Системный целитель 5

Глава 7

Серая зона оказалась совсем не такой, какой я её себе представлял, и уж точно не серой. Здесь природа словно сошла с ума, перемешав климатические зоны и ландшафты в хаотичную мозаику, где каждый следующий шаг мог привести тебя из засушливой степи прямиком в тропические джунгли.

Вот только что мы шли по вполне обычной равнине с пожухлой травой и редкими кустарниками, и вдруг впереди показалось болото, раскинувшееся посреди этой степи совершенно ни с того ни с сего, без какой-либо логики или причины.

Обошли его стороной, благо Мира знала безопасный маршрут и уверенно вела нас через эту мешанину из биомов, которые никак не должны были соседствовать друг с другом. Через полчаса болото сменилось молодым сосновым лесом, который вырос здесь явно не больше десятка лет назад, потому что стволы были тонкими, а кроны ещё не успели толком сформироваться. А ещё через километр молодняк резко оборвался, уступив место настоящим джунглям с лианами, широкими листьями и удушающей влажностью, от которой одежда мгновенно стала липкой и противной.

Джунгли тянулись недолго, буквально пару сотен метров, после чего мы вышли на каменистую пустошь, усыпанную валунами и песчаником, где не росло вообще ничего, а земля под ногами хрустела и крошилась. И всё это на протяжении буквально пары часов пути, словно кто-то взял несколько континентов, нарезал их на куски и случайным образом разбросал по территории, совершенно не заботясь о том, чтобы результат выглядел хоть сколько-нибудь естественно.

Прорывы, вот что здесь творилось. Десятки, сотни прорывов за двести лет существования магии, каждый из которых будто бы приносил с собой кусочек чужого мира и навсегда менял местность вокруг. Болото посреди степи наверняка осталось от какого-нибудь водного прорыва, джунгли притащил сюда прорыв огня и природы, а может и еще каких-то стихий, а каменистая пустошь могла быть следом от земляной или огненной аномалии, выжегшей всё живое вокруг.

Но самое впечатляющее зрелище ждало нас на границе пустоши и очередного леса. Там, среди поросших мхом валунов, возвышались останки каменного голема, и слово «возвышались» здесь было более чем уместным. Эта тварь при жизни достигала метров пятнадцати в высоту, а может и больше, судя по размеру отдельных частей тела. Сейчас голем лежал грудой обломков, но даже в таком состоянии можно было различить массивный торс, две руки толщиной с бочку, ноги, похожие на колонны древнего храма, и голову размером с небольшой автомобиль.

Мох уже успел покрыть большую часть останков, кое-где между камнями пробились какие-то растения, а в глазницах головы свили гнёзда птицы, но общие очертания всё ещё угадывались вполне отчётливо. Интересно, сколько людей погибло, пытаясь завалить эту махину, и кому в итоге удалось её прикончить?

Девушка заметила мой взгляд и чуть замедлила шаг, позволяя рассмотреть останки получше.

— Древний страж, — коротко пояснила она, не оборачиваясь. — Пришёл из большого прорыва лет семьдесят назад, прежде чем его успели закрыть. Дед Феофан лично его останавливал.

— Впечатляет, — одобрительно кивнул я, прикидывая, какого уровня и силы должен быть человек, способный справиться с такой громадиной. — А прорывы здесь часто открываются?

— Раньше часто, теперь реже. Мы научились их закрывать до того, как они наберут силу.

Она не стала вдаваться в подробности, и я не стал настаивать. Всё-таки мы здесь гости, причём незваные, и выспрашивать военные секреты было бы как минимум невежливо. Хотя любопытство, конечно, распирало со страшной силой, потому что закрывать прорывы без помощи системы это другое, а тут способы совершенно новые и неизведанные для меня.

Шли мы довольно долго, несколько часов, и в основном молчали, потому что говорить особо было не о чем, да и девушка явно не располагала к светским беседам. Зато появилось время осмотреться и подумать, а подумать было о чём.

