Буран, Тайга и Асмодей. Разлом

– Эльфы к Разлому не пойдут, по крайней мере, сейчас. Элидрис удалось заручиться поддержкой Терескольда и Милгута, но лишь для войны с Амероном.

– А Разлом внезапно перестал быть проблемой? – Спросила Вероника.

Слидгарт облизал губы, взглянув на девушку:

– Разумеется, нет, но две проблемы за раз ни нам, ни эльфам не решить. Право Элидрис на трон Кельморна признали уже два вождя. Если мы дадим ей время, то признают и остальные. Нам нужно больше союзников, иначе, как и пророчил Амерон, лишь мертвецы доберутся до Разлома.

– Для начала, нам нужно выбраться отсюда, – Напомнил я, отложив дальнейшие планы до более светлых времен.

Шум битвы все отчетливей прорывался сквозь шелест дождя. Первые ряды элидримов уже вонзились в ряды армии некроманта. Эльфы вокруг нас плотнее кутались в свои плащи и крутили головами, выбирая цель. Еще мгновение и сквозь их ряды я различил врагов. Словно бывалый отряд наемников, мои друзья приготовились к бою. Мною овладел внезапный страх, снова подступила тошнота, а руки Санрайз, которые мне прежде повиновались беспрекословно даже тогда, когда я сам был в панике, как будто задрожали. Меня словно охватил озноб, хотя все раны были исцелены. Мне нужно было хотя бы раздобыть броню, но все мои мысли были заняты Дарлисом, магией и Рыжиком, а теперь было уже поздно…

– Пошла потеха! – Оскалился Пиксель, приметив мертвеца, поблизости.

Он явно намеривался извести на нежить всю ту ярость, которую не сумел выместить на Кранадже и ринулся в бой с безумным ревом, вполне ему подходящим.

Стоило нам влезть в битву, как очень скоро наш боевой порядок расползся и, несмотря на то, что мы старались держаться вместе, каждый оказался сам по себе. Вероника ускользнула влево, следом за Серегой, Джеймс отстал, внезапно осознав, что копье против нежити такое себе оружие. Андрей единственный из нас мог быть уверен, что защищен со всех сторон и рвался в бой с завидным безрассудством. Мне хотелось думать, что эльфы все еще опекали нас, но из-за их маскировки я не был уверен. Настороженно водя мечом из стороны в сторону, высматривая засранцев, к которым мог бы его пристроить, я ощущал, как мне не хватает магии, как не привычно сражаться без Дарлиса, готового прикрыть спину, как неуютно торчать посреди битвы без брони! Все, на что я надеялся в эти мгновения, это на то, что сумею прорваться к Рыжику, и он вернет мне магию. Первого миньона мы разделали на пару с Джеймсом, который возник рядом как раз, когда я уклонившись от атаки здоровенного коптящего монстра, рубанул его под колено. Джеймс тут же нанес удар добытым мечом по шее твари, окончив ее служение Амерону. Кивнув друг другу, мы развернулись в поисках новых жертв и они не заставили себя ждать.

Атакуя подвернувшихся врагов, ускользая от их атак, я постоянно про себя призывал Призрачный щит, но он не появлялся. Наконец я полностью сосредоточился на своем мече, заставив себя забыть о магии. Я попытался вообразить, что играю за простого воина, но выходило с трудом, вероятно потому, что эпическим мечником я себя не ощущал. Я посмотрел на Пикселя, с воодушевлением раздающего пиз…ли восставшим из мертвых эльфам, на Веронику, которая судя по всему и в моем мире могла оказаться наемным убийцей. Даже Андрей в обществе Элидрис едва не звенел яйцами изображая альфа самца и самозабвенно кидался на нежить и монстров вместе с Владычицей. Мне звенеть было нечем... Я прежде и не думал, насколько стал зависим от магии, хотя, справедливости ради стоило признать, что не так часто я оказывался посреди битвы без брони и магии с одним лишь мечом. Некоторую толику уверенности прибавляли только эльфы Кельморна, которые время от времени возникали рядом и рубили нежить.

Как бывает в битве, я не мог уследить за временем: мгновения растягивались в тревожные минуты, в тоже время все вокруг казалось невероятно стремительным. Мне казалось, я кручусь на месте волчком и все равно не везде успеваю. Я уже получил неплохой порез на плече, а в следующий миг лишь чудом уклонился от внезапной магической атаки! Рухнув на четвереньки, я ощутил, как волосы у меня встают дыбом. Извернувшись я вскочил перед новым противником, почти уверенный, что нарвался на Амерона, но это был эльф…. Один из эльзилатов, возможно даже тот самый Килетрим, о котором говорила Элидрис. Вот только на его помощь рассчитывать не стоило, ибо он был мертв!

– Сука! – Выплюнул я, опять по привычке призывая магический щит.

Нежить вскинула руки, и земля у меня под ногами ощутимо дрогнула. Я снова рухнул на колени. Возможно, здесь я бы и помер, но эльф внезапно решил добить меня вручную. В последнее мгновение, призвав всю доступную Санрайз ловкость, я вскочил словно пружина, взмахнув мечом от земли. Руки эльзилата улетели в сторону. Обратным движением я снес ему голову. Казалось я вложил в этот короткий бой все оставшиеся силы, хотя прежде не чувствовал такого изнеможения. Подавив новый приступ тошноты, я огляделся, пытаясь понять, куда меня занесло и где мои друзья. Кругом мелькали призрачными силуэтами эльфы, нежить вперемешку с монстрами, от миньонов и горящих трупов валил дым, застилая обзор. В этой толчее я не мог никого разглядеть, но внезапно услышал неожиданный вопль Вероники:

– Дарлис!

Сориентировавшись на звук, я бросился к ней. На пути мне попадались мертвецы, но я как бывало в обычных играх, решил их просто игнорировать. Удивительно, но в реальном бою это тоже сработало: недостатка в противниках у мертвецов не было и вместо того, чтобы гоняться за мной, они охотно переключались на более расположенных к общению эльфов.

Веронику я застал склонившейся над распростершимся на земле Игорем! Остальные тоже были здесь. Мы смотрели на Дарлиса, а он, с омерзительной улыбкой, смотрел в небо. Его взгляд был совершенно пуст, а улыбка вырезана ножом. Игорь выглядел настолько мертвым, что я невольно решил, что закончилась его последняя жизнь и теперь он уже к нам не вернется. Но я ошибся…

– Бл…дь! – Выругалась Вероника, когда Игорь с той же пустотой в глазах внезапно сел.

В первое мгновение я решил, что он нас решил разыграть, но это было совершенно нелепо и неуместно.

– Твою мать, – Подхватил Пиксель.

Мы словно зачарованные смотрели, как в глазах Игоря загорается зеленоватый свет, как он поднимается, и никто ничего не мог сделать. Мы все пытались осознать событие, которого так боялись: один из нас стал нежитью! Дарлис на удивление ловко подобрал меч, что валялся рядом. Никто ему не мешал, потому что эльфом было чем заняться, ибо Игорь был не единственным, далеко не единственным восставшим трупом! Они поднимались повсюду, словно грибы, заставляя волосы на теле в панике шевелиться.

– Он вернулся! – Выдохнула Вероника.

Лишь по ее испуганно бегающему взгляду я понял, что речь не о Дарлисе. Она, как и все живые вокруг, пыталась отыскать взглядом Амерона…

– Бл…ть! – Выругался Серега

– I don'tsee him! – Запаниковал Джеймс, вращаясь на месте с мечом перед собой.

Время, казалось, замерло, а вместе с ним и эльфы. Обнаружив сотни оживших мертвецов вокруг, они на мгновение окаменели, скованные страхом. Только глаза пытались отыскать среди нежити главного врага! Нужно было срочно бежать, искать убежище или прорываться прочь из Скирата, но я не мог оторвать глаз от Игоря, словно еще надеялся, что он по-настоящему жив.

Время вновь пришло в движение лишь, когда Дарлис бросился на Веронику. Она мигом вскинула меч, заблокировав атаку. Звон стали вывел меня из ступора и когда Вероника извернувшись сумела ткнуть Дарлиса мечом, я выскочил вперед и удержал ее от последнего удара, одновременно пинком оттолкнув Игоря.

– Ты еб…ся?! – Взвизгнула Вероника.

– Мы не можем убить его!

Я быстро окинул взглядом остальных. Нежить наступала отовсюду. Элидрис созывала элидримов. Несмотря на то, что она кричала на эльфийском, не сложно было догадаться, что она командовала отступление. К нам прорвался герцог, тут же вперив взгляд в Дарлиса.

– Он уже мертв, миледи, – С сожалением произнес он, перехватив меч поудобнее, – Но я вас понимаю. Позвольте мне избавить вас от необходимости обращать меч против друга.

– Нет!

Дарлис моего разрешения не ждал и бросился на меня со спины. Я в очередной раз забыл, что у меня нет магического щита, но меч Дарлиса не коснулся меня. Слидгарт облегченно выдохнул, а я, оглянувшись, увидел эльфа, который ловким взмахом клинка, отрубил руку Игорю, а после молниеносно срезал ему голову с плеч:

– Энсур, лигрем эн ситер! – Буркнул он не довольно и умчался к следующей цели.

Я опустил взгляд к ногам, где жутко улыбаясь неестественной улыбкой, на меня таращилась голова Дарлиса.

– Черт, – Выдохнул Пиксель, – Может он еще вернется?

Раз уж его окончательно убил простой эльф, я надеялся на это, но дожидаться его возвращения нам было некогда. Элидримы отступали назад к башне, так и не отыскав Рыжика. В отчаянии я решил, что мой друг теперь тоже среди живых мертвецов и успел пожалеть, что он пришел к нам на помощь…

– Нужно уходить! Укроемся в башне, – Принялся командовать Слидгарт.

Других идей у нас не было и мы отступили. Теперь, когда нежить поднималась повсюду, просто так сбежать от нее мы не могли. Каждый шаг назад давался с боем. Я уже не вспоминал о магии, полностью сосредоточившись на том, чтобы прорубить себе дорогу к безопасному месту. Уже через пару минут отчаянного бегства, я заплутал среди живых и мертвых эльфов, гвардейцев и северян. Розовая шевелюра Вероники мелькнула где-то вдалеке. Левее от нее сверкнуло серебро волос Элидрис. Рядом со мной мелькал только Слидгарт да едва заметные элидримы и эльфы в золотом.

Я уже почти не чувствовал рук от постоянных взмахов мечом. Каждое парирование, каждый удар, угодивший в цель, отзывались болью в мышцах. Я пытался прорваться, но мне казалось, что вокруг меня вырастает все больше мертвецов. Я словно углублялся в чащу из оживших эльфов, но после двух удачных выпадов и одного уклонения, путь мне преградил вовсе не эльф…. Моя рука с мечом дрогнула, а брови невольно уползли наверх, когда мой взгляд наткнулся на короля Нартагойна. В этот момент он с чудовищной небрежностью вынимал меч из разрубленного пополам элидрима. В его посмертном выражении лица не изменилось ничего, словно он спал с открытыми глазами! Мне не довелось увидеть, как Нартагойн сражался, будучи живым, но мертвым, он оказался серьезной проблемой для эльфов. Возможно, мне только казалось, но знакомые зеленые глаза, прежде с нескрываемой страстью взиравшие на меня, а теперь укрытые какой-то поволокой, все еще высматривали меня в толпе наседающих элидримов. В какой-то момент наши взгляды действительно встретились, и я поразился той пустоте, которая царила в глазах короля, мне казалось, я сейчас провалюсь в нее будто в безмолвную бездну, но в следующее мгновение между нами встал Слидгарт. В его руке сверкнул меч.

– Бегите, миледи, – Бросил он через плечо, – Я им займусь.

Возможно, мне бы следовало помочь Слидгарту и вместе разделаться с ожившим королем, но кругом хватало и вполне себе плебейской нежити, на которую я был вынужден отвлечься. Когда мне удалось разделаться с гвардейцем из свиты Нартагойна, герцог уже сошелся в битве со своим бывшим союзником. Я спешно осмотрелся, обнаружив, что уже почти добрался до столбов, и до башни оставалось не далеко. Ноги меня едва держали, но адреналин не давал расслабиться. Рядом со мной внезапно возник целый отряд эльфов. Часть из них бросилась на свиту Нартагойна, пополнившуюся эльфами, а часть неожиданно разлетелась от мощного взрыва! Меня обдало жаром и едва не сбило с ног, но я устоял, тут же оглянувшись назад. Теперь, когда вокруг снова принялась подниматься нежить, я был уверен, что меня настиг Амерон, но вновь ошибся…

– Лич! – Удивленно и даже как-то разочарованно выдохнул я.

Несмотря на все безумие, царившее вокруг, я едва не улыбнулся от облегчения. Это не Амерон! Это лич, сукин сын, поднимал мертвых! Но моя радость была мимолетной, ибо монстр двигался прямо ко мне и работу некроманта исполнял с завидным мастерством! Еще по деревне Нэлиам я помнил, как не просто одолеть эту тварь, и сейчас у меня не было ни малейшего желания брать реванш. Не я один внезапно осознал, что нежить поднимает вовсе не Амерон и отступившие было элидримы, снова ринулись в бой! Они призраками проносились мимо меня, и скрещивали мечи с бывшими соратниками, уверенные, что одолев лича, смогут переломить ход сражения. Но выходило не очень... Иссушенная фигура в прогнившем балахоне небрежным взмахом руки содрала с одного из эльфов шлем вместе с лицом, другого пронзил клинок, плывущий за монстром по воздуху. С каждым погибшим эльфом, свита нежити росла, и в какой-то момент мне показалось, что живых элидримов стало значительно меньше, чем мертвых.

