Злодеи выбирают себя. Том 2

ГЛАВА 35

ВОСЕМЬ БОЛЬШИХ ПЕРЕУЛКОВ

ЧАСТЬ 2

— Простите, мастер Чэнь, но я категорически против этого плана.

— Как-то вы поздно спохватились…

Юань Юнь, конечно, удивился предложению Чэнь Син, но в доме господина Хэ высказать опасения она ему просто не позволила. Чэнь Син предложила разыграть небольшой спектакль, где Юань Юнь притворится влюблённым аристократом, которому друзья посоветовали сходить в дом Алой яшмы и забыть о глупых чувствах к другой куртизанке. А тот, не удовлетворившись увиденным, продолжит расхваливать свою «возлюбленную», чтобы лисица-оборотень поддалась на провокацию и потребовала пригласить к себе ту загадочную девушку.

Госпожа Сокол посчитала план вполне реализуемым за короткий срок. Даже если лисица не потребует увидеть Чэнь Син здесь и сейчас, Юань Юнь устоит перед её чарами за счёт выдержки заклинателя. К тому же его духовное ядро и энергия, берущие начало от первоэлемента металла, зарождающейся инь, не вызовут сильного подозрения у лисицы-оборотня.

Наверное. Никогда нельзя быть уверенным на сто процентов.

Чэнь Син своими речами явно расположила к себе госпожу Сокол, потому что выразила беспокойство не только о работницах и клиентах, но и в целом о репутации дома Сокола. Прошлая жизнь научила ее многим вещам. Даже если она позабыла лица родителей и друзей, их имена, да и бо́льшую часть событий, связанных с яркими эмоциями, знания о работе в общей массе остались при ней. Бизнес есть бизнес.

Договорившись ехать в квартал развлечений в карете госпожи Сокол, Чэнь Син обсудила наедине с мастерами общий план действий в случае, если загадочная госпожа Алая яшма — действительно лисица-оборотень, которая может начать активное сопротивление. Ян Сэня не радовала перспектива делать из Чэнь Син наживку, однако он поверил в неё как в мастера и не стал настаивать. Он покинул поместье господина Хэ, чтобы расположиться в квартале развлечений в качестве подкрепления.

А вот Юань Юнь, оставшись наедине с Чэнь Син, неожиданно проявил ненужное беспокойство.

— Шимэй¹⁵, прошу, одумайтесь. Я могу один проникнуть в дом Алой яшмы, вам незачем рисковать и подвергать себя опасности.

— Вы забываете, что я мастер, способный дать отпор?

— Находиться в таких заведениях… боюсь, вы к этому не готовы.

«Ох, милый, знал бы ты чуть больше про мою развратную душонку, помалкивал бы», — хмыкнула про себя Чэнь Син.

— Почти все девушки оказываются в публичных домах не по своей воле. Я прекрасно понимаю, что с ними делают и какой ужас происходит внутри этих стен. Кто-то из работниц учится притворяться, кого-то эта профессия ломает. Но все они люди, нуждающиеся в нашей защите. К тому же именно вы должны сыграть роль клиента, а не какой-то посторонний человек. Вы хорошо сыграете, вы сможете…

— Дело не во мне, в конце концов. Вы не должны касаться этой грязи.

Отчасти Юань Юнь беспокоился о ней, но что-то в его речах не пришлось по душе Чэнь Син, вызвав злость. Недобро нахмурившись, она постаралась сохранить спокойствие, но не упустила возможности ядовито отметить:

— Грязь, значит. Какое у вас интересное мнение о девушках, оказавшихся в безвыходном положении.

Юань Юнь оторопело застыл. Его реакция лишь сильнее уязвила Чэнь Син. Видя в его взгляде требовательность и осуждение, с которыми обычно отцы смотрят на непослушных дочерей, она в какой-то степени оскорбилась. Чэнь Син уже не раз замечала, как мягкая наигранность и обходительность Юань Юня обращались острым лезвием, отсекающим чужие недовольства. Он чем-то напоминал рыбака, который заманивает рыбку на наживку добрых слов, после чего безжалостно подсекает её острым крючком. Это хорошо просматривалось в его общении с учениками и адептами усадьбы Белого тигра. Стоило взгляду на улыбающемся лице Юань Юня похолодеть, как люди сразу становились кроткими.

