Глава 2


— Что ты помнишь, Террел?

Голос всплыл уже перед самым пробуждением — мимолетный и еле слышный, как шелест. Но именно он заставил очнуться. Перед глазами, будто ответ на вопрос, промелькнули бешеным калейдоскопом события последних дней. Перемешанные в дикий винегрет образы, столь яркие и врезавшиеся в память, что сложно было разделить, что происходило в реальности, а что — в виртуальном мире.

Голос Венди, о чем-то увлеченно рассказывающей мне на ходу. Запах горелого пластика и спазмы боли от разрядов тока, пока я бьюсь, запертый в капсуле виртреальности, будто заживо похороненный в гробу. Тьма, разрываемая лучами фонарей, хохот и выкрики бандитов Васкеса. Безупречный профиль Новы с челкой платиновых волос. Жуткая морда химеры, разваливающаяся пополам в пронзительном визге, пробирающем до самых когтей. Ямки над ключицами Джулии, склонившейся ко мне, чтобы перевязать раны. Ангельское пение русалки с бионическим хвостом. Жуткий раздробленный на части череп убийцы в сером костюме…

Я застонал, мотнул головой, отгоняя видения. И окончательно проснулся.

Постельное белье было необычно гладким и приятным на ощупь, подголовный валик поддерживал голову, как живая теплая ладонь, чутко реагируя на мои движения и меняя форму. Сама кровать казалась просто огромной — я мог развалиться на ней, широко раскинув руки и ноги, еще и место оставалось.

Коснулся идентификационного чипа, и в воздухе всплыли значки непрочитанных уведомлений. Но интересовало меня в первую очередь время.

8.45.

Уф, ну это нормально. Я-то уж думал, что продрых слишком долго. Это было бы неудивительно, учитывая, каким безумными и изматывающими выдались последние сутки. Да и предыдущие тоже.

В полутьме раздался мелодичный сигнал, и в квартире включилась рассеянная голубоватая подсветка, не режущая глаза, но очерчивающая основные элементы интерьера. Огромное окно, занимающее всю дальнюю стену, встроенный шкаф на противоположной стене, пару кресел, арку с полураскрытыми раздвижными дверями, ведущими в соседнюю комнату. Сквозь арку была видна барная стойка с обеденной зоной за ней. Левее, насколько я помнил, располагалась зона отдыха с большим диваном, видео-стеной и какими-то стеллажами. Правее — вход в санузел.

Квартира эта была раз в пять больше моей комнаты в «Гиацинте», потолки — раза в полтора выше, да и сама мебель и отделка стен вчера показались просто роскошными. Впрочем, парня из желтой зоны несложно удивить.

Вчера я хотел сразу поговорить с Кингом, но он отложил нашу встречу на утро. И сейчас я понимаю, что это было правильным решением. Я с трудом помню, как добрался сюда. Человек Кинга забрал меня из желтой зоны, долго вез на машине с наглухо тонированными стеклами. По прибытию обработал мои многочисленные ссадины, царапины и порезы — явно со знанием дела. Дальше уже все совсем как в тумане. Так что тогда я был не в том состоянии, чтобы вести столь важный для себя разговор.

Но готов ли я сейчас?

Я выбрался из кровати, и квартира, отреагировав на это, окончательно ожила. Окна в обеих комнатах постепенно стали прозрачными, впуская свет утреннего солнца. Небо снаружи оказалось таким голубым и чистым, что я даже засомневался, настоящий ли это вид или просто видео.

Не удержавшись, подошел к окну, ступая по мягкому светлому ковру. Остановился вплотную к стеклу, невольно замерев от раскинувшейся передо мной панорамы.

С такого ракурса Бостон мне еще видеть не доводилось. Разве что в каких-нибудь рекламных роликах. Квартира располагалась на верхних этажах одного из небоскребов зеленой зоны, и большая часть города отсюда была видна как на ладони. Серебристо-зеркальные шпили соседних высоток, многополосные автомагистрали в самом низу — с их нескончаемым потоком машин, снующим по сложным развязкам. Над ними целыми роями сновали пассажирские коптеры, похожие на огромных стрекоз. Жилые кварталы перемежались с парками, торговыми центрами, спортивными сооружениями. При этом — ни одного типового здания. И много зелени. Деревья и газоны были повсюду. Небольшие скверы, аллейки вдоль дорог. Даже на террасах и крышах некоторых зданий.

