Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения

Глава 18

Каждый удар сердца болью отзывается в теле, когда я поднимаю руку и стучу в дверь господина ректора. Слышу его глухое войдите.

Тянусь к ручке и весь мир снова затихает. Сужается до размеров этой самой ручки, а страх внутри стягивает всё тугими канатами.

Сегодня утром мне прислали записку от Амины, где она сообщила, что я освобождена от работы и господин ректор будет ждать меня в половине десятого утра в своём кабинете.

— Входи— произносит он, когда я открываю дверь и встречаюсь с ним взглядом. Всё внутри переворачивается, а ощущения от нашего вчерашнего взаимодействия накрывают волной словно по новой. Мне неловко, смущение накрывает меня и делает движения скованными. Я, к сожалению, всё ещё помню ощущение твердых губ господина ректора на своих и от этого внутри меня буря.

Это не было поцелуем, но меня разрывает от противоречивых эмоций, потому что у господина ректора есть невеста и я понятия не имею, что было вчера между нами.

— Я хочу извиниться. Проходи и садись — он указывает на стул рядом с его столом — Для начала я хочу спросить о твоём самочувствии. Ты показалась лекарю? Тебя что-то беспокоит? — спрашивает и впивается в меня тяжелым взглядом. От этого мне становится ещё более не комфортно, и я остаюсь стоять на месте. Возле двери словно вкопанная и пытаюсь прислушиваться к своим ощущениям. Ничего не болит. Даже наоборот. С тех пор как я оказалась в этом мире мне ещё ни разу не было так хорошо.

— Всё в порядке — отвечаю я — У меня ничего не болит.

— Замечательно — выдыхает он и откидывается на спинку стула. Морщинка между бровей разглаживается и напряжение покидает его лицо — Тогда присядь. Я хочу объясниться. Не знаю, говорил ли об этом с тобой твой отец, но драконы порождения тьмы. До того, как империя разделилась темная магия была гармонична в каждом из нас. Сейчас многие рождаются пустыми, а другие до краев наполнены силой. Она оказывается очень сильной, настолько, что способна подавить разум. Несколько дней подряд моя магия вела себя нестабильно. Это не твоя вина, а мои эмоции. Несмотря на то, что прошло уже много лет возвращение твоего отца меня взволновало. Старая рана снова стала кровоточить. Глядя на тебя, я раздражался и потерял над собой контроль. Вчера моя магия взяла верх надо мной, и я напал на тебя. Но случилось то, что я не ожидал. Ты не отвергла, а приняла мою тьму, что оказалось удивительным. Скажи, что сейчас ты чувствуешь себя нормально и не ощущаешь слабость или головокружение?

— Я уже отвечала вам. Со мной все хорошо — отзываюсь я.

— Я прошу прощения за то, что сделал. Это не было поцелуем. Мне нужна была твоя близость, чтобы отдать тебе тьму.

— Я понимаю — глухо отзываюсь я. В горло словно насыпали песка — Кажется, после такого взаимодействия во мне что-то переменилось — продолжаю я и протягиваю перед господином ректором руку. Шумно выдыхаю и расслабляюсь.

На тыльной стороне ладони появляются золотые линии моей магии и Анвар резко подаётся вперёд.

— Значит, ты подружилась с магией. — то ли спрашивает, то ли утверждает — Когда случилось? — спрашивает

— После нашего взаимодействия.

Господин ректор несколько раз кивает, а затем переводит на меня задумчивый взгляд.

— Если всё хорошо ты можешь идти. Тренировки с Кейном продолжатся, а когда придёт время мы отправимся к прорыву. Что будет с тобой дальше решим на месте — объявляет он — А теперь можешь идти.

Он тут же теряет ко мне интерес и возвращает внимание к своему столу, где снова стоят пузатые бутылочки, баночки с травами и пустые склянки.

— Пахнет как заживляющее зелье, но как будто чего-то не хватает —не знаю зачем я вмешиваюсь, когда никто не просит моего совета. Просто аромат трав и полыни вызывает во мне целый калейдоскоп воспоминаний Анны о его деятельности.

— Это действительно заживляющее зелье для одного из студентов. Но оно не помогает — обреченно выдыхает господин ректор — И я ничего ен могу с этим поделать — тут же добавляет он.

— Я могу посмотреть? — спрашиваю и протягиваю руку к одной из баночек, но тут же одергиваю себя, потому что реакция господина ректора может быть любой. Я вообще ощущаю себя словно в клетке с диким зверем, который в любой момент может напасть и задушить, но пока у него другие дела он лениво играет со мной одной лапой.