Череп, туго охваченный тонкой, как бумага кожей корчился, словно нежить пыталась вспомнить человеческую речь. Уцелевшие эльфы даже приблизиться к монстру не могли, мгновенно натыкаясь на выпады его призрачных клинков и обжигающие заклинания. Словно зачарованный я наблюдал за устрашающей поступью короля нежити, пока слишком поздно не осознал, что остался один на его пути. Прежде, когда магия еще была со мной, я был уверен, что как минимум три удара смогу выдержать, но теперь эта уверенность сыграла со мной злую шутку. Призрачные клинки ринулись ко мне одновременно. Уверен, что, размахивая какой-нибудь палкой у себя в комнате, я бы мигом сообразил достойный прием для отражений этой атаки, но здесь, в реальном бою мне не хватило времени, прыти, элементарного ума! Один клинок я отразил, услышав потусторонний звон, но второй беспощадно впился мне куда-то под ключицу. От острой, пронизывающей боли я даже не сумел закричать, только подавился криком, выдавив какой-то мучительный стон, ощущая, как левая рука наливается свинцом, а все тело словно немеет от холода. С этим онемением пришло внезапное осознание, что я просто не готов к бою. Тело Санрайз, такое ловкое и сильное, внезапно стало подводить меня, и я не мог понять почему. Слабость мгновенно растеклась по ногам, колени подогнулись. Я слышал крики вокруг, но не разбирал слов. Все мое естество пугливо пыталось сбежать от леденящей боли, завладевшей каждой клеточкой тела. Возможно, путешествие к Разлому каким-то образом ослабило мою связь с ним, а может все дело в банальной усталости и голоде. Так или иначе, следующий удар уже сухой, костлявой лапой, я предсказуемо пропустил, ощутив его как грубое прикосновение, от которого перед глазами вспыхнуло созвездие пиз…еца. Только дикая отчаянная мысль о том, что меня вот-вот обратят в нежить, не позволила мне отключиться. Я даже сумел устоять на коленях, решительно путая верх и низ, небо и землю, залитую моей кровью.

– А ну от…бись от нее, пид…с! – Совершенно дикий вопль прорвался сквозь шум битвы, в которой я уже приготовился проиграть.

Я, было, решил, что ко мне, оторвавшись от подола Элидрис, поспешил Андрей, но тут лича охватила трескучая молния такой силы, что высушенный скелет могучего колдуна издав единственный пронзительный вопль, в один миг был испепелен! Облаком праха он растелился передо мной, явив моему затуманенному взору безумного мага. Если бы не слова, отчасти ему не свойственные, я бы ни за что не признал своего преданного Рыжика. Его волосы торчали как иглы у дикобраза, все лицо было в ссадинах и подпалинах, балахон изодран и заляпан кровью, а молнии, что минуту назад испепелили лича, казалось, продолжали плясать в глазах. До этого момента я бы ни за что не поверил, что Рыжик может выглядеть устрашающе, но момент ужаса прошел, и взгляд моего друга резко переменился, наполнившись такой привычной и трогательной тревогой за мою жизнь.

– Госпожа!

– Рыжик…, – Выдавил я заплетающимся языком, ощущая как губы, против воли, расплываются в улыбке.

Мне казалось, я промок до нитки от дождя и собственной крови, хлещущей из раны, и никак не мог понять, как еще не отключился. Рыжик почти пролетел расстояние, разделявшее нас, и рухнул на колени передо мной. На его вмиг побледневшем лице застыло такое страдание, будто это ему досталось мечом, а не мне. От его наполненного нежностью и любовью взгляда мне стало совсем стыдно за свои сомнения в нем. Конечно, он не поверил Кранаджу и не ушел с беженцами! Он не мог меня бросить, по крайней мере, не узнав моей правды.

– Ох, госпожа…, – По лицу Рыжика поползли слезы.

Я с трудом поднял на него взгляд:

– Ты как всегда вовремя…

Следующие мгновения запечатлелись в памяти отрывисто, как остатки листвы, линяющего по осени дерева. Я буквально упал в объятия Рыжика, добавляя к его мантии еще несколько кровавых узоров. Он пах дымом, кровью и дождем. Только когда он меня прижал к себе, я осознал, насколько успел замерзнуть. Адреналин покидал меня вместе с кровью, и теперь я испытывал все последствия последних событий. Рыжик что-то шептал, но я не мог разобрать что. Потом я помню небо, плещущее мне в лицо холодными и острыми каплями дождя. Лицо Рыжика, искаженное гримасой ярости и боли. Он нес меня на руках через толпу восставшей нежити, которая, после уничтожения лича, снова стала сдавать позиции. Я даже помыслить не мог, что в нем скрывалась такая сила. Зато точно ощущал, что у меня сил не осталось совсем. Тьма снова поглотила меня, остались только голоса, крики и звуки битвы. А еще холодный дождь…

– Пейте, госпожа, ну же…, прошу вас!

Голос доносился откуда-то издалека, и я поначалу игнорировал его словно чужой разговор, но через минуту почувствовал, как по моим губам стекает влага, терпкая, слегка горьковатая, отдающая анисом, совсем не похожая на дождь, который я чувствовал раньше.

– Да…, вот так! – С явным облегчением зашептал голос, когда я чуть приоткрыл рот, впуская зелье.

По телу тут же растеклась сладкая нега, собираясь болезненным узлом под ключицей слева. От этой боли у меня снова свело челюсть, но спазм прошел почти мгновенно, и когда боль отступила, а тело налилось теплом, я сумел открыть глаза.

– Рыжик…

Маг, взъерошенный пуще прежнего, смотрел на меня сквозь пелену слез и улыбался дрожащими губами:

– Хвала Перцелию!

Он схватил меня в объятия, выдавив из меня нечто вроде «уф, бл…ть!».

– Я так боялся опоздать!

Несмотря на то, что боль в плече унялась, я все еще чувствовал себя крайне вяло и лежал в объятиях Рыжика безвольной куклой.

– Полегче, Рыжик, а то еще чуток и Санрайз от тебя залетит,

За спиной мага я увидел ухмыляющуюся Веронику, и остальных. Вымазанные в крови и грязи, но живые, они собрались вокруг. Все, кроме Дарлиса…

– Простите!

Рыжик смущенно отпустил меня, но тут же коснулся внушительного шрама под ключицей в весьма откровенном разрыве рубашки, вызвав у меня дрожь по всему телу. Он заметно покраснел, пробубнив что-то себе под нос. Его руки рвались обследовать меня полностью, возможно даже проверить мою невинность, но в присутствии остальных он не решился, хотя от усталости я вряд ли смог бы ему помешать.

– Ты как? – Спросил Серега, присев рядом.

– Бывало и лучше,

Оглядевшись, я обнаружил себя у крепостной стены не далеко от столбов, к которым все еще был прикован Кранадж со своими дружками северянами. Мерцающее зеркало портала, которое прежде было чуть в стороне, пропало. Вокруг нас собралась целая армия эльфов, и среди них не было ни одного ожившего мертвеца. Это внушало некоторый оптимизм, но мы по-прежнему были в Энастуре, а значит все еще в захваченном нежитью городе.

– Вы потерял много крови, – Грустно вздохнул Рыжик, – Вам нужен отдых.

От отдыха я бы не отказался, но судя по всему, он предвиделся еще не скоро.

– Что я пропустила? – Спросил я, пытаясь встать, но на полпути сдался усталости и просто сел поудобнее на чей-то любезно предоставленный плащ.

– Рыжик в очередной раз спас нас всех, – Улыбнулся магу Андрей, – Он прикончил лича, который поднимал трупы, и нам удалось перебить почти всю нежить на площади,

Рыжик скромно потупил взгляд.

– Элидрис направила элидримов на помощь эльфам, удерживающим ворота.

Меркрист взглянул на небо:

– Мы ждем Зильтейна, чтобы убраться из этой дыры.

Дождь закончился, но тучи не спешили расходиться, хотя где-то вдалеке мне померещился отблеск назревающего рассвета. Как по мне, это было прекрасное время для сохранения, но видимо теперь оно нас не часто будут баловать.

– А Амерон? – Тревожно спросил я, взглянув на Рыжика.

– Он сбежал, госпожа, – Вздохнул маг, – К сожалению, в очередной раз это была лишь проекция, но весьма сильная. Если бы не эльзилат Килетрим, я бы не одолел ее…

Это имя напомнило мне о разговоре с Элидрис, о том, что я лишился магических сил. Шансов, что они внезапно вернулись после ранения, было не много, но я все же попробовал про себя призвать магический щит. Ничего…

– Но он может вернуться, – Мрачно напомнила Вероника, оглядываясь по сторонам, – Кому тут нужно отсосать, чтобы меня отсюда, наконец, вытащили?

– Ой, да ты только обещаешь, – Буркнул Пиксель.

– Дарлис не появлялся? – Спросил я, прерывая очередную бессмысленную перепалку.

Друзья обменялись взглядами и почти синхронно покачали головами.

– Мне жаль, госпожа, – Тут же погрустнел Рыжик.

Я только кивнул, гадая, где теперь Игорь. Мелькнула, было, мысль, найти его тело, но взглянув на толчею посреди площади, я сомневался, что у нас получится, даже если оно все еще лежит там.

– Мы уже думали, что ты труп, когда Рыжик принес тебя.

Пиксель едва не сказал «тоже труп», но вовремя сдержался, не спеша при Рыжике хоронить Дарлиса окончательно.

– Хотели отрубить тебе голову, – Добавила Вероника небрежно, – На всякий случай.

– Я бы этого не допустил! – Пылко заявил Рыжик,

– Уж лучше так, чем стать нежитью, – Ответил я.

– Надеюсь теперь, когда личей и Амерона здесь нет, нам это не грозит.

Пиксель окинул взглядом площадь, на которой все меньше встречалось мертвецов, зато заметно прибавилось монстров, для которых ворота не были серьезной преградой.

Я снова огляделся по сторонам, все больше замечая раненных и умирающих эльфов. Зелье исцеления, вероятно, оказалось в дефиците, потому что обобрать трупы, когда они внезапно оживают и нападают, было не простой задачей. Ближе к стене конюшни стал собираться лазарет для тех, кого эльфы еще надеялись спасти. Всякий, кому удавалось прийти в себя, тут же отправлялся к воротам. Очевидно, этого ждали и от нас. Передышка закончилась.

– Нам нужно помочь эльфам удержать оборону, – Сказал Андрей,

– Для начала, я планирую раздобыть одежду и броню, – Оглядев себя, ответила Вероника, – И раз уж пока никто не рвется выпустить мне кишки, я воспользуюсь случаем…

– Толковая идея, – Согласился Серега, – Может, к топору короля, я еще и шмотки его заберу. Ты с нами?

Оценив свое самочувствие, я пришел к выводу, что на ногах удержусь, но куда больше, чем броню, я хотел вернуть свою магию. Без нее снова лезть в бой у меня не было никакого желания.

– Рыжик, мне нужна твоя помощь.

– Все, что угодно!

Взглянув на Джеймса и Андрея, я поделился нашей проблемой:

– Амерон лишил нас магии.

Рыжик помрачнел, выдавив тревожное «ох». Я надеялся, что он тут же откопает какое-нибудь зелье, и вернет нам магию, но он что-то не спешил с этим.

– Проклятый вероломный подлец! – Злобно выругался маг.

– Именно так, – Согласился я, – Ты можешь вернуть ее нам?

– Элидрис говорила, что нас могли отравить каким-то думарлатом, – Вспомнил Андрей.

Рыжик, помедлив, кивнул:

– У нас его называют салтеей. Это растение впитывает магическую энергию как губка. Его часто используют для устранения заклятий, но опытные колдуны могут сварить из нее серьезный яд, лишающий мага его сил…

– Надолго? – Тут же спросил я, переглянувшись с Джеймсом, которому Вероника была вынуждена переводить наш разговор.

– Зависит от количества салтеи, выбранного катализатора и восприимчивости мага. Это может быть несколько часов, а может и несколько дней.

– Пиз…ц! – Вздохнул Андрей, запустив пальцы в шевелюру.

– А лекарство от этого есть? – Не сдавался я.

Рыжик, вздохнув, покачал головой, от чего мне стало совсем скверно.

– Я знаю, как сделать противоядие, но для него нужен зильмец. К сожалению, при мне его нет, так как впрок настой из него не сделать. Сорванный зильмец быстро приходит в негодность, как и настой, если его не выпить сразу. Но это верное средство против отравления салтеей!

Это внушало некоторую надежду, оставалось только дожить до того момента, когда Рыжик сможет нас вылечить.

– Мне так жаль, госпожа, я чувствую себя совершенно бесполезным, – Запечалился Рыжик.

– Эй, ты спас мне жизнь! – Я положил руку на плечо мага, ободряюще и искренне улыбнувшись.

– Ага, – Встряла Вероника, – Возможно госпожа тебя даже по-особенному отблагодарит,

Зараза подмигнула мне, добавив:

– Мы готовы отвернуться.

Рыжик издал какой-то непонятный звук, уронив смущенный взгляд к земле, а Пиксель радостно выпалил:

– Я не готов!

– Да пошли вы! – Обиделся я.

– Мне не нужна благодарность, госпожа, – Краснея, заявил Рыжик, – Одна возможность быть рядом с вами для меня уже награда. Я готов вас защищать ценой своей жизни, если придется!

– Ого! – Выдохнула Вероника, округлив глаза, – Санрайз, ты по любому должна его засосать!

Я попытался испепелить Веронику взглядом, но, к сожалению, не вышло, у нее только улыбка стала шире. Черт, мне реально не хватало Дарлиса, который всегда вступался за меня!

– Народ, если вы еще планируете отсюда выбраться, то не пора ли помочь эльфам? – Гласом разума произнес Андрей.

Мы все понимали, какому именно эльфу собирался помогать Меркрист, но не найдя возражений, мы смирились с тем, что нужно вернуться в строй. Вероника мигом умчалась в поисках брони и щита, с ней, кивнув мне, ушел и Джеймс. Андрей поспешил к своей Элидрис, устроившей командную ставку у наших позорных столбов.

– Одну минуту, госпожа, – Рыжик удержал меня.

– Встретимся у Элидрис, – Предложил Пиксель, направившись за Андреем, не иначе раздевать Кранаджа.

Рыжик зарылся в свой балахон и выудил оттуда пузырек с зельем маны:

– Не уверен, что это поможет, но попробовать стоит, пока я не добуду зильмец.

Выбора особо не было, поэтому я хлебнул мятный ликерчик, но не почувствовал никакого эффекта от него. Обращаясь к своим магическим силам, я будто пытался набрать воды из пустой бочки. Возможно, требовалось чуть больше времени. Решив, что теперь переводить на меня зелья, которые понадобятся самому Рыжику, нет смысла, я отказался пить удвоенную дозу, в надежде, что магия все же рано или поздно вернется.

– Я непременно вылечу вас, но сперва нужно отсюда выбраться.

При виде монстров прорывавшихся в крепость мне казалось, что это два крепко связанных дела, но спорить я не стал.

– Помоги мне подняться.

Хоть рана и затянулась, плечо все еще ныло, как и все тело после интенсивных упражнений с мечом. Маг бережно взял меня за руку и помог встать:

– Вы совсем окоченели!

На самом деле я только теперь снова стал ощущать холод, потому как раньше было не до этого.

Рыжик пытался бережно растереть мои кисти, явно излишне драматизируя.

– К сожалению, у меня нет согревающего зелья…, – Вздохнул он.

– Если бы не ты, я бы в нем уже не нуждалась, – Искренне улыбнулся я магу,

Оказавшись, наконец, наедине с другом, я мог без особого смущения выразить ему свою признательность и впервые позволил себе обнять его.

