Бойтесь своих желаний

Глава 8

Кто разрешил человеку убивать диких зверей в большом количестве и называть это хобби, в то время как лишение жизни другого — более раздражающего двуногого существа, карается законом и общественным порицанием?

В священных писаниях сказано — человек человеку брат, все люди — братья.

А еще принято считать — что животные братья наши меньшие, а о младших в семье принято заботиться.

Только человек забыл об этом…

В новостных сводках регулярно всплывают эпизоды живодерства.

Малолетние варвары на заброшенных стройках душат котят, режут собак, снимают истязания на видео и хвастаются подвигами в сети.

Человек по натуре своей паскуда и считает забавным засунуть кошку в барабан стиральной машины, пнуть собаку, дать животному алкоголь и поржать с ситуации…

Взрослые люди покупают право законно истреблять лесную живность в пьяном угаре.

Человек строит зоопарки, запирает животных в тесных клетках и за деньги показывает другим людям.

Разве так по-вашему поступают с братьями!?

Суки вы бессердечные!

Взращиваете как своих детей — кормите, ласкаете, гладите, а когда приходит срок — вонзаете свинорез в сердце, бьете током и режете шеи.

Холокост просто детский утренник в сравнении с тем, что твориться на фермах.

Вся человеческая культура и история — сплошной геноцид. Весь наш ум и потенциал направлены на создание орудий убийства и пыток — от примитивного копья до ядерной бомбы.

Дьявол живет не в аду, а в каждом отдельно взятом человеке. Мозг людей устроен так — чтобы ненавидеть себе подобных. Низменные позывы, живущие в светловолосой дыньке — пострашнее тысячи чертей.

Люди любят трахаться больше чем саму любовь и вся современная культура — песни, фильмы, сериалы, стихи, книги, театр и выставки — воняют похотью. Но при этом домашних животных, невинных по природе созданий — они суки кастрируют!

Отрывают от теплой материнской груди, запирают в четырех стенах, ломают психику, отрезают яйца, а потом еще осмеливаются утверждать падлы — что любят и заботятся — что он член семьи.

Себя бы сука стерилизовали! Всё равно сбагриваете детей в приюты и неспособны взрастить здоровое поколение.

Лучше уж сделать аборт — чем плодить несчастных.

Человек существо бестолковое, лживое, любящее подменять понятия. Притворяется, обманывает, предает, убивает — иногда по неосторожности, чаще — умышленно.

Девять кругов ада наглядно иллюстрируют привычную среду обитания людей.

С животными таких проблем нет.

Я люблю собак — всегда ясно, что у четвероного друга на уме.

Если виляет хвостом, значит искренне рад тебе и ничего не желает взамен. Когда кошка ластится, это лишь знак того — что животному хочется ласки и не более — ей как женщине, не нужно выскочить замуж и испортить мужчине жизнь.

А еще они преданные и никогда не лгут, ведь говорить не умеют. Человек — тупиковая ветвь развития, а звери — чистое воплощение природы.

Я люблю животных за искренность. Они не судят, не клевещут, не критикуют, а просто хотят быть твоими друзьями — или как минимум не скрывают своих намерений.

Животные — хоть из такой же плоти, но более настоящие чем люди. В них нет ничего показного — они как камни, цветы и звезды, в их глазах светится душа.

Кто хоть раз испытывал привязанность верной и умной собаки — тому нет нужны объяснять, какой горячей бывает благодарность. В бескорыстной и самоотверженной любви зверя есть нечто, что покоряет сердце каждого, кому довелось познать вероломную дружбу человека.

Кто-то больше предпочитает кошек, кто-то собак, а я всех лелею без разбора. Людей только не люблю. Надоели сука — вечно чем-то недовольны и агрессивны.

Часто выражаются про “звериную” жестокость человека, но это страшно обидно по отношению к животным: зверь никогда не был так жесток и страшен как люди.

Существует старая поговорка — человек человеку волк. Используется для характеристики взаимоотношений — где преобладает эгоизм, вражда и ненависть. Как и многое придуманное сволочами людьми — выражение мало перекликается с реальностью.