С трудом отыскал взглядом стену внутренней дамбы, за которой начиналась желтая зона. Виднеющиеся за ней старые здания и промышленные зоны отсюда были похожи на штабеля грязных грузовых контейнеров, а уж ближе к побережью и вовсе громоздились какие-то ржавые руины.

Вспомнилось вдруг, как я ехал с Джулией из интерната в девятый округ и смотрел издалека на блестящие башни небоскребов. И мечтал, что когда-нибудь я окажусь здесь и посмотрю на город уже с другой стороны — сверху вниз.

Ради этого я готов был вкалывать сутки напролет. Еще начиная со старших классов интерната строил планы — как устроюсь на курсы инженеров, буду работать, копить на высшее образование, учиться дальше. Ступенька за ступенькой подниматься по лестнице социального рейтинга. Это всегда было важно для меня — стремиться вперед и вверх. Пусть я даже сам для себя не мог ответить на вопрос, зачем мне это. Я знал лишь, что не хочу мириться со своим положением. Не хочу останавливаться.

И вот он я, здесь. Вот только в этом нет моей заслуги. Да и вообще — у сбывшейся мечты почему-то явственный привкус пепла.

С самого первого дня, как я вышел из интерната, на меня обрушился поток событий, в которых я мало что понимал и еще меньше мог изменить. И в реале, и в виртуальном мире «Наследия». То, что я до сих пор жив и здоров, — уже можно рассматривать как невероятное везение. Вот только сколько оно еще продлится?

О своей сделке с Дайсоном я не жалел. Если бы не этот старый громила, я бы уж точно был мертв, он меня спасал как минимум трижды. Но и он был не всесилен, и последняя схватка с убийцей в серебристом костюме это показала. Сейчас даже не факт, что Дайсон жив. Оставил я его у Вальтера в крайне плачевном состоянии. Остается только надеяться, что черный хирург умеет не только кромсать людей, вживляя им импланты, но и сможет выходить старого приятеля.

У меня же вся надежда на Кристофера Кинга. Дайсон убедил меня, что только он сможет мне помочь выбраться из всей этой передряги. Кинг якобы был другом моего отца и очень влиятельным человеком. Сейчас он вроде бы член совета директоров «Blue Ocean».

Вчера я ухватился за этот вариант руками и ногами — другого выбора все равно не было. Но сейчас моя природная подозрительность и осторожность разыгрались с прежней силой.

Могу ли я доверять этому человеку? Он ведь связан с корпорацией, которая присвоила себе разработки моего отца и, скорее всего, причастна к его смерти. Если этот Кинг — друг отца, то где же он был, когда был так ему нужен? В конце концов, почему он меня не нашел за все эти годы?

Да даже Дайсону я не могу полностью доверять, несмотря на все, что он для меня сделал за последние дни. Он сам признался, что работал на корпоратов. И если бы ему поручили убить меня, а не охранять, то я был бы уже мертв.

— Что желаете на завтрак?

Голос квартирного «домового» — ИИ, управляющего квартирой, — прозвучал так неожиданно, что я чуть на месте не подпрыгнул, оглядываясь.

— Эм… А что есть?

— К сожалению, в данный момент вам недоступны заказы из ресторана отеля. Но в номере есть полуфабрикаты для приготовления в универсальной кухонной машине. Сэндвичи, омлет, пицца, каша, овощные супы и салаты. В холодильнике вы найдете безалкогольные напитки, фрукты, готовые закуски и десерты…

Толком не дослушав до конца, я уже рванул в соседнюю комнату. Не сразу отыскал холодильник — его дверца сливалась со стеной, и я угадал расположение только по небольшой подсвеченной панели. Открыл, наконец, и замер, сглотнув слюну.