Вот и сейчас на Чэнь Син смотрели эти глаза, полные требовательного желания увидеть подчинение.

Словно это могло возыметь над ней власть.

— Надеюсь на ваш деловой подход, мастер Юань, — сухо произнесла Чэнь Син, направившись к выходу из небольшой комнаты.

Но не успела она и пары шагов сделать, как рука, ухватившая её за плечо, заставила Чэнь Син остановиться. Опешив от подобного нахальства, она обернулась с едва скрываемым бешенством во взгляде. Ей понадобилось немалое самообладание, чтобы не вырваться, подобно дикой, свирепой кошке.

— Как ваш шисюн и старший мастер…

— Уберите руку.

Перехватив его взгляд своим и озвучив требование, Чэнь Син постаралась, чтобы голос прозвучал словно звон холодной стали. Растерявшись из-за столь агрессивной реакции, Юань Юнь сморгнул нахлынувшие на него эмоции и в растерянности отпустил Чэнь Син.

— Простите… это было неприемлемо.

— Верно, — не стала спорить она, — мы обсудили план, мастер Юань. Выполните свою часть, а я позабочусь о своей.

Вы расстроили мастера Юань Юня своим поведением и заставили его почувствовать себя виноватым. Штраф за грубость в общении с главным фаворитом: 10 баллов и 5 очков влияния.

Шикнув себе под нос, Чэнь Син лишь сильнее разозлилась. Система открыла для неё очередную любопытную вещь: оказывается, из-за задумки автора сделать Юань Юня главным фаворитом веб-романа любая открытая враждебность в его сторону имела последствия. В основном в виде штрафов. Если других фаворитов Чэнь Син хоть на хутор за пельменями могла посылать без урона счёту, то с Юань Юнем всё обстояло сложнее. Хотя порой казалось, что и Сого ходил в любимчиках у Системы.

Отправляясь в путь вместе с госпожой Сокол в одной карете, Чэнь Син не переставала думать о том, к чему в итоге скатывался сюжет. Неожиданные открытия, касающиеся Юань Юня, будто намекали, что для счастливого финала ей следовало завести с ним любовные отношения. При всём уважении (или его отсутствии) к автору, она уж лучше попытала бы удачу с Тэ Синем. Потому что Юань Юнь… пугал её.

Человек, умеющий манипулировать чужими эмоциями, очень опасен. Для Чэнь Син такое искусство ощущалось чересчур выматывающим, поэтому она опиралась на логику, отслеживая потребности людей, а не действуя из их чувственных порывов. Людей нужно уметь читать. И Юань Юнь умел это делать.

Днём квартал Восьми больших перекрёстков почти не отличался от основной части города. До момента, когда жизнь закипит, оставалось несколько часов, поэтому девушки дома Сокола занялись превращением Чэнь Син в куртизанку высшего класса. Как подметила Чэнь Син, заведение, которым владела госпожа Сокол, специализировалось на азартных играх, оттого и имело столь нетипичное для борделя название. Тем не менее его работницы умели красиво преподнести себя, поэтому довольно быстро подобрали Чэнь Син нужный образ.

История её героини такова, что игрой на гуцине¹⁶ она привлекла внимание молодого неженатого аристократа, зашедшего в дом Сокола ради азартной игры. В итоге он часто заходил к Ляньхуа¹⁷, то есть к Чэнь Син, чтобы насладиться её игрой, а затем и за приятной женской компанией, потеряв голову — и значительную сумму денег — из-за влюблённости.

Госпожа Сокол подобрала для Чэнь Син прекрасное бордовое платье, расшитое золотыми узорами лотосов и цапель. Чтобы нагнать таинственности, Чэнь Син предложила скрыть лицо за вуалью.

Признаться, ей очень понравился процесс перевоплощения. В духовной школе она мало пользовалась косметикой, разве что слегка глаза подводила угольными тенями и сурьмой. Здесь же из неё сделали цветок, подобный нефриту¹⁸, и она поначалу даже не узнала себя в отражении.

