Утопающий во лжи 14

Глава 6 Касание Бездны, ее безразличие в глазах ищущих

Сконцентрировавшись на более в текущий момент перспективном направлении, я всё-таки сделал короткий перерыв и вернулся на осколок последней воли, в то единственное место, где мог чувствовать себя в относительной безопасности.

Темница последней воли встретила меня привычным холодом мёртвого камня. В моих руках покоился артефакт, от одного взгляда на который возникало неприятное предчувствие даже у меня, существа, давно забывшего, что такое настоящий страх.

Паразитический червь Бездны Далерис Аурсуш

Ранг D+

Тип: демонический артефакт

Состав: оковы Сферата, колба из стекла Аркона, кристаллы Феруса

Описание:

Заточенный в стазис паразитический червь Бездны Далерис Аурсуш. Ненасытное создание Бездны, стремящееся сожрать душу первого попавшегося в его восприятие существа. Способный при освобождении внедриться в существо, поглощая и его душу, и материальное тело, заставляя их исчезнуть из данного слоя реальности.

Свойства:

Снятие состояния стазиса. Необходимо для возможности мгновенно выпустить червя Бездны из ловушки Сферата. Стоимость: 100 единиц СД.

Возобновление состояния стазиса. Необходимо для длительного сдерживания возможностей червя Бездны. Стоимость: 300 единиц СД.

Насыщение: 0/300 СД

Глядя на этот дорогой живой демонический артефакт, я взвешивал все за и против. В темнице последней воли время текло иначе, и спешка здесь не была актуальна. Спор между моими сознаниями выдался серьёзным, десять разных голосов, десять различных точек зрения на одну и ту же проблему. Это было не тривиальное решение, и обдумать все возможные нюансы стоило стократно, если не более.

В памяти Багрового охотника, чью ипостась я носил, хранилась одна очень интересная информация. Я бы даже сказал уникальная, которую знали только эти демоны. Сродни той, которой обладал древль Солис, что позволяла ему открывать врата в материнский мир всех древлей. Нечто невероятное и запретное.

Багровые охотники обладали подобным знанием, возможно, не они одни, но всё же… Пусть вероятность успешного стечения обстоятельств и считалась невероятно низкой, я бы даже сказал ничтожной, почти как шанс стать Тхазаром, но она существовала, в отличие от проклятия Света. Ведь Багровых охотников, у которых всё получилось, не только видели, но и знали многие в слоях Бездны.

Стороннему наблюдателю, да и другим демоническим тварям было невдомёк, как их резкое возвышение было связано с ничтожным паразитическим червём Бездны. Дело было не в том, чтобы Багровый охотник своими руками уничтожал Владыку, которому служил. Ситуация была совершенно иной. Конкретно к большой власти Багровые охотники не стремились, лишь к силе, только к чистому, неразбавленному могуществу.

Древний ритуал, который в принципе могли проводить не только Багровые охотники, но о котором мало кто знал, даже из Владык Бездны. Другие демоны, страшащиеся смерти, никогда не решились бы на подобное. Но Багровые охотники попросту не знали, что такое страх. Они не могли его сами ощущать, поглощать, да, питаться чужим ужасом, это с удовольствием! Однако сами испытывать не могли, будучи лишены подобной черты с самого момента своего извращённого рождения в потоках Хаоса. Может, не так уж случайно именно это демоническое обличие досталось мне, потому как я и сам давно забыл, что это значит, бояться по-настоящему.

Для других демонов это выглядело, как попытка достичь дна в бездонной пропасти, как попытка выжить в потоках чистой энергии самой Бездны. Что, в принципе, Багровые охотники, те, кто всё же решался так поступить и испытывали на себе. Тогда как иные Владыки находили более простые и надёжные способы стать сильнее, не рискуя самой своей сутью.

Сказать наверняка, не слишком ли это опасно для меня лично, и к какому результату приведёт, я точно не мог. Но учитывая отсутствие чувства опасности (жаль только, что Себия больше не чувствует мою судьбу после того инцидента) и доводы подавляющего числа сознаний, мной было принято решение всё же рискнуть.