Я был чертовски голоден — желудок аж спазмами сводило. Но от вида того, что лежало в холодильнике, впал в некоторый ступор.

Настоящие яблоки. Румяные, с гладкой кожицей, в сетчатой защитной упаковке. Молоко в пластиковой канистре. Сыр. Ветчина. Прозрачные пластиковые контейнеры с какими-то закусками. Ничего подобного я сроду не ел — ни в интернате, ни в течение своей недолгой самостоятельной жизни. Да что там говорить — свежие фрукты дети из желтой зоны и видят-то только на картинках.

Я достал яблоко, освободил его от упаковки и повертел в руках, будто не решаясь откусить. Наконец, с хрустом впился зубами в его упругую мякоть, чувствуя, как она брызнула кисловато-сладким соком. И шумно вдохнул носом, втягивая дразнящий аромат.

— Так приготовить что-нибудь? — снова поинтересовался «домовой». Подсветка кухонного гарнитура слегка пульсировала в такт его словам.

— Ммм… — промычал я, пережевывая яблоко и стараясь не обращать внимания на урчание в животе. — Пиццу?

— Какую начинку предпочитаете?

Даже столь простые вопросы ставили меня в тупик. В детстве мне доводилось пробовать некое подобие пиццы — в интернате это было одним из праздничных блюд. Но там начинка была из обычных для нашего круга продуктов — соевое мясо, фасоль, вездесущая морская капуста…

— Самую сытную. Я очень г-голоден.

— Принято. Двойная Пепперони с дополнительным сыром и грибами будет готова через девяносто секунд.

В нижних блоках кухонного гарнитура что-то зажужжало. Я тем временем разграбил холодильник, доставая и выставляя на стойку все, на что падал взгляд. Пока готовилась пицца, вскрывал контейнеры и бутылки с напитками, пробуя все подряд. Ей-богу, как мальчишка, добравшийся до тайника с конфетами. Но ничего не мог с собой поделать. Мало того, что голод разыгрался не на шутку, так еще и все, что я пробовал, оказывалось просто нереально вкусным и сочным. От одного запаха этой еды слюной изойти можно.

— А где моя одежда? — спросил я с набитым ртом.

— В шкафу в спальне вы можете найти халат, тапочки, несколько смен нижнего белья и носков.

Ясно. Старую мою, похоже, забрали люди Кинга. Не жалко, конечно, — выглядела она так, будто я в ней неделю шастал по помойкам. Что, впрочем, недалеко от истины. Но, похоже, выйти отсюда пока не смогу — не в халате же по улицам щеголять.

Хреново. Рассиживаться времени нет. Я с ужасом вспомнил о том, что происходило в «Наследии Странников», когда я подключался к игре в последний раз. Отступники зачищали некрополь, под которым скрывался один из Хранителей печатей. И, по идее, уже вчера вечером или ночью они должны были пойти на штурм. Медлить было нельзя — как только они войдут в контакт с Хранителем, по всей игре будет глобальное оповещение. И если не завалить босса в ближайшее же время — быстро найдутся и другие желающие.

Я в подготовке к битве не участвовал — отправился с мимиком к первому тайнику, указанному Анастасией. И успел все-таки вскрыть этот тайник. Кажется, я запустил какой-то файл — точно помню, что посыпалась целая куча системных уведомлений. Но потом меня выдернул из игры этот гребаный убийца. И с тех пор прошло уже… часов шестнадцать. Нет, даже больше…

Ч-черт! Я, наверное, кучу всего пропустил. Надо срочно возвращаться в игру!

Не переставая жевать, я выругался себе под нос. Проклятье, ну почему все навалилось так сразу и так не вовремя?

Хорошо хоть в реале наметилась некая пауза. Здесь я вроде бы в безопасности. «Домовой» упомянул ресторан отеля. Так что, похоже, это не квартира, а гостиничный номер. И довольно дорогой.