Покачав головой и заставив цепочки на заколках закачаться, Чэнь Син улыбнулась. Она дотронулась до губы и отметила, что алая помада держалась стойко.

— Запомните одну вещь, госпожа Чэнь. — К ней подошла госпожа Сокол, когда они сидели в её личном кабинете в ожидании приглашения. — Кротость, таинственность и заигрывающий взгляд превыше всего. Иначе вас могут раскусить.

Они побеседовали совсем немного. Не прошло и нескольких часов после заката, как к ним примчался посыльный, приглашающий госпожу Ляньхуа на приём в дом Алой яшмы.

Признаться, Чэнь Син начинала нервничать. Свой меч она оставила Ян Сэню, поэтому в дом Алой яшмы отправлялась безоружной, полностью заглушив свою энергетику. Если завяжется бой, его придётся сдерживать внутри здания, в чём должен помочь Ян Сэнь, выстроив барьер. Заклинатели заранее подкупили детвору, чтобы те раскидали специальные талисманы вокруг дома Алой яшмы.

«Но, скорее всего, стоит держать в уме, что этот план не сработает. А люди, оставшиеся внутри барьера, погибнут в ходе боя. Вытравить лисицу из квартала без жертв… возможно ли?»

Повозку потряхивало при езде по каменистой кладке. Кучер никуда не спешил, что позволило Чэнь Син рассмотреть ожившие улицы из-за опущенной шторы. Многие девушки, стоявшие подле домов, активно заигрывали с проходящими мимо мужчинами. Чэнь Син не всех находила привлекательными. Хотя многие из них обладали красивой наружностью.

Стоял галдёж, острые запахи били по носу, фонари освещали широкую улицу. Карета остановилась.

— Госпожа, мы приехали, — отозвался кучер, открывая дверь для Чэнь Син.

Выдохнув, отчего тонкая ткань вуали колыхнулась, Чэнь Син постаралась успокоить быстро бьющееся сердце. Выбравшись на улицу, она окинула оценивающим взглядом трёхэтажную постройку, увенчанную десятком фонариков. Массивные ступени, ведущие ко входу, напоминали дорогу к храму, а не к увеселительному заведению. Нервозность накатывала все сильнее, отчего Чэнь Син сжала руки под длинными рукавами.

До неё донеслись шепотки, а затем и вовсе громкие оклики: «Ох ты, смотри, какая красотка!», «Да она тебе не по карману», «Сестрёнка, ну посмотри сюда, эй!».

Игнорируя оживившуюся толпу, Чэнь Син взошла по ступеням в сопровождении кучера, который по совместительству являлся охранником.

Как только двери дома Алой яшмы распахнулись, Чэнь Син подумала, что она очутилась в другом мире. Интимная праздная атмосфера ударила по ней с приёмного зала-коридора, в котором преобладало обилие алых тонов и сладких запахов. Лёгкая кислинка и специфическая пряность моментально натолкнули её на мысль о лунной траве.

— Внимание, прибыла госпожа Ляньхуа из дома Сокола, — объявил кучер.

— Госпожа Ляньхуа, рады приветствовать вас в доме Алой яшмы, — подоспела к ней очаровательная девушка. Поклонившись, она добавила: — Госпожа Алая яшма вас ожидает.

Сделав своё дело, кучер удалился.

Сверху донёсся шум, за которым последовали громкие женские стоны. Нетрудно догадаться, чем там занимались, учитывая, с какой наигранностью кричала девушка.

— Простите за шум, в зале госпожи ничего не будет слышно.

Проследовав за провожатой и ещё не раз ловя сладострастные стоны на своём пути, Чэнь Син почувствовала не только нервозность, но и любопытство. Учитывая, что со времён попадания в этот мир у неё имелись только две ручные помощницы в снятии сексуального напряжения, оказаться в таком заведении — это всё равно что изголодавшемуся человеку появиться посреди кондитерской.

