Бойтесь своих желаний

Глава 17

Тень на стене изгибалась, как петля на шее повешенного.

Аркадий щурился, вглядываясь в её расплывчатые контуры и затягивался сигаретой до хрипа.

После сделки с демоном, рака легких можно не бояться…

Дым клубился в форме вопросительного знака, будто сама вселенная допытывалась у него о смысле бытия…

— Плохо… Какое смешное словечко…

Усмехнулся он, обращаясь к тени как к старому армейскому товарищу. –

— Кто его выдумал? Какой-то трус, не сумевший отстоять кусок мяса и любимую женщину? Или хитрец, понявший, что проще запретить другим кусаться, чем самому отращивать клыки?

Ставленник Абаддона сжал кулак — чувствуя, как костяшки наливаются свинцовой тяжестью.

— Ломать нос куда честнее, чем калечить душу проповедями о добре. Проговорил он, вспоминая последнего мальчишку в подворотне: хруст хряща, алый фонтан из ноздрей, а в глазах страх…

Смотреть в такие глаза приятнее — чем в очи любимой женщины во время секса.

Боль — универсальный международный язык.

— Снова играешь в бога… Прошипела тень, сливаясь с пятнами плесени на стене.

— Абаддон сукин сын, вот ответь, как одна из его основных составляющих — Разве он не играет в нас?

Создал мир, где волк извиняется перед овцой, где львы молятся в церквях, а овцы учат их морали.

Юноша мог позволить себе фамильярности с архидемоном.

Аркадий знал: Абаддон ценил его не за поклоны, а за то, что в его жилах текла та же ядовитая грязь, что и в реках преисподней.

Люди плодят законы, как крысы блох — чтобы чесать свою совесть.

В животном мире слабый становится удобрением для сильного. А здесь? Почему у человека всё верх ногами.

Зачем слабых лелеют, кормят байками о “правах” и позволяют плодить себе подобных…

Рецессивных…

Аркаша выдохнул ядовитый дым с отвращением…

В кармане зашевелился ножик…

Старый и верный, вернее, чем все его прихвостни вместе взятые.

Юноша провел пальцем по острию — капля крови смешалась с ржавчиной.

— Боль — это правда… её трудно симулировать… а доброта — сладкий яд, превращающий людей в говорящих кукол… Их глаза пустые.

Я же… заставлю их чувствовать…

Где-то вдали завыла сирена милиции. Аркадий улыбнулся, представив, как эти звуки станут гимном его нового порядка.

Охх и веселое же вас время ожидает…

— Моя конституция будет писаться не чернилами, а кровью… Пообещал он себе, а тень за его спиной удовлетворенно вытянулась.

Прошлый выходной я развлекался как Бог, ой — то есть — как мог.

В магазинах одежды ломал стойки с костюмами и сшибал головы манекенам — пусть “успешные” люди ходят голышом.

Охранников в торговом центре бил до тех пор, пока их рвотные массы не сливались с узорами на плитке.

Тяжелые ботинки бьют по лицу и крошки зубной эмали застревали в подошве.

В раздевалках лапал чужих женщин, а их мужьям дарил выбор — смотреть и умирать от стыда или умирать в луже своей крови.

Большинство отдавали женщин на откуп.

Трусы.

Мелкую собаку в дорогом костюмчике пнул так — что её тушка прокувыркалась через эскалатор и хлопнулась о стену. Терпеть не могу собак, по пути домой обязательно раскидаю отраву по дворам.

Они самая яркая иллюстрация того — чем может стать благородный волк, если позволить слабым размножаться.

В кинотеатре показывают фильм ужасов. На экране — сцена убийства. Я смеюсь так громко, что зал оборачивается.

— Ложь! Кричу я и вскакиваю. — Настоящая боль звучит не так!

Вытаскиваю парня из первого ряда и ломаю указательный палец.

— Вот так звучит настоящий ужас! Запомните! Зрители побросали места и выбежали прочь…

На следующем сеансе поставил грязную обувь на макушку парню, сидящему с девушкой впереди.

Он конечно пытался возражать и корчить из себя героя, но недолго… Я быстрее сломал ему руку…

Хруст костей и вопли заглушили саундтрек.

