Бойтесь своих желаний

Глава 3

Великий классик утверждал — если не любил — то и не жил — и не мечтал.

Толпы людей в погоне за смыслом жизни устремляются заработать все деньги мира, пробежать марафон, залезть на самую высокую гору, на байдарке переплыть океан.

Статистика показывает, что большинство так и умирают несчастными и неудовлетворенными, ведь на деле ничего искать и не нужно.

Рецепт счастья умные люди придумали тысячи лет назад — любовь.

Попробуй вспомнить школьные годы и как ты — неопытный мальчишка, самозабвенно желал быть в отношениях с самой красивой девочкой в классе.

Влюбляясь, человек проживает особое физиологическое состояние — на глазах розовые очки, гормоны фонтанируют в организме, кровь кипит и давление на максимуме.

В животе не просто бабочки — там колонии разноцветных насекомых. Если вы случайно встретились глазами — то коленки подкашиваются, земля уходит из-под ног и крыши над головой не чувствуешь.

Чувства такой силы походят на одержимость — но что плохого в том, чтобы быть одержимым? Раб любви — приятная вакансия, ведь любить такое волшебное и искреннее чувство. Ты любишь и любовь — проходя по организму, обжигает вены.

Умный человек сказал, что любовь — это случайность в жизни, но её удостаиваются лишь высокие души.

Господь не просто так наделил человека любовью. С первого же дня я чувствовал, что к ней — Лилии — самой яркой девушке в классе — в моем сердце что-то было и это “было” с каждым днем становилось все сильней.

Влюбился в неё до одури и робел как новорожденный оленёнок. Любя, я ощущал себя живее, несчастнее и уязвимее всех живых. Когда вспоминаю о ней — сердце колотит как сумасшедшее, а может и взаправду давно с ума сошел, даже спорить не стану.

— Без неё никак? Спросите вы. — Без неё незачем. Отвечу я.

Не потому что с ней светло, а потому что с ней не надо света.

И надежды нет…

Разве можно, справедливо и честно быть настолько красивой? Нежные руки, чувственные голубые глаза, пушистые ресницы, фигура правильнее — чем у Венеры Милосской, лицо чище родниковой воды, волосы как водопад, а улыбка слишком хороша по человеческим меркам.

Каждый отличительный признак — преступление, за которое нужно судить строже чем на нюрнбергский трибунале…

Я готов преклоняться перед красотой возлюбленной, падать на колени и замирать в позе крестьянина перед царем. Лилия светит ярко — с такой девушкой можно экономить на электричестве, в любом помещении будет светло как днем — даже если в трансформаторе выбьет автомат.

Стараюсь кушать больше морковки и беречь зрение, превратить глаза в сверхчувствительную матрицу камеры, чтобы получше и четче запечатлеть счастливые секунды, когда девушка показывается на глаза.

Каждый снимок сохраняю в сердце и мозгах, если с возрастом останется мало памяти — готов пожертвовать всем остальным — забуду, как дышать и правильно держать вилку, но не выброшу ни одного кадра — где есть намек на её присутствие.

Редкий раз, возможно один за тройку месяцев, когда она посмотрит на меня — я надеюсь прочесть во взгляде что-то особенное — нужное моему сердцу, но увы, девушка ограничивается тем — чтобы я передал учительские конспекты дальше по ряду…

Лилии даже не нужно проверять на мне силу своих чар, для неё я вечно приговоренный к расстрелу.

Сплю плохо и прерывисто, помногу часов ворочаюсь и думаю о ней, извожусь в бессилии и бешусь. Чтобы успокоить нервы, произношу слово — люблю, осязая его губами. Наверное, лучшее словно придуманное человеком.

Давал безумные клятвы, рисуя в голове романтические сюжеты в которых ради неё — преодолевая трагедии и препятствия, грыз землю и стачивал зубы для получения внимания и расположения. Жаль, что в жизни, я ни на что не способен…

Мой максимум — это выскочить из школы раньше остальных и окружным путем бежать к её дому, чтобы просто попасться лишний раз на глаза. А стоит взгляду соприкоснуться — я ничего больше в жизни не помня, цепенел и умирал от счастья и боли.