А ведь госпожа Сокол упоминала, что здесь также работают очаровательные юноши…

«Кхм, так, держи себя в руках, старайся поменьше вдыхать эти благовония с афродизиаком, — подумала Чэнь Син. Но как только женщина отворила перед ней дверь в приёмный зал, на неё ещё сильнее пахнуло насыщенным ароматом. — Спаси меня всевышний!»

Помимо терпкого запаха, Чэнь Син сразу услышала звуки гуциня: у дальней стены на музыкальном инструменте играла молодая, совсем юная барышня, перебирая струны тонкими пальчиками. Две девушки в довольно откровенных нарядах, струящихся нежными розовыми волнами по телу, кружили с веерами в танце. Чэнь Син невольно засмотрелась на них, обомлев от красоты и грации этих хрупких созданий. Атмосфера царила воистину непередаваемая. Да только единственного гостя, казалось, она ничуть не очаровала.

Облачённый в дорогую одежду дворянина, Юань Юнь без особого интереса к развлечениям попивал чай, вероятно, ведя беседу с молодой дамой, сидящей напротив. Но стоило дверям распахнуться и показаться на пороге Чэнь Син, он лениво обернулся, а вот удивление едва ли смог спрятать.

«Во имя Сына неба, ты хоть притворись радостным, а то выглядишь, будто увидел смерть», — недовольно подумала Чэнь Син, со сдержанной манерностью отвесив глубокий поклон.

— Госпожа, прибыла дева Ляньхуа из дома Сокола, — представила её провожатая.

— Госпожа, — поприветствовала её Чэнь Син.

— Выпрямись, красавица, и покажи, что за луна приковала к себе внимание стольких звёзд. Ну или хотя бы одной очень яркой звёздочки, которая обещала разгореться только при виде той единственной.

Чэнь Син постаралась выразить удивление при виде Юань Юня и затем обратила внимание на девушку, сидящую у столика на низком диванчике в россыпи подушек. Как бы иронично это ни звучало, но в первый миг Чэнь Син пришла ассоциация с лисьей красотой из-за острых черт лица и лукавого взгляда новой госпожи Алой яшмы. Заколки с алыми лентами украшали тёмные волосы, отливающие едва уловимым каштановым отблеском в свете ламп. Но не во внешнем виде заключалась притягательность девушки, от неё веяло концентрированной инь-энергетикой, напоминающей липкие щупальца.

Дверь закрылась.

— Тебе незачем прятать лицо в моём доме, красавица. Сними вуаль. — Несмотря на мягкость, в голосе слышался приказной тон. — Если, конечно, ты не стесняешься своего личика.

Чэнь Син подчинилась. Как она и ожидала, госпожа Алая яшма никак не отреагировала на её лицо. Вероятно, за последний месяц видела столько симпатичных девушек и парней, что все они стали для неё одинаковыми.

— Ну, что я говорил, госпожа? Моя Ляньхуа затмит луну и посрамит все цветы своей красотой! — с восхищением отозвался Юань Юнь, да в столь приторной манере, что у Чэнь Син едва лицо не свело.

Она скромно улыбнулась и отвернулась.

— Милая Ляньхуа, не сыграешь ли нам на гуцине? Мне говорили, что здешние девушки играют словно богини, но только твои руки могут принести этому скромному господину истинное удовольствие.

«А что-то ещё более двусмысленное ты не мог придумать?» — прокричала в мыслях Чэнь Син.

Изобразив лёгкую растерянность и неловко обернувшись к госпоже Алой яшме, наблюдающей за сценой без особого интереса, Чэнь Син произнесла:

— Если Ляньхуа вызвали, чтобы развлечь молодого господина и госпожу, она сделает всё возможное, чтобы скрасить их вечер.

Оказалось непросто держать лицо в сложившейся ситуации. Чэнь Син то и дело одолевало волнение, а игра на музыкальном инструменте требовала сосредоточенности. Помнится, первые попытки игры на цитре закончились содранными подушечками пальцев. Но со временем Чэнь Син приноровилась, последние полгода она часто уделяла внимание музыкальному классу.

