Бывший напрокат

Глава 17

Вечер проходит вполне сносно.

Мы сидим в десерт-баре «Минералс», при отеле, в котором мы с подружками невесты забронировали для Ксюши и нас всех номер на эту ночь.

Само заведение великолепное, и полностью оправдывает своё название и цены, которые даже после Московских кажутся мне высоковатыми.

– Нам, пожалуйста, по цезарю, и «Космополитен», для начала, – обворожительно улыбаясь официанту, заказывает Оксана.

– Что предпочитаете на десерт? У нас прекрасные тарталетки с фисташковым кремом.

– Только не тарталетки, – умоляю я.

– Но, ты любишь тарталетки? – удивляется сестра.

– Теперь ненавижу.

– В таком случае давайте пирожные «Белый мрамор», – снова обращаясь к официанту, говорит Ксюша.

– А что не так с тарталетками? – осведомляется бывшая одногруппница, и очень близкая подруга сестры, Амина.

– Это долгая и скучная история, – усмехаюсь я, желая перевести тему. – Лучше расскажи ещё раз ту презабавную историю, как вы познакомились с моей сестрой.

Конечно, я лукавлю, ведь мне совершенно неинтересно опять слушать, как Анисимова напилась на посвящении и случайно окатила Усманову «Мартини». Зато, я избавляюсь от навязчивых расспросов, и отвлекаю от себя внимание. И пока Оксана с подругами смеются над какими-то совместными смешными моментами их жизни, я пригубляю «Космо», и окунаюсь в раздумья.

А думаю я, конечно же, о Левицком. О нашем с ним разговоре.

Я и правда восприняла расставание спокойно, но только при нём. Не показала свою боль. Знала, что он не любил меня и не желала быть в отношениях той девушкой, которая годами цепляется за призрачную надежду, что её однажды полюбят. И понимала, к чему ведут наши ссоры. На одном сексе не продержатся никакие, даже самые крепкие отношения.

Но, Ян поступил отвратительно, пригласив меня в ресторан и порвав именно там. Гораздо проще, если бы мы поговорили дома, без лишних «эффектных жестов». И, вполне возможно, я бы легче пережила разрыв.

Проходит около полутора часов, и спустя три бутылки «Просекко» на восьмерых, мы наконец-то выдвигаемся в сторону ночного клуба. И ночь, в конце концов, начинает набирать обороты.

В клубе, под громким названием «Ибица» красиво. Белая мраморная лестница, по которой мы поднялись на второй этаж, так и сверкает, как будто её начищают каждые десять минут. Стены декорированы фресками, схожими с медовыми сотами, а всё вокруг, даже подсветка ступеней так и кричит о дороговизне данного заведения.

Оказавшись в отдельном зале на балконе второго этажа, я сразу усаживаюсь рядом с парапетом балкона, на мягчайший велюровый диван, серого цвета. Чтобы лучше видеть то, что происходит внизу. А посмотреть есть на что: на сцене выступают танцовщицы в сверкающих нарядах, прямо под сценой находится барная стойка, где бармены устраивают настоящее шоу. Внизу полно народа, и я мысленно радуюсь, что мы всё же заказали столик наверху, а не на первом этаже у танцпола.

Как только Анисимова заказывает сырную и фруктовую тарелки, а к ним пару бутылок шампанского, настаёт время дарить наши подарки.

Первой, как и обычно, вызывается чрезмерно активная Амина, вручая сестре красный пакет из секс-шопа, украшенный кружевными стрингами, с нарядом для эротических игр. Затем, Галя, скромная девушка, учившаяся на курс старше Ксюши, дарит ей сертификат в СПА-салон. Потом Марина, преподносит будущей невесте ярко-жёлтую скалку, с надписью: «Регулятор отношений», и советует не жалеть её брата, если тот накосячит. Инга, самая красивая из всех подруг моей сестры, по моему мнению, и бывшая сокурсница, торжественно отдаёт Оксане коробку с печеньями в глазури в виде красных сердечек с забавными надписями в духе: «Одна писька на всю жизнь» и «Одумайся, пока не поздно». Юля, подружка Ксюши ещё со школы, которую я терпеть не могу, вручает той пакет, из которого торчит мыло в виде огромного ярко-розового, и очень реалистичного члена на присоске. И, конечно же, Настя подозвавшая официантку, которая выносит заранее подготовленный маленький тортик, в виде оголённого мужского торса, с надписью: «Всё, что было на девичнике, остаётся на девичнике».

И вот, очередь доходит до меня. Сестра изначально просила дарить на девичник что-то смешное, а идеи для дорогих и практичных подарков, оставить на свадьбу. Поэтому, недолго думая, я приобрела несколько наборов настольных эротических игр: «Фанты Акробатика в кровати», «Фанты Карамельный рай» и «Камасутру» на игровых кубиках.

Когда мы заканчиваем с подарками, будущая невеста пробует торт, каждая из подружек невесты говорит свой тост, сопровождая их глотками шампанского, и приходит время позвать заказанного общими усилиями стриптизёра.

Почему-то у меня отпадает желание смотреть его танцы, поэтому пока все остальные девушки заняты рассматриванием торса симпатичного мулата, я незаметно ускользаю из зала и спешу спуститься к бару. Хочется выпить чего-то покрепче.

– «Б-52», пожалуйста, – киваю я бармену, протягивая несколько купюр.