Исписал тысячи тетрадей с записками ей в признании. На первый взгляд ничего незначащие фразы, но в них вкладывалась моя душа, жизненная суть. И вновь это мой потолок возможностей, ведь я понятия не имею — как стать интересным ей, как заговорить.

Рядом с ней тело парализует — словно энцефалитный клещ укусил. Лилия любовь и наказание. Я еле закончил год на тройки, учился безобразно — потому что был не в силах перевести взгляд с любимой на доску.

Идеальная во всех отношениях.

Каждый волосок дороже всего золота планеты, а черты лица неподражаемы — словно все скульпторы, художники, поэты, писатели и композиторы с мировым именем собрались в консилиум и создали её внешний и духовный портрет.

Ясные глаза, чистый смех, трогательное лукавство.

Один раз она заговорила со мной в гардеробе — попросила передать номерок. От счастья я умер маленькой смертью… Девушка просто хотела получить куртку быстрее, а я успел придумать имена для десятка будущих детей…

В пасмурную погоду мне грезилось посадить девушку на колени, укрыть от дождя, обнять, избавить от грусти, спасти от пули и взорваться на мине вместо неё. Сказать, как есть — что она самая лучшая. Изобрести способ выразить свою любовь, открыть свет на глыбу чувств — что живет и плавает внутри, если эту глыбу выбросить в мировой океан — то все материки захлебнуться в одночасье.

Я казнился собственным ничтожеством и слабостью.

Будущее вырисовывалось печальное и тоскливое.

Я никогда не осмелюсь заговорить с ней, она никогда не узнает обо мне, мы будем жить порознь, и я продолжу любить её безнадежно и сильно до глубокой старости. Буду надеяться, что Лилия с какого-то перепугу — вспомнит, оценит, но будет слишком поздно.

Дуратские мысли…

Она не виновата в том, что такая…

Летом с классом мы отправились поход и купались в пруду. Тогда я впервые увидел её в купальнике — в тот миг я не мог смотреть на неё и не смотреть тоже не мог. Расплавленный свинец разлился в жилах.

Впервые я увидел в ней женщину и понял, что люблю женщину.

Ужасало — что в узеньком купальнике девушку видят все! Имеют ли они человеческое право? Любят ли так же как я? Лилия не стеснялась врожденных достоинств, знала цену красоте и ей нравилось завораживать умы.

Имела полное право — это её божий дар.

Эхх, если бы я был чуть красивее, выше, загорелее и мускулистее. Если б был достоин её, родился таким — с которым не стыдно стоять рядом… Но увы — я средний во всех отношениях и рыжий как пожар — может от этого не имею стыда и смею любить её.

Страх неполноценности укоренился во мне, вгрызся в самую суть, засел в печенку.

После каникул Лилия прилетела с отдыха. Росла и воспитывалась она в богатой и достойной семье, а по-другому и быть не могло. Загорелая как мулатка, глаза и зубы сияют жемчугом на фоне бронзовой кожи. Пританцовывает на ходу и потряхивает волосами от веселья и избытка жизненных сил.

Лилия объект моего бесконечного обожания.

Влюбленный может бесконечно говорить о предмете своей любви.

Боже, дай хоть немного сил — возможность подойти к ней, она ярче солнца, и юноша тает как мороженка…

Я был бы счастлив стать для неё ненужной вещью — но которую жалко выбросить, ведь она может пригодится в будущем.

О, если б с ней случилось несчастье, и она стала никому ненужная и поломанная — я бы носил её на руках, сдувал пылинки, лелеял — хоть лелеять не умею…

Моя любовь дошла до той кондиции, при которой я просыпаюсь каждым утром раньше будильника на пол минуты, вскакиваю и вспоминаю — Она! Как ужаленный бегу в школу лишь бы быстрее увидеть.

Нам уже по восемнадцать лет, скоро выпуск и народ разъедется. А я балбес не знаю — как жить дальше, ведь жизни без неё не представляю.

