Системный целитель 5

Глава 5

Ночь прошла на удивление тихо, без нападений монстров, без неожиданных визитов потусторонних сущностей и даже без храпа Виктора, который обычно выводил такие рулады, что от них просыпались, казалось, даже камни в округе. Возможно, дело было в усталости после долгого перехода, а возможно, просто повезло, но я предпочитал не задумываться о причинах и просто радоваться результату.

Зато утро началось с криков, и это уже никого не удивило.

— Да вы посмотрите на это! Нет, ну вы посмотрите! — Виктор стоял посреди лагеря, держа в вытянутых руках свой многострадальный сапог и демонстрируя его содержимое всем желающим и не желающим. — Я же специально вечером не просто их спрятал! Я в них тряпок напихал, чтобы эта сволочь туда не залезла! Так он эти тряпки вытащил, сделал своё подлое дело, и потом засунул их обратно! Как это вообще возможно? Это какой уровень интеллекта должен быть у обычного енота?

Тем временем «обычный енот» преспокойно восседал на ветке ближайшего дерева и наблюдал за разворачивающейся сценой с выражением глубочайшего удовлетворения на своей серой мордочке. Честное слово, мне даже показалось, что он улыбается. А может, и не показалось, потому что эта сволочь всегда расцветала от чужих страданий, особенно если страдал именно Виктор. Какая-то личная вендетта между ними образовалась ещё в первые дни знакомства, и с тех пор енот методично изводил нашего танка всеми доступными способами.

Я же давно научился никак не реагировать на эти проделки, вот он и переключился на более благодарную жертву. Главное периодически подкармливать пушистую дрянь, и тогда она не станет объявлять войну ещё и мне. Взаимовыгодное сотрудничество, можно сказать.

— Витя, смирись уже, — Паша даже не повернул головы, продолжая складывать палатку. — Он тебя перехитрил, прими это как факт и двигайся дальше. Купи стельки впитывающие, не знаю… Или подгузники в сапоги набивай.

— Да как я могу смириться? — Виктор возмущённо взмахнул сапогом, и несколько капель подозрительной жидкости разлетелись в разные стороны. — Это же принципиальный вопрос! Если я сейчас ничего не сделаю, он решит, что победил окончательно!

— Он и так победил, — философски заметил Архип, раскуривая свою утреннюю трубку. — Причём давно. Ты просто ещё не осознал масштаб своего поражения.

Виктор издал звук, который можно было интерпретировать как возмущённый рык, и отправился к ручью отмывать свою обувь. Енот проводил его взглядом, полным самодовольства, и слез с дерева, явно рассчитывая на свой законный завтрак. Я кинул ему кусок вяленого мяса и мысленно поблагодарил за то, что объектом его внимания являюсь не я.

Лагерь мы собрали быстро, давно уже отработав эту процедуру до автоматизма. Каждый знал своё дело и выполнял его без лишних указаний, что экономило уйму времени и нервов. Паша складывает палатки и вещи, Архип курит трубку, Витя отмывает сапоги, а я сижу и проверяю всякие артефакты и медицинские инструменты. Ладно, не проверяю, но искусно делаю вид. В любом случае, через полчаса после пробуждения мы уже шагали вперёд, оставив позади очередное место ночёвки.

Настроение у всех было отменным, если не считать Виктора, который ещё некоторое время ворчал себе под нос что-то угрожающее в адрес енотов вообще и одного конкретного в частности. Солнце светило, погода радовала, и даже воздух здесь казался каким-то особенно свежим, словно его пропустили через десяток фильтров и добавили немного хвойного аромата для полноты ощущений.

Единственное, что омрачало эту идиллическую картину, были возвышающиеся над горизонтом тёмные густые купола двух высокоранговых прорывов. Они маячили впереди, словно грозовые тучи, застывшие навечно, и даже с такого расстояния чувствовалось исходящее от них давление концентрированной энергии. Два гигантских пузыря чистой силы, внутри которых копошились существа такой мощи, что даже думать о них было страшновато.

Пока даже страшно представить, какой силой надо обладать, чтобы сунуться внутрь одного из этих куполов. По моим прикидкам, для этого пришлось бы собрать целую армию сильнейших системщиков империи, причём таких, перед которыми наш знакомый герцог Аксаков выглядел бы обычным носильщиком снаряжения или в лучшем случае свежевателем добытых трофеев. И даже с такой армией успех был бы далеко не гарантирован.