А что касательно подруги — зачем добру пропадать?

Уселся рядом с застывшей от страха девушкой и обхватил её руками — как удав кролика. Будет досматривать фильм вместе со мной. Не зря же деньги за билет отдал… Хотя, я же не платил, а просто въебал контролеру на входе…

— Ты дрожишь… Провел пальцами по щеке, смахивая выступившие слезы.

— Хочешь, чтобы я остановился? Скажи — пожалуйста…

— П-пожалуйста… Голос сорвался на писк.

Миленько, однако…

— А теперь попроси еще раз, но громче и слаще. Она зарыдала, и чтобы успокоить девушку, я стал нежно поглаживать волосы.

В такт её всхлипам под кожей Аркадия зашевелилось что-то чужое…

Абаддон всегда обожал соль человеческих слёз…

— Ты боишься меня, но почему? Я искренне недоумеваю.

— Может из-за того, что я заставил твоего парня съесть ведерко из-под попкорна? Я просто хотел доступным языком объяснить девушке — почему он ей не пара.

Зачем в качестве спутника жизни выбирать пустое место?

— Не знаю… Отпустите меня пожалуйста… В ответ на это, я по-панибратски забросил ей руку на плечо и притянул голову к подмышке.

В таком положении мы просидели до развязки сюжета.

— А тебе нравится, когда тебя лапают незнакомые парни? В ответ на тишину, я начинаю гладить коленки, трогать и разминать грудь, словно выжимая сок из перезрелого плода.

Фильм закончился и начались титры, но девушка осталась сидеть прилипшей жвачкой к стулу.

— Ты же не хочешь пропустить имена тех, кто трудился над созданием этого дерьма?

Мне так и не удалось её разговорить…

— Скучно… Я щелкал зажигалкой перед глазами девчонки, заставляя зрачки сужаться от каждого щелчка.

Даже пару ресничек подпалил…

— Расскажи, принцесса, как вы с парнем убиваете время?

Девушка стиснула зубы, но я поймал её подбородок, повернув лицо к свету. — Отвечай или я позвоню ему и включу громкую связь. Хочешь услышать, как он рыдает, когда я опишу твои родинки в самых интимных местах?

— В кафе ходим… По улице гуляем…

— А трахаетесь часто? На этот вопрос она не смогла вымолвить и слова.

— Тогда решено! Этот день мы проведем вместе!

Не успела барышня обрадоваться приятным и полезным знакомством, как приперся её парень с охранником наперевес.

Просто ураган дешевого тестостерона…

Дурака учить только портить…

Удар! И глаз защитничка поплыл… Можно конечно сразу добить, но играться на струнах души так же приятно — как тупо избивать.

— Обожди немного рыцарь, а ты не думал, что твоей девушке нравятся, когда я её трогаю? Это правда? Обратился к предварительно зашуганной даме.

Она кивнула, не глядя на него. Лицо юноши исказилось от обиды…

— Видишь!? Я издевательски улыбнулся — Она уже выбрала меня. Теперь уходи или останься чтобы посмотреть, как я делаю то — на что у тебя яиц не хватает. Парень решил испытать судьбу, и я сломал ему три пальца на здоровой руке поочередно!

Тень на стене кинотеатра изогнулась в неестественной ухмылке, сам Абаддон аплодировал ему…

Охранника вынес с ноги, он собственно и не пытался вступиться всерьез, со своей то зарплатой…

— Дурак он у тебя… Вынес вердикт девушке, схватил за руку и повел в кабак.

В ресторане сказал официанту — Тащи всё самое дорогое и калорийное! Хозяин барин!

Пока я утрамбовывал желудок мясом, спутница с пустым взглядом ковырялась в тарелке. Девушка перестала трястись только спустя половину насильно выпитой бутылки вина.

Как только халдей заикнулся о счете — получил бутылкой по виску и рухнул на стол.

Дабы избежать преследования, я пригвоздил его ладонь ножом к столу.

Посмотрим теперь, как ты покинешь любимое рабочее место.

Охрана выбежала и моментально полегла…

Первому сломал ключицу с локтя, второму разорвал ухо зубами.