Я созрел до того — что стал уважать свои страдания, испытывать от них удовольствие, потому что не могу испытывать их рядом с ней. Несчастная и неполученная любовь, удовлетворяет мои потребности в сильных ощущениях.

Я схожу с ума.

Боюсь не выдержать и сгореть, в груди уже припекает…

Я хочу видеть тебя ежечасно, ежеминутно, моргать перестану в твоем присутствии и пусть глаза иссохнут.

Я люблю, следовательно — живу.

В глазах темнеет, предметы валяться из рук, хочется заснуть, забыться. Я смертельно устал любить, но не могу прекратить.

Я весь — одна сплошная любовь к тебе.

Слишком много любви для одного человека… Не смогу, хочу умереть. Толку жить — когда утром просыпаешься с мукой и каждый день с мукой живешь. Одного раза вздохнуть спокойно не в силах, даже в снах ты меня не покидаешь…

Я не могу без тебя жить — буквально. Мне незачем без тебя жить. В жизни просто не останется ничего хорошего. Закрываю глаза, а на веках с обратной стороны твой портрет — я не трогал, но точно знаю, что у тебя самая гладкая кожа в мире, а талия стройнее чем у осы.

Лучше не думать — слишком больно.

Лилия достойна лучшего — чем я. Я не стою и мизинца, жизнь моя и десяти минут разговора с тобой не достойна. Ты наткнешься на того, кто — умнее, сильнее, красивее, выше, достойнее, но ты никогда не встретишь того — кто будет любить тебя так же как я.

Кто будет счастлив умереть за тебя.

Настал час пострадать.

Я узнаю то — что было неминуемо, чего боялся сильнее страха. Услышал разговоры одноклассников — Лилия начала встречаться с одним парнем.

В голове шум, не могу осмыслить до конца.

Сердце отказывается принимать весть, когда разум уже смирился.

Он лучше меня во всем.

При деньгах и лицом вышел. Парень из хорошей, сверх меры обеспеченной семьи. Я знал, что так будет, вот только как представляю юношу рядом — что он смеет говорить с ней на равных, дышать одним воздухом, смотреть в глаза, брать за руку и не приведи Боже прикоснуться губами — я вскипаю и сатанею.

Так плохо не чувствовал себя — даже когда пневмонией болел. Но пар из ушей и злость быстро выветриваются, на смену им приходят черная тоска и отчаяние.

Ничего не могу поделать, её трудно не любить.

На уроках сидеть мучительно.

Отпросился в туалет, долго умывал лицо ледяной водой и в бессилье облокотился на раковину. Казалось, что горькие слезы прожгут в керамике дырку, но нет — обычные соленые слезы на такое не способны и вообще все во мне обычное и заурядное — от того все беды.

Смотрю в зеркало на заплывшее в веснушках лицо и понимаю — шансов нет.

Тоска выжимает сердце как тряпку.

Какое же противное чувство — тоска.

Кто же знал, куда оно способно завести.

Вдруг в зеркале возникает необычное, но красивое лицо зрелой женщины. В отражении неизвестный человек размыкает губы с черной помадой и произносит — Бедный… Я обернулся от неожиданности, но позади никто не стоял.

— Что происходит!? Кто здесь!? Сердце стучит по ребрам.

— Неужели я настолько некрасива, что ты так пугаешься? Разочарованно произнес голос в пустоте. После чего взрослая женщина возникла буквально из ниоткуда!

Это, как если бы черный сигаретный дым стал стягиваться в одну точку, а потом бац! И женщина передо мной. Никогда таких не видел… Страшно красивая, но красота пахнет агрессией, а еще в глаза бросаются черные крылья за спиной с красными — как раскраска на спортивных машинах узорами.

Черные губы, черные ресницы, черные туфли на высоком каблуке и черное обтягивающее платье. Это проекция такая, розыгрыш, фокус?

Может скрытая камера снимает? Я слышал, что в туалетах бывает много скрытых камер…

— Ну так что… Облизывает черную помаду…

— А нет, извините, я просто… Неожиданно было и… Уверен, даже если бы мне дали два часа, я бы не смог выдавить что-нибудь внятное и вразумительное.