— Как думаешь, что там внутри? — негромко поинтересовался Паша, поравнявшись со мной и кивнув в сторону ближайшего купола.

— Ничего хорошего, — честно ответил я. — Скорее всего, какие-нибудь элементали запредельного уровня или что-то ещё более неприятное. Тут только вопрос времени, когда один из этих прорывов начнёт расширяться, и тогда здесь станет совсем весело.

Я мысленно представил себе эту картину, и она мне категорически не понравилась. Когда два купола соприкоснутся, две стихии начнут борьбу между собой, страшнейшие монстры сцепятся в смертельной схватке, энергии будут биться друг с другом, порождая настоящий шторм, энергетическую бурю, которая поглотит всё вокруг хаосом сражений. А потом, когда пыль уляжется, останется один огромный пузырь, вход в который станет доступен только сильнейшим существам этого мира.

Вопрос только в том, есть ли вообще в этом мире такие сильнейшие. Светлой системе, понятное дело, на это наплевать, она своё уже получает и будет получать дальше независимо от исхода. А когда местное население истребят монстры, эта космическая паразитка просто полетит к следующей планете искать новых жертв. Она-то в полной безопасности, висит себе где-то там, за пределами атмосферы, и может спокойно думать только о том, как выжать побольше энергии из очередного мира. В аномалии я отчётливо видел её истинную природу и местоположение, и это зрелище до сих пор вызывало у меня смесь отвращения и холодной ярости.

Мы продолжали двигаться вперёд, всё ближе и ближе к узкому проходу между куполами, и с каждым шагом давление энергии становилось всё ощутимее. Не то чтобы это было физически неприятно, но какое-то постоянное гудение на границе восприятия начинало действовать на нервы.

— Ребят, нашёл тропку! — Митяй возник буквально из ниоткуда, заставив половину группы вздрогнуть, а Виктора даже тихонько взвизгнуть, хотя он потом яростно отрицал этот факт. — Она как раз ведёт ровно посередине между прорывами, можем относительно безопасно проскочить куда-то туда.

Разведчик махнул рукой в направлении невидимого за куполами пространства, и я задумался о том, что именно нас там ждёт. Куда приведёт эта тропка, было совершенно непонятно, ведь за огромными мерцающими куполами действительно ничего не разглядеть. Если до этой точки ещё когда-то доходили разведчики, о чём свидетельствовали упоминавшиеся ранее отчёты, то дальше начиналась настоящая неизведанная территория.

Идут, идут… — голос Тёмной в моей голове звучал странно, с какими-то помехами, словно радиосигнал через несколько слоёв помех. Некоторые слова она явно пропускала, и я скорее угадывал их по контексту, чем слышал.

— Так, у всех система барахлит? — поинтересовался я вслух, решив уточнить, не только ли у меня такие проблемы.

— Функционал в порядке, работает, — нахмурился Паша, сразу проверив и зарядив арбалетный болт, как делал всегда, когда ситуация казалась ему потенциально опасной. — А вот связь да, такая себе. Видимо, слишком высокая концентрация энергии в этом месте глушит сигнал.

Остальные кивнули, молчаливо принимая эту теорию как рабочую. Грач, верный своей репутации молчуна, просто пожал плечами и проверил, получается ли зарядить меч для удара. Архип выпустил облако дыма и что-то пробормотал о том, что он теперь может обходиться вообще без всяких систем и ничего, раньше же жили как-то люди без них.

Мы двинулись по обнаруженной Митяем тропе, хотя «тропа» было слишком громким названием для того, что мы увидели. Не утоптанная ровная дорожка, как можно было бы ожидать, а скорее просто направление, где растительности было чуть меньше, чем вокруг. Иногда приходилось перелезать через валуны, иногда продираться сквозь цепкие лозы, норовившие ухватить за одежду и снаряжение, иногда хлюпать по грязи.

Но всё это было куда лучше, чем ломиться напрямую через бурелом. Плюс здесь энергетическое давление ощущалось не так сильно, как по краям прохода. По крайней мере, в ушах уже не трещало от перенасыщения агрессивной стихийной энергией, и я мог слышать что-то помимо собственного пульса.

— Стоп! — Митяй резко поднял руку и буквально распластался на земле, а остальные последовали его примеру, кто как сумел.

— Что там? — шикнул Витя, тут же доставая свой огромный меч с готовностью немедленно вступить в бой. — Монстр? Я никого не вижу!