Кстати, о роскоши… Пицца одним своим видом и запахом привела меня в такой экстаз, что я на пару минут забыл обо всех проблемах. В себя пришел только на третьем куске. Брюхо набил изрядно — так, что еле со стула встал. Прошелся по номеру, нашел все-таки халат и тапки — белоснежные, хлопковые, с небольшими эмблемами в виде морской раковины и названием «Отель Наутилус».

В санузле меня ждало очередное маленькое потрясение, и я уже начал злиться сам на себя. Ну надо же, попал в приличный отель — и сразу слюни распустил, как мальчишка! Соберись уже!

После душа несколько минут ходил по квартире, собираясь с мыслями и настраиваясь на разговор. Наконец, скрепя сердце позвонил Кингу.

Ответа пришлось ждать долго.

— Доброе утро, Террел. Все в порядке?

— Да, спасибо. Вы п-просили позвонить, когда проснусь…

— Я помню. Рад, что ты все-таки обратился ко мне. И вообще что ты нашелся. Прости, что пока не могу встретиться с тобой лично. Надеюсь, получится выбраться вечером. Ну а пока — номер в твоем полном распоряжении. Одна просьба — не покидай территорию отеля.

Просьба? А может, я превратился в его пленника?

— Это для твоей же безопасности, — продолжил Кинг. — Я совладелец этого отеля. И принял все меры для того, чтобы ты мог находиться там инкогнито. Но для этого, повторюсь, не выходи за территорию — это этажи с семидесятого по семьдесят пятый. Не совершай никаких финансовых транзакций. И, конечно, никому не говори, где ты. Вообще старайся сократить контакты до минимума. Звонки, переписку…

— А если мне что-нибудь п-понадобится? Одежда, например.

— Одежду тебе скоро принесут. Еду тоже будут приносить в номер. Если будут еще какие-то просьбы — обращайся к Хоффману. Это мой человек, он забирал тебя вчера. Я сейчас сброшу тебе его контакты. Он будет находиться в отеле и присмотрит за тобой.

— В каком смысле присмотрит?

— Считай, что он твой телохранитель. И ассистент. Можешь обращаться к нему за любой помощью.

— Спасибо. Вы очень д-добры ко мне.

Я, честно говоря, чувствовал себя немного неловко. Я не так уж много мог предложить в обмен на эту помощь. Только свой рассказ о мимиках, о тайниках моего отца в «Наследии». Но и эту информацию Кинг, кажется, пока не очень-то торопился из меня выведать. Или просто постепенно втирается в доверие?

Я, наверное, все-таки параноик. Тяжело жить, когда никому не доверяешь.

— О, пустяки, Террел. Роберт был дорог мне, и я рад, что могу оказать услугу его сыну. Тем более что ты попал в нешуточный переплет.

— Да, если бы не Дайсон, я…

— Кстати, где он? Не выходит на связь. Он вообще жив?

— Не уверен.

Кинг вздохнул.

— Что ж, даже если он и выжил, ему все равно пока не стоит появляться в городе. Он засветился. Проходит подозреваемым по нескольким эпизодам в желтой зоне. Но самое главное — его подозревают в соучастии в убийстве Конрада.

— То есть он в розыске?

— Да. И, боюсь, я мало чем могу помочь ему. Да и тебе смогу помочь только при условии, что ты будешь откровенен со мной. Ты ведь хотел что-то рассказать?

— Да, но… Может, лучше при личной встрече?

— Конечно. Думаю, и у тебя ко мне будет много вопросов. Об отце.

— Еще как будут!

Я не видел лица Кинга, но, кажется, ответил он с улыбкой.

— Конечно, Террел. Но все же кое-что я должен уточнить прямо сейчас. Это ведь ты запустил скрытый протокол в «Наследии»?

Я замешкался. Выходит, он и сам все знает?

— Ты вообще в курсе, что происходило в игре, пока ты отсутствовал?

— Нет, я пока не узнавал. Но мне нужно б-быстрее подключиться к «Наследию». У меня там… важное дело. Это можно будет сделать?

— Да, сервера недавно запустили.

— Их останавливали?