Выплюнул хрящ на пол и сказал — Сувенир…

Я быстрее и сильнее.

Черная мгла выделяется из поверженных тел, я всасываю её как пылесос.

Дебош закончился…

Я сыт и доволен, можно и свежим воздухом подышать.

— А ты жить хочешь? Спросил простой вопрос.

Мне правда интересно стало, без задних мыслей и намеков, а она чуть не описилась от страха…

Проходим мимо по улице и становимся свидетелями ДТП. Один водитель орет на другого благим матом.

Я подумал, что сейчас они сцепятся и устроят шоу, но никто за десять минут так и не решился ударить первым.

Придется помочь…

Подбегаю, прописываю одному с ноги, а другому защемляю дверью голову.

— Вот так конфликты решаются, а то кудахчут, аж бесит сука… Совсем злой как черт стал.

Самодовольный вернулся к подруге… а она, вместо того чтобы поздравить говорит — Вы… монстр.

Не понял…

Девушка пилюльку неустрашимости выпить успела или вино в голову ударило?

— И с чего вдруг такие выводы? Юноша недоумевал.

— Зачем вы избиваете людей? В своё оправдание скажу, что ни один человек сегодня не пострадал, только слизняки.

— Просто нравится. Ты бы смогла понять меня, будь в ситуации — где ты сильнее, и твой оппонент ничем ответить не может. Господь может измываться над человеком как захочет, а тот в ответ способен лишь молиться…

— А, впрочем, я подарю тебе возможность ощутить безграничную власть над людьми. Прикурил, наблюдая как дым сливается с её дыханием и продолжил.

— Покажи пальцем на любого прохожего, и я ему ебальник за семь секунд снесу.

— Не буду… Девушка завертела головой.

— Не укажешь в течении десяти секунд, выбью передние зубы. Девушка поняла, что по общественным меркам юноша — конченный, и не рискнула сомневаться в угрозах.

Выбор на самом деле не такой сложный, я же не заставляю выбирать между мамой и папой, просто незнакомый человек…

— Десять, девять, восемь… Её палец дрогнул и показал на бомжа в переходе.

Ирония.

Она выбрала того, кто уже без пяти минут мёртв.

Да уж, таких никому не жалко…

Даже я брезгую их трогать.

Смысл и кайф издеваться над теми, кому жизнь недорога — совсем теряется. Но раз уж обещал, нужно исполнять…

Вмазал спящему старику с ноги и утрамбовал нос в череп.

Кость хрустнула как, сухая ветка.

Девушка в ужасе схватилась за щеки и рыдая присела на корточки…

— Для первого раза сойдет, но прошу, не лишай меня удовольствия… Выбирай еще, отчет пошел!

Я считал, наслаждаясь тем, как цифры выжигают в ней последние остатки надежды.

Она тыкала пальцем, как автомат, выдающий смерть: влюблённые, старик с собакой, девчонка в наушниках…

Я ломал, душил, бросал на асфальт.

Одному парню заехал в кадык, а девушку бросил через бедро.

Юноша свернулся калачиком и задыхался, а девка кажется не скоро в сознание вернется, если вообще вернётся…

— Почему она? Указал пальцем на старуху, которую девушка в панике избрала жертвой. — Ты что думала, что я расчувствуюсь и жалость проявлю? Шейка бедра пенсионерки с треском разбилась.

Когда очередь дошла до толпы подростков, девушка вдруг оживилась.

Быть может понадеялась, что я сдохну под их кулаками.

Пхаха!

Влетел с ноги в толпу прямо как спортсмен из автобуса и начал махать руками без разбору, даже какой-то мимо проходящей женщине влетело…

Положил всех в рекордные сроки. Костяшки кулаков дробят челюсти, ноги выбивают колени, а из выбитых зубов получится неплохое ожерелье…

Один мальчик, лет пятнадцати, в сопротивлении ухватился за ногу…

Раздавил ему горло каблуком…

Холодок по спине пробежался…

Абаддон ликует…

— Ты отлично справилась. Девушка промолчала.

Интересно, а она чувствует вину — что по её указке, многие люди инвалидами останутся на всю жизнь?

— Домой хочешь? Девочка усиленно закивала головой.

