не было ни души, поэтому мы могли почувствовать себя свободно.

— Знаешь, мне даже как-то неловко, — призналась девушка. — Сегодня нам столько всего надарили…

— Это точно. В один момент решились все финансовые проблемы.

— Но мы же не ради этого играли свадьбу.

— Конечно! Мы расписались потому что любим друг друга и хотим быть вместе всю жизнь. Но мы и не просили ничего такого, поэтому не волнуйся. Как поступим с подарком Анненкова? Мне совсем не хочется никуда ехать.

— Честно говоря, мне тоже, — призналась Настя. — Но просто сдать билеты не получится — эта компания не возвращает стоимость.

— Чувствую, Шмелёв не обрадуется, когда сразу два сотрудника уйдут в небольшой отпуск.

— Но ведь у нас и так будет три дня отдыха, положенные молодожёнам, — неожиданно спохватилась девушка. — И потом, когда ещё мы сможем позволить себе такую поездку?

— Да, ты права. Завтра пойду и обрадую Шмелёва. Подумать только, три дня путешествия, только я и ты.

— И не только дня, но и ночи, — неожиданно произнесла девушка.

— Что ты имеешь в виду?

— Ник, я ведь теперь твоя жена… — сбивчиво начала Настя, став напротив.

— Конечно! Ты всё ещё не можешь в это поверить?

— Нет, я не об этом. Помнишь, я говорила, что буду твоей только после свадьбы? Так вот, теперь нам больше ничего не мешает…

Девушка расстегнула молнию на платье, а затем ослабила завязки. Лишившись поддержки, платье соскользнуло к ногам, обнажая молодую стройную фигуру.