Чернокнижник из детдома 3

Глава 11 Жизнь продолжается

Гарик.

Два дня я только и делал, что собирал о нём информацию. И чем глубже копал, тем больше понимал — это не просто «правая рука». Это мозг и финансовый центр всей теневой деятельности «Фениксов».

Всеволод скинул кое-что по своим каналам — официальные запросы, конечно, не помогли, но его люди в полиции и ФСБ нарыли любопытные детали. Гарик, он же Игорь Гарибян, пятьдесят три года, армянин по паспорту, но давно уже наш, уссурийский. В прошлом — мелкий торговец, потом владелец нескольких ларьков, потом кафе, потом сеть магазинов. А теперь — совладелец трёх торговых центров, двух ресторанов и, по слухам, доли в игорном бизнесе.

Но это всё — верхушка. То, что можно найти в открытых источниках или даже в закрытых базах, если есть доступ. А мне нужна была грязь. Настоящая.

Пришлось идти к тем, кто этой грязью торгует.

В Уссурийске был один такой человечек — Климыч. Бывший опер, уволенный за взятки, а теперь частный детектив с очень специфической репутацией. Говорили, он может найти всё, что угодно, на любого, если хорошо заплатить.

Я нашёл его через знакомых Савельича. Встреча была назначена в неприметном кафе на окраине города.

Климыч оказался невзрачным мужичком лет пятидесяти, с лысиной и хитрыми глазками-буравчиками. Он пил чай с лимоном и лениво ковырял ложечкой песочное пирожное.

— Садись, — кивнул он, когда я подошёл. — Слышал о тебе. Много слышал. Детдомовский выскочка, который уделал Волкова и завалил динозавра. Чего надо?

— Информация, — я сел напротив, заказал кофе. — На одного человека.

— Имя?

— Гарик из «Фениксов».

Климыч присвистнул. Пирожное отложил в сторону.

— Дорогое удовольствие. Очень дорогое. На таких, как он, просто так досье не собрать. Он своих людей чистит регулярно, хвосты подрубает. Если что-то и есть — то глубоко лежит.

— Сколько?

Он назвал сумму. Я даже не моргнул.

— Половина сейчас, половина — когда получу материал.

— А ты шустрый, — усмехнулся Климыч. — Ладно. Через три дня. Здесь же, в это же время. Принесёшь деньги — получишь папку.

Мы расплатились и разошлись.

Три дня тянулись бесконечно. Я занимался отрядом, тренировками, артефактами, но мысль о Гарике не отпускала. Волков исправно тренировал парней — и, надо признать, ветеран знал своё дело. Тактика засад, работа в условиях ограниченной видимости, эвакуация раненых — всему этому он учил моих бойцов с таким рвением, словно сам был частью отряда.

— Он старается, — заметил как-то Никифор. — Может, и правда хочет заслужить прощение?

— Может, — согласился я. — Но глаз с него не спускайте.

На третий день я снова был в кафе. Климыч пришёл ровно в назначенное время, положил на стол пухлый конверт из коричневой бумаги.

— Здесь всё, что удалось нарыть. Адреса, связи, счета в офшорах, любовницы, даже пара убийств, которые на нём висят. Но доказательств мало — он аккуратен. Зато есть кое-что интереснее.

— Что?

— Он встречается с одним человечком из Владивостока. Тот — связной с китайской стороной. Через него Гарик продаёт артефакты и магическое сырьё за границу. И встреча эта будет послезавтра или чуть позже, в загородном доме под Уссурийском. Адрес — в папке. Если хочешь взять его с поличным — это твой шанс.

Я протянул ему вторую половину суммы. Климыч пересчитал, кивнул и исчез.

Дома я заперся в мастерской и до полуночи изучал материалы. Гарик оказался тем ещё фруктом. Наркотики, оружие, магические артефакты, человеческий трафик — всё, что приносило деньги. Не исключено, что он и бани «крышевал», но подтверждений тому в бумагах не было — видимо, не его уровень. И, что самое важное, среди его связей мелькали фамилии людей из «Фениксов», из Гильдии, даже из администрации города.

Ориентировочно мы начнём послезавтра. Судя по всему, Гарик ожидает «гостей». Загородный дом надраивают и охрану увеличили. Теперь там вместо двух — четверо стали дежурить.