Рыжик буквально растаял. Мне казалось, что еще мгновение, и он утечет от меня, превратившись в еще одну лужу на площади, поэтому я прервал сеанс нежностей:

– Я думала, что Кранадж наплел тебе про меня гадостей.

– О, наплел, можете не сомневаться! – Заверил меня Рыжик с улыбкой, – Но вы ведь не думали, что я поверю ему?

Я пристыжено покраснел.

– Я видел ваш меч в теле короля Нартагойна, но… после всего, что мы пережили…, – Рыжик бросил взгляд на моих друзей, уже собравшихся у позорных столбов в паре десятков метров от нас, – Мне уже не важно, кем вас считают, я знаю, кто вы для меня, а остальное не имеет значения.

– Ох, Рыжик, – Смущённо вздохнул я, пытаясь отыскать способ провалиться под землю.

Маг криво улыбнулся:

– Даже если вы действительно прибыли из Бездны и намерены разрушить мой мир, я готов вам в этом помочь!

– Не провоцируй меня, – Невольно засмеялся я.

Возможно, подобным откровением Рыжик надеялся вытянуть из меня признание, но я сам по-прежнему не представлял, какая роль нам отведена в этом мире. Но вряд ли я сумею его уничтожить…. Рыжик счастливо смотрел на меня, вгоняя в краску, и неожиданно серьезно заявил:

– Я действительно готов на все ради вас.

Мне показалось, что время замерло, как это бывало при сохранении, но благословенного тумана не появилось, разве что в глазах Рыжика. Он смотрел на меня невыносимо долго, чуть приоткрыв рот. Такие моменты в кино заканчивались страстным поцелуем, но, хвала небесам, нас отвлек внезапный радостный вопль, пронесшийся по площади. Его подхватывали все новые голоса, волной разнося по округе:

– Нэссиэр, нэссиэр!

Эльфы вокруг едва не визжали от восторга, уставившись в небо.

– Летят, летят! – Своевременно донесся перевод Андрея.

Я тут же посмотрел на небо, которое неожиданно наполнилось сотнями керагривцев. На каких-то сидели эльфы, какие-то покорно летели за своими хозяевами без наездника. Эльфы внизу издавали воодушевленные кличи, вскинув оружие и приветствуя долгожданное спасение. Мне казалось, я впервые за долгое время смог выдохнуть с облегчением. Мы были в окружении союзников и вот-вот уберемся из этого проклятого города! Я даже посмел надеяться, что после событий в Скирате, дальнейший путь к Разлому внезапно окажется не таким сложным. На самом деле, я поймал себя на мысли, что в этот момент не отказался бы вернуться в Эглидей, как того желал Слидгарт. Мне нужен отпуск…. Только внезапно вырвавшееся из памяти мертвое лицо Дарлиса с горящими зелеными глазами вернуло меня к суровой реальности. Когда собственные раны стали затягиваться, я не мог не думать о судьбе Игоря и даже решил повременить с эвакуацией, чтобы найти его тело…, или не найти. Но внезапно эта затея оказалась крайне опрометчивой…

Стоило мне сделать шаг в сторону столбов, у которых эльфы спешно организовали зону эвакуации, освободив место для керагривцев, как справа громыхнуло и раздалось мучительное многоголосье, какое можно услышать в парках аттракционов на особенно крутых горках…, только совсем не радостное. Ворота Энастура утонули в огромном облаке пыли, из которого, пошатываясь и падая, пытались выбраться эльфы. На миг я замер, в ужасе наблюдая, как сквозь пыль на площадь хлынула целая орава монстров во главе с невероятно гигантской кошкой размером с двухэтажный дом и с бивнями как у мамонта.

– Великий Диссур! – Выдохнул Рыжик.

Диссур или нет, но здоровенный, сука, точно! И он был не один…. Я видел, как из пылевого облака появился целый табун знакомых скелетоподобных кентавров. Они ринулись за разбегающимися эльфами, нагоняя их и расчленяя на ходу. За ними в дыру, оставшуюся от ворот, ворвалась гигантская саранча, огнивцы и долгожданное подкрепление Амерона в компании как минимум трех личей! Для полного пиз…ца не хватало только самого некроманта!

– Бежим! – Крикнул я Рыжику, срываясь с места.

Между бивнями неведомой твари схлестнулись разряды молний и в следующее мгновение, она будто выдохнула огромный шар огня, который тут же пожрал с десяток милгутов разом. Взрыв был такой силы, что волна жара докатилась даже до нас.

– Бл…ть так не честно! – Выругался Пиксель, когда мы с Рыжиком добрались до столбов.

Я был полностью согласен. Либо мы серьезно накосячили в прошлом и лишились шанса выбраться из этого мира, либо такого шанса и вовсе не было предусмотрено.

– We need reload! – Предложил Джеймс,

– Хрен тебе! – Вспылила Вероника, – Я подыхать не собираюсь!

Мои друзья обзавелись броней, а я так и носился в драной рубашке и вымокших брюках. Нужно было срочно раздобыть что-нибудь!

– Не думаю, что они тебя будут спрашивать.

Эльфы Милгута отступали к нам, ведя за собой войско нежити и чудовищ. Мы видели, как твари взвивались в воздух, приземляясь на несчастных эльфов, выпускали длинные щупальца, подсекая им ноги, стреляли иглами и шарами плазмы. Казалось весь бестиарий Разлома собрался на площади Энастура, внезапно показавшейся совсем крохотной.

– Они живые! – Удивленно подняла брови Элидрис, – Эти монстры не оживленные!

Похоже, так и было.

– Это гон! – Словно озарило Рыжика, – Монстры прорвались в Скират. Нежить им не интересна, гнилое мясо они не едят…, а вот свежим полакомятся с удовольствием.

Твари действительно не сильно интересовались мертвецами и охотней кидались на эльфов, даже на тех, что парили в небе на керагривцах, лишая нас и без того скромных шансов на спасение.

– Рыжик, сможешь раздобыть мне броню? – Стараясь сдерживать дрожь в голосе, спросил я.

– Конечно, госпожа.

Едва Рыжик метнулся за моей защитой, как из толпы мечущихся эльфов возник герцог Слидгарт:

– Элидрис, нужно отступать!

В последний раз я видел его скрестившим мечи с мертвым Нартагойном и искренне переживал, что этот бой окажется для герцога последним, но к счастью вышло иначе. Слидгарт хоть и выглядел потрепанным, но все же выжил.

– Разделимся на отряды: одни отвлекают тварей, других забирают керагривцы! – Сходу предложил герцог.

Эльфийка кивнула, тут же бросившись раздавать команды. Внезапный хохот привлек наше внимание к столбам. Кранадж заливался смехом, глядя на герцога:

– Ты все еще считаешь, что я выбрал не верную тропу, кузен?

Слидгарт смерил своего родича злым взглядом, но промолчал, а Кранадж явно горел желанием поболтать:

– Против вас гон, армия Амерона и даже если вы истребите живых тварей, они продолжат вас убивать, поднятые личами!

– Здесь вы не правы, милорд, – Внезапно прервал тираду засранца Рыжик,

Вместе с добротной броней сиреневатого оттенка, он принес весьма утешительную информацию:

– Личи не способны оживлять монстров. На это способен лишь некромант.

Кранадж только смерил мага презрительным взглядом, явно разочарованный в личах.

– К тому же, – Ровным голосом добавил Слидгарт, – Монстры не сделают для тебя исключение, кузен. Между тобой и ними стоят эльфы и только благодаря им ты еще жив!

– Хахаха! Я жив лишь благодаря твоей трусости!

Кранадж сплюнул под ноги герцогу.

– Твоя трусость остановила тебя, когда у тебя был шанс прервать мою жизнь. Давай, кузен! – Кранадж звякнул цепями, – Сними оковы, иначе монстры сожрут меня, и совесть не даст тебе спать по ночам!

Король Севера словно обезумел и попеременно, то рычал, то смеялся. Возможно, Амерон действительно еб…нул его какой-нибудь волшебной киркой по башке? Герцог нерешительно смотрел на своего кузена, не в силах отыскать слова, которые будут услышаны Кранаджем.

– Если мы и заберем его, то в последнюю очередь, – Сурово напомнила Элидрис.

– А можно нас в первую очередь? – Робко спросила Вероника.

– В первую очередь раненые. Все, кто стоит на ногах и способен удержать меч, займите оборону!

Благодарно кивнув Рыжику, я спешно облачился в эльфийскую кирасу, уже не задумываясь о судьбе ее предыдущего владельца. Стало чуть спокойнее.

Очевидно, приказ Владычицы касался и нас, хотя я вполне мог послать подружку Андрея на хрен, но вряд ли кто-то из эльфов тут же бросится меня эвакуировать. Наездниками на керагривцах с воздуха командовал Зильтейн, а дружбы у нас с ним не сложилось. Спасение придется заслужить. Конечно Меркрист пользовался привилегиями кшанарби и любовника Владычицы, но на ее щедрое предложение бежать в числе первых, ответил решительным отказом, не желая оставлять нас и саму Владычицу. Элидрис не спорила и не уговаривала, явно оценив «смелость» своего бой-френда.

– Меня начинают мучить комплексы, – Внезапно шепотом признался Андрей.

Я следом за ним взглянул на Владычицу и без труда понял, о чем речь. Санрайз не командовала армией, но я был уверен, что могла бы. И во всех отношениях она была исключительной девушкой. Точно такой же видел Андрей и свою Элидрис.

– Если ты не решил остаться здесь, то о комплексах можешь не переживать, – Поделился я мыслью, которой сам в последнее время утешался и одновременно пугал себя.

Андрея мои слова тоже скорее напугали, чем успокоили.

– А ты? – Робко спросил он.

– Что я?

– Ты бы остался здесь с Санрайз?

Я отвернулся, покачав головой, но Андрей тут же добавил:

– Если бы вы были в разных телах?

Мне казалось, что я уже давно нашел ответ на этот вопрос, но не решался его озвучить, хотя Андрею не сложно было прочесть его в моих глазах.

– Ощущаю себя идиотом, – Вздохнул Меркрист.

– Если ты идиот, то я идиот в квадрате, – Сухо ответил я.

Андрей слегка кивнул, признавая:

– Твоя ситуация сложнее, но зато принять решение в конце будет проще.

– Решение?

Меркрист посмотрел на меня:

– Остаться или уйти.

Мне не казалось, что решение будет простым.

– Ты ведь не сможешь и дальше делить тело с Санрайз.

Андрей резал по больному и этот разговор мне совершенно не нравился, к тому же до конца нашего пути было еще не близко, о чем я и напомнил ему.

– Нужно увести эту громадину подальше, – Заметил Слидгарт, когда землю сотряс новый взрыв.

Жуткое создание, которое Рыжик окрестил титаном макувой (без понятия, что это значит), вовсю резвилось на площади и в равной мере раздавало пиз…ли как эльфам, так и нежити. Пусть жрать тухлятину монстры не планировали, но вот выбивать из нее дурь не брезговали.

Все уцелевшие эльфы окружили небольшую площадь, занятую ранеными. Мы дугой заняли позицию у самых столбов, молясь о новом сохранении. Закладывая невероятные виражи и уклоняясь от дистанционных атак чудовищ и нежити, всадники на керагривцах пикировали вниз, в считанные мгновения загружались ранеными и под не менее насыщенным обстрелом уносились в небо. Часть всадников кружила над площадью в качестве прикрытия и отвлекающего маневра. Всякий раз, когда кого-то из них сбивало на землю магической атакой или парящим в воздухе монстром, я прощался с очередной возможностью спастись.

– Миледи Санрайз!

Ко мне подошел герцог:

– Вам нужно улетать как можно скорее!

Я в целом не возражал, но возможности такой не видел.

– Я постараюсь раздобыть вам керагривца.

– Эй, а за что такая милость?! – Предсказуемо возмутилась Вероника.

Слидгарт удостоил ее лишь мимолетным взглядом. Он неожиданно стянул с пальца кольцо Нартагойна и вложил его мне в ладонь:

– Я знаю, кому оно должно принадлежать по воле короля.

В очередной раз мгновение будто замерло. Я ощущал на себе удивленные взгляды друзей, Элидрис, Рыжика. Только Кранадж таращился на нас с отвратительной улыбкой на губах.

– Как мило, – Ядовито произнес он, – Убийцы Нартагойна делят власть над его королевством.

– Власть над королевством?! – Уже вслух удивился Андрей, – То есть?

– Тот, кого я убил, Нартагойном уже не был, – Спокойно ответил Слидгарт, – Благодаря тебе, кузен.

Я сжимал в руке кольцо, одновременно ощущая невероятную ответственность, внезапно свалившуюся на меня и облегчение от того, что «вернул» королевство Санрайз. Мой взгляд как-то против воли обратился к воротам Энастура. Я смотрел не на них, а сквозь них, через весь город, за крепостную стену все дальше и дальше, туда, где раскинулся Разлом. В голове всплыл мимолетный разговор с Андреем, болезненно напоминая о грядущем решении. Возможно, если бы я мог остаться здесь, то был бы не против стать королем целой страны, но я не мог оставаться в теле Санрайз, я должен был покинуть ее, а значит, она сама решит, оставить подарок Нартагойна себе или передать кому-то еще.

– Спасибо, – Кивнул я герцогу, надев кольцо на палец.

– Моя королева! – Едва сдерживая восторг, прожужжал Рыжик, утирая слезу умиления.

– Ну ох…ть совсем! – Заржал Пиксель.

Остальные выразить свое мнение по поводу произошедшего не успели. С неба внезапно раздался душераздирающий рев, от которого волосы вставали дыбом, а тела мгновенно сковал страх. С необъяснимым трудом мы подняли глаза к черным тучам, которые словно закружились вихрями гонимые огромными крыльями самого настоящего дракона!

– Ну нет…, – Дрожащим голосом протянула Вероника.

Огромный ящер, заложив вираж над крепостью вонзился в косяк кружащих над нами керагривцев. Некоторые успели уклониться, но не все.

Я ощутил, как ноги стали ватными, весь адреналин, удерживающий меня в вертикальном положении, куда-то ретировался. Даже выдержанные и надменные эльфы, завидев дракона, отчаянно завыли. Только Кранадж все не унимался, находя радость в каждой нашей неудаче:

– Похоже, не долгим выйдет ваше правление, королева Санрайз.

– Эта тварь и тебя сожрет, пид…с! – Выпалил Серега.

– Это вряд ли, милорд Пиксель. Вам стоит внимательней присмотреться к новой угрозе.

Я тут же последовал совету короля Севера и уже без особого удивления понял, что дракон рассекающий небо над нами был мертв….