В отличии от человека, волк однолюб — единожды выбрав супругу он будет с ней навеки, пока смерть от вонючих немытых людских лап не разлучит их.

Люди же напротив, изменяют друг другу с завидной регулярностью — даже не на второй день свадьбы, а прямо на ней в подсобке арендованной школьной столовой.

Волчья стая живет по принципу — один за всех и все за одного. У людей обычно наоборот — все против одного. Выжать честного человека из рабочего коллектива или унизить одноклассника — плево дело.

Когда волк стареет и перестает охотиться — его кормят дети. Наши же отпрыски, гарантированно выбросят пенсионера на улицу…

Еще немаловажный факт — волчица умрет, но не даст в обиду волчат. Наши женщины напротив — бесперебойно осуществляют поставки в детские дома, а если лень вызвать скорую, то рожают дома и выбрасывают младенцев в помойные ведра…

Так что истина проста — человек человеку человек!

Людей нужно в тюрьму сажать за клевету в адрес животных!

Кого не истребили полностью — заносят в Красную книгу, а тех, кого осталось больше — в книгу рецептов. Ну не суки ли? Я верю, что придет время, когда люди будут смотреть на убийство животного так же, как на убийство человека, а лучше — с еще большим осуждением.

Кто этих людей считает…

Природа гармонична — все в ней хорошо. Животные живут своей жизнью и нет ни радиоактивных отходов, ни плавучих островов из мусора.

Настоящее творчество — это девственные пейзажи: моря с рыбками, реки, растительность, холмы, степи, горы.

В противопоставление, весь интеллектуальный труд человека — лишь мусор.

Лучше заиметь кучу друзей — чем денег.

Моя уютная квартира в двадцать квадратов стала приютом для шестнадцати собак. Озлобленные и недовольные жизнью соседи — ворчат каждый день и жалуются на запах, им плевать — что я спасаю жизни — что на улице холодно и голодно.

Не могут заткнуть нос и потерпеть, суки прихотливые…

Зато песики встречают меня как родного брата, радуются сильнее матери — обретшей пропавшего на войне сына. Все деньги что зарабатываю в ветеринарной клинике — уходят на корм и приюты.

Сразу после плотного ужина, пора выгуливать честную компанию.

Поначалу все было хорошо: собачки резвились во дворе, а моя душа радовалась каждому виляющему хвосту. Но вдруг одна из них свалилась на бок и затряслась лапами в судорогах, из пасти зашипела пена.

Я бросился к ней, но увидел, как падают другие, с теми же симптомами…

Соседи, сволочи, разбросали отраву по двору… Они скулят и умирают у меня на руках… Беззащитные, робкие, доверчивые… Зачем ты человек настолько жесток? Если убивают твоего ребенка — ты проклинаешь весь мир, но сам закрываешь глаза на убийство тысяч, а ведь они тоже чьи-то кутята…

— Несправедливо… Ненавижу… Презираю тебя, человек… И себя тоже, ведь я так же отношусь к роду людскому.

Внутри холодеет от жути, неужели я такой же как все эти люди? Люди — которые живут надо мной, люди — которые живут подо мной, люди — которые храпят за стеной, жалуются на вонь, при этом выбрасывая мусор с балкона…

Не хочу быть таким как вы, отказываюсь быть человеком…

Год назад со мной, как и со всеми людьми — заговорил Господь Бог, сказал какое-то странное предупреждение и не ответил на зов переделать меня во что-то другое, какую-нибудь тварь поблагороднее человека.

Я отдал бы душу за пару крыльев, я отдал бы немало за третий глаз, за руку на которой четырнадцать пальцев. Мне нужен для дыхания другой газ, а не этот вонючий кислород, которым дышит всякая дрянь!

У них соленые слезы и резких смех, им никогда и ничего не хватает для всех, обязательно обделят и оплюют так — что во век не оттереться. Они не умеют дружить не только с животными, но и себе подобными.

Живут в многомиллионном мегаполисе и подыхают от одиночества, не в силах найти спутницу жизни или просто одного друга — чтобы вечером посидеть на кухне и поговорить обо всем на свете.