— Тогда поцелуй меня как любимого человека, чтобы с языком и страстью. Тогда даю слово — отпущу и денег дам за моральный ущерб. Взаимовыгодное предложение.

— Что!? Она мялась.

Не знала, что ответить и даже в глаза смотреть не решалась, но спустя секунд восемь, вдохнула полной грудью и приблизившись, засунула язык мне в рот. Начала елозить им и шевелить по-всякому…

Как обычно мальчики поступают в такой ситуации?

За жопу схватил и начал мять филейную часть как игрушку антистресс.

Вообще ничего не чувствую…

Мне кажется или она через чур расстаралась?

Даже телом прижиматься стала и тереться как кошка… Сильно в роль вжилась или от природы не убежишь?

Девочкам нравятся хулиганистые мальчики.

Отстранил девушку, швырнул стопку денег на землю и сказал — Брысь отсюда. Девушка потупила пару секунд, нагнулась за купюрами и засеменила прочь…

И жили они долго и счастливо…

Вроде свидание полноценное прожил, а в душе тоска…

Иду к излюбленным гаражам и размышляю…

Всё это мелочи…

С каждым днем аппетиты растут и хочется совершить нечто значимое.

За сегодня я максимум пару десятков судеб сломал, на планете людей гораздо больше…

Считай зря день прожил…

Человеку без значимости нельзя. Порой он нуждается в ней сильнее чем в воде. Сидеть над конспектами и формулами, чтобы вписать своё имя в историю слишком скучно. Гораздо веселее совершить злодейство планетарного масштаба — чтобы люди тебя запомнили.

Многие диктаторы, сколько бы правды на них не выливали, симпатичны даже спустя века…

Не люблю, когда думать мешают…

Неожиданно из-за угла выбегает парень и юрко вонзает ножик в живот.

Аркадий замер, чувствуя, как сталь целует внутренности.

Вот оно — приглашение на бал… Подумал он, рассматривая нападавшего.

Парень лет восемнадцати, с прыщами на щеках и истерикой в глазах.

Сколько сотен раз я видел этот взгляд?

— Ты из вчерашних? Или позавчерашних? Аркадий прижал ладонь к его испуганной груди, чувствуя бешеный стук сердца.

Обидно должно быть…

Ты ненавидел меня всем сердцем, а я забыл о твоем существовании…

Парень прокрутил нож. Боль разлилась волнами, но Аркадий засмеялся.

Боль — признак жизни.

Не больно — только мертвым.

Я еще жив… и кровь моя теплая как детские слёзы…

— Знаешь… Начал он, хватая парня за горло. — Люди придумали Бога, чтобы оправдывать свою жестокость. «Он велел», «Он простит» — как правило говорят они… Провел окровавленными пальцами по его щеке. — Но я буду честным… я мудак с рождения… и нет мне прощенья.

Далее я, придавив коленом, повалил парня на землю.

Тень Абаддона зашевелилась на стене…

— Покажи ему, из чего соткан мир. Прошипела она…

— Взгляни. Аркадий разрезал ему рубаху, обнажая живот. — Цивилизация — тонкий слой краски на гнилом дереве. Я покажу тебе что внутри…

Лезвие вонзилось в плоть.

Парень забился, но Аркадий, как хирург недоучка — распахивал кожу ножом, обнажая ребра.

— Вот твоя мораль. Вот твоя Любовь. Тут страх, который ты зовешь душой. Приговаривал, касаясь каждого органа.

— Думаешь, я монстр? Разорвал диафрагму и запах желудочного сока ударил по носу.

— Мир пожирает сам себя задолго до меня… Войны, голод, эпидемии…

Запустил руку в рану сжимая кишки. — Вы называете это злом, чтобы не признать — это естественно, как дождь и смерть.

Парень захрипел, пуская пузыри крови.

Аркадий наклонился, будто делясь секретом. — Человек единственное животное, которое стыдится своих клыков.

Мир меняется только через боль, войны и революции…

Когда парень умер, Аркадий уселся прямо на труп.

Кровь смешивалась с ржавым песком на полу.

Лучше бы меня поскорее убили… Чем моё существование обернется для мира?