Воздух здесь буквально пропитан энергией, настолько густой и насыщенной, что её можно было почувствовать даже без всякой магии. Если присмотреться, в воздухе висела едва заметная взвесь, похожая на пыльцу или мельчайшие частички пыли, которые медленно оседали на листья деревьев, на траву, на нашу одежду и кожу. Эта субстанция проникала в лёгкие с каждым вдохом и вызывала лёгкое покалывание на коже, словно слабые разряды статического электричества пробегали по телу.

Но, возможно, так только у меня. Всё-таки аспект Поглощение это не шутки, работает он всегда и в автоматическом режиме, а при желании теперь я могу примагничивать еще больше так называемого опыта или энергии. Так и сейчас, слегка напрягся, и пыльца медленно потянулась ко мне со всех сторон. Но сильно усердствовать не стал, всё-таки лучше пока не привлекать слишком много внимания.

А вообще, непривычное ощущение, но не неприятное. Скорее даже бодрящее, как будто каждая клетка тела получала дополнительную подпитку напрямую из окружающей среды.

Интерфейс системы периодически пытался активироваться, на краю зрения вспыхивали знакомые иконки и строчки текста, но каждый раз изображение шло рябью и распадалось на бессмысленный набор символов. Тёмная тоже пыталась достучаться до меня, это я чувствовал где-то на периферии сознания, но все её попытки разбивались о какую-то невидимую стену, не позволявшую установить связь.

Странно, но приятно. Впервые за долгое время я остался наедине со своими мыслями, без постоянного присутствия системного наблюдателя в голове. Можно было просто идти, смотреть по сторонам, думать о своём и не переживать, что кто-то подслушивает твои размышления. Пусть Тёмная и не такая назойливая, как её светлая коллега, но всё равно осознание того, что каждая твоя мысль потенциально может быть прочитана, несколько давит на психику.

Ну и пусть посидит там, никуда не денется. Иногда полезно побыть одному, без системной поддержки и комментариев по поводу каждого твоего действия.

Группа наша шла молча, каждый погружённый в собственные размышления. Паша то и дело поглядывал на небо, будто ожидая нападения сверху, Виктор просто шагал вперёд с тупым упорством вьючного животного, а Архип периодически останавливался, чтобы осмотреть очередное интересное растение или камень. А Грач с Митяем просто хмуро топали вперед и даже не смотрели по сторонам. Ну ничего, уверен, с нами все будет хорошо. Вряд ли наши пленители ведут нас на убой, это было бы совершенно не логично. Проще прикончить и бросить там же, а то и вовсе, утилизировать в первом попавшемся прорыве.

И вот, спустя какое-то время, когда солнце уже начало клониться к закату, впереди показался город. Хотя «город» это было громко сказано, скорее небольшое укреплённое поселение на три-четыре сотни жителей, компактное и основательное, явно построенное с расчётом на долгую оборону.

Высокая каменная стена опоясывала поселение по периметру, и даже с расстояния было видно, что стена эта не обычная. Камни подогнаны друг к другу идеально, без малейших зазоров, а поверхность покрыта едва заметным мерцающим узором рун, которые то вспыхивали, то гасли, словно город дышал собственной магией. Такую стену не построишь вручную за сотню лет, здесь явно поработали маги, причём маги серьёзные.

Дома внутри тоже были каменными, магического происхождения, судя по тем же характерным признакам идеальной кладки. Лес вокруг вырублен метров на двести, чтобы противник не мог подкрасться незамеченным, выкопан глубокий ров с водой, перекинут подъёмный мост. Наверняка есть ещё какие-то ловушки и защитные механизмы, о которых нам явно никто рассказывать не станет.

Девушка-проводница заметно напряглась, когда мы приблизились к воротам, и её настороженный взгляд стал ещё более колючим. Она по-прежнему не доверяла нам, и это было вполне понятно и объяснимо, учитывая их отношение к любым системам. Хотя по дороге всё же удалось её немного разговорить и узнать кое-что интересное о местных порядках.