— Боже какой ты милашка… Как застенчивый и пугливый зверек. И как на подобные реплики реагировать? Она что — новый педагог? Но что тогда за кошмар с появлением и вообще — что за ситуация бредовая!

— Вы учитель? Робко спросил я.

— Ахах, вообще нет, но если хочешь, могу стать твоей наставницей. Скажи, хотел бы попрактиковаться у взрослой тети? Она наклонилась, и я увидел вырез на груди, кажется такое называется — декольте.

Никогда еще грудь не была так близка к лицу…

Почему постановка её вопроса такая странная…

— И куда твои глазки смотрят…

— Простите… Веснушки воспаляются и чешутся, так происходит всегда, когда организм тревожится.

— Извиню, если скажешь, чего ты желаешь. Я даже не знаю, как на неё реагировать, не говоря уже об ответе.

— Или мне стоит спросить иначе, — кого ты хочешь? Неожиданный вопрос от взрослого человека, но в голове невольно возник образ Лилии…

— Что ты хочешь с ней сотворить? Вопрос смущает…

— С кем?

— Не увиливай, мне известны все твои мысли и помыслы. По спине пробежал холодок. Страшно смотреть женщине в глаза, они как рентген и мрт — два в одном.

Даже если бы умел врать, то не осмелился бы сказать неправду. Мышцы языка отказались бы лгать, опасаясь — что его отрежут.

Такие как она хватают сердце и стирают его в порошок.

— Если хочешь её молодое красивое тело, я помогу заполучить его до последнего кусочка. Только учти — тело заполучить очень просто, а вот до сердца не добраться. Дела любовные уже не в моей компетенции.

— О чем вы учитель… Она не обратила внимания и продолжила — Подумай хорошенько и скажи, разве плохо иметь только тело?

— Я правда не понимаю… Сейчас разревусь.

— Тебе хочется этого с ней? Отвечай! Пригвоздила взглядом.

Тут понял, что права промолчать мне не дали и ответил — Да, ведь люблю её, но звука изо рта не вышло.

— Не заблуждайся, это не любовь, тебе хочется исключительно её тела. Ты её совсем не знаешь и на чувства девушки тебе наплевать. Может Лилию я и не знаю, мы не общались никогда, но я уверен — что она хорошая девушка!

Сердцем не могу признать её слова.

— Подумай над предложением. Стоит тебе пожелать, и я сделаю её твоей собственностью. У неё кстати парень есть и, если промедлишь — кто знает, что он может вытворить с ней наедине. Невольно представил их поцелуй и внутренние органы шелохнулись от ужаса.

Даже мыслить рационально перестал, вообще позабыл всё на свете — даже то, что эта странная готическая женщина появилась из воздуха!

— Я не могу поверить…

— Ты уже поверил. Кажется, и вправду верю…

— Зачем вам это?

— Ахах, я могу стать единственной женщиной, кто будет заботится о тебе, но это в далекой перспективе. Она расправила крылья, красивые и не игрушечные. — Я та, кто исполняет самые сокровенные желания — демон похоти Лилит.

— А как тебя зовут мой замечательный? Голос как у лукавой ухоженной кошки…

— Илларион, друзья зовут просто Ларик. Будем надеяться, что демон не обидеться за то, что обманул — якобы у меня есть друзья…

Демон похоти, подумать только…

— Хоть ты и не признаешь, но я вижу, что тобой руководит лишь похоть и я хочу стать её частью. Мы подчиним всех женщин в мире и первой будет твоя ненаглядная Лилия. Надо же, какие у нас созвучные имена… Лилит резко сменила поведение на манеру шестнадцати летней девочки.

— Ну так что Ларик, согласен? Вопрос риторический, она дьявольски улыбается и понимает, что купила юношу с потрохами. Одна только фраза, что Лилия станет моей — не оставляет шансов к дипломатическому сопротивлению.

Раньше даже мыслей таких не допускал, но я хочу любить её… Она должна быть моей… Может ли кто-то кроме меня испытывать в отношении Лилии такие светлые чувства? Я имею моральное право быть с ней!