– Это Дархаз! – Внезапно узнал Слидгарт.

– Только мертвый, – Добавил Пиксель.

Герцог уставился на Рыжика, распахнув глаза:

– Но, если личи не способны оживлять монстров…

Рыжик медленно осмотрел площадь, на его пальцах заиграли искры молнии. На наших глазах мертвые монстры стали оживать! Внезапно на крепостной стене у самых ворот возник портал. Мы уже знали, кто выйдет из него, потому не удивились, разглядев силуэт в лоснящейся черным броне поверх развевающегося балахона.

– Я бы на вашем месте бросил оружие и молился, – Довольно протянул Кранадж.

Возможно, мы бы так и поступили, но в этот момент, рядом с нами разорвался очередной плазменный шар макувы. Взрывом нас раскидало как манекены. Без магической защиты я ощутил на себе всю прелесть приземления спиной на брусчатку. В ушах зазвенело, мир на мгновение будто погас, но скоро появился снова, превратившись в настоящий ад! В дыму мелькали силуэты, большая часть из которых валялась на земле. С трудом и болезненным стоном поднявшись на ноги, я крутил головой во все стороны, пытаясь отыскать друзей. Серьезных увечий я, благо, не получил, но сильно ушиб бедро и теперь хромал по кругу, щуря глаза от едкого вонючего дыма. Подняв взгляд, я пытался разглядеть могучую тушу дракона, но заметил лишь мелькнувший силуэт керагривца. Когда я опустил глаза, то обнаружил перед собой эльфа. О том, что он мертв я догадался лишь, когда его меч направился к моей шее. Отразить удар я успел в последний момент, затем обратным взмахом рубанул засранца по кирасе. С губ рвалась ругань, но меня начал душить кашель, который я сдерживал, пока отмахивался от мертвеца. Этот бой показался мне самым продолжительным из всех, что я пережил на этой площади, но скорее всего лишь из-за усталости и того, что каждое движение отзывалось болью. Тем не менее, мне удалось удачно вывернуть меч после очередного парирования и угодить мертвецу клинком в шею. Стоило ему озадаченно пошатнуться, как я срубил его голову. Но мне даже мгновения для радости не выделили. Разогнав всех керагривцев наверху, дракон заинтересовался событиями внизу. Только услышав надвигающийся рев и ощутив леденящий ветер, я узнал об атаке с воздуха. В мой бок что-то врезалось с силой пушечного ядра, снова повалив меня на брусчатку. Земля вздрогнула и дохнула обжигающим жаром. Вокруг взревело пламя, обращая ночь в день и лишь самую малость заглушая безумные крики. Я словно оказался в адском котле, и кто-то упорно пытался меня в нем утопить, наваливаясь сверху. С большим трудом я сумел стряхнуть с себя неведомого засранца, но тут он отступил и к моему облегчению оказался Рыжиком:

– Вы целы? – Давясь кашлем от застелившего площадь дыма, спросил он.

Оценив свое самочувствие, которое, как и прежде было херовым, я кивнул, поскольку слова застряли где-то в горле. Я изумленно смотрел на выжженный след, устеленный сильно прожаренными телами. Если бы не Рыжик, я был бы сейчас среди них.

– Спасибо, – Все же выдохнул я с трудом.

Уже интуитивно подобрав свой меч, который выпал у меня из руки при падении, я поспешил подняться. Вокруг царил настоящий хаос! Мертвые горели трескучим пламенем, укрывая все вокруг дымом, в этом дыму носились еще живые, визжа от страха и боли. Суеты прибавляли монстры, устрашающими тенями шныряющие вокруг и добивающие еще живых.

– Нужно бежать в башню, госпожа! – Крикнул Рыжик, поднявшись.

– Пиксель! Андрей! – Завопил я, крутясь на месте, – Герцог!

Я видел горящие трупы и объятых пламенем людей, но не хотел думать, что это мои друзья. И, тем не менее, никто не отзывался или мы просто не слышали друг друга из-за воплей, охвативших площадь. Оглянувшись на столбы, я увидел, что они так же охвачены огнем, но ни северян, ни Кранаджа я подле них не увидел.

– Сука!

– Госпожа, нужно найти укрытие!

Я позволил Рыжику взять меня за руку и потащить в направлении башни, а сам продолжал выкрикивать имена друзей. Мой крик прервался лишь тогда, когда на него выскочила паукообразная тварь и едва не снесла мне голову здоровенной клешней. Благо Рыжик успел метнуть в нее молнию, заставив пересмотреть свои планы, а я тут же пырнул монстра мечом. Над нами пронеслась тень, заставив нас припасть к земле, но то был только керагривец с опаленными крыльями. Вереща как велоцераптор, он рухнул на землю и заскользил, пока с отвратительным хрустом не влетел в стену. Эльфы проносились мимо нас, силясь отыскать путь к спасению. Многие так же устремились к башне, а некоторые замерли в нерешительности, и я их понимал. В башне можно было укрыться от дракона и удерживать оборону, но на площадь все еще приземлялись керагривцы и забирали тех, кто оказался поблизости, чтобы, наконец, унести прочь из проклятого Скирата. Нам с Рыжиком оказаться поблизости не удавалось, а иной раз и к лучшему: некоторые из эльфов, счастливо покинув Энастур, попадали в пасть дракона, кружащего над охваченной пламенем площадью.

Заметив, как тварь пыхнула огромным языком огня в башню, мы с Рыжиком тоже сбавили скорость, только теперь решив, что и башня такое себе убежище. Из нее как из преисподней раздались множественные крики и повалили израненные эльфы, решившие, что на площади больше шансов уцелеть.

– Вот и все, Рыжик, – Задыхаясь, подытожил я, – Ты был славным товарищем…

– Я все еще с вами, госпожа.

Передо мной возник очередной оживший мертвец, кажется какой-то из знакомых эльфов. Теперь я приглядывался к каждому, опасаясь, что ненароком зарублю кого-то из друзей. Живого или мертвого. Стиснув зубы от боли в руках, я разрубил мертвеца и замер, покачав головой:

– Очень жаль. Я бы не хотела, чтобы ты погиб, но не представляю, бл…ть, как нам отсюда выбраться!

– Госпожа, мы не погибнем! А если вдруг все же…, не забывайте, куда вы, туда и я!

Я обреченно вздохнул и, взглянув на Рыжика, ощутил, как на затылке зашевелились волосы: за спиной мага, словно терминатор из огня выступила знакомая фигура, сотканная из теней. Как будто безумия вокруг было недостаточно! Я словно оказался в непрерывном кошмаре без единого шанса на пробуждение. Мои легкие горели огнем, ноги дрожали от усталости, а голова отказывалась воспринимать реальность всерьез. Поэтому на одних лишь инстинктах я схватил Рыжика за руку и буквально выдернул из-под когтей коллекционера.

– Бежим, Рыжик!

Драться с демоном я даже не думал. Хватило с избытком прошлых встреч. Все, на что мы могли надеяться, это на то, что тварь найдет себе добычу поинтереснее. Благо Рыжик не спорил и покорно дал газу следом за мной. Мы неслись, не разбирая дороги, петляя, как зайцы мимо обожженных тел, еще живых эльфов и разношёрстных монстров. Я не оглядывался, боясь увидеть, что коллекционер наступает нам на пятки и что это лишит меня воли к жизни. Я не пускал в дело меч, даже когда передо мной возникали совершенно беззащитные монстры. Какая-то уцелевшая, не поглощенная страхом часть разума убедила меня, что, если удар окажется не смертельным к погоне за нами присоединяться новые враги.

Несмотря на то, что направления я особо не выбирал, ибо любое казалось безнадежным, интуиция повела меня к башне. К надежным стенам, к дверям, за которыми можно было хоть ненадолго укрыться.

– Он отстал! – Завопил Рыжик.

Я лишь стиснул зубы, не смея убедиться, упрямо продолжая бежать. Мы неслись сломя голову к укрытию, уклоняясь от монстров и нежити, которой вокруг становилось все больше. Возможно, стоило притормозить, как следует оглядеться и отыскать способ убраться из Скирата, но каждая здравая мысль, казалось, замедляла наш бег, и я ее тут же отбрасывал, чтобы не угодить в лапы коллекционера. К тому же я был почти уверен, что эльфы, если все же сумели избежать встречи с драконом, уже давно сбежали. И я их даже не винил за это.

Наконец я выдохся и едва не рухнул остановившись. Перед глазами на мгновение возник мой древний забег на физре в школе. Были какие-то соревнования, а я в ту пору мнил себя неплохим бегуном…. Тогда мне казалось, что я бегу на пределе человеческих возможностей, но пришел только шестым. Для кого-то мои возможности были далеко не пределом. Проклятье, это словно не со мной было! Теперь я знал предел сил Санрайз. По крайней мере, мой предел в этом теле…. От дыма, невероятного зловония горящей плоти и безумного бега дышать на площади стало почти невозможно. Оторвав от уже итак изодранной рубашки кусок ткани, я закрыл ею рот и нос, помогало скверно, зато Рыжик теперь мог разглядеть чуть больше оголенного тела Санрайз. По-моему, ему это прибавляло бодрости и сил, что тоже было не плохо. Раз или два мне мерещилась розовая шевелюра где-то впереди, но нагнать ее мы не смогли, не решившись свернуть с пути к убежищу. Уже у самой башни мне послышался крик Пикселя, причем где-то сверху. Возможно, его уже подобрали, а может меня просто приглючило. С каждым шагом я слабел все сильнее. От трупного запаха воспряла давешняя тошнота, рвущая спазмами живот. Ноги заплетались, и пару раз Рыжику пришлось подбирать меня с земли. Сам он тоже явно выдохся, хотя был бодрее меня. Возможно, я просто отравился дымом. Мысли все ловчее ускользали от меня, как и реальность перед глазами. Отрешенно, словно в бреду, я думал о том, что мне нужно написать послание Санрайз. Столько всего нужно рассказать…

– Мы почти добрались, госпожа.

Рыжик уже тащил меня, и я ему верил. Дверь в башню была распахнута, внутри царила темнота, но из нее на меня дохнуло сравнительной свежестью, и я был готов нырнуть в неизвестность лишь бы подальше от вездесущего дыма. Но переступить порог мы не успели...

Глава 15

– Миледи Санрайз!

Этот голос словно вонзился мне в уши, следом за ним в моей голове тут же зашелестели какие-то звуки, от которых голова едва не разорвалась на части. Ощущая, как страх липкой холодной паутиной охватывает меня, я оглянулся.

– Бегите, госпожа! – Рыкнул Рыжик, тут же встав в боевую стойку.

Амерон стоял перед нами с крайне невозмутимым видом, словно пылающая площадь, трупы и монстры были непременным декором берлоги, из которой он выбрался.

– Довольно беготни, – В черном провале его капюшона мелькнул оскал, – Вы должно быть устали…

Шелест в голове только усиливался с каждым шагом некроманта ко мне. Я едва разбирал его слова, как будто в моей голове звучал еще какой-то крайне занимательный разговор, который мне хотелось услышать.

– Не приближайся! – Вопил Рыжик.

Он явно надеялся меня защитить, но, похоже, осознавал, что его сил не хватит одолеть Амерона. Словно подтверждая эту мысль, некромант замер в пяти шагах от нас и внезапно признался:

– Далеко не часто я нахожу повод покинуть свою обитель воплоти. Вам должно польстить такое внимание с моей стороны.

– Иди на х…й!

Я понимал, что следовало выразиться эпичней, но это все, что мне удалось наскрести в своих внезапно помутившихся мыслях. Нечто подобное я ощущал очень давно. Когда мы с Нартагойном остались наедине в его саду. Боги, это было еще до того, как я познакомился с Санрайз! Но почему это происходит со мной сейчас? Санрайз пытается вернуться в свое тело? Черт, я одновременно желал этого и боялся. Мне хотелось отдохнуть, просто рухнуть на пол и лежать, пока Судный день не поднимет меня, но в тоже время я не хотел, чтобы Санрайз оказался здесь, в этом аду вместо меня.

– Что тебе нужно от госпожи?! – Нервно завопил Рыжик.

– Он хочет сделать из меня нежить, – Раздраженно выдохнул я.

Шелест в голове звучал все настойчивей, от чего я едва мог сосредоточиться на некроманте. Что за дрянь со мной происходит?!

– У него уже была возможность убить вас и оживить…, – Нахмурился Рыжик, не отводя взгляда от Амерона.

На мгновение эти слова вывели меня из ступора. Для меня самого было загадкой, почему Амерон, так резво оживляя мертвецов, не мог просто убить нас и оживить точно так же.

– У вас крайне узкое представление о некромантии, – Улыбнулся Амерон, стянув капюшон с головы.

Возможно, мне просто показалось из-за усталости и дыма, но теперь он как будто выглядел более плотным…, настоящим. Нет, от проекции я бы его вряд ли отличил, но что-то в нем было другим: кожа чуть более живого оттенка, движения глаз и губ…, еще что-то неуловимое.

– Мне ни к чему ваши мертвые тела, миледи Санрайз. Они годятся лишь для борьбы с врагами.

Некромант развел руками, привлекая наше внимание к хаосу на площади:

– Мне нужны ваши живые души. Души Всадников!

Едва ли это что-то меняло в планах Амерона насчет того, чтобы нас убить, но все же его слова в очередной раз заставили меня задуматься о переговорах. Он как будто знал обо мне и моих друзьях и, черт, может он действительно мог вернуть нас домой?! Возможно, я бы еще раньше решился безрассудно заключить сделку с главным засранцем этого мира, но меня удерживала судьба Санрайз. Так было и сейчас, поэтому я не смог ничего ответить. Зато ответ нашелся у Рыжика.

– Ты не получишь ни души, ни тела госпожи! – Завопил маг и, вскинув руки, внезапно атаковал Амерона.

Я не успел ни остановить его, ни прикрыть, тем более прикрывать было нечем. Амерон же просто поднял руку, и как чертов ситх, поймал все лучи молнии Рыжика в кулак. Он собрал ее в шар под изумленным взглядом Рыжика и швырнул его обратно. Мага отбросило к стене, где он сполз на землю и затих.

– Рыжик!

Я бросился к другу пытаясь убедить себя, что он еще жив. Забыв на мгновение о некроманте и шуме в голове, я склонился над магом. Он еще дышал!

– Я готов дать вам еще один шанс пойти со мной мирно.