Светлую здесь ненавидели лютой ненавистью, которая передавалась из поколения в поколение вместе с историями о том, как система уничтожила их предков и загнала выживших в эти дикие земли. Но и к Тёмной относились с опаской, потому что для местных любая система это потенциальный враг, паразит, пытающийся подчинить себе человеческую волю.

Ту историю об уничтожении Тёмной системы она так и не дорассказала, оборвав повествование на самом интересном месте, когда я попытался уточнить детали. Но даже того, что удалось услышать, хватило, чтобы задуматься. Это что же получается, Тёмная всё это время скрывала, что была в этом мире и раньше? Что её уже однажды уничтожили, или как минимум изгнали, а потом она каким-то образом нашла лазейку, чтобы вернуться?

Возможно, она действительно была не такой плохой, как Светлая, и именно поэтому подверглась истреблению. Логика здесь простая и понятная, как учебник по монополиям для начинающих капиталистов. Зачем честно конкурировать за пользователей, предлагая им лучшие условия, когда можно просто уничтожить конкурентов и установить полный контроль над рынком? Светлая явно руководствовалась именно этим принципом, методично истребляя другие системы и работая на отсроченный результат.

Пока остальные системы пытались завлечь к себе людей всякими бонусами и преимуществами, Светлая просто убивала их носителей одного за другим, пока не осталась единственной. Гениально в своей простоте и отвратительно по своей сути.

Ворота поселения оказались распахнуты настежь, что несколько удивило меня, учитывая всю эту параноидальную систему укреплений. Впрочем, на стенах дежурили часовые, а у самих ворот стояла пара крепких мужиков с оружием, которые внимательно осмотрели нашу группу и пропустили только после кивка проводницы.

Прошли по подъёмному мосту над рвом, и я машинально отметил, что механизм подъёма выглядит вполне работоспособным, несмотря на средневековый внешний вид. Цепи смазаны, противовесы отбалансированы, лебёдка укрыта от дождя под навесом. Кто-то здесь явно следил за техническим состоянием оборонительных сооружений.

Внутри поселение производило странное впечатление. С одной стороны, типичное средневековье: узкие улочки, мощённые камнем, деревянные вывески над дверями лавок, куры, копошащиеся в пыли, женщины в простых платьях с корзинами на руках. С другой стороны, было очевидно, что это не какие-то отсталые дикари, забившиеся в глушь от страха перед цивилизацией.

Вот, например, старик сидит на лавке у своего дома, читает книгу и периодически посмеивается, видимо, наткнувшись на что-то забавное в тексте. В настоящем средневековье грамотных было процентов пять от силы, а тут обычный дедушка спокойно читает себе на досуге, и это никого вокруг не удивляет.

Или вон акведук тянется через весь город, снабжая жителей свежей водой из какого-то источника за пределами стен. Каменные желоба проложены над крышами домов, местами укреплены магическими рунами, и вода течёт по ним ровным потоком, не застаиваясь и не портясь. В том самом средневековье люди пили из рек, куда же сливали отходы, и мёрли от дизентерии как мухи, а здесь явно позаботились и о канализации, судя по характерным решёткам в мостовой.

Они не отстали от цивилизации, они от неё отделились. Осознанно, целенаправленно, сохранив при этом всё полезное, что успели накопить за два века существования в этом мире. Просто без промышленности сложно производить сложные механизмы вроде автомобилей или электрогенераторов, вот и приходится обходиться более простыми решениями.

Хотя кое-что техническое здесь всё же было. На одной из башен я заметил артиллерийскую установку, явно старую, но всё ещё функциональную. Ствол покрыт витиеватыми мерцающими узорами, видимо, усилен магией для повышения мощности и точности. Интересное сочетание технологий и волшебства, которое наверняка даёт неплохой результат против крупных тварей из прорывов.