Такое невероятное стечение обстоятельств я не мог упустить. Имея знания, имея возможность воплотить столь редкий шанс, который сложился из сотен, если не тысяч переменных, упускать его было бы верхом глупости. Это больше походило на мозаику, которую у меня всё лучше и лучше удавалось складывать из сочетания подобранных мной навыков.

Впрочем, я не забывал, что в памяти Багрового охотника никакой Системы в этом уравнении не было. Поэтому конечный результат мог серьёзно отличаться как в положительную, так и в отрицательную сторону.

С другой стороны, если уже имея возможность рисковать своей жизнью благодаря ипостаси ложного аватара и не использовать её для попытки перешагнуть несколько ступеней развития, это было бы преступлением против самого себя. Не попытаться было глупо, хотя и даже в малости ошибиться абсолютно точно не хотелось.

Особенно когда могущество моё становилось всё выше, и я был так близок к истинной свободе. К тому моменту, когда со мной будут считаться даже самые могучие игроки радуги миров и Бездны. Когда моё имя будет произноситься шёпотом в тёмных залах Владык, а мой приход заставит содрогнуться самые древние сущности.

В памяти Багрового охотника точных данных по поводу паразитического червя Бездны не было. К тому же видов червей и, как следствие, даруемых ими свойств, существовало огромное количество. Знать наверняка невозможно, что может быть получено именно из вида червя Далерис Аурсуш, мне оставалось лишь догадываться.

В теории план был не сказать, чтобы сложный. Нужно ВСЕГО ЛИШЬ направить червя на самого себя и не дать ему одновременно сожрать мою душу. При этом не позволить сгинуть самому червю Бездны, подкармливая его энергией Силы души, по факту скармливая ему чужие души вместо своей.

Звучало просто. Почти элегантно в своей жестокости.

На деле же остановить эту тварь оказалось невероятно сложно.

Момент снятия стазиса я запомню до конца своих дней, а дни мои, возможно, будут длиться вечность.

Сто единиц энергии Силы души покинули моё средоточие, втекая в артефакт. Оковы Сферата засветились тусклым багровым светом. Кристаллы Феруса задрожали, высвобождая вложенную мной в них энергию Силы души, издавая высокочастотный звон, который резал по нервам острее любого клинка. Стекло Аркона треснуло паутиной микроскопических разломов.

И червь пробудился.

Учитывая уровень восприятия ложного аватара, даже сотая доля одного удара сердца была для меня вечностью. Я мог наблюдать, анализировать, просчитывать десятки сценариев развития событий в промежуток времени, за который обычное существо не успело бы даже моргнуть.

И всё равно червь двигался слишком быстро.

От момента снятия стазиса до проникновения червя в моё тело прошла ровно сотая доля одного удара сердца. Для меня, субъективная вечность. Для любого другого наблюдателя, мгновение, быстрее мысли, быстрее смерти.

Это была смолянистая мразь цвета запёкшейся крови и тьмы между звёздами. Она не просто двигалась, она существовала одновременно в нескольких слоях реальности, прорывая ткань пространства самим фактом своего присутствия. Червь Бездны не подчинялся законам материального мира, он был анафемой существованию, воплощённым отрицанием жизни.

Только руки демонического Бога спасли меня в тот момент. Впрочем, на них и был расчёт, вот правда только я не ожидал, что червь будет двигаться так быстро.

Правая рука приняла на себя удар, впитав вгрызающегося в плоть паразитического червя. Эта смолянистая тварь сумела прогрызть внешний покров, защиту, способную выдержать удары Титанов, даже Жнецов смерти, словно он был сделан из гнилой ткани. Она углубилась в ткани мышц и костей, приближаясь к району локтя, и только там её продвижение замедлилось из-за влияния ядовитой стихии истинного Света и божественной природы самих рук.

Боль была… невыразимой. Не физической, моё тело давно привыкло к боли. Это была боль иная, боль самой души, которую пытались вырвать из моего естества и сожрать, переварить, обратить в ничто.

Червь всё это время пытался вырвать из меня душу, дёргая за тонкие энергетические отростки, жаждая дотянуться до её средоточия. Точнее, до искусственной энергетической структуры ложного аватара. А может, и до моей истинной души через излом пространства.