Подняв меч, я встал рядом с Рыжиком. За моей спиной была стена, а впереди резвилась буря сражения. Меч казался невероятно тяжелым и даже от мысли взмахнуть им, мои руки сводило от боли. Да и что проку?! При мне только меч, а у Амерона целый магический арсенал! Я уже был готов сдаться, довериться судьбе, поскольку другого выхода не видел, но тут земля внезапно дрогнула от очередного взрыва и за спиной Амерона появилась гигантская кошка. Прежде она носилась по площади как наши футболисты: наводя суету, но без какой-то определенной цели. До этого момента. В отличие от суетливых и вопящих в беспамятстве эльфов, которых среди нежити оставалось все меньше, нагло и высокомерно стоящий перед башней некромант показался ей чрезвычайно легкой добычей. К моему восторгу, кошка небрежным пинком здоровенной лапы отправила ужасного и могучего некроманта в полет, словно плюшевого мишку. Я очень надеялся, что для Амерона этот полет окажется последним, но иллюзий не питал. Упаднические мысли после такого подарка судьбы отступили, и я бросился к магу:

– Рыжик!

Влепив другу пару пощечин, я привел его в чувства.

– Госпожа…

– Шевелись!

Я буквально вздернул Рыжика на ноги и как раз вовремя. Решив, что с некромантом покончено, макува метнулась к нам, протаранив бивнями стену башни в десятке сантиметров от нас. Я не представлял, как одолеть этого монстра одним лишь мечом, но Рыжик скоро мобилизовался и из последних сил выдал вполне себе уверенную молнию. Макува зарычала, отскочив назад и тут же засверкав своей магией. Я уже догадывался, что сейчас будет и завопил во всю глотку:

– Бежим!

Дуга разряда уже образовалась между бивнями твари, но внезапно в ее бок вонзился огромный меч, удерживаемый невероятным великаном, напоминавшим статую в полных доспехах. Этот великан был прозрачным словно призрак, но его меч явно причинял реальный урон монстру. Рядом с призраком я увидел Амерона, который медленно и нарочито спокойно отвернулся от схлестнувшихся в битве чудовищ и обратил взгляд на меня. В этот момент великан поднял огромную тварь на мече, словно пушинку и резким взмахом стряхнул с клинка. Земля вздрогнула от тяжести.

– Это пиз…ц, госпожа! – Грамотно оценил наше положение Рыжик.

Меня снова охватило желание сдаться. Снова подкатила тошнота. Шум в голове зазвучал с новой силой и мне вдруг послышался отчетливый голос Санрайз, совсем не такой, каким я слышал его, когда говорил сам. Слов я не разобрал, но этих мелодичных и нежных звуков, которые я так грезил услышать наяву, звуков, тонущих в безумных криках и грохоте неутихающей битвы, было достаточно, чтобы я напомнил себе о том, почему еще не сдался.

– Бежим! – Повторил я, схватив Рыжика за балахон.

У нас не оставалось другого пути, кроме как в башню. Мы буквально ворвались в темноту дверного проема. Полной она не была: где-то еще горели факелы и канделябры, а где-то полыхали пожары. От них каждый шаг по лестницам наверх снова заставлял задыхаться. Рыжик, получив от Амерона собственной молнией, теперь больше опирался на меня, чем шел сам. Я весьма смутно помнил расположение комнат в башне, но Рыжик, хвала небесам, успел здесь освоиться и задавал мне направление, то и дело, поглядывая назад, готовый воспользоваться магией.

Несмотря на, местами, объятые пламенем комнаты, я не был уверен, что башня пустовала, и приглядывался к каждому закутку, с трудом удерживая потяжелевший меч вспотевшей рукой. Поначалу нам встречались только мертвецы. Мирно лежащих эльфов и монстров было примерно поровну. Очевидно, когда на площади запахло жареным (в самом прямом смысле), элидримы, милгуты и терискольды бросились в башню, где встретились с силами Амерона. Отчасти это объясняло сравнительную тишину вокруг и отсутствие алчущих крови врагов. Но мне казалось, что я за сегодня исчерпал весь свой лимит удачи и отдых от врагов будет не долгим. Тем более что самый страшный враг наверняка тащился за нами. Мне бы стоило изувечить трупы под ногами, но я боялся тратить на это время и силы. К тому же если Амерон нас настигнет, ему вряд ли потребуется помощь нежити, чтобы прикончить нас.

– Сюда, госпожа, – Устало указал Рыжик.

Мы прошли под небольшой аркой мимо тлеющих гобеленов. Дышать становилось все труднее. В одной из комнат с почти выгоревшим интерьером я заметил еще живого эльфа. Он был действительно живым, а не оживленным, но похоже планировал в ближайшее время помереть. Его лицо было совсем бледным, а сидел он явно в луже собственной крови. Рядом красноречиво лежала туша оборотня.

– Эссен нетхем эн элиар! – Едва слышно произнес он.

– Мы должны помочь, госпожа…

У меня в голове тут же возникла масса аргументов "против", но все они были известны Рыжику и явно пятнали мою гребанную репутацию героя в его глазах. К тому же я сам едва дышал и был только рад любой возможности передохнуть, даже если эта возможность могла обернуться смертью.

– Нужно зелье, – Выдохнул я, не уточняя кому именно.

– Я поищу!

Лишь мимолетно взглянув на эльфа, с тоской глядящего на нас, я встал в проеме двери с мечом наготове. Рыжик ковылял из комнаты в комнату, обыскивал трупы, но по большей части они принадлежали монстрам, а те что-то как-то не носили с собой зелий.

– Только силен-корень…, совсем чуть-чуть, – Рыжик, продемонстрировал мне свою скудную добычу.

Вероятно, эльфы или северяне уже опустошили местные запасы зелий, и теперь нам здесь ловить было нечего…. Возможно, этот силен-корень весь наш запас лекарств на предстоящую битву. Мы оглянулись на эльфа и почти синхронно вздохнули. Его глаза остекленели, явно давая понять, что в лечении он больше не нуждается.

– Съешь сам, – Предложил я Рыжику и потащился дальше по коридору.

Теперь мы почти не останавливались. Изредка переводили дух или обыскивали шкафы и трупы на предмет зелий. Исцеляющих нашли всего ничего. Парочку из них Рыжик убедил выпить меня, в надежде, что они вернут мне магические силы, но чуда не случилось. Теперь мы могли надеяться только на мой меч и магию Рыжика в неминуемой встрече с Амероном. В том, что она состоится, мы не сомневались. Рыжик вдохновенно рассуждал, что если некромант действительно вернулся во плоти, то быть может, мы сумеем одолеть его окончательно. Мои прогнозы были не такими радужными, хотя я невольно задумывался над тем, что грядет мой финальный бой с босом игры. Мы брели по башне, собирая «аптечки», тут же в изобилии можно было найти самое разное оружие, и я даже нашел себе новую рубашку, которую сразу надел, пока Рыжик караулил окрестности. Все складывалось как в игре, и я даже вообразил себе, как одолев Амерона уже без каких-либо проблем смогу добраться до Разлома, войду в него и окажусь дома. Все это походило на заманчивую перспективу за исключением того, что меня снова стали посещать сомнения в реальности моих друзей. Здесь я снова был в компании своего верного бота, а что случилось с остальными, не имел представления и невольно стал ощущать прежнее одиночество. Как будто из онлайн режима перешел в офлайн, и рядом больше не было реальных игроков, только боты и монстры. Впрочем, живых монстров нам встречалось не много, зато время от времени попадались эльфы. Не найдя с нами общего языка, они настороженно провожали нас взглядами держа оружие перед собой. Лишь один решился заговорить с нами, но я ничего не понял из его речи. С ним было около дюжины товарищей, которые, по всей видимости, и прикончили большую часть монстров в башне. По богатой броне Рыжик опознал терискольдов, хотя к ним явно присоединились и эльфы из других кланов. Заметив, что мы ни слова не понимаем, они тыкали на окна башни, и только когда речь зашла о керагривцах, я понял, что они собираются вернуться на площадь и эвакуироваться. Идея была заманчивая, тем более что с каждым шагом наверх мы не могли не думать о том, что башня когда-нибудь закончится, а летать мы не умеем. Но страх перед неизвестным впереди был куда меньше, чем страх перед известным, поджидавшим внизу. Как могли, жестами мы попытались рассказать эльфам об Амероне, но либо они ничего не поняли, либо сочли некроманта всего лишь очередным не шибко страшным монстром и поспешили проститься с нами. Глядя им вслед, я подумал, что мы могли бы с этим отрядом проскочить мимо Амерона, но пока я решался, отряд уже ушел.

– Нам стоило пойти с ними, – посетовал Рыжик.

Возможно и так, но через несколько минут, когда мы добрались до самых верхних этажей, прежде занятых дозорными, до нас донеслись отчетливые крики и звон стали. И то и другое оборвалось очень быстро, уступив место почти звенящей тишине. Мы больше не жалели о своем решении двигаться дальше. Кроме того, теперь мы знали, что Амерон совсем близко.

На верхних этажах почти все выгорело, но осталось несколько огнеупорных тварей. В основном валькарди, жирный, напоминавший осьминога размером с человека, раглуг и отвратительная, стелящаяся по земле безымянная тварь, нечто вроде внебрачного ребенка человека и трилобита. После гибели эльфов адреналин во мне был на пределе, и я встречал врагов уже чисто автоматически: вскидывал меч, парировал удары, втыкал клинок в разверзнутые пасти и рубил конечности. Раны, которых избежать не смог, тревожили меня лишь по началу, но покончив с монстрами и помня о самом главном отморозке, что следовал попятам, я стискивал зубы и шел вперед. Зелья, которые нам удалось найти, очень быстро иссякли, в отличие от проникшей в каждую клетку усталости. Утешало только то, что едва мы отдалились от некроманта, как шум у меня в голове прекратился. Возможно, это что-то значило, но я не мог понять, что именно.

– Госпожа.

– Да, Рыжик.

Одолев свору врагов, мы забрались в какую-то кладовую, поискать еще зелий, перевязать раны и перевести дух. С первым ничего путного не вышло, а для полноценного отдыха мне точно понадобиться не меньше недели…

– Почему вы не рассказали эльфам об Амероне? Я имею в виду, на их языке.

Этот вопрос застал меня врасплох. Я взглянул на Рыжика, смотревшего на меня невинными глазами ребенка, в которых все же таилось какое-то подозрение. Я бы мог ответить, что не владею диалектом терискольдов, но слишком устал для очередного вранья и, предвидя скорый конец нашего путешествия, признался:

– Я не знаю эльфийского, Рыжик.

За этим бы стоило рассказать и остальную правду, исповедаться перед Рыжиком, будто перед священником, но у меня не было на это сил, да и времени потребуется явно больше, чем у нас было.

– Но…, – Удивился Рыжик, – Ваши слова…

– Это матерный язык, – Перебил я.

– Матерный?

– Специальный язык, чтобы выражать особенно сильные чувства.

Как ни странно, но тема разговора внезапно позволила мне слегка расслабиться. Я в кино такое видел, когда перед неминуемой смертью герои начинают трепаться о всякой ерунде.

– Ох, теперь я, кажется, понимаю, – Чуть улыбнулся маг, – А меня вы можете ему научить?

Невольно засмеявшись, я решил, что это, пожалуй, самое подходящее время, но ответил иначе:

– Тебе уже что-то из него известно. Остальное подтянем…, если выживем.

– Ловлю вас на слове.

Мы снова выбрались в коридор, осторожно приглядываясь к теням. Чем выше мы забирались, тем больше шорохов слышали. Я надеялся, что это всего лишь ветер заигрывает с черепицей или чем-то подобным, но вполне могло оказаться, что на местном чердаке образовалось гнездо какой-то кровожадной поеб…ни. Впрочем, звуки снизу настораживали куда больше. Теперь оттуда не доносилось ни криков, ни стонов, только скрежет, звон металла редкими нотами и тихий, почти неуловимый шелест шагов.

– Рыжик, как думаешь, это, правда, настоящий Амерон? – Спросил я, когда мы поднялись на последний этаж.

Дальше был только широкий темный коридор, заставленный всем тем, что могло понадобиться дозорным на крыше. Рыжик запалил магией пару факелов, обеспечив мне обзор и в очередной раз заставив тосковать по своим способностям. В дрожащем сумраке я разглядел коробки и бочки, из полезного нашлись только луки и стрелы к ним. Я тут же вообразил, как поднявшись на крышу, обстреливаю кружащего в небе дракона. В обычной игре это было бы вполне традиционным испытанием, но здесь…, скорее дракон нас изжарит, едва мы поднимемся наверх. Возможно именно здесь, дабы не мозолить глаза ящеру, нам следовало встретить Амерона.

Маг покачал головой:

– Я не знаю, госпожа. Прежняя проекция была очень сильной. Она перебила почти всех эльзилатов, а эта…

Рыжик утер глаза, которые внезапно стали мокрыми.

– Ты чего, Рыжик?

Маг всхлипнул:

– Он очень силен, госпожа…, я…, я боюсь подвести вас.

Рыжик взглянул мне в глаза:

– Вы остались без магии и мои силы уже на пределе, а там…, – Он кивнул на небольшую лесенку, ведущую на крышу башни, – Там ведь некуда больше бежать. Я не должен был пускать вас сюда!

– На площади тоже было не безопасно.

– Но…

Едва осознавая, что делаю, я подошел к Рыжику и взял его за руку. Он робко опустил глаза, утерев нос. Мне вспомнился тот бестолковый чудаковатый пацан из дома послушника Игзигаля, одним своим присутствием вызывавший раздражение. Тогда я даже вообразить не мог, сколько всего нам будет суждено пережить вместе и насколько полезным товарищем он для меня станет. Безусловно в Рыжике еще сохранились черты того парня, но теперь мне нужно было приглядеться, чтобы увидеть их за обликом умелого мага, не раз спасавшего мне жизнь.

– Вы улыбаетесь, госпожа? – Удивился Рыжик, подняв взгляд.

– Вспомнила нашу первую встречу.

Рыжик, всхлипнув, тоже улыбнулся, робко спросив:

– Я был невыносим, да?

– Определенно, – Не стал спорить я.

– Ох…

Рыжик тяжко вздохнул, утерев глаза.

– Но и я не подарок.

– Это не…

– Послушай, – Я положил руки магу на плечи, – Мы всегда выбирались из передряг, выберемся и сейчас.

– Но…

– И если ты сейчас утрешь сопли и возьмешь себя в руки…, я подарю тебе поцелуй.

Конечно, то мужское во мне, что еще осталось, твердило, что эта речь призвана унять панику союзника, без которой итак хватало забот, но женская, более чувствительная часть меня была искренне убеждена, что Рыжик заслужил этот подарок больше, чем кто бы то ни было. Даже я, несмотря на все пережитое едва ли мог надеяться на поцелуй Санрайз. Как бы ни складывались наши с ней отношения, я всегда оставался проблемой для нее, в отличие от Рыжика…

Всхлипы тут же прекратились. Маг смотрел на меня, как ребенок, которому обещали сладость. На его губах дрогнула улыбка:

– Вы не должны…

– Не должна, – Спешно кивнул я, – Но хочу отблагодарить тебя.

