Бывший напрокат

Глава 4

– Ха-ха! Серьёзно? – губы Левицкого трогает ироничная улыбка. – И кто был твоим любимчиком, Дин или Сэм? – интересуется мужчина, разглядывая несколько плакатов с актёрами из «Сверхъестественного» висящих на стенке за рабочим столом с незапамятных времён.

– Мне было пятнадцать, и вообще, не твоё дело!

– Интересно, ты всё ещё хранишь мой первый тебе подарок?

– Да.

– Правда? – удивляется он. – Думал, ты выкинула всё, что со мной связано.

– Плюшевый мишка не виноват, что ты болван, – ухмыляюсь я.

– Прекращай смотреть так.

Ян понимает, что я готова взорваться в любую минуту. Похоже, его чутьё на моё плохое настроение всё ещё прекрасно работает. Даже спустя столько времени.

– Тогда не издевайся надо мной.

– Издеваться? Я? – насмешливо протягивает мужчина. – Ты слишком плохого мнения обо мне, Жуковская. Лучше расскажи, что за бред ты несла в гостиной.

– О чём ты? – непонимающе интересуюсь я, раскрывая первый чемодан и начиная развешивать одежду в шкаф.

– «Пупсик», «лапуля», – скривляется мой псевдо-парень. – Ты раньше не называла меня так.

– Ах, я была уверена, что ты оценишь. Знаешь, «зайчик», «котик» слишком заурядно для нас, не находишь? – язвлю я, упирая руки в бока, из-за чего Ян смеётся тем самым заливистым смехом, который я так любила раньше.

– Я думал, твоя задача показать родителям какая мы идеальная пара, а не то, как сильно я раздражаю тебя, золотце, – говорит он, в своей привычной манере приподнимая уголки губ. – Хотя может быть это и к лучшему. Твои родители увидят насколько ты несчастлива со мной, и будут против наших отношений. Может, хотя бы так ты решишься рассказать им, что мы расстались.

– Замолчи! – шиплю я, резко приближаясь к Яну и закрывая ему рот своей ладонью. – Нас же могут услышать.

– Не переживай. Мы постараемся быть как можно тише, – притягивая меня к себе непозволительно близко за талию и убирая мою руку, шепчет бывший мне в ухо, опаляя горячим дыханием. – Хотя, не уверен, что ты справишься, – прикусывая мочку, добавляет он. – Насколько я помню, ты можешь быть весьма громкой. Особенно… Когда выкрикиваешь моё имя.

– Душевнобольной извращенец! – свирепею я, отталкивая мужчину. – Ничего из этого между нами никогда больше не повторится! Запомни.

– Как скажешь, – пожимает плечами Левицкий.

Я оборачиваюсь к зеркалу и пытаюсь привести в порядок уже вконец растрепавшийся хвостик. Но, слишком нервничаю в присутствии своего подставного парня, настолько, что дрожат руки, а забрать новый высокий хвост никак не выходит. Продолжая бороться с волосами, я спиной чувствую приближение мужчины.

– Давай помогу.

Я вздрагиваю, ощущая его руки на своих плечах. Ещё пару сантиметров, и моя спина соприкоснётся с его твёрдой грудью. От Яна, как и раньше пахнет дорогими, великолепными духами, наверняка подаренными богатеньким папочкой на день рождения.

– Что-то не так? – как ни в чём не бывало спрашивает бывший.

Всё не так. Потому что я хочу его так, что сил моих нет. Но, ни за что не признаю это вслух. Поэтому молчу, глупо хлопая ресницами, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Он разглядывает наше отражение в зеркале, через моё плечо. И от взгляда Левицкого, пусть и такого мимолётного, по телу разливается горячая волна желания. Хочется, чтобы он смотрел так всегда.

Сложно понять, о чём он думает. Лицо бывшего непроницаемое, но взгляд тёплый. Какой же Ян идеальный. Красивее всех, кто был до него и мог бы быть после. Сероглазый, темноволосый. С изумительным телом, подтянутым, рельефным.

