Бывший напрокат

Глава 30

Двор взрывается аплодисментами, когда уже официально муж и жена сливаются в поцелуе. Ксюша хватается дрожащими пальцами за широкие плечи Егора, сжимая ткань дорогого тёмно-синего костюма. Видимо, пытается не упасть из-за пафоса своего мерзкого муженька, который наклоняет её чуть ли не до земли. Даже брат и Левицкий вяло хлопают в ладоши.

Молодая чета Багрянцевых шествует по проходу под одобрительные крики гостей. Мать Егора и его сестра уже ждут молодых с караваем. Ксюша надкусывает кусок больше, чем Егор и я мысленно радуюсь этой глупой традиции.

И вот, мы проходим в банкетный зал, выполненный из тёмного дерева. Президиум молодых украшен ещё красивее, чем арка. Весь зал оформлен в нежно-розовых тонах, приборы ровно в цвет розового золота. На столах гостей высокие букеты на стойках из живых цветов. Наш семейный столик располагается рядом с президиумом. Стол заставлен алкоголем, соками и водой. А ещё закусками: мясная, овощная и сырная нарезки, нарезка из сырокопчёной оленины, карпаччо из говядины, карпаччо из томатов и моцареллы, соленья, рулеты из утки, спаржа с беконом, канапе с осетриной сёмгой и чёрной икрой, канапе овощное «греческое», канапе с креветками. На тарелках именные карточки для меня, Антона, Левицкого, мамы с отцом, бабули и дяди с тётей. Я благодарна сестре, что не рассадила нас с кем-то чужим. Ксюша в принципе сделала грамотную рассадку, к примеру, посадив своих одиноких подружек с одинокими гостями Багрянцевых.

Я плюхаюсь на стул рядом с Антоном:

– Напьёмся, большой брат?

– Я собирался свалить отсюда подальше, – он прожигает взглядом молодожёнов, которые в другом конце зала принимают поздравления.

– Ты же понимаешь, что пока это невозможно? Все заметят. Подожди, пока гости напьются.

Ещё утром, Антон в переписке уверял меня, что не расстроен и смирился. Но я знала, что это просто отговорки. Надежда всегда томилась в его глазах, но сейчас окончательно потухла. Я залпом выпиваю бокал вина, принесённый официантом. Брат осушает стакан с виски.

– Добро пожаловать в клуб брошенных, сестрица, – усмехается он.

– Что? Ты о чём? – настороженно спрашиваю я.

– Твой парень или, правильнее сказать, бывший парень мне всё рассказал о вас вчера.

– Вот же кобелина брехливая!

– Не злись на него. Думаю, Ян просто хотел отвлечь меня от мыслей о свадьбе.

– Убью заразу!

– Просто пойди и поговори с ним.

– Почему это я должна подходить первая? – негодую я.

– Потому что он уже бегал за тобой несколько дней, – как нечто элементарное произносит Антон. – А ты избегала его несколько дней, – в ответ я возмущённо фыркаю. – Ты видишь, до чего довело нас с Ксюшей подобное поведение. Хочешь дождаться, пока твой Левицкий устанет ждать и найдёт себе новую девушку?

– Я ему не нужна, и я не собираюсь снова унижаться. Закрыли тему.

Делаю глубокий вдох и выхватываю из рук Антона стакан с виски, осушая его в один присест, после чего с громким лязгом ставлю стакан на стол.

– Не увлекайся, Ника.

– Я напьюсь так или иначе. Можешь присоединиться или просто игнорировать меня.

Тянусь к бутылке с вином, наливаю себе сама. Осматриваю зал, гостей, которые потихоньку садятся за столы. Вижу Яна и снова в компании приставучей Марины. Они о чём-то переговариваются.

– Просто прекрасно! Посмотри сам, ему и без меня хорошо, я ему не нужна, – злюсь я. – Он ясно дал мне понять, что между нами всё кончено.

Выругиваюсь так, что если бы бабушка сейчас была за столом, то схлопотала бы инфаркт. Старшего брата почему-то веселит моё поведение. Ведущий приглашает оставшихся и молодожёнов за столы, и мой псевдо-парень наконец-то садится на своё место рядом со мной. Начинаются тосты и поздравления, в перерывах между которыми все пьют и закусывают. Я начинаю понимать, что ненавижу свадьбы.