— «Наследие Странников» было закрыто больше двенадцати часов. По официальной версии — для внеплановой профилактики серверов.

От этих слов меня в жар бросило, и я сделал несколько медленных глубоких вдохов, постаравшись успокоиться. Это что же — из-за меня?! Я что-то сломал в игре? И что теперь будет? И стоит ли рассказывать обо всем Кингу?

Рассказать-то точно придется, и врать не стоит. Весь вопрос в том — какую информацию выдать, а какую пока приберечь…

— Да, это был я. Но я толком ничего не п-понял. Меня как раз выдернули из капсулы.

— Доступ к протоколу тебе предоставила Анастасия, так? Главная управляющая нейросеть проекта. Ты контактировал с ней?

— Н-не совсем. С ней я не входил в контакт. Это было… что-то вроде квеста. Меня нашел один из мимиков. Он рассказал, что отец оставил для меня т-тайники. И помог добраться до первого из них.

— Мимик?

— Да. Монстр, который умеет м-менять облик.

— Интересно… Им управляет Анастасия?

— Вроде нет. Он сказал, что автономен.

— Хм…

Кинг ненадолго замолчал. Я прошелся по комнате и, вернувшись к обеденной зоне, налил себе еще один стакан сока.

— Что ж, Анастасия действует крайне осторожно. Выходит, она замаскировала архивы под игровой контент. Обеспечила тебе проводника. Но при этом ни с тайниками, ни с проводником у нее нет прямых взаимосвязей, так что вычислить их не получится. И даже если ее сейчас полностью отключат от проекта — это ничего не решит.

— В корпорации уже знают про все это? И… про меня?

— Да. И это плохая новость для тебя.

— Д-дайте угадаю. Про меня знали еще до того, как я нашел тайник? П-поэтому и пытались убить?

— Устранить тебя пытались уже просто потому, что ты сын Роберта. Пока ты находился в интернате, ты не светился в Системе. Но потом…

Эту версию я и сам рассматривал. Хотя вариантов у меня было немного. Завертелось все сразу же, как я вышел из интерната и получил гражданский статус. Логично было предположить, что это событие и послужило отправной точкой.

— А хорошие новости-то есть? — проворчал я.

— Как ни странно, да. Тебе повезло, что твое появление совпало по времени с целым рядом других важных для корпорации событий. Например, со смертью Конрада Майлза…

— Да, я видел в новостях.

— Руководству корпорации просто было немного не до тебя. Мягко говоря. К тому же мнения на твой счет разделились.

— Так это вы послали Дайсона защищать меня?

— Нет, меня в последние дни вообще не было в городе, я вернулся только вчера. Дай мне немного времени, чтобы разобраться в ситуации. Поверь, сейчас в компании такое творится, что нам всем нужно действовать крайне осторожно.

— И что вы п-предлагаете?

— Вариантов у тебя немного. Если Майлз-младший решит, что ты представляешь угрозу корпорации — то даже я не смогу тебя защитить. Остается единственный путь. Сотрудничать.

— В каком смысле?

— Те архивы, что оставил для тебя отец… Они представляют определенный интерес для корпорации. Эти материалы считались утерянными пятнадцать лет назад.

— «Саламандра»?

— О, ты и насчет этого в курсе? Да, «Саламандра». Я сам работал вместе с твоим отцом над этим проектом. Но с тех пор, как он исчез, мы так и не смогли повторить его успехи в этом направлении. Если с твоей помощью мы сможем отыскать «Саламандру» — это будет огромной победой. Для всех, в том числе и для тебя. Но есть одна загвоздка…

— Какая?

— Не все в руководстве компании были согласны с моей точкой зрения. Ни сейчас, ни тогда, пятнадцать лет назад. И мне бы очень не хотелось, чтобы Майлз-младший и его сторонники заполучили «Саламандру». Я думаю, они просто погубят все эти наработки. Они и Анастасию пытаются потихоньку заменить другими нейросетями, созданными по ее образу и подобию.

