Сентябрь, 2022 г.
Широкие улицы Донецка и так в это военное время были не особенно многолюдными, а теперь город, казалось, и вовсе опустел. Все прилипли дома к экранам телевизоров, следя, как многострадальные республики Донбасса, а также Запорожская и Херсонская области входят в состав России. Казалось, во всём городе не было никого, кроме двух молодых людей в военной форме, медленно идущих по Университетской.
— Да, не так я представляла всё это, — грустно сказала Юлька. — Думала, как в Крыму, будет праздник, все выйдут на улицы… А нам ещё до этого далеко. Дождётся ли когда-нибудь Донбасс своих праздников?
— Дождётся. Не так уж это и далеко, — горячо возразил Игорь Полёвкин. — Жизнь налаживается. Вот, смотри — ты на учёбу вернулась…
— С твоей подачи. Всё равно учёба сейчас дистанционная…
— Главное, там опять твой профессор Тарнавский преподаёт.
— Он не мой!
— Но преподаватель-то твой, — с подчёркнуто невинным видом заявил "Философ".
— Ах, ты об этом…
— Интересно, а ты о чём? — Игорь невинно моргнул и тут же сделал оскорблённое лицо: — Так, я что-то не понял!
— Да ну тебя, — махнула рукой Юля, иногда она уставала от его постоянных подколок. — И зачем ты меня только вытащил? Невелика радость бродить по пустому городу.
— Затем, что надо дышать свежим воздухом, а не только книжной пылью, — решительно заявил "Философ" и свернул за угол, увлекая за собой Юлю. — А ещё вот за этим…
И прежде чем девушка успела возразить, впился в её губы страстным требовательным поцелуем.
Она, впрочем, особо и не возражала.
Жизнь идёт дальше, хотим мы того или нет. Время беспристрастно стирает все события — и хорошие, и плохие. Восстанавливаются разрушенные города, заживают раны, боль от потери близких со временем превращается в светлую грусть, лишь иногда вспыхивающую яркими мучительно-сладкими воспоминаниями.
Вот и Мариуполь вновь оживает, поднимает голову, восстаёт, как птица Феникс из пепла. На месте разрушенных домов строятся новые, люди возвращаются в свой город.
Так и должно быть. "Пережили", — может сказать каждый из жителей города у Азовского моря. И кто знает, что он при этом будет иметь в виду — страшные события 2022 года или жизнь в течение восьми лет оккупации националистов, в которой от жизни одна видимость.
Но как бы то ни было, и это ушло. Хотелось бы думать, что уже не вернётся. И всегда остаётся надежда, что люди сделают выводы из ошибок прошлого. В основном этого не происходит на протяжении всей истории человечества, но надежда, как известно, умирает последней. Всё-таки каждое новое поколение умнее предыдущего…
2022–2023 гг.