Анвар кивает, и я беру в буки одну из бутылочек. Стекло ледяное и холод от него пробегает по пальцам к запястью. Открываю баночку и глубоко вдыхаю. Анна всегда могла определить состав по запаху, и я надеюсь, что эта способность передалась и мне. Она больше шести месяцев потратила, изучая и разбирая запахи заживляющих трав, составы подобных зелий и мазей, поэтому каждый их аромат буквально впитался в её память.

— лилейник, перечная мята и златоцвет — произношу я вытаскивая из общего состава один за другим знакомые ароматы трав — Есть что-то ещё. Не мята, а что-то терпкое. Вероятно, это иссол. Он очень специфичен и подходит не для каждого состава. А ещё для раскрытия его целебный свойств нужна преска. Это трава, её засушиваюсь, а потом растирают и…

— Я знаю, что такое преска и как её получают — перебивает господин ректор, но на этот раз совершенно беззлобно. Будто пытается что-то придумать, а моя болтовня его отвлекает.

Он прищуривается и осматривает меня так, словно сейчас видит впервые. Я аккуратно ставлю баночку на стол и развернувшись на нетвердых ногах покидаю его кабинет. Пока меня вновь не накрыли его отвращение, ярость и ненависть.

— Куда-то торопишься?

Истинная господина ректора стоит, скрестив руки на груди и буравит меня кинжально-острым взглядом. Амина делает вид, что изучает какие-то документы, но я то вижу, как она украдкой посматривает на нас.

Звуки твердых шагов отскакивают от стен этого небольшого пространства, когда Элиза, кажется её так зовут, делает несколько шагов мне навстречу.

— Мы так и не познакомились — фальшивая улыбка растягивает пухлые губы.

— Доброе утро — приветствую я — Да. У меня есть дела.

— Очень надеюсь, что твои дела будут проходить как можно дальше от моего истинного, потому что мне начинает казаться, что ты его преследуешь. — произносит она и я вижу, как в её глазах вспыхивает ревность.

— Анвару очень повезло, что ты появилась. Говорят, что ты будешь латать прорыв здесь, а потом тебя будут таскать по всей империи. Этот прорыв может уничтожить академию, надеюсь ты справишься — она зло прищуривается и на её фарфоровой кофе проявляется румянец от злости. Элиза прекрасна. Каждая черта её лица идеальна.

С каждым вдохом я ощущаю горький привкус на языке от её эмоций, кислый, едва уловимый запах наполняет ноздри, проникает внутрь и обжигает легкие. Удивительно, что прежде со мной не бывало ничего подобного.

— Хочешь подружиться со мной? — спрашивает она — Ты ведь ничего не знаешь об академии и о мире драконов. Я могу быть твоим проводником и подругой. Анвар мне объяснил, что это было недоразумение, между вами. Даже рассердился, когда я снова завела разговор, скривился в недоумении о том, что я приревновала. Так глупо. — она указывает пальцем на пространство между нами и кривится — Я очень эмоциональна, ну а чтобы ты подумала, если бы любимый, твой истинный, единственный дракон твоей жизни демонстрирует то, что предназначено только для моих глаз какой-то человеческой пустышке?

— Мне действительно уже пора. — прерываю я — Рада была повидаться и спасибо за ваш интерес, но я уже нашла того, кто расскажет мне об академии.

— Намекаешь на моего истинного? У нас с Анваром крепкая связь, которую не разрушить никому. Полукровка, которая надеется избежать своей участи подстилки императора или кого-то из его солдат выглядит жалко. Как только ты сделаешь то, что от тебя требуется, отправишься к ногам сильнейшего дракона нашей империи. Если я снова увижу тебя рядом с Анваром, то покажу, что бывает, когда пытаешься соперничать с драконицей — она наклоняется ко мне так, что её дыхание обжигает щеки. Ярость этой девицы выходит из неё волнами, как и вчерашняя тьма господина ректора окутывает меня плотным кольцом, ползет по телу, словно ищет слабое место, чтобы ударить, но я поджимаю губы и прищуриваюсь. Она думает напугать меня? — Неуклюжая полукровка без опыта владения магией может навредить и себе и другим студентам.

— Я советую вам разбираться с господином ректором, если вас так мучает наше совместное времяпрепровождение. Не надо мне угрожать. Если я увижу, что кто-то намеренно вредит мне, то я покажу свою плохую сторону — я тоже подаюсь вперёд и теперь мы неприятно близко — Перед тобой не простая человечка, пустышка, полукровка, назови меня как хочешь, но я тебе напомню, что меня зовут Анна Рэйдж и во мне течет кровь сильнейшего из драконов и уж поверь мой папа-дракон научил меня кусаться. А теперь я пойду — шумно выдыхаю свое раздражение и обхожу её, сжимая кулаки, чтобы унять дрожь.