Год 2002. Михаил 27.04. 19 час Константинополь, полицейский участок № 40

Почему-то лишь здесь, вдохнув плотный запах йода и мочи, я вспомнил, что устал.

Вид у Зойки был вполне деловой, и человек, плохо ее знающий, ничего бы не понял.

Ну, глаза чуть прищурены. Многие так щурятся.

Юра уже был здесь и убежал ненадолго домой. 0н придет к девяти и останется на ночь.

За Тедди все так же дышал аппарат. С трубкой во рту он почему-то походил на глубоководное чудовище, выброшенное на берег. Веки его почернели и отекли.

Вторая операция, сказал хирург, прошла хорошо: зашили разорванный край печени.

Из-под простыни выходили трубки, тянулись к тихо гудящему желтому цилиндру под кроватью. Пришла медсестра, жестом отодвинула нас, воткнула в Тедди шприц. Из двух пластиковых мешочков что-то по каплям — справа медленно, слева быстро, почти струйкой — вливалось в его вены. Зойка влажной салфеткой вытерла Тедди лоб и щеки, промыла глаза, нос.

— Поедем, — сказал я.

— Надо дождаться Юры, — покачала она головой.

— Я тебя отвезу и вернусь. Скоро стемнеет.

— Куда ты хочешь меня отвезти?

— Где буду за тебя спокоен.

— По-моему, это паранойя. Мы вряд ли кому-то интересны. Иначе пришлось бы скрываться половине курса.

— Не сомневаюсь, — сказал я. — Но береженого Бог бережет.

— Поехали, — вдруг согласилась она. — Вези и прячь. Только чтобы я ничего не знала…

Она повесила халат на вешалку, сняла косынку. Волосы ее за день слежались.

— Вид мерзкий?

— Отталкивающий. Сейчас будет еще хуже…

Загрузка...