Полного спектра возможностей этой извращённой твари Бездны я себе даже представить не мог.

Что могли противопоставить червю Бездны демоны-Багровые охотники? Мне даже в голову не приходило, никаких дельных предположений не имелось вообще. По нанесённому урону червь был куда серьёзнее, чем даже проклятие первородного Холода, от которого я едва не погиб когда-то. А это о многом говорило.

Теневая проекция Лорда погибла бы мгновенно, я в этом не сомневался ни на йоту. Как не пережили бы атаку червя Бездны и практически все встреченные мной Титаны и Владыки демонов. Может, только Владыка, пришедший в мир Сатея Хозз гракотов, призванный мной после в мире Теселия-7 и давший серьёзный бой Императорам тиранидов, возможно, он мог бы дать отпор червю Бездны. Ну и, скорее всего, сам Лорд, истинный Лорд, разумеется, а не его жалкие тени и проекции.

Это были не ничтожные тени Лиастров, от которых я серьёзно пострадал в своё время, потеряв оригинал активной брони Крушитель Зертос, утрату, о которой я сожалел до сих пор. Титаны Ахортов из мира Дей Тар Акан, эти недодраконы, уповающие на технологическое развитие, точно не смогли бы противопоставить червю ничего. Их плазменное оружие и силовые поля были бы бесполезны против сущности, существующей сразу в нескольких слоях реальности.

Будь у меня подобная тварь раньше, можно было попробовать совладать даже с мастером Атории Со, а не пытаться избегать его до последнего. Хотя, учитывая, что именно он смог проникнуть в мой ритуал предвидения, возможно, и хорошо, что я не пошёл на поводу своей воинской гордости. В тот раз, считаю, что поступил максимально рационально. Как видится мне сейчас, это спасло мне жизнь.

Слишком стремительной была атака червя. Тварь всё это время пыталась вырвать из меня душу. Так как тонкие энергетические и плотное материальное физическое тела были связаны в одно целое, червю необходимо было коснуться энергетических центров и средоточий.

Однако совладать с плотью демонического Бога червь Бездны так и не смог, растратив всю заложенную в его суть энергию в этом одном невероятно могучем алчном порыве. Алчность его была абсолютной, первозданной, не искажённой разумом или расчётом, а чистой и беспримесной, как сама Бездна.

Как останавливать этот порыв я так и не понял из памяти Багрового охотника. Возможно, у них были какие-то врождённые способности, которых у меня попросту не было.

Червь начал затихать и медленно исчезать из этого слоя реальности, словно призрак, растворяющийся с рассветом.

Я же, зная из памяти Багрового охотника процедуру проращивания (как они это называли), начал направлять энергию Силы души в этого неведомого энергетического зверя.

Сначала небольшими объёмами, по одной душе. Осторожно, словно кормил дикого хищника с руки, готовый в любой момент отдёрнуть ладонь. Затем увеличивал дозу, возвращая желание этой твари находиться в этом слое реальности, насыщая её, успокаивая и словно откармливая.

Червь явно стремился вернуться в Бездну. Не на один из планов, где их яйца изредка удавалось находить, что считалось великой удачей для безумных охотников за артефактами, а именно в истинное пространство Бездны. Туда, где так любезно и приветливо меня встретили голоса самого Хаоса и их извращённых Богов. Туда, откуда не возвращался никто и ничто.

Путём простых манипуляций и множества экспериментов, каждый из которых мог стоить мне жизни или того хуже, я выяснил точное количество энергии Силы души, необходимое для поддержания жизни в этом странном существе.

Порядка пятидесяти единиц энергии Силы души в час, такова была цена твари Бездны. Чудовищная стоимость, которую нужно было платить беспрерывно, чтобы червь продолжал находиться в правой руке демонического Бога, начиная оживать и при этом не пытаясь коллапсировать, не стремясь вернуться в родную стихию Хаоса.

Я не до конца понимал, сколько всего может понадобиться этой твари энергии. Надежды, что хватит двух сотен единиц, рассеялись уже через четыре часа. Стало абсолютно ясно, что тварь и не думает прекращать поглощать души. Она лишь входила во вкус, словно обживаясь в моём правом предплечье, превращая божественную плоть в своё гнездо, свой кокон трансформации.