— Хуже… — задумчиво проговорил разведчик, внимательно разглядывая что-то на земле перед собой. — Тут след…

— Монстра? — Виктор окончательно обнажил меч и занял боевую стойку, всем своим видом демонстрируя готовность защитить группу от любой угрозы.

— Хуже… — Митяй медленно поднялся на ноги и указал на отпечаток в мягкой земле. — След человека. Отчётливый, свежий, оставлен может с неделю или две назад. И этот кто-то шёл как раз туда же, куда и мы.

Я подошёл ближе и присмотрелся к следу. Действительно, отпечаток сапога, причём явно не монстра и не какого-нибудь зверя. Человеческая нога, судя по размеру принадлежавшая мужчине среднего телосложения. Кто-то прошёл здесь относительно недавно и направился прямиком в серую зону, откуда, по общему мнению, никто не возвращается.

— Интересно, — протянул я, разглядывая отпечаток. — И кого же понесло в эти гиблые места раньше нас?

— Может, такой же любопытный идиот, как мы? — предположил Архип, не вынимая трубки изо рта. — Мир ими полон.

— Или кто-то, кто знает больше нашего, — добавил Паша, внимательно осматривая окрестности. — В любом случае, надо быть начеку. Если здесь ходят люди, значит, здесь можно выжить. Но это также означает, что мы можем наткнуться на кого-то, кто не обрадуется нашему визиту.

Логика железная, и возразить тут нечего. Мы продолжили путь, теперь уже более осторожно, внимательно глядя по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху.

Атака произошла настолько внезапно, что даже Митяй со своими разведческими навыками не успел среагировать.

Из мерцающей поверхности левого купола, словно из толщи воды, вынырнуло нечто огромное, раскалённое и очень, очень злое. Шестилапая тварь размером с небольшой дом, похожая на ящерицу-переростка, если бы эта ящерица была сделана из расплавленного камня и покрыта трещинами, сквозь которые пульсировало жидкое пламя. Элементаль смешанного типа, огонь и камень в одном флаконе, и даже беглого взгляда хватило, чтобы понять, что тварь как минимум на голову выше всего, с чем мы сталкивались до этого момента.

Первый же плевок лавой ударил туда, где мгновение назад стояла вся наша группа. Хорошо, что инстинкты у всех сработали раньше разума, и мы успели рассредоточиться, прежде чем раскалённая масса шлёпнулась на землю, мгновенно превратив её в дымящуюся стекловидную лужу.

— Рассыпаться! — заорал Архип, уже вскидывая арбалет. — Не давайте ему сосредоточиться на одной цели!

Легко сказать, подумал я, уворачиваясь от второго плевка, который пролетел в опасной близости от моего лица и оставил после себя волну обжигающего жара. Тварь оказалась не только большой и сильной, но и на удивление быстрой для своих габаритов. Шесть лап позволяли ей перемещаться с пугающей грацией, а голова на длинной шее крутилась во все стороны, выискивая цели для следующей атаки.

На земле уже образовалось несколько лужиц расплавленной породы, и я мысленно отметил, что наступать на них категорически не рекомендуется, если только я не хочу остаться без ног.

Арбалетный болт Паши со свистом рассёк воздух и ударил тварь в бок, но отскочил от каменной шкуры, не причинив видимого вреда. Болт Архипа последовал следом и тоже срикошетил, хотя и оставил небольшую выщербину там, где попал.

— Шкура слишком крепкая! — крикнул Паша, уже перезаряжая оружие. — Нужно бить в места стыков или в пасть!

Виктор не стал дожидаться подробных инструкций и с рёвом бросился в атаку, замахиваясь своим огромным мечом. Тварь среагировала мгновенно, отпрыгнув в сторону с ловкостью, совершенно не соответствующей её размерам, и попыталась достать нашего танка боковым ударом хвоста. Виктор успел выставить меч, принимая удар на плоскость клинка, и его отбросило назад на добрых пять метров, но он удержался на ногах.

Грач уже был там, двигаясь своим фирменным скользящим шагом, и его клинок сверкнул, рассекая воздух. Удар пришёлся в заднюю лапу, туда, где каменные пластины сходились между собой, и тварь взревела от боли, впервые демонстрируя, что она всё-таки уязвима.

Интересно… — мелькнуло в голове, когда я активировал своё восприятие на полную мощность и начал анализировать противника. Каменная броня с огненным ядром внутри, уязвимые точки в местах соединения пластин и, судя по всему, в районе головы. Глаза, пасть, может быть, дыхательные отверстия, если они у этой твари вообще есть.