Левицкий непринуждённо потягивает виски и шепчется с Антоном, перегнувшись через мою спину.

– Никуша, когда же ваша свадьба с Яном? – обращается к нам с бывшим бабушка. – Мои годы не молодые, авось доживу.

– Обязательно доживёшь, бабуль, – выдавливаю из себя улыбку и беру за руку подставного парня, показательно поглаживая. – Ты в самом расцвете сил. И всех нас переживёшь.

– Родненькая моя, поживёшь сколько я, тоже научишься шутить о своём возрасте, – хрипло хохочет бабуля.

Она всегда так шутит. Говорит, что «помрёт» только тогда, когда выдаст всех внуков замуж и понянчит правнуков. А тогда и к деду отправляться можно. Никогда не понимала этот бабушкин юмор, но как минимум Ксюша смогла исполнить её желание, и бабушка побывала на свадьбе своей внучки. Да и правнук или правнучка не за горами, чего от нас с Антоном она может и не дождаться вовсе, учитывая, как нам «везёт» в любви.

– А ты, милок не обижай нашу Нику, – обращается бабушка уже к Левицкому. – Заботься о ней. Будь как мужчина мудрее, уступай иногда, а то она у нас непутёвая и слишком упрямая. Молоденькая ещё, глупенькая.

– Ну ба! – возмущаюсь я.

– Конечно, Зинаида Кузьминична, не волнуйтесь, – добродушно отзывается Ян.

– А ты, внучка, не ругайся с Яном, поняла меня? – строго говорит бабушка. – А то я тебя знаю. Упрёшься как баран, так хоть ты тресни!

– Что ты, бабуль, у нас полное взаимопонимание. Честно-честно!

И снова ненавижу себя, за всю эту ложь и игру. Хочется просто сесть в самолёт и улететь на необитаемый остров. Тосты наконец-то заканчиваются, и официанты выносят салаты. Я выбираю «Цезарь». И пью, когда старшие не смотрят. Затем ведущий объявляет первый танец.

В зале выключается свет, выпускается дым и зажигается фиолетовая подсветка. Дядя Виталий начинает кружить сестру в медленном и трогательном танце. Оксана не сдерживаясь плачет, улыбаясь отцу. И в глазах дяди стоят слёзы. Моё сердце замирает, когда я наблюдаю за ними. Дядя целует сестру в щёку, и передаёт её мужу. Багрянцев закручивает свою жену в танце, я выпиваю ещё один бокал. Уже сбилась со счёта какой. С потолка летят золотистые блёстки, когда Егор поднимает жену в красивой поддержке. Замечаю, что Левицкий тихо поднимается с места. Поворачиваю голову и вижу, что брат уже выходит из зала. Антон просто не выдерживает.

Незаметно хватаю со стола полупустую бутылку вина и иду за братом и бывшим следом.

– Уже сбегаешь? – окликаю я Антона возле гардероба, где он забирает свою куртку.

– Я пробыл достаточно. Скажи родителям, что меня срочно вызвали на работу.

– Но… – и мне нечего ему сказать. Нет никаких адекватных аргументов, чтобы просить его задержаться и страдать ещё несколько часов. – Мне поехать с тобой?

– Я уже предлагал твоему брату поехать с ним в бар, но он отказался, – встрял в разговор подставной парень.

– Да, не хочу. Не волнуйся, Николяшка. Со мной всё будет в порядке, рано или поздно, – брат крепко обнимает меня и наклонившись к уху говорит так, чтобы услышала только я: – Поговори с ним. Сейчас или никогда.

И смотря, как Антон скрывается за дверью отеля, я понимаю. Он прав. Сейчас или никогда. Нам с Яном и правда нужно расставить окончательные точки, обсудить произошедшее и сбросить с плеч этот груз. Во мне будто воздушный шар, надуваются решимость, уверенность и убеждение, что сейчас то самое время. И этот шар давит изнутри, толкая навстречу к моему бывшему.

– Поговорим?