Эгоистичные твари любят лишь себя и только свои беды воспринимают как важные. Убеждены, что планета крутится вокруг них и солнце светит ради него, что каждый человек ему обязан! Сами не живут как хотят, при этом заставляют других жить по своим принципам.

Ненавижу!

Проклинаю!

Собаки остывают у меня на руках, жалобный визг и скулеж режут сердце как пила дровосека, капли крови стекают мне на ладонь.

— Готов ли ты отринуть всё человеческое ради помощи ближнему своему, тому — кто этой помощи действительно достоин? Вдруг умирающая собака перестала трястись и заговорила со мной человеческим женским голосом.

Ну почти человеческим, он словно пробивается из бездны…

— Что… Мозг отказывается воспринимать реальность…

— Как тебя зовут? Каштанка и вправду говорит…

— Иннокентий… Ответил на автомате.

— Я ангел покровитель зверей Фауна и мне откликнулось твоё сострадание в отношении братьев наших беззащитных. Согласен ли ты Иннокентий, объединись усилия ради спасения угнетенных творений Отца Небесного?

Не знаю, что, но неизвестная сила вынудила меня принять её слова за чистую монету. Может стресс накопился, а можно потусторонняя сущность воздействует, но в тот момент — ведомый призывом сердца, я произнес — Да, согласен… Судьба предрешена, пути Господни неисповедимы…

Внутренности зашевелились, живот пронзила острая боль, клыки выросли на пару сантиметров и порвали губы. В штанах тоже кое-что увеличилось, а именно копчик, из которого волчий хвост вырос!

Ушные раковины упали на асфальт, на их месте появились острые лохматые уши. Вот такие метаморфозы… Ногти обросли и превратились в когти, щетина заострилась, и я завыл как волк!

В домах вспыхнули огни, любопытствующие лица выглядывали из балкона и окон, а все ранее отравленные псы поднялись на четыре лапы и поклонились новому вожаку.

— Что произошло?

— Отныне ты больше не человек, и твоя цель — перестать им быть навсегда. Уподобься творениям Господа! Защити их от жестокости и обид! Голос ангела перекочевал в голову. Я огляделся и осознал — что чувствую эмоции каждой собаки.

Их настроение передается мне по блютуз и кроме злости — там ничего нет! Еще бы, кому понравится, что тебя травят…

Как эти мерзкие соседи посмели покуситься на ваши жизни!? На моих дорогих кутят!? Ничего, вы все поплатитесь… Только посмейте в моем присутствии дернуть кота или собаку за хвост… Убью всякую дрянь что вздумает надеть намордник или прицепить поводок на собаку.

Я вас сука в будку засуну и на цепь посажу!

Только выйдите из своих бетонных коробок…

Новорожденный ликантроп натянул капюшон на голову — чтобы скрыть уши и направился по зову сердца в сторону заброшенной недостроенной больницы.

— Знаю с кого начать… Прорычал и ускорил бег.

Подростки давно промышляют этим, но заявления в милицию бессильны. Людям поебать на бездомных зверушек, если они не частная собственность. Как же я ненавижу их риторику и поганые мысли.

Неволить живое существо, а потом нагло заявлять, что люди против рабства.

Лицемеры…

Лживые лица скрывают замысел коварного сердца.

— Давай, давай, фигачь.

Мушкетёров, богатырей, танкистов и поросят было трое. Вот и сейчас троица друзей в депрессивном городе на заброшенной стройке развлекалась как могла. Разрисованные баллончиками с краской бетонные стены, каменная крошка под ногами, торчащая ржавая арматура — создают атмосферу мальчуковой романтики, но их забавы в жанр не вписываются…

Один, совсем еще пацан, с телефоном в руке подначивает друзей устроить шоу. Его друг неспешным движением тупого кухонного ножа — отрезает лапку у щенка. Зверек лежит побитый, обессиленный, обескровленный и с выколотыми глазами.

Порой дети не осознают, что творят.

Если ты Маугли, выросший в джунглях — это в порядке вещей. Но и те, кто воспитывался в мегаполисе, порой дичают от безнаказанности и садизма. Таким уже не поможет ни один школьный психолог.