Впервые за долгое время я почувствовал, что придётся использовать боевые навыки по-настоящему. Не те аккуратные медицинские манипуляции, которыми занимался в последние недели, а настоящую боевую магию, грубую и разрушительную. Ведь в ударах молота тоже есть что-то волшебное, верно?

Энергия послушно отозвалась на мой призыв, наполняя тело силой и обостряя восприятие до предела. Мир словно замедлился, и я увидел, как тварь разворачивается для очередного плевка, на этот раз целясь в Грача, который оказался слишком близко после своей атаки.

Буквально выстрелил собой вперед и нанес несколько мощных ударов прямо по пальцам монстра. Да, не самое уязвимое место, но я ведь когда-то спотыкался о тумбочку и потому знаю, что мизинчики приносят людям больше всего страданий. Так и сейчас, молот раз за разом врезался в каменную броню, каждым ударом высекая обломки породы и причиняя монстру истинные страдания. А сверху еще и заклинание оглушения прокатывалось волной по всей конечности твари.

Эта атака отвлекла ящера буквально на пару секунд. Он сначала не понял, что вообще происходит и за что ему причиняют столько боли. Да и потом тоже не понял, просто взвыл и отскочил назад.

Главное — этих пары секунд хватило Виктору, чтобы снова сблизиться и обрушить свой меч на переднюю лапу монстра. Клинок вошёл глубоко, по самую рукоять, и тварь взвыла так, что у меня заложило уши.

Но даже раненая, она оставалась смертельно опасной, тем более, что лап этих у нее хоть отбавляй. Хвост со свистом пронёсся по воздуху и врезался в Виктора, отшвырнув его как тряпичную куклу. А потом последовал плевок, уже не прицельный, а скорее от отчаяния, широкий веер раскалённых капель, накрывший значительную площадь.

Виктор, ещё не успевший подняться после удара хвостом, оказался прямо на пути этой огненной волны.

Я рванулся к нему, но попросту не успел, капли лавы осыпали нашего танка, прожигая одежду и кожу, и его крик боли разнёсся над тропой.

Грач и Архип атаковали одновременно: меч первого вонзился в шею твари, а болт второго нашёл щель между каменными пластинами на голове. Элементаль дёрнулся, его движения стали хаотичными, пламя в трещинах начало пульсировать неравномерно.

Паша воспользовался моментом и всадил болт прямо в глаз монстра. Тварь взревела в последний раз и рухнула, её тело начало быстро остывать, пламя угасло, а раскалённый камень стремительно чернел.

Но мне было не до созерцания нашей победы.

Виктор лежал на земле, корчась от боли, его кожа во многих местах была обожжена, местами до мяса. Ожоги второй и третьей степени на руках, спине и левой половине лица, характерный запах горелой плоти, который я так хорошо помнил ещё со времён работы в травматологическом отделении. Там через дорогу шашлычная была, вот и запомнил.

Но сейчас лучше гнать такие мысли подальше, и так есть хочется. А пока не вылечу товарища, никаких перекусов!

Я упал на колени рядом с ним и положил руки на грудь, вливая целительную энергию потоком, который сам же раньше назвал бы расточительным. Но сейчас было не до экономии, сейчас важно было только одно: не дать Виктору умереть.

Регенеративная энергия хлынула в его тело, оценивая повреждения и начиная восстановление с самых критических участков. Термические повреждения эпидермиса и дермы, частичное поражение подкожной клетчатки, обугливание волосяных фолликулов, коагуляция белков в верхних слоях кожи. Классическая картина ожоговой травмы, осложнённая тем, что источником был не обычный огонь, а магическая лава с примесью стихийной энергии.

Не хочу ничего сказать, но всё-таки магия — это круто. Чем так страшны ожоги? Не только тем, что обширные поражения кожи становятся огромными распахнутыми воротами для любого вида инфекции, хотя это тоже очень важно. Одно дело порез — там калитка приоткрывается совсем чуть-чуть и можно как-то закрыть ее повязкой и антибиотиками. Тогда как при ожогах незащищенная площадь действительно большая, входи не хочу.