Конечно, я надеялся, что когда мы сбежим из Скирата, он не сразу вспомнит о моем предложении, а если и вспомнит…, черт, да если мы выберемся, я его точно зацелую! И плевать на все предубеждения! Внезапный прилив оптимизма развеялся, когда в моей голове снова угрожающе зашелестел голос. Он походил на шипение радио, когда никак не удается поймать волну. Впрочем, сейчас настраиваться у меня точно не было времени:

– Бежим, Рыжик!

– Я с вами, – Тут же кивнул маг, – До самого конца, каким бы он ни был!

Мы бросились к лестнице. Люк на крышу оказался заперт, но нарастающий гул в голове и паника, помноженные на острый меч, освободили нам дорогу на свежий воздух. Я выскочил из люка первым и тут же огляделся. Мы оказались на большой круглой крыше, продуваемой порывистым холодным ветром и слишком похожей на арену. К счастью, врагов на ней не наблюдалось. Я, освободив дорогу Рыжику, осмотрел мрачное небо, укрытое тяжелыми тучами все не желавшими расходиться. Дракона видно не было, но и керагривцев тоже. С вновь подступившим отчаянием я примирялся с мыслью, что эту «арену» покинут не все. Либо мы, либо Амерон. Снова подкрались злые, болезненные мысли о том, что мои друзья все это время были бредом, ведь их нет со мной здесь в конце всего этого безумия! От обиды мне захотелось кричать, но Рыжик меня опередил.

– Госпожа!

Он буквально отскочил от люка в крыше. Я уже знал, кого нам следовало ожидать, и снова задумался о капитуляции и переговорах, но оглянувшись, был вынужден в очередной раз оставить эти мысли…

– Вот бл…ть! – Сорвалось выражение на специальном языке для выражения особенно сильных чувств.

Плавно, почти танцуя, из люка выбралась угольно черная тень коллекционера. Я никогда прежде не подумал бы, что встреча с Амероном окажется предпочтительней, но в этот момент думал именно об этом. Едва ли этот демон примет нашу капитуляцию и уж тем более согласится на переговоры.

– Держитесь за мной, госпожа, – Предложил Рыжик, отступая все дальше от люка и монстра.

Я поднял меч, хотя знал, что проку от него не будет. Вся надежда была на то, что Рыжик сумеет прогнать тварь, ведь ему это однажды как-то удалось…. Несмотря на желание держаться от твари подальше, я встал рядом с Рыжиком:

– Я прикрою.

Рыжик кивнул мне, чуть улыбнувшись, и тут же с криком выпустил в демона молнию. Шлейф вышел откровенно слабый, но все же демон чуть отступил. Я помнил, как стремительно нападали эти твари в Мисталире, но сейчас коллекционер медлил, будто дразня. Он покачивал головой, словно изучая нас, и даже после атаки Рыжика не спешил нападать. Тогда маг атаковал снова. Молния охватила лоснящееся чернотой тело, заиграла бликами, но иссякнув, нисколько не навредила монстру.

– Как же мочить этих тварей?! – Завопил я в отчаянии.

– У меня нет сил, госпожа, – Снова заревел Рыжик.

Я ухватил его за шиворот и поволок к бордюру башни.

– Держи его на расстоянии!

Кинувшись к краю башни, я посмотрел вниз с головокружительной высоты. Бой на площади еще продолжался и к своему облегчению, едва ли не радости, я заметил керагривцев кружащих чуть ниже. Эльфы еще были здесь! Они продолжали спасать своих воинов! Я видел, как керагривцы взмывают с площади и на бреющем полете над самыми крышами города устремляются прочь. Дракону на такой высоте было не развернуться, и теперь он кружил над самим городом, выхватывая добычу попроще. Я не представлял, как привлечь к себе внимание эльфов, потому просто завопил во всю глотку:

– Помогите!

Мне ответил только треск молнии и стон Рыжика. Я тут же оглянулся. Маг оказался в опасной близости с коллекционером и явно не мог его остановить. Бросившись на помощь, я взмахнул мечом и в последний момент спас шею Рыжика от острейших когтей твари, но в этот раз демон не медлил и второй рукой наотмашь врезал мне. Я на мгновение увидел небо, а после сильно треснулся головой о жестяную обшивку крыши. К счастью, сознание меня не покинуло, зато меч отлетел в сторону.

– Не смей! – Взревел не своим голосом Рыжик.

Снова затрещала молния, на этот раз куда более мощная, чем прежде. Коллекционер зашипел, отскочив в сторону, и снова бросился на мага. Несмотря на дикую усталость и боль в затылке я поднялся на ноги в одно мгновение и, прихватив меч, снова оказался между демоном и Рыжиком. Мне удалось угодить твари по руке и отрубить ее. Я знал, что это не повод для радости, но еще пару мгновений на размышления нам удалось отыграть. Все, что пришло мне на ум, пока монстр заново отращивал конечность, это обойти тварь и броситься обратно в люк, но если там поджидал Амерон?

– Помогите! – Снова завопил я.

Хоть кто-то, хоть кто-нибудь!

– Госпожа, я отвлеку его! – Уже задыхаясь, выдавил Рыжик, – Бегите назад к люку. Бегите прочь из башни!

Словно поддерживая план Рыжика, тварь кинулась на него в обход меня, но я не мог позволить другу сражаться с демоном один на один и атаковал снова. Коллекционер уклонился от моего выпада и внезапно оказался за спиной Рыжика, всего одно мгновение ему потребовалось, чтобы пырнуть мага острым и длинным как спица когтем. Рыжик взвыл и только после запоздало отскочил. Ему не хватало прыти, как и мне, а демон крутился вокруг нас как кот вокруг едва живой мыши. Он будто намеренно оставлял мне доступ к люку, но я не мог бросить Рыжика. Я кидался на тварь, почти без перерыва призывая помощь. Раз или два мне вскользь досталось когтями коллекционера, но куда больше его внимания было сосредоточено на Рыжике. Только когда в очередной раз он, взмахнув лапой, отбросил меня на землю, я задумался о причине такой дискриминации. На мне уже не осталось ни одного живого места, но Рыжику досталось больше. Его балахон усеяли новые пятна крови и все, что удерживало коллекционера от расправы над магом, это его жалкие вспышки молнии, да мои не менее жалкие попытки оказаться между тварью и другом.

– Иди ко мне, зараза! – В отчаянии заорал я, когда Рыжик, сделав пару неуверенных шагов от монстра, внезапно оступился и припал на одно колено.

Я почти на четвереньках кинулся к демону. Кровь стучала в висках, отгоняя страх. Шум в голове заглушал здравые мысли, но я все равно ни чем не мог помочь, лишь оттягивал неизбежное и то на какие-то секунды!

Коллекционер внезапно ударил Рыжика ногой, повалив на землю как мешок с картошкой. Мне как-то довелось видеть жуткие записи издевательств боевиков над пленными и то, что происходило прямо на моих глазах очень походило на тот кошмар. Будто озверев, я вскочил на ноги и снова бросился в бой только для того, чтобы подарить Рыжику еще пару мгновений жизни. На этот раз меня встретил серьезный удар, от которого я точно отключился, поскольку падения на землю не запомнил, хотя очнулся уже на ней. Голова стала тяжелой как камень, с виска стекала теплая кровь. До меня доносились слабые и весьма глупые крики Рыжика, призывающие меня бежать. Сука, мне даже дышать больно, какие бежать?!

Уже без сил я дожидался, когда голос Рыжика затихнет, возвещая о его смерти, но этого не происходило…. Передо мной внезапно возникли ноги коллекционера, расплывающиеся плотной объемной тенью. Ясно, монстр решил сперва добить меня. Пох…й, я слишком зае…ался!

– Давай, – Тихо и невнятно пробормотал я, прислушиваясь к шелесту в голове.

– Нельзя сдаваться, госпожа, – Выдохнул Рыжик, – Вы не должны попасть в руки Амерона.

– Живой я ему явно не достанусь, – Обреченно улыбнулся я.

– Этот демон…, он не убьет вас.

Это заявление показалось мне крайне спорным, и я даже нашел в себе силы приподняться и взглянуть на коллекционера, который стоял над нами, словно страж. Прежде эти твари себя так не вели…

– Тролль, госпожа…, – Словно в бреду выдохнул Рыжик.

Я перевёл взгляд на мага, который лежал рядом, прижимая руку к одной из многочисленных ран. Он смотрел на меня очень серьезно, словно пытался донести важную мысль и боялся не успеть.

– Вы помните тролля?

– О чем ты Рыжик?

– Амерон взял под контроль тролля в шахтах…, вы помните?

Я снова уставился на коллекционера. Мне никогда не доводилось видеть этого монстра мертвым, и я даже не был уверен, что его можно убить и уж тем более контролировать, но, похоже, именно на это намекал Рыжик!

– Он заберет вас, госпожа! – Внезапно зарыдал Рыжик, – Но я не позволю!

В моей голове судорожно заметались мысли. Среди них была одна, способная нас вытащить, но я никак не мог ее уловить.

– Пока я дышу, он вас не тронет!

Рыжик рычал все громче, словно заклинание, а меня внезапно озарило! Мне удалось ухватить мысль, и я едва не подскочил от нее. Если Амерон управляет коллекционером, значит, он может нас видеть и слышать!

– Стой! Я сдаюсь! – Крикнул я демону в лицо, медленно поднимаясь с поднятыми руками.

Бежать больше некуда и другого способа выжить у нас просто нет!

– Нет, госпожа!

Я уже почти убедил себя, что у нас еще будет шанс выбраться, когда Амерон пленит нас, но внезапно Рыжик спутал мне весь замысел. Он бросился между мной и коллекционером, вложив в магическую атаку должно быть все силы, какие остались. Молния, пронзив демона, растянулась аж до противоположного края башни и на мгновение ослепила меня. Когда я вновь обрел зрение, коллекционер стоял на прежнем месте, будто слегка оплавленный. Словно в каком-то забытье я медленно провел взглядом черту от плеча монстра, по руке с когтями, почти целиком уходящими в грудь Рыжика. Маг смотрел на коллекционера, медленно моргая, словно пытался угадать за мерзкой маской кого-то знакомого. Демон резким, коротким движением вынул когти из груди моего товарища и медленно отступил, словно робот.

– Нет! Сука, нет!

Я поймал мага на руки, мгновенно вымокшие от крови. На его лице застыло удивленное и невыразимо печальное выражение. Он совсем не жалел о своей жизни, которая стремительно угасала в нем. Печаль в глазах была только от того, что он больше не может меня защитить. Страх от того, что он оставляет меня один на один с монстром буквально был написан на его лице.

– Простите меня.

Я лишь мельком взглянул на тварь, убедившись, что она замерла по воле некроманта. Мой взгляд метался вокруг в поисках хоть какого-то корешка способного исцелить Рыжика. Я чувствовал, как глаза наполняются слезами: часть из них проливала моя женская чрезмерно чувствительная ипостась, но и Дима ревел…, ревел от злости, которая копилась все то время, что я провел здесь. Во мне разбухала просто невероятная обида, от которой мне хотелось придушить коллекционера, тварь, которую не брали ни мечи, ни магия, придушить голыми руками! Я уже даже начал подниматься, но меня остановил Рыжик, робко протянув ко мне руку.

– Вы должны бежать…

Я только бессильно помотал головой, позволив пальцам мага коснуться моего лица. В такой малости я не мог ему отказать. Казалось, все то время, что мы были знакомы, он тянулся ко мне и вот только теперь смог прикоснуться.

– Мои чувства к вам невероятно сильны. Есть в вашем матерном языке слово для самых сильных чувств? Остальные я наверно уже не выучу….

– Заткнись Рыжик! – Сквозь зубы прохрипел я, ощущая, как по щекам стекают слезы, – у тебя остались зелья, коренья, хоть что-нибудь?!

Я зло выплевывал эти вопросы, а сам уже забрался под балахон Рыжика, пытаясь найти озвученное.

– Там…, – С трудом выдохнул Рыжик, – Слева, в кармане… у самого сердца.

Карманов у него было полно, но указанный я нашел быстро.

– Здесь нет ничего! – В отчаянии выдавил я.

– Есть…

– Только пергамент!

– Он и есть…

– Это заклинание?

Я торопливо достал кусок пергамента. Рыжик улыбнулся:

– Самое сильное.

На изрядно потрепанном клочке я увидел зарисовку какого-то монстра, но с другой стороны был целый абзац текста.

– Это не то, Рыжик! здесь…

Я смотрел на слова, но не мог разобрать их из-за проклятых слез. Раздражено утерев их, я взглянул на Рыжика. Его взгляд на миг словно прояснился, суровость, осевшая на лице за все время наших скитаний, отступила, отчего он снова превратился в парня из дома Игзигаля. Только в глазах больше не было юношеского восторга, одно лишь всеобъемлющее и теплое чувство, для которого в моем матерном словаре едва ли найдется слово…, зато в обычном оно имелось.

Рыжик коснулся пергамента в моей руке и едва слышно произнес:

– Оно не спасет меня от смерти, но помогало мне жить, все это время…

Какое-то время он еще смотрел мне в глаза, затем его взгляд скользнул к небу и замер, ожидаемо, но внезапно и навсегда.

– Рыжик…, – Тихо позвал я, уже зная, что он не отзовется.

В бессилии я опустил голову, все еще сжимая руку друга. Не знаю, сколько я так просидел, но постепенно я все больше давал волю злости, кипевшей внутри, пока она не уровнялась с грустью и отчаянием, а после и превзошла их. Только тогда я смог двигаться, поднять взгляд на проклятого демона, который, одурманенный некромантом пребывал в каком-то коматозном состоянии. Страха во мне теперь не осталось, не только потому, что коллекционер не планировал меня убивать. Но больше потому, что, умерев, я, возможно, мог вернуть Рыжика, и только эта мысль примиряла меня с потерей друга.

Утерев слезы, я перестал обращать внимание на демона, замершего в двух шагах, и снова развернул пергамент, которым так дорожил Рыжик. Не знаю, что я ожидал прочесть в нем, но точно не то, что прочел…. Это было письмо, даже скорее записка весьма личного характера: «Прости, что испортила твой рисунок, но я должна была поделиться своими чувствами, которые терзают меня изнутри. Мне не просто выразить их, глядя тебе в глаза, и всякий раз я теряюсь, отталкиваю тебя, хотя желаю иного. Я называю тебя своим другом, но испытываю куда более сильное чувство, думаю, ты поймешь какое, поскольку сама я не могу себя заставить даже написать о нем. Мне важно, чтобы ты знал это, на случай, если нам суждено погибнуть. Прости, что пишу об этом, а не говорю и прошу тебя сохранить мое признание в тайне, ибо мои чувства лишь для тебя и ни для кого другого…».