Ножом он выводил на маленьком брюшке кровавые узоры. Быть может, в нём умер художник…

— Давай сердце вырежем или ту длинную штуку достанем. Кутенок уже не подает признаков жизни.

— Эй вы мрази! Нравится глумиться над беззащитным существом!? Худощавый парень в капюшоне обратился к детям.

Поначалу мальчики испугались, но оценив комплекцию парня — подраслабилась. В школе они держали первую шишку и привыкли драться втроем против одного.

— А ты чё, дядь, пришёл? Он твой что ли? Указал юноша на собаку, но ответить не дал. — Не пизди, бездомный он, а значит ничей. Не лезь не в своё дело, а то и тебя прирежем, как собаку. Справедливости ради, мысли об убийстве человека уже закрадывались в их головы, но это было в далёкой перспективе…

В обычный день я бы струсил, ведь никогда не умел постоять за себя, но теперь я не одинок…

Со всех углов выскочили мои верные четвероногие товарищи. Каждого из них в детстве били и пинали, собаки росли зашуганными и даже ко мне привыкали долго, боялись и писились каждого шороха и поглаживания, отказывались кушать с руки, но теперь мы единый разум и друг за друга горой!

На всех одна воля!

Страха больше нет.

— Эт чё такое, откуда…

— Какого хера!?

Ублюдыши всполошились и в испуге направили ножик с телефоном на незваного гостя, но псы медленно окружали и смыкали кольцо. В следующий миг ребятки попытались прорваться и убежать, но от расплаты никуда не денешься.

Ангел помогает дирижировать поведением собак и теперь они как скоординированный сверхорганизм. Повалив дитя на землю, четыре пары зубов намертво вцепились в две руки и ноги и стали тянуть в разные стороны как при четвертовании.

Мальчики застыли в позе морской звезды и завизжали от страха, как ранее визжал несчастный щенок.

Я подошел поближе и сбросил капюшон. Прямые волчьи уши и клыки в конец ошарашили подростков. Дрессированные псы и мутант — слишком много для детской неокрепшей психики.

Плевать мне на их душевное здоровье…

— Нет! Не нужно! Пожалуйста! Отпустите нас! Мы больше не будем! Чует кошка — где мясо зарыто…

Похоже детям умирать не хочется…

Может потому что мало пожили, тут старшему от силы четырнадцать, а может просто жалко, что мало успели убить за свою карьеру…

В любом случае — они особо не переживали, хочет ли жить очередной задушенный кот.

Запрыгиваю на молодое тело и начинаю кусать!

Первый укус пришелся на нос, и я отгрыз его целиком. Теперь в голове две дырочки из которых надуваются кровавые пузыри. Потом ухватил зубами щеку и потянул до тех пор, пока кусочек мяса не оторвался с лица.

Я вам скажу — человек без одной щеки и носа выглядит странно — зубы виднеются прямо с периферии черепа. Следом я откусил веки, чтобы дети не могли закрыть глаза и спрятаться от ужаса, нависшего над ними.

Облизнул глазное яблоко, какое оно склизкое оказывается…

Я вошел во вкус и справедливость на вкус — солоноватая как кровь. Кожа на груди отслаивается легко — как куриная шкурка. Охх, как громко и протяжно вопили, как долго умоляли пощадить, я ответ — я откусил им по половине языка.

Глаза закатывались от боли вверх, но спасительной тьмы нет — я снял скальп, разрезав зубами кожу на подбородке и задрав её до самого лба.

Зря они меня так разозлили…

Гнев глаза мне застил, и я прокусил шею до самого кадыка!

— Ай да молодца! Горячая кровь стекает по подбородку, а они кричат и мычат, пока я рву тела как ветошь.

Я закончил свой суд…

Измарался в крови с головы до ног, но собаки заботливо окружив — всего меня отлизали. Приятные шершавые языки стирают улики…

Я велел им съесть все мясо и обглодать детские кости, а сам направился к кутенку, в его бессознательном теле еще теплится жизнь…

Обнял его как грудного младенца и приставил к груди. — Теперь ты в безопасности… Я согрею тебя и исцелю. Щенок пробудился и из последних сил лизнул меня в щечку…

— Да, я тоже тебя люблю.