Бог же зачем-то наделил меня возможность любить!

Любовь — это когда чувства достигают такой силы, что то и дело переходят границу и превращаются в боль. Счастье граничит с горем и одно легко сменяется на другое.

Для меня любовь дороже истины, долга, чести, родины. Ради и во имя любви, я готов на любую подлость и преступление.

— Я согласен.

И тут демонесса превратилась в едкий дым и парализовав органы чувств, потихоньку засасывается в голову через рот, нос и уши. Я закашлялся как при отравлении угарным газом, пытался окунуть голову под воду, но ничего не помогало.

Дышать не могу и кажется задыхаюсь…

Ларик вцепился в раковину, сейчас от неё зависело его равновесие. Вода капала с подбородка, смешиваясь с потом, а отражение в стекле казалось чужим.

В глазах — не прежний робкий огонёк, а мутные угли, тлеющие в пепле.

— Ты уже не тот мальчик, что дрожал от её взгляда. Прошелестел голос Лилит за спиной.

Она возникла в отражении, обвив шею руками. Её пальцы, походящие на розы, сжали горло — не больно, но так — чтобы он почувствовал — это навсегда…

Он попытался отвернуться, но зеркало приковывало взгляд.

— Смотри внимательно, как красиво умирает твоя наивность. Демонесса прижалась губами к его виску. В мозгу вспыхнули фальшивые воспоминания.

Лилия в его объятиях, её кожа под пальцами, её прерывистое дыхание щекочет уши.

Ларик зажмурился, но Лилит оставалась беспощадной.

В зеркале его силуэт расплывался как чернильная клякса. Веснушчатый, с взъерошенными рыжими волосами, в рубашке, застегнутой до последней пуговицы.

Мальчик плакал и смотрел на Ларика осудительно.

— Ты чувствуешь, как она гниёт? Лилит провела ногтем по груди и под кожей что-то зашевелилось. — Твоя чистая любовь. Ради неё ты был готов на всё, даже демону душу отдал. Теперь ты свободен…

— Люби. Владей. Ломай. Прошептала Лилит напоследок, сливаясь с его силуэтом.

Она убить меня хочет!? Падаю на колени, а потом в беспамятство…

Очнулся.

Стошнило в урну, надеюсь уборщица простит…

Какой бредовый сон, я что поскользнулся и ударился башкой о раковину? Пощупал голову, но шишки нету.

— Эй Лилит ты здесь? Вокруг тишина.

Ясно, значит воспаленный разум придумал байку. Похоже я так остро отреагировал на новость о парне моей возлюбленной.

Как вспомнил — так сердце кольнуло…

— А вот и нет! Женщина вылетела из зеркала и напугала! От ужаса отпрыгнул назад и проломил дверь в кабинку.

Значит взаправду…

Лилит, обхватив шею сзади — повисла на мне, только призрачного тела я совсем не чувствовал. — И что делать дальше? Где обещанные блага?

— А ты поцелуй её пять секунд, и девушка станет послушной игрушкой. Я кажется её грудь вижу…

— То есть, как поцеловать?

— А вот так! Лилит прошла сквозь меня и на развороте поцеловала в губы, только вновь неосязаемо.

— Я имею в виду, так сразу и без предупреждения? Разве перед этим не нужно как следует узнать друг друга? Долго гулять по паркам, ходить в кино и беседовать в кафе? Или у меня странные представления об отношениях?

— Не говори глупостей мой милый, я изучила ваше общество и знаю, что мальчики и девочки трахаются со всеми подряд направо и налево. Зачастую в первый день знакомств. Слух резануло слово “трахаться”, так непривычно слышать его от взрослой женщины.

— Но я-то так не поступал. Спать нужно с теми — кого любишь. Так родители говорили…

— Я знаю, поэтому выбрала тебя — шорошулька нецелованная. Какой одновременно странный и приятный комплимент.

— Так или иначе, а по-другому не получится. Думай и выкручивайся. Мужчине подобает сила и храбрость. Женское сердце поощряет победителя. Мышеловка за мышью не бегает… Лилит вынесла вердикт и исчезла.