Струны вибрировали под её пальцами, разнося по залу успокаивающие звуки. Она сосредоточенно исполняла музыкальную композицию, и как только её сердце успокоилось, Чэнь Син дерзнула посмотреть на своих слушателей. Госпожа Алая яшма наблюдала за ней с интересом, на хитрый манер прищурив глаза. А вот какие эмоции пытался показать Юань Юнь, трудно сказать. Поймав взгляд Чэнь Син, он словно испугался и затаил дыхание.

«Сделай уже лицо попроще, серьёзно», — вернув внимание струнам, подумала Чэнь Син.

Как только она сыграла последний аккорд, раздались тихие хлопки похвалы. Госпожа Алая яшма удовлетворённо улыбнулась, жестом приглашая Чэнь Син присоединиться к трапезе. Однако, помня наставления госпожи Сокол, она не смела становиться гостьей, а любезно предложила Юань Юню наполнить его пиалу.

— Госпожа Ляньхуа, этот достопочтенный господин отзывался о вас столь тёплыми словами, а что вы можете сказать о нём?

— Молодой господин милостив и добросердечен, не передать словами, насколько эта недостойная благодарна небесам за нашу встречу.

Одно из наставлений госпожи Сокол гласило остерегаться выражения опасений касательно заинтересованности и влюблённости клиента. Конечно, об этом можно спрашивать в игривой манере, но только принижая свои достоинства. Иначе клиент мог всерьёз задуматься, а нужно ли ему тратить время и особенно деньги на женщину, решившую сделать из игры реальность.

— Но… — Хитро улыбнувшись и стрельнув взглядом в Юань Юня, Чэнь Син с лёгким отголоском капризности спросила: — Что же молодой господин делает в доме Алой яшмы? Ведь молодой господин говорил, что заинтересован только в компании Ляньхуа.

— А-а-а… я лишь желал убедиться, что никого красивее тебя нет в этом мире.

На мгновение улыбку Чэнь Син перекосило от нервозности. Слова звучали до боли избито, тем не менее, решив отыграть уязвлённую женщину, которой вертели как зонтиком в дождливый день, она украдкой глянула на госпожу Алую яшму. И что-то в её улыбающемся, отчасти насмехающемся взгляде не понравилось Чэнь Син.

Озарение пришло довольно быстро. Несмотря на то, сколь обходительно они ворковали, их жесты не напоминали общение возлюбленных. Они сидели рядом друг с другом, но их тела не соприкасались. Юань Юнь даже не пытался, например, поправить ей волосы или дотронуться до плеча. Неужели тому причина — её резкая реакция на прикосновение?

Тихо хохотнув, Чэнь Син решила действовать решительно. В конце концов, она отыгрывала роль куртизанки и, чтобы остаться в доме Алой яшмы, требовалось заинтересовать лисицу.

— Ну что вы так скромно себя ведёте, молодой господин? — Подсев поближе, Чэнь Син лукаво улыбнулась и прильнула к плечу Юань Юня.

Почувствовав, как он напрягся, Чэнь Син вдруг ощутила проснувшееся озорство. Довольно забавно наблюдать этого притворщика таким нерешительным. Положив руку на его колено, Чэнь Син лёгкими ласкающими движениями начала выводить невидимые круги.

— Ма… — осёкся Юань Юнь, сведя брови к переносице и нерешительно глянув на Чэнь Син, у которой от его «ма» чуть сердце не упало. Он что, хотел сказать «мастер Чэнь»?! — Моя госпожа… Прошу, на нас же смотрят.

— А вам разве должно быть дело до меня? — ухмыляясь, уточнила госпожа Алая яшма. — Вашего внимания требует любимая женщина. Неужели вы упустите момент? Или же?.. Она вам не так уж дорога, молодой господин? А то, пока мы её дожидались, вы так заинтересованно наблюдали за моими танцовщицами.

В реальности Чэнь Син было плевать, на кого там засматривался Юань Юнь и засматривался ли вообще, ведь лисица могла и врать. Однако образ Ляньхуа требовал соответствующей реакции.