И эти его слова тоже сходились с тем, что мне рассказывал мимик. Он ведь почуял какую-то угрозу от Вершителей, введенных в последнем патче…

По мере разговора с Кингом я постепенно успокаивался. Мне показалось, что он говорит прямо и при этом искренне пытается помочь мне. Да, наверняка преследуя и какие-то свои интересы. Ему нужны эти спрятанные Анастасией наработки моего отца. Все эти годы они были у корпорации под носом. Но достать их, получается, могу только я.

С одной стороны, это мощный козырь. А с другой… Страшновато впутываться в игру такого масштаба.

— И что мне теперь делать? — спросил я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал спокойно, а не как от испуганного мальчишки. — В «Наследие» мне теперь дорога закрыта?

— Наоборот. Анастасия позаботилась, чтобы тебя не смогли отстранить от дальнейших поисков. Технический отдел сейчас бьется над этой проблемой.

— Но что она сделала?

— Я пока не знаю подробностей. Но суть в том, что теперь тебе нужно регулярно заходить в игру и проводить там как можно больше времени. И админы не будут препятствовать этому.

— То есть меня не забанили? — удивился я.

— Поздно тебя банить. Но будь осторожен. Ты теперь под колпаком. Админы постараются следить за каждым твоим шагом, читать все логи и переписку. А если попадешься в руки Джастину в реале — могут взять в заложники. И держать в куда менее приятном месте, чем «Наутилус».

— Понял. А меня не смогут отследить, когда я подключусь к игре?

— Надеюсь, что нет. Хоффман как раз сейчас этим занимается. Капсулу виртуальной реальности установим прямо в твоем номере, работать она будет через шифрованный канал подключения. Сможем выиграть немного времени.

Угу. Дайсон тоже так говорил. Остается надеяться, что у Кинга возможностей больше, и маскировки хватит не на пару часов, а хотя бы на пару дней.

Будто угадав мои мысли, Кинг добавил:

— Долго скрываться все равно не получится. Джастин, если понадобится, подключит полицию и спецслужбы. А от Системы не спрячешься. Так что, скорее всего, мне самому придется через какое-то время признаться, что ты у меня. Но перед этим постараемся подготовиться.

— Хорошо. Понял.

— Извини, на этом пока все, Террел. У меня очень много дел. Но вечером постараюсь обязательно выбраться, и мы поговорим обо всем более подробно. Ешь, отдыхай. И возвращайся в «Наследие» сразу, как будешь готов. Будь осторожен, не предпринимай с ходу серьезных действий. Для начала давай выясним, что за лавину ты запустил. Эти сведения нам очень помогут.

— Кому «нам»?

Кинг явственно усмехнулся.

— А ты весь в отца. Такой же упрямый и въедливый. Но вопрос, что называется, не в бровь, а в глаз. Под «мы» я сейчас подразумеваю конкретно тебя и меня. Больше нам пока рассчитывать не на кого.

— Но вы ведь вроде сами из руководства компании?

— Да, я вхожу в совет директоров «Blue Ocean». Однако в свете последних событий мое положение там весьма шатко. А уж укрывая тебя, я начинаю свою игру. И ты в ней — важный козырь.

— И против кого мы играем?

— Боюсь, что против гораздо более сильного и коварного противника. Джастина Майлза, нынешнего генерального директора. Его многие недооценивали. Даже сам Конрад считал его пустышкой и самым большим своим разочарованием. Но, кажется, наш золотой мальчик втайне отрастил зубы. И не просто зубы — клыки.

— Звучит… не очень обнадеживающе.

— Увы. И ставки тоже очень высоки, — угрюмо отозвался Кинг. — Судя по примерам Гордона и Гендерсона, да и самого Майлза-старшего, — на кону наши жизни, не меньше. Впрочем, все это, конечно, не твоя забота. Я постараюсь разобраться с тем, что происходит, у меня для этого остались кое-какие ресурсы. Ну а у тебя — своя задача, сынок. И, может быть, не менее важная.

— Какая?

— Найди «Саламандру». Это всё изменит.


Загрузка...