Отсидеться на осколке последней воли я никак не мог. Даже ограничения темницы на червя Бездны не влияли, он был за пределами её ограничений, существо, рождённое за границами всех законов и правил.

По этой причине мне пришлось серьёзно взяться за сбор душ арахнидов, сделав на них главный акцент. Это было значительно дольше, чем просто рассечь проклятым божественным копьём. Очки Системы при этом я собирал только с существ ранга D, не размениваясь на мелочь.

Однако охотой я занимался максимально осторожно, стараясь не привлекать внимание могучих сущностей. Часто менял локацию, пролетая сотни вёрст над бесконечными руинами или высохшей пустошью, лишённой даже остатков морей и рек. Отметал те разрушенные города, где ощущал или мог засечь искры душ существ ранга С, выделяющиеся на общем фоне тысяч мелких арахнидов, словно костры в ночи.

При этом я был подгоняем подходящим к концу запасом энергии СД в моём средоточии душ. Каждый час червь пожирал пятьдесят единиц, почти душу в минуту. Такими темпами даже мои обширные запасы таяли, словно снег под летним светилом.

Прерывать процесс трансформации червя Бездны было не столько опасно, сколько не выгодно финансово. Я вложил слишком много, чтобы останавливаться на полпути. Да и результата добиться мне всё же хотелось, не зря же я рисковал самой своей сутью?

Менять тело на родное я тоже опасался, ввиду возможного срыва эксперимента или, как самый худший вариант, потери вообще ложного аватара во время коллапса энергий такого объёма. Взрыв мог быть катастрофическим, достаточным для окончательной гибели ложного аватара в изменённом пространстве излома.

Однако перспективы, пусть и довольно туманные, меня серьёзно прельщали. В памяти Багрового охотника содержалось несколько исходов. Правда, они не были связаны рамками Системы, но даже так Ядро Бездны с уникальным навыком, зависящим от вида паразитического червя, выглядело невероятно привлекательно.

Способность Путы Бездны, обездвиживающие цель практически любого уровня могущества без возможности уклониться. После чего можно было атаковать связанного противника целой чередой заклинаний, это было оружием, способным изменить баланс сил в любом конфликте.

Или как вариант, Подпространственное рассечение, позволяющее нанести удар в выбранной области, даже не приближаясь к противнику на десятки вёрст. Эта сила пленяла воображение, пусть даже каждое такое использование навыка требовало огромное количество энергии. Что-то подобное давала Школа Бесконечное отчаяние глубин Тхала, но это было даже более мощным вариантом. К тому же это были самые запоминающиеся возможные способности, что мог дать вызревший червь Бездны.

Поэтому некоторое напряжение и, возможно, даже тревога меня не оставляли на протяжении как минимум первых двух суток с момента активации этого странного и очень дорогого ритуала.

Я также серьёзно переживал за своих нерадивых подчинённых, которые запросто могли создать мне проблемы на пустом месте. Ситуация, когда моё личное присутствие оказалось бы абсолютно необходимо, а я был связан ритуалом, могла стать катастрофической.

С трудом я удерживал запас в триста единиц энергии СД, опасаясь спускаться на нижние ярусы подземных руин. Скрывающих свои искры души тварей я мог и не засечь, а встреча с древним Титаном в моём состоянии могла стать последней.

Понять, что происходит с червём, мне никак не удавалось, как бы я ни старался. Как и определить близость завершения процесса. Во что преобразовывал червь вкладываемую мной энергию, я разобрать так и не смог.

Дело было не в сложности плетения, которое, кстати, отсутствовало вовсе, а скорее в самом происхождении эманаций энергии, исходящих от червя Бездны. Это было что-то фундаментально иное, не подчиняющееся законам, которые я знал. Словно пытаться понять язык, в котором отсутствует сама концепция слов.

К тому же правая рука демонического Бога с трудом справлялась с разрастающейся тварью, ограничивая область её действия. На регенерацию божественного тела уходило огромное количество энергии Света и праны. Что ещё больше меня связывало в возможностях применения заклинаний, значительная часть моей силы уходила просто на поддержание целостности собственного тела.