— Молодой господин?.. — Изобразив растерянность, Чэнь Син дёргано убрала руку с чужого колена и отстранилась, с немым вопросом посмотрев на Юань Юня. — Ох, вы ведь… просто наслаждались их танцем, верно?

— Разумеется, моя Ляньхуа. — Аккуратно спрятав пальцы Чэнь Син в своих широких ладонях, он обворожительно улыбнулся. Воистину, с такой улыбкой и сладости не нужны. — Что этот господин может сделать, чтобы доказать вам свою любовь?

Внимание! Обнаружен риск раскрытия госпожой Алой яшмы. Придумайте что-то, что убедило бы её в правдивости ваших чувств. В случае провала будет назначен штраф в 50 баллов.

«Серьёзно?» — с трудом удержавшись от желания закатить глаза, подумала Чэнь Син.

— Поцелуйте меня.

Да-а, похоже, это единственное, что она могла ляпнуть, спасая их положение. Во взгляде Юань Юня Чэнь Син обнаружила с десяток пролетевших эмоций. Она запоздало сообразила, что для людей этой эпохи мог означать банальный поцелуй. Вот и Юань Юнь застыл, подобно глупой деревянной курице¹⁹, хотя выражение его лица ни на мгновение не изменилось.

Чэнь Син уже думала отпевать их прямо здесь.

Моргнув, Юань Юнь, всё так же не меняясь в лице, потянулся к её щеке и, накрыв ладонью, обжёг её губы поцелуем. Хотя как обжёг? Обожгла скорее неожиданность его действий, заставившая удивиться и мигом позже облегчённо подумать, что положение спасено. Только вот в искренность чувств возлюбленных не поверил бы ни один здравомыслящий человек. С такой же «страстью» Юань Юнь мог поцеловать и труп.

«А сколько кривляний-то было…» — невольно раздражившись, подумала Чэнь Син.

Скользнув пальцами по шее Юань Юня и запустив их в волосы, она надавила на затылок, притягивая его ближе. Воспользовавшись моментом, Чэнь Син с настойчивостью усилила поцелуй. Она опасалась, что Юань Юнь растеряется или оттолкнёт её, но тому хватило буквально мгновения, чтобы собраться и подыграть ей.

Наверное… подыграть.

Чэнь Син лишь хотела, чтобы их поцелуй выглядел более волнующим и эмоциональным. Но ладонь, лежащая на её щеке, вдруг скользнула к затылку в схожем властном жесте. Однако такие мелочи перестали интересовать Чэнь Син, когда в её рот скользнул чужой язык.

«Какого?.. — нахмурилась она, с трудом удерживаясь, чтобы не отпихнуть Юань Юня. Её удерживала мысль, что, возможно, тот перегнул палку из-за нервозности. Однако, прижимаясь свободной рукой к его груди, она ощущала пусть и слегка учащённое, но точно не взволнованное сердцебиение. Его руки не тряслись, а крепко держали её в объятиях, обжигая жаром ладоней. — Он… он понимает, что делает…»

Все мысли исчезли, голова заполнилась звенящей тишиной. Отбившись от подступившей паники и стараясь игнорировать слабость, разливающуюся от груди по всему телу, Чэнь Син медленно сжала волосы Юань Юня в кулак, заставляя его наконец отпрянуть.

Поздравляем! Пользователь достиг сюжетной вехи — первый поцелуй с главным фаворитом!

Ваш порыв пробудил что-то в Юань Юне. Вы заставили его сердце биться быстрее.

Процент отношений с фаворитом № 1 перешёл за 50 %. Пользователю доступно ведение любовной линии.

Награда: 300 баллов, 100 очков влияния.

Если бы не радостные возгласы Системы у неё под ухом, Чэнь Син чувствовала бы себя менее растерянно. Какая ещё любовная линия, если они просто отыгрывали возлюбленных, а её порыв — чистой воды недоразумение? Точнее, он вообще не для этого предназначался!

Желаете открыть ветку ведения любовной линии с фаворитом № 1?

«Свали!»

Чэнь Син стоило немалых сил сдержаться и, как минимум, не стиснуть кулаки от накатившей злости.