Это вполне могло быть письмо от тайной поклонницы, любовь которой грела душу Рыжика, но поклонница не была тайной. Она оставила подпись, которую я прочел несколько раз только для того, чтобы осознать смысл слов и все равно они казались мне какой-то невероятной несуразицей:

– «…Навеки твоя, Санрайз».

Даже озвученные вслух, эти слова не укладывались у меня в голове. Я сидел на крыше башни, внизу кипела битва, мертвецы разгуливали по площади вместе с монстрами, рядом со мной безмолвным истуканом стоял демон, тут же рядом лежал мой погибший друг, а я снова и снова перечитывал его письмо.

– «… Навеки твоя, Санрайз».

Не найдя никаких ответов или намеков на какую-то предысторию этого признания, я в отчаянии завертел пергамент в руках. В отношениях с Санрайз я считал себя таким же неудачником, каким видел Рыжика, но неужели они на самом деле… Я не мог в это поверить и едва не порвал в безвольной злобе письмо, но тут мой взгляд зацепился за изображение твари с другой стороны. Оно казалось удивительно знакомым, причем именно изображение, а не тварь. Далеко не сразу до меня стало доходить. Я снова перевернул лист. Без особого труда воскресил в памяти подчерк Санрайз. Я так часто читал и перечитывал ее письма, что запомнить было не сложно. Буквы были совершенно другими! Это писала не Санрайз! Еще раз взглянув на рисунок, я вспомнил форт Даглат, вспомнил, что из бестиария Рыжика пропала страница, и вспомнил, кто ее украл:

– Вот ведь сука!

Сжав письмо в руке, я с жалостью посмотрел на Рыжика. Все это время он верил в ответные чувства Санрайз, согревался лживым признанием на клочке бумаги и погиб, так и не узнав правды. Проклятье, он возможно даже на помощь к нам пришел лишь потому, что верил в любовь Санрайз! Верил в чудесное будущее впереди. Вздохнув и покачав головой, я прикрыл глаза Рыжика. Вспомнив его последние слова, я решил, что возможно это и к лучшему. Рыжик умер на руках девушки, которая ответила ему взаимностью. О такой смерти можно только мечтать. Но с Вероникой я непременно побеседую!

Свернув пергамент, я убрал его за корсаж. Помедлив, я склонился над Рыжиком и легонько коснулся губами его лба, сдерживая свое обещание и прощаясь.

– Скорблю вместе с вами, – Прозвучал холодным металлом знакомый голос совсем рядом со мной.

Страх волной прокатился по моему телу. Я оглянулся на голос, без удивления обнаружив возле люка Амерона. Его брови сошлись в притворной грусти, но лишь на мгновение, а после на его лице снова возникла гримаса самодовольства и превосходства.

– Вы планировали сдаться, – Напомнил он, – Сожалею, что ваш приятель фокусник решил иначе. Возможно, я бы сохранил ему жизнь…

– Этот фокусник уже не раз изгонял тебя! – Зло выпалил я, поднимаясь.

Амерон чуть поморщился и покачал головой:

– Только мои проекции. Впрочем, сейчас это не важно.

Некромант взглянул на коллекционера и протянул ко мне руку.

– Я готов дать вам еще один шанс мирно встретить свою судьбу, но этот шанс будет последним.

Здесь Амерон вряд ли лукавил. Либо я рискну и возможно выживу, либо коллекционер одним движением завершит мою жизнь. Впрочем, моя жизнь сейчас занимала меня мало. Игнорируя протянутую руку, я смотрел на некроманта:

– Если ты заберешь мою душу, что будет с этим телом?

Амерон чуть удивленно вскинул бровь:

– Без души тело не живет, но я не стану обращать вас в нежить, если вас это беспокоит.

Возможно, Амерону многое было известно о нас, но кое-чего он мог не знать и почти наверняка не знал.

– А что если в теле… две души?

Может быть, если некромант проведет свой ритуал прямо сейчас, заберет мою душу, то Санрайз тут же вернется в свое тело и сможет продолжить жизнь в своем мире без непрошенного соседа? В этом случае я мог бы попытаться убедить некроманта забрать только меня и сохранить жизнь Санрайз!

Глаза Амерона превратились в две щелки. Он словно сканировал меня, пытаясь разглядеть обе души засевшие в одном теле.

– Похоже, вы куда загадочней, чем я думал прежде. Уверяю вас, разгадывать загадки я умею и, если пожелаете, смогу решить и вашу.

Он как будто и вправду сумел разглядеть мой секрет, хотя возможно он был написан на моем лице вместе с надеждой на решение. И все же это был не тот ответ, который я надеялся услышать. Мне не просто было довериться добряку Салиму, а о доверии Амерону и речи не могло идти. Если бы на кону стояла только моя жизнь…

– Вы ведь хотите вернуться в свой мир…

– А чего хочешь ты? – Резко спросил я, – Только не надо заливать про избавление от Разлома, мир, дружбу и жвачку! После того, что ты здесь устроил, я в эту хрень не поверю!

– Смею вас заверить, что всего этого бы не случилось, если бы короли пожелали со мной сотрудничать.

Звучало не слишком убедительно, и некромант, слегка наклонив голову, признался:

– Впрочем, если вы сомневаетесь в моих благих намерениях, могу вас заверить, что в убытке от их воплощения я не останусь. Разлом уникальное место, миледи, средоточие магии… Я не тешу себя надеждой, что вы способны осознать возможности, которые скрываются в павшем Асагрионе, да вам это и ни к чему, ведь ваш путь лежит в иной мир. Но будьте уверены, я найду, чем вознаградить себя за труды по ту сторону Барьера.

Теперь слова Амерона звучали убедительней.

– И там, в Асагрионе, есть… выход? – Медленно словно зачарованный речью некроманта спросил я.

Амерон снова протянул ко мне руку:

– Вы можете узнать это вместе со мной.

Над нами внезапно сверкнула молния, словно подчеркивая значимость момента. Здесь и сейчас я должен был принять решение, на которое у меня просто не было сил. Я не желал начинать очередной бой, но в тоже время от усталости был готов умереть. Впрочем, сейчас я думал вовсе не о собственном самочувствии. Я посмотрел на Рыжика, уже мертвенно бледного, мирно лежащего у меня в ногах. Мне безумно хотелось, чтобы он был рядом живой. Возможно, все мои друзья уже мертвы и даже оживлены личами, и если я погибну, то мы вернемся на несколько часов назад. В то время, когда Рыжик был еще жив…. Или я могу довериться маньяку, который носился за мной по всему миру и теперь желает завладеть моей душой. Рыжик отдал жизнь за то, чтобы этого не случилось. Возможно, если бы не он, я бы не набрался смелости для непростого решения, но его мне было искренне жаль. Кроме того, в голове тревожно пульсировала мысль: что если вместо моей, Амерон получит душу Санрайз? Что если не она, а я останусь в этом теле и в этом мире навсегда?

– У вас нет выбора, миледи, – Нетерпеливо напомнил некромант.

Явно повинуясь его воле, коллекционер поднял когтистые лапы. Я все смотрел на Рыжика, опрометчиво кинувшегося в бой, лишь бы я не достался Амерону. Черт, как просто было в обычной игре начать все заново, и как не просто это было здесь! Я бы мог покончить с собой, и наверно стоило бы, но никак не мог решиться. Наконец, я отвернулся от Рыжика и взглянул на светлеющее небо за спиной. До бордюра было всего шагов десять. Не уверенный до конца в том, что Санрайз останется жива после сделки с некромантом, я потерял всякое желание с ним договариваться. Но и становиться нежитью марионеткой в его армии мне тоже не хотелось. Возможно если я расплескаю свои мозги по брусчатке в нескольких десятках метров внизу, из меня нежити уже не слепишь, как бы Амерон не пыжился?

Внезапно почти у самой крыши башни я увидел целую стаю керагривцев! Они судорожно махали крыльями, унося раненых эльфов к светлеющему горизонту. Так близко, что я не выдержал и бросился к бордюру, закричав:

– Помогите!

В тот же миг коллекционер кинулся за мной. В последний миг я развернулся и отразил его удар когтями, но тварь будто очнулась от сна и теперь с обидной небрежностью перехватила мой клинок и, навалившись всей своей полуреальной тушей, прижала меня к бордюру. Отвратительная морда, с черными, словно колодцы, глазами и чудовищным оскалом замерла у меня перед носом, пуская слюни между клыками.

– Глупо, миледи, чрезвычайно глупо!

Стиснув зубы, я пытался отпихнуть от себя демона, но он держал крепко. Тем временем, Амерон неспешно подошел к нам.

– Я рассчитывал на ваше сотрудничество. Это бы сильно упростило поиски ваших друзей, но ничего, если они друзья хорошие, то непременно явятся за вами. К тому же наши пути лежат в одном направлении.

Некромант отошел на пару шагов и снова призвал портал. Вернувшись, он взглянул на меня крайне жутким взглядом предвкушающего пытки палача:

– А пока мы будем ждать, я с большим интересом изучу обе ваши души.

Осознав, какую глупость совершил, я в отчаянии завыл сквозь зубы, пытаясь вырваться. Я бился в истерике, словно безумный и в какой-то момент хватка коллекционера внезапно ослабла! Он вздрогнул и отступил на шаг. В его жуткой морде торчало сразу две стрелы! Я видел, как вздрогнул и заискрился воздух вокруг Амерона, когда стрелы полетели в него. Они бились о защитный барьер вокруг мага, не причиняя ему вреда, зато я избавился от хватки коллекционера! Я знал, что стрелы ему нипочем, но тут же повинуясь порыву бросился на демона. При мне не было оружия против монстра, и я сделал единственное, что пришло мне на ум. Во мне почти не осталось сил, но оттолкнувшись от стены я получил сногсшибательное ускорение и врезался в тварь. К такому порыву наглости коллекционер готов не был и, засеменив по инерции назад, влетел в портал Амерона. Я понятие не имел, как устроен этот портал и чем для меня обернется эта отчаянная атака, но результат меня полностью удовлетворил: демон скрылся в портале, в неведомых еб…нях. Я замер лишь на миг, оглянувшись назад. Эльфы на керагривцах развернулись к башне и посыпали ее стрелами. Двое уже оторвались от стаи и стремительно приближались ко мне. Я уже почти поверил в спасение, когда Амерон, нарочито небрежно вскинул руку и призвал целое облако каких-то неведомых стрекочущих насекомых. Рой тут же ринулся навстречу эльфам. Тому, что уже почти добрался до края башни, не повезло стать первой жертвой. Я не желал тратить время на созерцание чужой смерти, но хватило одного мгновения, чтобы эльф вместе с керагривцем обратились в обглоданные скелеты, которые тут же стремительно полетели к земле. А рой уже направился к его товарищу!

– Нет! – Сорвалось с моих губ, когда всадник спешно развернул керагривца и устремился прочь.

Остальные и вовсе не рискнули приближаться к башне. Задержавшись лишь на время, пока их нагонит товарищ, эльфы устремились прочь.

– Нет, не бросайте меня! – Завопил я.

Но едва ли они слышали. Зато услышал Амерон. Только он развернулся ко мне, сверкая своей безобразной улыбкой, как я бросился к люку. Крыша у меня под ногами вздрогнула, подбросив меня в воздух. Я оступился и покатился, не достигнув цели всего на каких-то полметра. Мир вокруг вертелся, меч отлетел куда-то в сторону, снова накатила тошнота и неуемный голос в голове, понять который казалось невозможно. Амерон что-то сказал, но я не разобрал слов, да и не старался, предвидя, что это очередное язвительное замечание. Безумно хотелось сдаться, просто не вставать, смотреть в небо и пусть, если ему угодно, Амерон сам тащит меня в свое паучье логово! Но мой взгляд уперся в лежащего рядом Рыжика. Я не мог подвести его…, не мог подвести Санрайз! Не поднимаясь, я дополз до люка, уже схватился за его крышку, но тут же вздрогнул и заорал от дикой боли в ноге.

– Вы сами вынуждаете меня проливать кровь! – Послышался голос некроманта.

Я свернулся в клубок, обнаружив здоровенную сосульку в бедре. Она растаяла прежде, чем я успел выдернуть ее из ноги, оставив после себя неплохую дыру, а в руке некроманта уже блестела новая.

– Вы все! Кеол, Нартагойн, даже этот идиот Кранадж!

Надменная сдержанность на лице некроманта впервые дала слабину, и теперь на нем проступило совершенно карикатурное выражение безудержной злости:

– Мир скоро канет в небытие, а вы словно дети не желаете внять гласу разума! Моему гласу!

Уже окончательно смирившись с поражением, я с трудом выдавил:

– Это потому что ты рожей не вышел.

Амерон медленно приближался, и я знал, что уже проиграл. Без сил я лег на спину и окунулся взглядом в черную бурлящую бездну небес. Шелест в моей голове словно стал обретать четкость, сперва он походил на белый шум, потом на невнятное бормотание и вот, когда некромант уже замер надо мной, я вдруг совершенно отчетливо услышал в голове: «Ты вовсе не жалок, Дима». Голос был знаком мне и настолько поразил меня, что я даже не взглянул на некроманта, замершего рядом. Санрайз!

– Санрайз! – Эхом зазвучало уже за пределами моих мыслей.

Голос пролился с неба, а следом за ним над нами пронеслась тень. Еще один керагривец внезапно взвился в темную высь свечой! Он развернулся в самой высшей точке и полетел камнем прямо на нас. Маневр был чертовски безумным, и мы с некромантом, словно зачарованные смотрели на приближающегося воина. Казалось, он планировал просто протаранить Амерона, но к изумлению некроманта, и моему восторгу, всадник внезапно атаковал некроманта молнией! Сверкающий пурпурный луч ударил прямо между мной и Амероном. Вспышка на миг ослепила меня, а когда я снова прозрел, то едва не завизжал от восторга, разглядев на крылатой твари Дарлиса! Невероятно ловко и умело он кружил над нами, поливая Амерона магическими лучами из посоха, некогда принадлежавшего миньону! На моих глазах выступили слезы, а где-то внутри снова ожила уснувшая, было, надежда. С трудом я приподнялся на локтях. В моей голове все еще звучали слова Санрайз, неведомо откуда взявшиеся и они придавали мне сил. Пока Игорь закладывал виражи над нами, отвлекая некроманта, я сумел подняться на ноги. Правая держала с трудом и сочилась кровью из пробитого бедра, но я не желал сдаваться. Раз уж шансов уцелеть у меня почти нет, то живым я Амерону точно не дамся! У меня даже родилась отчаянная мысль прикончить некроманта. Теперь, когда со мной был Дарлис, я внезапно поверил, что это возможно. Но Амерон очень быстро избавил меня от этой иллюзии. Одного магического посоха было явно недостаточно, чтобы одолеть некроманта. На каждую атаку Игоря, он отвечал целой серией магических молний, от которых Дарлис уворачивался лишь чудом. Такое везение долго длиться не могло, а приблизиться ко мне и забрать меня, Дарлис не мог.