Благо, сформировав что-то наподобие кокона с возможным зачатком ядра в районе правого предплечья, паразитический червь перестал требовать так много энергии душ. Аппетит его снизился более чем втрое, сжирая порядка пятнадцати единиц энергии СД в час.

На этом фоне раздражение от возникшей спешки немного сошло на нет. Когда свободный запас достиг полутысячи единиц, я позволил себе вздохнуть чуть свободнее в прямом и переносном смысле. При том, что за двое суток ушло баснословные две с половиной тысячи энергии Силы души, цена, которую я платил за шанс стать кем-то большим.

Итог этой, казалось, уже бесконечной гонки, слава Системе, начал подходить к своему логическому завершению. Опасность спускаться на ярусы ниже тридцатого в руинах выглядела слишком высокой. А на территории руин в более высоко расположенных тоннелях добычи становилось всё меньше.

В сутки находить по паре тысяч хоть каких-то арахнидов становилось всё сложнее день ото дня. Я выжигал их популяцию в доступных мне областях быстрее, чем они успевали подниматься из глубин. Руины превращались в мёртвые зоны, где даже пауки-разведчики больше не осмеливались появляться.

Я чувствовал, что всё ближе подбираюсь к тому числу сожранных пауков, после которого на меня обратят внимание могучие Титаны мира Паккот. Они посчитают, что это переходит рамки разумного и дозволенного, и стоимость их безмолвия в поддержании собственного ритуала уже не приемлема. Тогда мне придётся либо сражаться с существами, способными разрушить континенты, либо бежать, оставив уже свой ритуал незавершённым.

Мои мучения в ожидании самой что ни на есть неопределённости продлились целых двенадцать суток, почти две недели. Двенадцать напряжённых дней, когда и закат, и рассвет я встречал в серых сумерках мира Паккот. Когда, продвигаясь по тоннелям арахнидов, вокруг меня все эти дни сопровождал туман тлена и пепла иссушенных хитиновых тел пауков-рабочих, витавший перед моими глазами непрестанно.

Дни, проведённые в ожидании либо неуместных просьб от безмозглого Тарака, либо (что много хуже) моих официальных полусотников Мареша с Улером. За мою дорогую Себию я переживал меньше всех. В её способность почувствовать опасность я верил больше, чем в собственную интуицию. Прогресс именно этой моей помощницы в плане роста тактических и стратегических навыков был выше других. И что главное, она практически не имела слабых сторон.

Не как мериот Тхагаси, подверженный демонической жажде, что могла затмить его разум в самый неподходящий момент. Или не как моя Кари, имеющая изъян, казалось, в самой душе. Слишком жестока она была, не как гоблин, а скорее, как демон. Слишком сурова была к ней судьба, хоть она этого никогда и не рассказывала. Но я видел шрамы на душе моего исполнительного адъютанта, когда заглядывал в её мысли.

За двенадцать дней траты энергии Силы души составили просто невероятные 6100 единиц. Цифра, от которой закружилась бы голова у любого, кто понимал истинную ценность душ. Это были жизни, тысячи и тысячи жизней, переработанные в чистую энергию и скормленные ненасытной твари из Бездны.

С учётом добытых за это время 6373,8 единиц СД, мне удалось сохранить в средоточии всего 598,8 СД. По итогу это привело к пусть и небольшому, но положительному остатку. В сутки, во время не прекращающейся охоты, мне удавалось поглощать почти по шесть сотен СД, цифра просто невероятная, немыслимая для обычного игрока.

Представить себе подобный уровень трат, равный почти сотне тысяч жизней простых гоблинов первых уровней, такого я точно не предполагал. Знай я заранее количество требуемой энергии душ, возможно, реализацию планов с паразитическим червём Бездны я отложил бы до лучших времён.

Как это пришлось сделать и с достижением следующего ранга доступа к темнице последней воли. Просто не представляя таких огромных трат. Ведь добытые души можно было вложить и во что-то иное, позволяя увеличивать силу здесь и сейчас, не надеясь на успех в далёком будущем. Будущем, которое может ещё и не наступить, потому что прямо здесь мне пришлось бы серьёзно экономить, балансируя на грани истощения ресурсов.