Мы прошли по главной улице, и местные жители отвлекались от своих занятий, чтобы проводить нас взглядами. Любопытство в их глазах мешалось с настороженностью, а некоторые даже отходили подальше, словно боялись заразиться какой-то системной чумой от близкого контакта с нами. Тихие перешёптывания за спиной, быстрые взгляды, дети, которых матери торопливо уводили в дома.

Не то чтобы враждебность, скорее опасливое недоверие к чужакам. Вполне понятная реакция для замкнутого сообщества, которое достаточно давно живёт в изоляции от внешнего мира.

По пути я успел заметить здания кузницы с характерным грохотом и запахом калёного железа, лавку артефактора с выставленными в окне амулетами и украшениями, мастерскую зельевара, от которой тянуло чем-то травяным и слегка горьковатым. Полный набор магического производства для автономного существования.

В центре поселения располагалось здание с куполом, чем-то похожее на академию или библиотеку. Массивное, каменное, с высокими арочными окнами и двойными дверями из тёмного дерева. Наверняка что-то вроде местного учебного заведения, где передают знания от старшего поколения к младшему.

Интерфейс снова попытался вспыхнуть с новой силой, когда мы проходили мимо этого здания, но вместо привычных строчек и иконок появилась только рябь, сквозь которую невозможно было разобрать ни единого символа. Я даже не пытался вчитываться, потому что смысла в этом не было никакого. Непривычно, конечно, оставаться без системной поддержки, словно лишился какого-то органа чувств, к которому успел привыкнуть. Но ничего страшного, навыками системы я и так давно не пользуюсь по прямому назначению.

Ту же искру вспоминаю только когда надо костёр зажечь, не более того. Хотя её уровень заметно подрос за последнее время, и теперь благодаря ней удаётся коагулировать мелкие сосуды даже не вскрывая пациента. Просто концентрируешь энергию в точку и прижигаешь повреждённый сосуд изнутри, через кожу и мышечную ткань. Не самая сложная процедура, когда освоишь контроль над магическим потоком на должном уровне. Опять же, это возможно только если использовать вместе с исцелением, иначе организм начинает сопротивляться и блокирует потоки магии.

Девушка привела нас к дому в самом центре поселения, рядом с тем самым куполообразным зданием. Двухэтажное строение из того же магического камня, что и городские стены, с небольшим садиком перед входом и резным крыльцом. На вид обычный жилой дом, разве что чуть побольше и понаряднее соседних.

— Подождите здесь, — бросила она и скрылась за дверью, оставив нас стоять на улице под любопытными взглядами прохожих.

Ждать пришлось недолго, минут пять или около того. Дверь снова открылась, и на пороге появился старик. И это был именно старик, а не пожилой человек с ранней сединой или хорошо сохранившийся мужчина средних лет. Глубокие морщины избороздили его лицо, редкие седые волосы торчали в разные стороны, спина чуть согнулась под тяжестью прожитых лет.

Но при этом двигался он легко и уверенно, как будто возраст был всего лишь внешней оболочкой, за которой скрывалось молодое и сильное тело. А глаза… в его глазах светился острый, живой ум, который явно не собирался сдаваться годам ещё лет сто как минимум.

— Гости! — произнёс он голосом, совершенно не соответствующим его внешности, глубоким и звучным. — Давненько к нам никто не заглядывал. Я Феофан, староста этого поселения. Добро пожаловать в Убежище.

Ну, так-то хорошее название для места, которое двести лет прячется от системы и её приспешников.

— Владимир, — представился я первым, раз уж никто другой не спешил открывать рот. — Это мои спутники: Павел, Виктор, Архип, Грач и Митяй. Мы пришли из диких земель, точнее из поселения Аксаковых.

— Аксаковы? — Феофан чуть прищурился, словно пытался что-то припомнить. — Герцогский род, если не ошибаюсь? Слышал о них, хотя это было очень давно…

Он отступил в сторону и широким жестом пригласил нас внутрь.

— Проходите, проходите. Ужин уже почти готов, а разговоры на голодный желудок это дурной тон. К тому же охрана здесь совершенно не нужна, так что пусть ваши люди тоже отдохнут и поедят.