Смогу ли я привыкнуть к её хищной — как у самки гепарда улыбке? Я себя птенчиком ощущаю…

И как в сжатые сроки поцеловать ту, кого ты разумеется любишь, но еще и как огня боишься. Вывод напрашивается что по-обычному — никак. Не смогу вывести отношения на ту стадию, где она захочет иметь со мной дел, но вот нечестный план придумал почти сразу…

Ждал, когда любимая отпросится в туалет и вышел вслед за ней. Стою около питьевого фонтанчика, караулю и трясусь от страха перед тем, что собираюсь сделать.

Лилия вышла, не заметив меня и растряхивая мокрыми руками в стороны. В длинном узком коридоре никого… Сейчас или никогда… Заранее прости меня, это ради нашего блага…

После соглашения с Лилит я кажется стал смелее. Ранее даже дышать рядом не смел, а теперь нашел силы потрогать за плечо.

Лилия испуганно обернулась и не успела спросить — Что такое, как я схватил девушку за плечи — ничего приятнее в руках не сжимал, а после быстро приблизился лицом и стукнулся зубами.

Губы соприкоснулись — о боже какие они мягкие и свежие.

Первый поцелуй с любимой девушкой… Еще утром мечтать не смел…

В тот миг я позабыл как родную мать зовут…

Лилия оттолкнула меня, вытерла рот рукавом и спросила — Ты что дурак!? Ненормальный!? Ты чего себе позволяешь!? Вид у Ларика ошарашенный и придурковатый.

Красные бычьи глаза, учащенное дыхание намекают на неадекватность.

Девушка сначала медленно попятилась назад, а потом и вовсе побежала.

Господи! Хоть бы не закричала!

— Что за чёрт!? Спросил я демона.

— Мальчик, я же сказала пять секунд, а не три… Исправляй ситуацию…

Проблема! Проблема! Проблема!

В состоянии аффекта побежал за ней и подумал — Что конец! Не успею! Но на своё удивление — побежал так быстро, как никогда в жизни не умел.

Тоже последствия сделки?

Навалился всем телом, девушка ударилась локтями о плитку. Извини, я сам себя за это ненавижу, но слишком люблю тебя, чтобы отпустить…

Заткнул рот рукой, чтоб не позвала на помощь, после чего резко отпустил ладонь и начал целовать, вернее — елозить губами по лицу пять секунд. Главное, чтобы контакт не разорвался.

Вскоре, тело девушки ослабло…

— А теперь мой воспитанник, можешь делать с ней всё — что захочешь. Лилия поднялась на ноги, смотрит на меня — ничего не делает и не говорит.

— То есть как это всё? Уточнил я демонессу.

— А вот прям всё что в голову взбредет. Говори ей команды как собаке. Грубо выразилась Лилит.

— Эмм, а ты не хотела бы погулять после школы? Девушка молчит…

— Не правильно. Запомни! Нельзя давать девушкам право выбора. Просто говори, чего хочешь ты! Демон повторила слова моего дедушки…

Попробовал вновь.

Проклиная себя на каждом слове произнес — Сегодня после школы, мы идем гулять.

— Хорошо. Ответила Лилия и я умер от счастья.

— Тогда пойдем в класс. Надеюсь преподаватели не забили тревогу.

Девушка развернулась и пошла.

Остаток учебного процесса, юноша витал в облаках и не мог поверить, что всё это наяву. Хоть доской по голове бейте, а я не почувствую. Сознание где-то там… Предвкушение счастья порой слаще самого счастья.

Прозвенел последний звонок и тут Лилия подошла ко мне при всем классе! Хорошо, что я успел шепнуть — жди меня около школы на углу, пока никто не обратил внимания. Девушка без лишних жестов развернулась и ушла.

Стоит ровно как солдат на плацу и ждет… Смотрит вперед и почти не моргает…

Я ждал и следил со стороны — когда все разойдутся.

К ней часто подходили подруги, но вскоре отдалялись. Как только горизонт очистился подошел и спросил — Чего они хотели?