– Тебе придется прыгать! – Прокричал Дарлис, подпустив керагривца поближе к крыше.

Амерон тут же выпустил новый рой своих жуков-пираний, но Дарлис смог выжечь почти всех с помощью посоха и умчался далеко за пределы магических атак некроманта. Я решил, что Дарлис предложил мне вариант, который я уже рассматривал: просто разбиться насмерть и загрузиться по новой. Да уж, не такой помощи я от него ожидал!

Амерон развернулся ко мне и без лишних слов атаковал меня снова каким-то замораживающим шлейфом. Я едва сумел увернуться, тут же рухнув из-за раненного бедра. Над нами снова пронесся Дарлис и только благодаря ему Амерон не заморозил меня к чертовой матери.

– Справа! Я поймаю! – Крикнул Игорь, снова заходя на вираж.

Теперь его план стал понятен, хотя легче от этого мне не стало. Правая нога вся онемела и вымокла от крови, я едва мог ступать на нее, а до бордюра нужно было взять разгон. Но бросится с башни в надежде на спасении, было куда легче, чем просто броситься с башни. Теперь Дарлис почти без перерыва поливал Амерона огнем, вынуждая его уйти в оборону. Отбросив все сомнения, я сосредоточился только на том, чтобы подняться и добежать до бордюра. Бросив последний взгляд на Рыжика, я, стиснув зубы от боли, рванул к барьеру справа. Дарлис все еще кружил над Амероном, я видел краем глаза вспышки магических атак, но когда я был на середине пути, вспышки прекратились. Оглянувшись, я заметил, как Дарлис нервно отбрасывает посох прочь и буквально в последний момент ускользает от огромного языка пламени, пытавшегося слизать его с неба. Едва Игорь увернулся, как Амерон развернулся ко мне.

– Не выйдет!

Очередная львиная доза адреналина заставила меня забыть о боли и усталости, я бросился к краю крыши как ужаленный. Шум в моей голове стал снова нарастать, из чего я заключил, что Амерон бросился за мной. Я ждал, что вот-вот он захомутает меня каким-нибудь заклинанием, но видимо он прихватил только смертельные заклятия. Тем не менее, я ощущал, что он буквально у меня за спиной. Впереди был бордюр, который мне нужно было преодолеть. За ним в воздухе завис Дарлис, протягивая мне руку. У нас было всего мгновение до того, как некромант поймает меня или атакует Дарлиса. Я был уверен, что все это время он медлил лишь потому, что Дарлис тоже был нужен ему живым. Но живыми мы не дадимся! Я отринул все мысли о падении. На последнем шаге я искренне пытался убедить себя, что непременно случится чудо, и я взлечу в небо, меня подхватит Дарлис или, в крайнем случае, я эпично приземлюсь в стиле Супермена. Так или иначе, я не погибну, расплескав по земле мозги и кровь, несмотря на то, что именно такой исход мог избавить меня от участи стать живым мертвецом! Но все вышло иначе…

Уже когда я оттолкнулся от бордюра и на какое-то мгновение, словно бы, завис в воздухе, шепот ворвался в мою голову с новой силой и в шуме звенящего ветра, уверенный, что вот-вот разобьюсь насмерть, я услышал совершенно отчетливо удивлённый и напуганный голос Санрайз:

– Дима?!

Дарлис не смог меня поймать. Не потому что ему не хватило прыти или сил. В тот самый момент, когда я уже взлетел в своем эпическом прыжке, в надежде ухватиться за протянутую руку, между нами возникло овальное зеркало портала, заслонив от меня Игоря. Я не разбился насмерть, как планировал и не был спасен, как надеялся. Я угодил в ловушку Амерона, на миг узрев совсем другое место: белый мрамор, расчерченный черными линиями, будто трещинами, и вокруг все было белым, словно из алебастра…. Передо мной на мгновение возникла удивительная картина из стерильного футуристичного мира, но разглядеть его я не успел. Мое падение закончилось жёстким приземлением, после которого незнакомый мир вокруг погас…

Я судорожно вдохнул выбитый из легкий воздух, словно вынырнул из бездны. Вскочив с пола, я даже не сразу осознал, что нахожусь у себя в комнате и, должно быть, целую минуту испуганно озирался по сторонам. Мне казалось, что я очутился в совершенно новом мире и пытался найти взглядом те самые белые плиты, алебастровые стены…, все то, что мне привиделось в портале. В какой-то момент я даже позвал Дарлиса, удивившись собственному мужскому голосу. Паника отступала медленно, и мой привычный интерьер казался каким-то не настоящим. Даже собственное тело, в которое я переместился, ощущалось как криво сшитый костюм. Только через какое-то время я осознал, что прежняя усталость и боль от многочисленных ушибов и ран оставили меня, и я просто привыкал к нормальному самочувствию. Хотя нормальным оно стало не сразу. Сердце в груди бешено колотилось, а в каждом темном уголке комнаты мне мерещился коллекционер. Мною овладел безотчетный страх, что Амерон может достать меня даже здесь, в моем мире! Сперва это была просто тревожная мысль, но теперь я всерьез задумался об этом. Наконец, выровняв дыхание, я опустился на диван и прижал ладони к лицу. Чертов некромант явно многое знает о нас и может быть знает, как добраться сюда…. Мне внезапно показалось, что Амерон каким-то неведомым образом связывает мой мир и мир Санрайз. Прежде я воображал, что наши миры расположены в совершенно разных вселенных на немыслимом расстоянии, а теперь они как будто стали соседними квартирами.

– Черт…

Я выдохнул слишком тяжелые для нынешнего состояния мысли и снова осмотрел комнату. Реальней она не стала, потому что я никак не мог выбраться из мира Санрайз. Я как будто все еще висел там, в воздухе, между крышей башни и брусчаткой площади внизу. Но я знал, что Санрайз уже не в Скирате. Я спасся, вернулся в свой мир, в свое тело, но она…

– Проклятье!

Перед моими глазами снова мелькнули алебастровые плиты с черными трещинами…, море света вокруг, белого как молоко. Это совсем не походило на логово Амерона. Возможно, и не он вызвал портал у меня под ногами? Но кто тогда? В бессильной злобе я врезал по спинке дивана, потом еще и еще, пытаясь унять злость и обиду. Меня душил страх за Санрайз и чувство абсолютной беспомощности. Вишенкой на торте отчаяния были гибель Рыжика и возможное пленение Дарлиса, едва восставшего из мертвых.

Впервые после возвращения домой у меня не было никакого желания что-либо делать. Наоборот, я завалился на диван и уставился в потолок, дав телу отдых, которого так не хватало в Скирате. Несмотря на то, что боли я не ощущал, мне казалось, что раны и усталость в мышцах, никуда не делись. Меня трясло, но скорее от жутких мыслей в голове, нежели от чего-то еще. Это походило на озноб, хотя я вроде был здоров. В этом положении я и провалился в прошлый раз в мир Санрайз…, почти сразу после того, как записал для нее видео…

– Видео!

Даже внезапное озарение о послании, которое Санрайз могла оставить мне, не заставило меня мигом вскочить с дивана. Я только вернулся из безумия битвы и мозг решительно отказывался признавать, что она для меня закончилась. Я буквально вздрагивал, ожидая очередного удара, новых неприятностей, вздрагивал от воспоминаний. Мой собственный мир казался бредом, нелепыми декорациями, которые заслоняли пылающий ад Скирата. Где-то за этим белым потолком кружил мертвый дракон, пытаясь отыскать меня. В коридоре наверняка слонялись монстры и вот-вот ворвутся в комнату. Мои пальцы заскреблись по дивану в поисках меча, но его не было. Я даже снова попытался призвать Призрачный щит, запоздало вспомнив, что в своем мире никогда не владел магией. Похоже, у меня вовсю развивался запоздалый посттравматический синдром…. Закрыв глаза, я пытался прогнать из головы всех демонов, пока, наконец, мой разум не примирился с возвращением в родной мир. Я не мог убедить себя в том, что теперь я в безопасности, но еще хуже мне было от мыслей, что теперь в этом аду оказалась Санрайз.

Заставив себя подняться, я взглянул на стол, где мы обычно оставляли послания друг другу. На нем лежала моя инструкция для записи видео, телефон и письмо, которое Санрайз написала мне раньше. Никаких новых писем… Я должен был проверить телефон, но никак не мог решиться, боясь, что не найду в нем ответа Санрайз. Черт, это было бы справедливо, учитывая, что я не смог написать ей ни слова в ее мире и теперь она не просто оказалась в неизвестном месте, но и ничего не знала о событиях в Скирате! В мой едва оживший разум стали снова пробираться тревожные мысли. Воображение рисовало картины, где Санрайз попадает в лапы Амерона, и он завладевает ее душой…

– Проклятье!

Я ведь мог пойти на сделку с Амероном и отдать ему свою душу! Теперь я был почти уверен, что в этом случае Санрайз бы вернулась в свое тело, окончательно избавившись от паразита Димки. Эта мысль настолько захватила меня, что, едва осознавая себя, я бросился прочь из комнаты в прихожую и как был с телефоном, босиком, нетерпеливо открыв замок, буквально выскочил из квартиры…

– Сука! – От души выругался я, стоя посреди лестничной площадки.

Орлинга за дверью не оказалось…. Я не мог вернуться по собственной воле назад. В этот самый момент, на площадку решил выползти и мой сосед алкаш Колян. Этот вполне традиционного вида мужик со следами былой рабочей гордости в ношеном пальто оказался первым настоящим человеком, которого я увидел спустя долгое время, и он показался мне таким же фальшивым, как весь мой интерьер. Я снова ощутил себя чужаком в собственном доме, а в голове стучала мысль «Я должен вернуться! Я должен спасти Санрайз!».

– Привет, – Кивнул мне сосед, окинув меня чуть удивленным взглядом.

– Иди на х…й! – В сердцах ответил я и вернулся в квартиру.

На душе было так скверно, что я даже не прислушивался к бормотанию шокированного алкаша, которое просочилось через дверь. Медленно, словно в забытье я вернулся в комнату и сел за стол. Какое-то время я смотрел на телефон в руке, будто ждал звонка. Он казался единственным настоящим предметом в комнате, потому что мог связать меня с друзьями. Я бы мог прямо сейчас позвонить им, узнать, живы ли они и где находятся, но прежде я должен был услышать Санрайз. Отринув страх, что она ничего мне не ответила, я, помедлив, снял блокировку и тут же схватился за телефон обеими руками, словно за долгожданный подарок! Я едва не прижал его к сердцу, как делали чувствительные барышни, получая письмо от любимого. Моя скудная галерея пополнилась новым видео поверх того, которое сделал я!

– Она записала ответ!

На какое-то мгновение сам факт ответа настолько меня обрадовал, что я отбросил все тревоги, но очень скоро они вернулись с подкреплением. Что если ее ответ мне совсем не понравится? После всего пережитого в Скирате мне потребовалось некоторое усилие, чтобы вспомнить, что я сам записал на видео. Я бы мог посмотреть свое послание, но не хотел тратить на это время. Вспомнив самое главное свое признание, которое тогда решился записать, после которого лежал почти без чувств на диване… я хотел, как можно скорее узнать ответ Санрайз. Тревога снова заныла в груди едва ли не сильнее, чем при встрече с Амероном, но я решительно нажал на запуск видео Санрайз.

Поначалу это напоминало кошмар: перед моими глазами сидел я, немного нахмурившись и глядя перед собой. За собственным лицом я пытался разглядеть Санрайз, но это было не просто, и только когда зазвучал мой собственный голос, я уловил в нем нечто непривычное: слова будто дрожали от волнения, но не так как дрожали мои, когда я делал запись. Одно лишь обращение сходу дезориентировало меня:

– «Привет, Дима. Это очень странно…».

Я был согласен на все сто, но не мог оторваться от собственного изображения.

– «Я не знаю, работает ли это устройство, но я сделала все, как ты написал. Надеюсь, это не окажется разговором в пустоту».

Мне не свойственно самолюбование и смотреть на себя со стороны я не люблю, но сейчас ловил каждое жест Санрайз, каждую эмоцию на собственном лице. Она говорила о себе от женского лица, несмотря на то, что была в моем мужском теле, но даже не это выдавало ее. С каждой секундой я улавливал все больше деталей мне не свойственных. Санрайз в моем теле сидела совершенно ровно, как сидят прилежные школьницы, в то же время робко и едва заметно сведя плечи. Я никогда так не сидел! Никогда так не поворачивал голову, мне казалось, даже не моргал так! В каждом движении, даже самом незначительном было столько достоинства, сколько от меня сложно было ожидать. Мне казалось, она владеет моим телом лучше меня самого, и наверно так и было. Экономные жесты, спокойная речь. На ее фоне мне казалось, что я записывал свое послание спешно, нервно роняя слова на стол, путаясь и поминутно замолкая, коря себя за неуклюжесть. Да, ей было неуютно, это я тоже заметил сразу, но ее волнение казалось актерской игрой, за которой скрывался совершенно невозмутимый человек. Она, как и я, время от времени замолкала, подыскивая слова, но это всегда было уместно и молчание не казалось неловким.

– «Прежде всего, я хотела поблагодарить тебя за твое послание. Я будто наяву увидела тебя и, что важнее, увидела твою искренность. Я знаю, что она далась тебе не легко…»

Санрайз замолчала, затем чуть отведя взгляд, продолжила:

– «Я верю тому, что ты рассказал о Веронике, хотя история все еще кажется мне не понятной…».

Я не осознанно выдохнул, будто дождался отпущения грехов, хотя и считал себя жертвой в этой истории.

– «Сперва я думала, что ты решил мне отомстить за Салима, но… теперь я уверена, что ты бы не поступил так со мной. В отличие от Вероники. Ее версия хоть и разумно складывалась, звучала фальшиво и все в ней мне кажется фальшивым…».

Слова Санрайз казались безупречно точными, особенно после того письма, которое я нашел у Рыжика. Прервав видео, я задумался, стоит ли мне рассказать о нем Санрайз и только через минуту сообразил, что оно осталось у нее!