Удар приманки

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Ника доставили в участок, но не стали сразу оформлять или снимать отпечатки. Его заперли в пустой комнате с двумя стульями и столом на добрых два часа. За это время Ник восстановил картину случившегося: пока он осматривал второй этаж, настоящий убийца вызвал полицию, рассчитывая, что Ника возьмут с поличным. Но зачем? Если это «курьер-убийца», зачем ему Ник в тюрьме? Возможно, его просто хотели вывести из игры любым способом.

Размышления прервал звук замка. В комнату вошел невысокий седеющий мужчина с небольшим брюшком — суперинтендант Отто Вильгельм Райнер. В руках он держал бумажник Ника.

— Вы американец, — утвердительно сказал Райнер. — Это нетрудно заметить. — У вас в кошельке удивительно мало документов, мистер Френч. Ник Френч, — Райнер начал кружить по комнате. — Вы знакомы с Карлом Кауфманом? — Нет, — без колебаний ответил Ник. — Но сегодня утром вы были у него дома. И мои люди видели, как вы бежали оттуда с пистолетом в руке. Зачем? — Я преследовал человека. Он вышел из дома Кауфмана и выстрелил в меня. Это всё, что я знаю.

Райнер хитро улыбнулся: — Очень проницательно. Мистер Кауфман мертв. В него стреляли, и пуля совпала с вашим пистолетом. Ник даже не моргнул: — В таком случае мне пора поговорить с представителем консульства. Райнер несколько секунд изучал Ника, а потом признался: — Пожалуй, в этом нет необходимости. Я солгал. В Кауфмана не стреляли — ему перерезали горло.

Ник изобразил облегчение, хотя внутри оставался напряженным. Он объяснил, что зашел «просто поздороваться» по просьбе общих знакомых из США. Райнер, хоть и не поверил до конца, признал, что его люди видели второго человека, но решили ловить того, у кого в руках было оружие.

— Вы можете идти, мистер Френч, но, пожалуйста, оставайтесь в городе, — сказал суперинтендант. Ник встал и забрал бумажник. — Я бы хотел вернуть свои сигары. Райнер достал из кармана серебряные футляры. Когда Ник пересчитал их, сердце пропустило удар. — У меня было шесть, — холодно заметил он. — Действительно? — Райнер нахмурился, пересчитывая трубки в руке Ника. — Кажется, сейчас их только пять. Видимо, одну вы выкурили и забыли.

Ник кивнул, не желая привлекать лишнего внимания к вещам, и убрал трубки в карман. Но его главная проблема осталась в полиции. — А что насчет моего пистолета? — О, его я вынужден оставить у себя. Не вижу причин, по которым вам нужно носить оружие в моей стране. От кого вы защищаетесь? — От таких людей, как тот, кто убил Кауфмана.

Райнер проводил его до выхода, еще раз напомнив, чтобы Ник не покидал Женеву без предупреждения. Оказавшись на улице и скрывшись из виду, Ник первым делом вытащил сигарные футляры. Он выдохнул с облегчением: та самая трубка, что была чуть длиннее остальных, осталась у него. Пломбы на всех пяти были целы. Видимо, полицейский, стащивший шестую, просто решил насладиться хорошим табаком.

Однако теперь Ник был почти безоружен. Без «Вильгельмины» он чувствовал себя голым. Одного стилета «Хьюго» было недостаточно для встречи с профессиональным убийцей. Он поймал такси и бросил водителю: — В американское консульство.