— Спрашивали — не пойду ли я домой вместе с ними. Я ответила — что мне нужно ждать. Они хихикнула и сказали — что все понимают. Наверное, подумали, что парня своего нового ждет…

— Мальчик четче формулируй приказы. К примеру, если бы ты ушел и забыл — девушка бы стояла тут, пока не умерла от голода и жажды. Лилит выползла из моего тела, встала на корточки, и я невольно обратил внимания на её обтягивающие…

— Что!? Правда!? Всё настолько серьёзно?

— Если до тебя еще не дошло — она полностью в твоей власти. Демонесса сказала так, что напротив — я ощутил себя в её власти…

Как говориться, если ты сел с ворами — опасайся за свой кошелек.

— Ты что её в мою рабыню превратила?

— Не перекладывай на меня ответственность. Не я же уронила девушку на пол и пыталась изнасиловать! Сама невинность блин!

— Я не пытался, просто действовал по твоей указке…

— Шучу мой милый, не сердись. Лилит погладила юношу по щеке как родного сына.

Рабыня… Подумать только. Я желал, чтобы она стала моей, но разве это правильно в отношении любимого человека?

— Я же предупреждала, сердце ты её не получишь, довольствуйся телом. Так или иначе, а я просто хотела предупредить — думай, что говоришь своим женщинам, если не хочешь поломать игрушку. Демонша погладила Лилию по голове — А она хорошенькая, не даром наши имена похожи… Да что ты так прицепилась к именам!?

— Уйди обратно, вдруг люди увидят!

— Не бойся, я всего лишь плод твоего больного воображения, никто кроме тебя не сможет пускать слюни на мою красивую фигуру. Да уж, себя не похвалишь — никто не похвалит, а впрочем — женщина она чрезвычайно красивая.

— А вот вас увидят. Черт и вправду…

— Следуй за мной. Сказал я Лилии и для прогулки выбирал самые безлюдные тропы.

Девушка просто идет рядом, а я уже в том состоянии — при котором кажется — что человек счастливее быть не может. Только представьте — любовь всей твоей жизни на расстоянии вытянутой руки…

Если бы не одно похотливое но…

— Ну ты хоть за сиську её потрогай или за жопу схвати. Хоть и не самые большие, но округлости должны быть приятными… Демон следует по пятам и раздает неуместные советы.

— Отстань! Я не мог так поступить с ней.

— В смысле не можешь? Если ты не знал, то влюбленные люди часто просят вторую половинку потрогать себя — то там, то тут.

— Знаю! Но блин ощущение неправильности не покидает…

— Если тебя беспокоит количество времени, проведенного вместе — то забей, разве не лучше насладиться здесь и сейчас чем откладывать в долгий ящик.

Какая губительная риторика. Лилит делает всё — чтобы торопить события. Весьма удачно играет на юношеских нервах и позывах.

С Лилией мы сели на лавочку в одном полузаброшенном парке.

Сейчас из кожи вылезу! Робко взял девушку за руку и обмяк от счастья…

— Давай же, ты уже взрослый мальчик… Шепчет демон.

Ладно, может она права…

— Лилия, а ты не хочешь поцеловать меня? Ноль эмоций, девушка не ответила.

Старая ошибка…

— Лилия поцелуй меня. Ни капли промедления. Девушка ухватила парня за шею и поцеловала как самое дорогое в жизни.

Мой язык дал брешь… Как сладко и приятно!!! Я в шаге от потери сознания, а девушка все целует и целует… Завязывает язык в бантик, атакует и жалит как пчела, но приятно жалит…

— Эй, Ларик, ты дышать то не забывай, а то умрешь… Лилит права, я уже позеленел…

Дышу и наглаживаю тонкую талию. Слезы текут — я счастлив, счастлив, счастлив — я сука самый счастливый!

Демонесса наблюдала со стороны, но улыбка её уже давно как у архидемона. — Какой хороший и чувственный мальчик мне достался…

Все хорошее — обернется плохим.

Ты станешь хуже всех на свете, а я сильнее всех на свете…

Это наш с тобой свет…