Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения

Глава 27

— Что ты здесь делаешь? — нарушает звенящую тишину вопрос Эдварда и Райс пользуясь случаем делает два шага от меня. Но это его не спасёт. Я по взгляду Анвара вижу, что он принес с поместье Эдварда разрушение.

— Кто коснулся её и оставил следы? — спрашивает Анвар и смотрит в этот момент исключительно на Райса. Тот издаёт странный звук, то ли хмыкает, то ли хрюкает.

— Я заплатил за девку и буду делать с ней все, что пожелаю. Если хочешь присоединиться к нашей вечеринке, то… — договориться он не успевает, потому что Анвар замахивается и его кулак врезается в лицо Райса, тот чудом удерживается на ногах, но, вероятно, это желание Анвара, потому что он в ту же секунду ударяет его в живот, затем хватает за шею сзади и я слышу неприятный хруст, когда лицо Райса встречается в коленом господина ректора.

Райс валится в сторону с глухим стуком

— Оставайся на месте, если не хочешь, чтобы я тебя прибил за то, что вижу на её лице.

— Ты ответишь за это, Анвар — вмешивается Эдвард, но делает шаг назад, когда Анвар переводит взгляд на него. В глазах господина ректора тьма. По щекам и шее ползет черная блестящая чешуя, а плечи быстро вздымаются и опадают — Что ты здесь делаешь? Разве у тебя нет проблем с Хантером Хейтом?

Анвар ничего не отвечает.

Топает и волной вырвавшейся из него тьмы и Эдварда и Райса отбрасывает от меня, а сам он оказывается передо мной. Снова осматривает, затем протягивает руки, берёт моё лицо в ладони и накрывает губы своими.

Я чувствую, как его колотит.

Он дарит мне несколько влажных, глубоких поцелуев, а затем прижимает к себе. Крепко обнимает и я обнимаю его в ответ. Волна облегчения прокатывается по телу, меня накрывает тепло, тело расслабляется, и я сильнее прижимаюсь к нему.

Анвар поднимается вместе со мной на руках.

Мы выходим из дома, и я вижу Кейна. Анвар оказывается появился здесь не один. Заметив меня, Кейн стягивает свой мундир и Анвар позволяет ему накинуть его мне на плечи.

Эдвард пошатываясь выбирается из дома.

— Как ты смеешь? — орёт Эдвард — У меня разрешение от императора. Он позволил мне забрать силу у девицы.

— Я пришёл, чтобы разнести твоё поместье, наказать тебя за то, что ты оставил на её спине, а после уйти отсюда с той, которая принадлежит мне. Я был неприятно удивлен, что ты воспользовался моим отсутствием. А теперь слушай внимательно: чтобы император тебе не пообещал, ты не притронешься к ней. Потому что она моя. МОЯ! — рычит Анвар

— Нам…

— Заткнись! — командует он, а затем поднимает руку и делает какой-то жест рукой — Оборачивайся в дракона и дерись со мной или сдавайся и вставай на колени перед моей парой.

Эдвард молчит, какое-то время осматривает меня, собравшихся вокруг, а после качает головой. Сжимает кулак и пытается атаковать Анвара магией. Но он оказывается быстрее. Между ними происходит борьба. Такая словно они обычные мужчины, не имеющие внутреннего зверя, лишь искры магии Эдварда то и дело вспыхивают от ударов Анвара.

В мой слух врезаются крики Эдварда, глухие удары, рычание. Пиджак Кейна мне совсем не помогает. Тело бьет дрожь, картинка перед глазами плывет, а запястья с браслетами начинает словно выкручивать.

Когда Анвар наносит последний удар и с рыком хватает Эдварда. А затем дядя оказывает у моих ног словно подношение от господина ректора. Он смотрит на меня снизу вверх, и я испытываю странное. В памяти всплывают момент, когда я стискивала зубы от боли, чтобы ни издать ни звука во время очередного наказания, потому что оно не заканчивалось из-за того, что Эдварду нравилось слышать, как я кричу от боли. Фантомная боль пробегает по спине, вспоминаю его перекошенное от ярости глаза, каждый удар и каждое унижение.

Тогда я только открыла глаза в этом мире, тогда ещё не умела пользоваться магией. Не могла себя защитить и тогда у меня не было защитника.

— Проси прощения — командует Анвар, и его нога опускается на спину Эдварда. Он толкает его, чтобы тот опустился передо мной ниже и повторяет — проси у неё прощения — рявкает и ещё раз ударяет ногой.

И я слышу, как Эдвард извиняется.

Что-то внутри меня в этот момент меняется. Волна жара накрывает, и я закрываю глаза от того, что жар в груди становится нестерпимо сильным.

Эдвард что-то ещё хрипит. Пытается подняться, но Анвар наклоняется к нему и цедит сквозь зубы:

— Где он? Где-то здесь?