– Кажется, кто-то хочет напиться сегодня? – неожиданно звучит знакомый голос за моей спиной.

Настолько неожиданно, что я чуть не подскакиваю, а моя сумочка и вовсе почти выпадает из рук.

– Рабинович? Ты напугал меня, чтоб тебе пусто было! – я поворачиваюсь лицом к парню, поджимая губы. – Неужели, узнал меня со спины?

– Сказал бы, что да, но ты же не поверишь, Ника, – добродушно улыбается мой бывший-бывший. – Заприметил твою фигурку ещё на лестнице. Мы с тобой так и не поговорили. Теперь не убежишь.

Кареглазый, темноволосый, идеально выбритый, как всегда, коротко пострижен и одет с иголочки. Слегка выше меня, и вкусно пахнет. Но, я всё равно отстраняюсь подальше, потому что не хочу соприкасаться с Костей.

– Я же сказала, что нам не о чем с тобой разговаривать.

– Столько лет прошло, Ника. Неужели ты всё ещё обижена на меня?

– Ты лишил меня девственности, а потом я застала тебя целующимся с той развратной потаскушкой Кристиной из одиннадцатого! Как думаешь, нам есть о чём разговаривать?

– Ты наказала меня бросив и игнорируя долгие годы. Я изменился, повзрослел и сожалею.

Кто-то сзади толкает моего школьного бывшего, и Рабинович практически прижимается ко мне.

– Не трогай меня, пожалуйста, Костя. Мне дискомфортно, – поворачивая голову вправо, чтобы наши лица не находились слишком близко, говорю я. Залпом выпиваю свой шот и машу бармену.

– Ой, да ладно, не строй из себя недотрогу, Ника. Мы ведь были первой любовью друг у друга.

– У меня есть парень, – цежу я. – Прекрати свои подкаты.

– Поэтому ты пьёшь здесь одна?

– Я пью здесь одна, потому что сбежала с девичника на втором этаже.

– Ладно, прости. Я правда хотел извиниться, и узнать какой ты стала. Выпьешь со мной?

– Без подкатов?

– Обещаю, – смеётся мой бывший-бывший.

Он заказывает мне ещё один шот, и рассказывает про наших одноклассников. А потом начинаются намёки, замечания про то, что я стала только привлекательнее, что жёлтое платье мне безумно идёт, а ещё рассказы, как часто он вспоминает обо мне, и я лучшее, что было в его жизни. И эти намёки дают понять одно – подвыпивший Рабинович и правда сожалеет, но сейчас он больше жаждет затащить меня в постель, чем вымолить прощение. Он пытается сделать для этого всё, что может: случайно прикасается, снова придвигается на опасно близкое расстояние.

И всё бы ничего, только я совершенно его не хочу. Не потому, что таю обиду. Я давным-давно забыла о своих первых отношениях. Я хочу Левицкого, и чем больше пью, тем больше меня тянет к Яну.

– Твой парень, просто парень, или что-то более серьёзное? – вдруг спрашивает Костя.

– Тебя это не касается.

Эти слова, которые должны были принадлежать мне, как гром среди ясного неба, звучат над моим ухом, со спины. Левицкий. И как только тут оказался? Мой подставной парень обвивает меня руками за талию, и властно притягивает к себе, целуя в щёку.

– Я так полагаю, парень Ники? – обращается к нему Рабинович, протягивая руку для рукопожатия. Но Ян даже не удосуживается ответить ему, и наверняка буравит того своим излюбленным ледяным взглядом. – Костя.

– Не могу сказать, что мне приятно с тобой познакомиться, – отвечает Левицкий.

Оба настроены недружелюбно, и если школьный бывший пытается это как-то скрыть, то Ян совсем не заморачивается с правилами приличия. Мысленно я проклинаю этот день, на чём свет стоит. Выбирать парней явно не моё. Что Рабинович всегда был самовлюблённым козлом, с идиотскими шуточками и непомерной самоуверенностью, что Левицкий.

– А помнишь, как ты любила кататься на коньках, Ника? – игнорируя Яна, интересуется Костя. – И меня заставляла. Всегда, когда бываю на катке, вспоминаю об этом.

– Я давно не вставала на лёд.

– Не знал, что ты умеешь, любимая.

– Ещё как умеет, – нахально хмыкает Рабинович. – Я научил её ещё в девятом классе, когда мы начали встречаться. Ника сначала была такой неуклюжей, что я всегда возил её за руки, не отходя и на метр.

– Как трогательно, – презрительно отвечает Ян. – Сейчас расплачусь.

– Костя, не думаю, что эти воспоминания уместны, – тихо произношу я, понимая, насколько мне сейчас неуютно находиться меж двух огней.

Один бывший целенаправленно выводит другого бывшего, и что самое удивительное, у него это прекрасно получается. Неужели алкоголь так подействовал на Яна? Ведь он сам говорил, что ничего ко мне не испытывает, но откуда тогда эта ревность?

– О нет, пусть продолжает. Мне очень интересно.

– Эй, пупсик, нам ведь пора, надо поздравить невесту, – состраивая дружелюбную мину, улыбаюсь я. – Костя, была рада видеть. Прощай.

И разворачиваюсь к Левицкому, вцепляюсь в его футболку, чтобы максимально отвлечь мужчину от школьного бывшего, и тащу его прочь от барной стойки, в толпу.