При этом, так как некоторую часть арахнидов я уничтожал проклятым божественным копьём, мой великий накопитель опыта на сто тысяч ОС довольно быстро оказался до упора заполнен. Мне предстояло решить, куда вложить эту энергию, решение, которое могло определить мою судьбу в грядущих конфликтах.

В сложившейся ситуации наиболее выгодным конкретно сейчас я посчитал не повышать уровни ложного аватара, а вложить эти очки Системы в проклятое копьё. Все сто тысяч ОС целиком, чтобы в любой момент можно было активировать способность Врата Вестиала.

Пусть это приведёт к однозначной гибели ложного аватара, но ситуации, которая произошла в видении в мире Айселор, когда Титан дождался появления моего истинного тела и его тоже уничтожил, уже не повторится. Я буду готов к худшему сценарию, имея козырь, способный разнести в прах целый мир.

Как сдерживающий фактор на высших существ, способных ощущать опасность, исходящую от меня в тонких планах бытия, это будет очень выгодно. Не каждый даже Титан рискнёт проверить мою решимость активировать эту способность. Потому как проверить они уж точно не смогут, могу я лично пережить столь катастрофический удар стихии или нет.

Один только этот факт делал меня куда сильнее и могущественнее, не физически, но стратегически. Я становился ходячим оружием Судного дня, существом, с которым предпочтут договариваться, а не воевать.

Совсем не факт, что я не ошибаюсь, делая такой выбор, потому как копьё — это не накопитель ОС и забрать оттуда энергию уже не получится. Но на данный момент, с учётом необходимого для поднятия уровней ложного аватара количества ОС за каждый уровень, сто тысяч очков Системы не выглядят как что-то действительно значимое.

Это всего четырнадцать дополнительных уровней и, как факт, всего двадцать восемь очков параметров. Что, учитывая общее их количество у ложного аватара в размере 954 ОХ, не выглядит как действительно серьёзное усиление. Мне этого даже не хватит, чтобы довести до первого божественного предела Живучесть или Выносливость, целей, которых я планировал достичь в ближайшем будущем.

Это не значит, что уровни ложного аватара я увеличивать перестану, просто приоритеты сейчас другие.

Как итог, с учётом собранных за двенадцать дней охоты 64 782 ОС и насыщения проклятого божественного копья, в моём накопителе осталось всего 60 073 очка Системы, которые я пока тратить не собирался. Это был стратегический резерв на чёрный день, а чёрные дни в моей жизни случались с завидной регулярностью.

Нужно ещё учитывать, что почти полторы тысячи моих гвардейцев сейчас, прямо в этот момент, разоряют руины арахнидов, собирая для меня дополнительные ОС. Пусть часть из них пойдёт на повышение их собственных уровней и улучшения навыков, но даже так я рассчитываю примерно на сто тысяч ОС, отложенных лично для меня.

Как минимум Себия об этом была проинформирована заранее. Впрочем, как и о необходимости развивать у гвардейцев Малое ядро истинного Света, первоочередной задаче, которая могла превратить мою армию из просто сильной в по-настоящему смертоносную.

(0/6650

(60 073/100 000)

(1593/10 000 официальные ОС)

(38 ОС депозит в банке)

Эти мысли кружили в моих сознаниях параллельно с ликованием во время прочтения Системных сообщений, как всегда медленно появляющихся перед моим внутренним взором. Каждая строка текста материализовывалась словно из тумана, складываясь в слова, несущие знание о моей трансформации.

Происходящего с червём Бездны я так и не смог понять до конца, это было за пределами моего восприятия, за гранью того, что способен постичь даже мой расширенный разум. Поэтому я ориентировался лишь на возможности Системы в этом вопросе, доверяя древним алгоритмам, которые существовали задолго до появления и меня, и возможно, первых цивилизаций.

Червь перестал пожирать энергию. Кокон в моём предплечье застыл, а в его центре пульсировало что-то новое, что-то невероятно могущественное и смертоносное.

Система начала выводить первые строки сообщения, в тот миг я замер в предвкушении, что же мне удалось создать из этого безумного эксперимента, этой пляски на грани уничтожения?

То, что появилось перед моим взором, превзошло даже самые смелые ожидания…