— Император держит его у себя.

— Значит с ним разделаюсь в следующий раз — произносит Анвар и выпрямляется. А после делает то, что обещал.

Отпускает тьму, и она расползается по ненавистному мне поместью, заполняя каждый уголок этого дома. Пожирает это место, разрушая.

А когда всё заканчивается я снова оказываюсь на руках у Анвара. Он прижимает меня к себе, пока я обнимаю его за шею, утыкаюсь носом и глубоко вдыхаю. Меня колотить, всё болит.

— Со мной что-то происходит — бормочу я, пока Анвар вместе со мной входит в открывшийся портал — Мне больно. Нестерпимо больно, Анвар — впервые я произношу его имя, и он замирает.

Весь словно обращается в камень, а затем медленно поворачивает ко мне голову. В его взгляде тьме и в этой тьме я вижу своё отражение. Замысловатые узоры его неконтролируемой силы тянутся вверх по шее, перетекают ко мне там, где мы касаемся.

— Ты нужна мне — хрипло произносит он и опускает меня на ноги. Я едва успеваю осмотреться и понять, что мы снова в его комнате, когда он снова хватает меня за лицо. Опускает голову к шее, сначала проводит носом вверх, останавливаясь в месте за ухом, а затем меня касаются его губы и сквозь тело словно проходит ток, кожа будто вспыхивает там, где он касается меня — Я больше не связан истинностью, у меня нет невесты, нет любимой. И на этот раз я собираюсь тебя поцеловать.

И он действительно меня целует. Сразу глубоко и жадно, властно помечая меня как свою. Я чувствую себя так же, как в прошлый раз, когда забрала его тьму. Но когда Анвар отстраняется на его лице появляется удивление.

Он опускает руку и касается костяшками пальцев моих плеч, стягивает ткань ненавистного платья, и я опускаю взгляд на его пальцы. Они больше не черные от его силы, а может по-прежнему черные я не замечаю, потому что под пальцами Анвара я вижу золотую чешую. На моих плечах.

Когда моё плечо полностью оголяется я наконец понимаю, что делает Анвар. Он проводит кончиками пальцев по метке истинности, которая сейчас затерялась в замысловатые узорах темного цвета его силы. Они полосуют меня по рукам, плечам и груди. И если в прошлый раз Анвар, очевидно, не замечал метку, то сейчас проводит пальцами именно там, где она располагается.

— Когда между мной и Элизой появилась истинность я ничего не почувствовал. Я решил, что тьма выжгла меня изнутри настолько, что я просто не способен что-то ощущать. Но когда появилась ты я заново прочувствовал свою ярость и отчаяние. Я был уверен: всему виной твой ублюдок папаша. Но я и представить не мог, что моя истинная. Сегодня я по полной ощутил каково это чувствовать свою пару, каково это сходить с ума от страха её потерять, просто не успеть вовремя, чтобы предотвратить беду, а ещё я почувствовал, как сильно хочу подарить тебе новый мир. Тот, в котором никто из императорского совета и клана Рэйдж тебе не навредит. Ты не только приняла и уравновесила мою силу, но и снова позволила меня что-то чувствовать, Ана.

— Как у тебя может быть две истинные?

— Элиза меня приворожила. Но, очевидно, всё сломалось, когда ты появилась. Приведи себя в порядок. Я должен проверить как теперь дела в академии. — произносит Анвар и поднимает глаза к моему лицу. Скользит цепким взглядом, опускает глаза к моим губам, но не целует. Глубоко вдыхает, а затем делает шаг назад и развернувшись покидает комнату.

Мы вернулись в академию. А мир здесь словно остановился. Занятия и тренировки здесь больше не проходят, потому что на империю обрушился хаос. Как только Анвар разорвал связь с Элизой совет отозвал стражей, лишил защиты академию и теперь лишь дело времени, когда падет барьер, потому что его питают магические артефакты императорского дворца. Некоторые ученики вернулись домой, однако большая часть осталась. Потому что семьи боятся тьмы и не согласны принять наполненных её драконов.

Странный мир и странные порядки. До краев наполненные магией драконы стали огромной проблемой. Их стали боятся, пытались избавляться. А пустые драконицы, что очевидно появлялись для равновесие считались огромным позором. Ни одна семья не объявляла императору о таком позоре, и отцы просто отправляли свой позор подальше.

Начались тяжелые времена для всех.

Время вокруг словно замерло в ожидании того, что будет завтра. Студенты Анвара в один момент стали не защитниками, а мерзостью, от которой мечтает избавится совет и император. Анвар поведал мне, что ожидал такого исхода, потому так упорно готовил своих студентов к борьбе.

Боюсь ли я того, что будет завтра? Боюсь, но уверена, что у меня хватит сил и магии, чтобы защитить академию и Анвара от черни.