Последняя фраза явно относилась к нашим пленителям и еще парочке стражников, которые сопровождали нас от самых ворот и теперь маячили в нескольких шагах позади. Они переглянулись, потом посмотрели на Миру, та едва заметно кивнула, и охранники неохотно удалились, хотя по их лицам было видно, что эта идея им совсем не нравится.

Внутри дом оказался уютным и простым, без всякой роскоши, но и без показной бедности. Деревянная мебель ручной работы, тканые ковры на полу, книжные полки вдоль стен, камин в углу комнаты. На стенах развешаны какие-то карты и схемы, а на большом столе посередине разложены бумаги, перья и чернильницы. Рабочий кабинет, совмещённый с жилым помещением, типичная обстановка для человека, который привык работать дома.

Феофан провёл нас в соседнюю комнату, где уже был накрыт стол на удивление внушительных размеров. Еда простая, но обильная: жареное мясо, варёные овощи, свежий хлеб, какие-то соленья и маринады, кувшин с тёмным напитком, похожим на квас или слабое пиво.

— Садитесь, угощайтесь, — старик указал на стулья и сам опустился во главе стола. — Дорога была долгой, вы наверняка проголодались.

Мы не стали отказываться. Какой бы ни была ситуация, от горячей еды отказываться глупо, тем более когда тебе её предлагают вполне искренне и без видимого подвоха. Несколько минут все молча ели, утоляя накопившийся за день голод, и только потом Феофан отложил вилку и пристально посмотрел на меня.

— А теперь рассказывайте, — произнёс он негромко, но так, что все сразу прекратили жевать и уставились на него. — Что привело вас в наши края и зачем вы искали Убежище?

Вопрос был прямым и не оставлял места для уклончивых ответов. Я переглянулся с Пашей, тот чуть пожал плечами, мол, ты у нас главный дипломат, тебе и карты в руки.

— Любопытство, — честно признался я. — На карте диких земель это место обозначено как серая зона, неисследованная территория, куда никто не суётся. Естественно, захотелось узнать, что там скрывается.

Феофан хмыкнул и откинулся на спинку стула.

— Любопытство, значит. Хорошая причина, лучше многих других. А что там у вас творится во внешнем мире? Какие новости?

И мы начали рассказывать. О поселении Аксаковых, о бегстве от инквизиции, о Тёмной системе и её противостоянии со Светлой. О том, как многие аристократические рода приняли все условия Светлой и продолжают служить паразиту, который два века сосёт из людей жизненные силы под видом защиты и помощи. Много чего рассказали, в общем.

Феофан слушал внимательно, иногда кивал, иногда качал головой, а один раз даже тихо выругался себе под нос, когда речь зашла о методах работы инквизиции. Было видно, что многое из услышанного его не удивляет, но кое-что всё же оказалось новостью.

— Значит, Светлая до сих пор доминирует, — подытожил он, когда мы закончили. — Живучая тварь. Думал, она давно сдохла от собственной жадности или её кто-нибудь прикончит. Но нет, всё так же сидит на шее у человечества и тянет соки.

— Вы помните мир до систем? — не удержался я от вопроса.

Старик усмехнулся, и в этой усмешке промелькнуло что-то такое, от чего по спине пробежали мурашки. Не страх, скорее благоговение перед человеком, который видел то, о чём остальные могут только догадываться.

— Помню, — кивнул он. — Мне двести двенадцать лет, молодой человек. Когда открылся первый прорыв, мне было девять, и я своими глазами видел, как пространство разорвалось рядом с нашим городом и оттуда полезли твари, каких никто раньше не видел. А потом появилась она… Светлая. Предложила защиту, силу, возможность выжить в новом мире. И люди хватались за эту соломинку, не понимая, что подписывают контракт с дьяволом.

Он замолчал, глядя куда-то сквозь стену, словно видел там картины двухсотлетней давности.

— А другие системы? — осторожно спросил я. — Тёмная, например?