И будто бы этого мало, но есть еще проблема. Обезвоживание! Казалось бы, это здесь вообще причем? Дело в том, что при поражении кожи нарушается кожный барьер, поражаются капилляры. Если не вдаваться в подробности, то, грубо говоря, через пораженную кожу просачивается плазма крови, вода, полезные минералы. И это не считая повышенного потоотделения как следствие воспаления, рвоты, возможно даже диареи от общей интоксикации организма. Так что да, ожоги опасны своими последствиями, а не тем, что это просто больно и неприятно.

Так что сначала, как всегда, очистка: удаление некротизированных тканей, нейтрализация остаточного магического воздействия, предотвращение дальнейшего распространения повреждений. Потом регенерация: послойное восстановление дермы, формирование нового эпидермиса, реконструкция повреждённых нервных окончаний. Всё это я делал почти автоматически, опираясь на медицинские знания из прошлой жизни и возможности магии из нынешней.

Виктор постепенно перестал кричать и только тяжело дышал, пока энергия делала своё дело. Покрасневшая кожа светлела, волдыри сдувались, новая ткань затягивала раны прямо на глазах. Через пять минут, показавшихся мне вечностью, от ожогов остались только розоватые пятна, которые тоже постепенно бледнели.

— Живой? — спросил Паша, появившись рядом с озабоченным выражением на лице.

— Теперь да, — я откинулся назад, чувствуя, как меня накрывает усталость от потраченной энергии. — Но в следующий раз пусть уворачивается получше.

— Постараюсь, — прохрипел Виктор, с трудом приподнимаясь на локтях и оглядывая своё восстановленное тело. — Спасибо, Вова. Думал, мне конец.

— Конец тебе будет, если ещё раз так подставишься, — буркнул я, помогая ему сесть. — И на этот раз я лечить не стану, из принципа. Или хотя бы понос оставлю, на память.

— Суровый ты, — хмыкнул Виктор, но в глазах его читалась неподдельная благодарность.

Мы потратили ещё некоторое время на то, чтобы прийти в себя, собрать разбросанное снаряжение и убедиться, что никто больше не пострадал. Архип получил несколько мелких порезов от разлетевшихся осколков камня, но это были сущие пустяки, которые я залечил между делом. Остальные отделались испугом и потрёпанными нервами.

Труп элементаля уже почти полностью остыл, превратившись в гору чёрного камня с вкраплениями застывшей магмы. Где-то там, в глубине, наверняка находилось ядро, но доставать его никто не рвался: слишком много возни, а времени и сил оставалось не так много.

— Идём дальше, — распорядился я, поднимаясь на ноги и проверяя, всё ли снаряжение на месте. — Чем быстрее пройдём этот участок, тем лучше.

Никто не возражал. Мы снова построились в походный порядок и двинулись вперёд, стараясь держаться подальше от мерцающих поверхностей куполов. Один раз попасться на такую атаку было достаточно, второго раза никому не хотелось.

Ещё полчаса пути по узкой тропе между прорывами, и мы наконец вышли на другую сторону.

И замерли.

Передо мной открылся вид, которого я никак не ожидал увидеть. Вместо выжженной пустоши или безжизненной каменистой равнины, которые рисовало моё воображение, внизу расстилалась долина. Зелёная, живая, поросшая лесом и лугами, с извилистой рекой, блестевшей на солнце серебряной лентой. А вдалеке, в нескольких точках, к небу поднимались тонкие струйки дыма.

И они поднимались из разных мест, слишком далеко друг от друга, чтобы быть случайным пожаром, но слишком упорядоченно, чтобы принадлежать дикарям. Там, внизу, явно было поселение. Может быть, даже не одно.

— Ну ни хрена себе, — выразил общую мысль Виктор, глядя на открывшуюся панораму. — А говорили, серая зона, мёртвая земля, никого нет…

— Видимо, кто-то соврал, — задумчиво проговорил Архип, выпуская облако дыма. — Или просто не знал.

— Или не хотел, чтобы знали другие, — добавил Паша, уже прикидывая что-то в уме. — Спрятать целую долину с поселениями за двумя высокоранговыми прорывами… Это очень хитрый план.

Я смотрел на зелёную долину, на дым от очагов, на реку, несущую свои воды куда-то за горизонт, и думал о том, что наше путешествие только начинается. Серая зона оказалась совсем не такой, как её описывали. И люди, живущие здесь, определённо знают что-то, чего не знаем мы.

Остаётся только спуститься и познакомиться с ними поближе. Желательно так, чтобы это знакомство не закончилось ещё одним боем, потому что на сегодня приключений мне уже хватило с лихвой.