Их лица с Юань Юнем находились в опасной близости друг от друга, и то, каким взглядом он посмотрел на неё, заставило Чэнь Син оторопеть. Держа лицо невозмутимым и спокойным, внутренне она напряглась и едва не дерзнула проявить агрессию. Потому что Юань Юнь смотрел на неё… Нет, она не хотела понимать этот взгляд, подчёркнутый пляшущими тенями.

На какое-то мгновение в его глазах застыла неловкость, а затем на губах растянулась виноватая улыбка.

— Извини, моя Ляньхуа… В голову будто что-то ударило.

— Не «что-то», — донёсся удовлетворённый смешок госпожи Алой яшмы, — мои благовония особенные. Но куда более особенными я нахожу тех, кто ко мне приходит. И так глупо пытается меня обмануть. Даже не знаю, кто из вас больший притворщик или слепец.

В первый миг слова лисицы насторожили Чэнь Син, однако она не спешила паниковать и внимательно присмотрелась к ней с немым вопросом во взгляде.

— Ты её любишь, молодой господин? — оперевшись локтем о ворох подушек, с ухмылкой уточнила госпожа Алая яшма.

— Разумеется, госпожа.

— И вероятно, желаешь выкупить из дома Сокола?

— Всё так, — напрягся Юань Юнь. — К чему эти вопросы?

— Цена этой женщины не больше сотни золотых слитков. И я уже отправила посыльного с нужной суммой в дом Сокола… Так что теперь она принадлежит мне. Если хочешь выкупить её, молодой господин, требую тысячу золотых слитков! — Хохотнув, взмахнула рукой лисица. — Ну что, стоит ваша любовь таких денег?

Что ж, подобное развитие событий не сильно удивило Чэнь Син. Плутовка, взирающая на них со злорадным блеском во взгляде, искренне наслаждалась ситуацией и с любопытством ожидала реакции.

— Госпожа… это подло, — нахмурился Юань Юнь после затянувшегося молчания. — До меня доходили слухи, что в последнее время всякая барышня, ступившая на порог Алой яшмы, исчезала. Если с моей Ляньхуа что-то случится…

— Ну так поторопись, молодой господин, и принеси мне золото, если желаешь даровать свободу своей возлюбленной.

— Но…

— Вон. — Не повышая голос, но позволяя прозвучать раздражённой требовательности, госпожа Алая яшма убрала улыбку с лица. — Ваше оплаченное время истекло, молодой господин. На сегодня красавица Ляньхуа завершила приём. Если у вас нет тысячи золотых слитков, уходите. Или вас выведут.

Сообразив, что ситуацию необходимо спасать, Чэнь Син напустила на себя опечаленный вид, однако растянула губы в улыбке:

— Всё хорошо, молодой господин. С вашей Ляньхуа ничего не случится… вы же… наша любовь преодолеет все трудности. Вы ведь богаты, и, даже если придётся подождать чуть дольше, ваша Ляньхуа подождёт. Прошу… не злите госпожу Алую яшму.

Не без беспокойства посмотрев на Чэнь Син, Юань Юнь бросил мрачный взгляд на хозяйку дома. Однако ему ничего не оставалось, кроме как следовать сценарию и, распрощавшись с девушками, уйти.

Наблюдая, как за его спиной захлопываются двери, Чэнь Син испытала смешанные чувства. С одной стороны, оставаться один на один с лисицей-оборотнем довольно тревожно, с другой, присутствие Юань Юня не меньше нервировало её. Вполне возможно, она сама виновата в его поведении, ведь изначально он достаточно невинно поцеловал её.

«Но зачем язык-то пихать мне в рот?» — нахмурилась она.

— Не печалься, милая, — ласково произнесла лисица, — они все такие — клянутся в вечной любви, пока им не озвучат стоимость этих чувств.

— Госпожа несправедлива, — тихо пробормотала Чэнь Син. — Теперь этой Ляньхуа придётся куда дольше работать, чтобы выкупить свою свободу.

— Свобода и любовь — вещи непостоянные. Не переживай так, красавица, просто подойди ко мне, и хотя бы на сегодня я гарантированно избавлю тебя от печали.