Надеюсь, он не замечает, как я реагирую на его близость. Опуская руки, я сжимаю их в кулаки и напрягаюсь, кажется, забывая как дышать. Я чёрт его дери, очень скучала. Но рассудок пока частично в порядке, и я в состоянии не показывать этого. Но не в порядке глупое сердце. Бьётся в груди, как загнанная в клетку птица.

Ян же в этот момент, совершенно спокойный, перебирает мои пряди пальцами и ловким движением руки забирает в аккуратный хвостик на макушке. Отпускает волосы, задевая длинными пальцами мою шею, посылая множество мурашек по телу. Внизу живота сразу же стягивается тугой узел вожделения, и я понимаю, что больше не выдержу эту сладостную пытку.

– Хватит.

Говорю это слишком резко и отступаю в сторону, чем вызываю смешок, и хищный, самодовольный взгляд. Он отходит назад, и заваливается на кровать, подкладывая руки под голову. Ухмыляется, зараза эдакая. Я же, хватаю сменные вещи и с позором сбегаю в ванную комнату.

Только бы быть подальше от своего бывшего-подставного парня.

Захлопываю дверь, выдыхаю и смотрю на своё отражение в небольшом зеркальце. Потерянное, обескураженное выражение лица, горящие желанием глаза и почти в кровь искусанные губы. Смотрю и не узнаю себя. Обычно я не такая.

Такая я только рядом с ним.

Всегда было так. Левицкий как моё собственное проклятие, посланное в наказание. Он как стихия, ураган, катаклизм. И его близость никогда не оставляла мне ни единого шанса на сопротивление.

Но, не теперь.

Целый год я вытравливала бывшего из своей головы и сердца. По крошечке, по капельке восстанавливала привычный ритм жизни. Привыкала жить без него. И столкнуться снова с этим состоянием я морально не была готова.

Но, и врать себе, что не хочу его губ на мне, что не пульсирует требовательно, не тянет сладко внизу живота – не могу.

Постоянно хочу до него дотронуться, ощутить идеальную кожу под своими ладонями так сильно, что пальцы сводит судорогой. Хочу всё, что он может мне дать, а от его голоса мурашки по телу.

Подхожу к раковине, вцепляюсь пальцами, так сильно, что костяшки белеют. Прикрываю глаза, пытаясь выровнять дыхание. Делаю медитативные вдохи и выдохи. Раздеваюсь и встаю под ледяные потоки душа, подставляя ладони и горячую шею. Пытаюсь взять под контроль поток чувств и мыслей, выкинуть из головы его безобидные прикосновения, которые воздействуют на меня слишком сильно.

В порыве злости на саму себя и отсутствие контроля над своим телом и его желаниями, намыливаю до красноты кожу мочалкой. Нервно путаюсь в прядях, стягивая резинку и остервенело наношу шампунь, будто хочу смыть с себя касания бывшего.

И кажется, отпускает.

Выхожу из душа, достаю свою старую расчёску из тумбочки под раковиной, пролежавшую тут довольно продолжительный срок, и бездумно провожу по мокрым волоскам.

Нет-нет, нужно быть холоднее, как можно отстранённее, иначе мы с Яном сблизимся и точно переспим, а потом мучиться и страдать только мне. Поддаться влечению просто, и слишком сильно хочется переступить эту грань, только расплачиваться потом придётся мне в одиночку.

Собираюсь с духом и переодевшись в лёгкий белый сарафан, доходящий до коленей, я выхожу из ванной комнаты.

Левицкий всё ещё лежит на моей постели, листая новости в телефоне. Он когда-нибудь отлипает от него? Сообщаю мужчине, что душ свободен, и когда он молча удаляется, я наконец спускаюсь со второго этажа на кухню, откуда доносится смех родителей и моей сестры.