— Были и другие, — подтвердил Феофан. — Несколько разных систем, каждая со своими особенностями и условиями. Некоторые были честнее Светлой, предлагали более выгодный обмен. Но Светлая оказалась хитрее и безжалостнее всех остальных. Она не просто вербовала себе сторонников, она уничтожала конкурентов. Методично, беспощадно, не оставляя никого в живых.

— И Тёмную тоже? — уточнил я.

— И её тоже. Хотя Тёмная продержалась дольше других, у неё были свои хитрости. Но в итоге и она пала, как и все остальные. По крайней мере, так мы думали до недавнего времени.

Он посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, и я понял, что этот старик знает гораздо больше, чем рассказывает.

— Твоя система тоже молчит здесь, верно? — это был не вопрос, скорее констатация факта.

— Да, — не стал отрицать я. — Связь пропала сразу, как мы вошли в серую зону.

— Защитный барьер, — пояснил Феофан. — Наши предки создали его специально, чтобы системы не могли дотянуться до Убежища. Любая система, не только Светлая. Мы не делаем различий между паразитами.

Последняя фраза прозвучала с лёгким намёком, но я решил не обижаться. В конце концов, с их точки зрения любая система это зло, и я не в том положении, чтобы спорить с хозяевами дома, которые приютили нас и накормили.

— Расскажите про войну, — попросил вдруг Архип, который всё это время молча слушал разговор. — Про ту самую, когда уничтожали системы. Что тогда происходило?

Феофан вздохнул и налил себе ещё кваса из кувшина.

— Долгая история, старик. Но если коротко, то это была бойня. Светлая натравливала своих последователей на носителей других систем, обещая им награды и повышение статуса за каждую убитую «еретическую» голову. Людей убивали прямо на улицах, в их собственных домах, на рабочих местах. Достаточно было просто заподозрить кого-то в связи с чужой системой, и толпа фанатиков уже неслась вершить правосудие.

Он помолчал, собираясь с мыслями.

— Мы бежали сюда, в дикие земли, потому что это было единственное место, куда Светлая не могла дотянуться. Здесь слишком много прорывов, слишком много опасностей, и её драгоценные системщики не желали рисковать своими жизнями ради горстки беглецов. А мы… мы научились выживать без системной помощи. Научились использовать магию напрямую, без посредников. И построили это место.

Он обвёл рукой комнату, и этот жест каким-то образом включал в себя всё поселение, все двести лет его существования, все поколения людей, которые здесь родились, жили и умирали.

— Убежище существует уже почти два века, — продолжил он. — Мы принимаем всех, кто готов отказаться от системы и жить свободно. Не так много желающих, как вы понимаете, большинство людей слишком привыкли к своим цепям.

— Ага, — усмехнулся я, — А может просто это серые земли и о них никто не знает. Не думаю, что вы вкладываетесь в рекламу, чтобы другие о вас узнали.

— Ну да, это тоже проблема, — развел руками старик, — Но желающих все равно принимаем, если что…

Ужин затянулся далеко за полночь. Феофан оказался прекрасным рассказчиком и собеседником, несмотря на свой возраст, а может быть именно благодаря ему. За двести лет жизни он накопил столько историй и знаний, что хватило бы на целую библиотеку. Рассказывал о первых годах существования Убежища, когда каждый день был борьбой за выживание. О том, как они учились закрывать прорывы своими силами, о магах, которые достигли такого уровня мастерства, что могли бы посоперничать с любым системщиком высокого ранга.

Я слушал и мотал на ус, понимая, что эта информация бесценна. Если люди смогли двести лет жить и развиваться без системы, значит это возможно, значит мои предположения действительно верны.

И ещё одна мысль не давала покоя: если Тёмная была уничтожена вместе с другими системами, то как она вернулась? Нашла лазейку в защитных барьерах? Или просто затаилась где-то на краю реальности, выжидая подходящий момент? И главное, чего она хочет на самом деле?

Вопросов было больше, чем ответов. Но по крайней мере теперь я знал, где их искать.