Я собрал Совет отряда.

— Есть дело, — сказал я. — Опасное. Но если мы его сделаем — избавимся от главной угрозы.

— Что за дело? — спросил Никифор.

Я рассказал. Парни слушали, не перебивая. В глазах горел азарт.

— Мы с тобой, Санчес, — сказал Гришка. — Все.

— Нет. Пойдут только самые подготовленные. Никифор, ты. Гришка, ты. Ещё двое магов и один стрелок. Остальные — на Базе, охрана и поддержка. Это не Пробой, это операция против людей. Тут другие правила.

— А что с законом? — спросила Тамара.

— Закон будет на нашей стороне, — усмехнулся я. — Потому что мы сдадим его ФСБ. С поличным. Тогда Всеволод просто обязан будет прикрыть, раз мы за него работу выполняем.

На том и порешили.

Два дня мы готовились. Изучали план дома, подходы, пути отхода. Волков, узнав о деле, предложил свою помощь — и я не отказался. Его опыт мог пригодиться.

И вот наблюдатели доложили, что люди Гарика схватили прямо на улице двух девчонок и забросили их в тонированный микроавтобус, который помчался к загородным владениям Гарика.

Через полчаса мы выехали. Два багги и Крузак. В багги — пулемёты, в Крузаке — маги и артефакты. Легенда для выезда проработана, и даже задание от Гильдии принято.

Я сидел рядом с Савельичем, ещё раз прокручивая в голове каждый шаг.

— Не дрейфь, командир, — сказал старик. — Всё будет пучком.

— Знаю, — ответил я. — Просто… слишком многое зависит от этой ночи. Похоже, бандюганы решили угостить гостей «свежим мясом». А мы, разумеется чисто случайно, это дело увидели.

— Потому и будет пучком. Мы же команда.

Я улыбнулся. Команда.

Далеко впереди показались огни роскошного загородного дома.

Пора начинать.

Одного часового снял я, подлетев в невидимости Блинком и кинув на него Паралич, а второго Волков, который без затей врезал по вышке Воздушным Кулаком, отправив наблюдателя в короткий полёт. Две камеры, которые были направлены на эту часть участка я обезвредил. Одну навсегда, бросив в неё Молнию, а вторую просто развернул вдоль дома, попав Воздушным Кулаком, чем обеспечил наблюдателю шикарный вид на лес.

— Открывай, — постучал я в дверь, которую без шума не вскрыть.

Не бронированная, но близко к тому.

Глазок на двери есть, но если по нему провести пальцем, обильно смоченным слюной, то наружное освещение ничего не даст разглядеть. Одни световые блики увидишь.

— Рыжий, ты? — с надеждой сбросил туповатый здоровенный бычара с той стороны дверей.

— Мы ещё трёх девок привезли, — изо всех сил постарался я, чтобы мой громкий шёпот прозвучал с хрипотцой.

— Молодых? — с надеждой поинтересовался охранник, явно рассчитывая, что и ему сегодня чего-то обломится.

— Моложе не бывает. Совсем ещё ссыкухи, — не стал я озадачиваться излишним приукрашиванием.

И как только дверь чуть-чуть приоткрылась, сразу вырубил этого верзилу Параличом.

Дальше, как показала разведка Духом, оставался ещё один охранник, который сидел у мониторов, и Гарик с парой гостей. Те уже выпивали, любуясь на двух девчонок, дрожащих в углу, где им приказано было сидеть, пока не позовут. Но на них гости лишь поглядывали время от времени. Куда больше их интересовало то, что хозяин особняка выложил на вторую половину огромного стола, за которым они пировали.

А там лежали артефакты, скорей всего, военного назначения и наркотики. Возможно, образцы или пробная партия.

— Всем лечь лицом на пол! Руки на затылок! Работает ОМОН! — усилив голос магией, рявкнул я во всю глотку, и лишь потом отправил Оглушалку.

Эффект неожиданности сработал. Трудности один лишь Гарик составил, но не для меня, а гости… те рухнули без вопросов.

И когда казалось, что всё закончено, так как оставшегося охранника парни уже повязали, выскочил ОН, и с ходу начал с двух рук стрелять… по Волкову.

Я не сразу смог вмешаться, Волков собой перекрыл мне директрису, но как только смог, так сразу и врезал, отправив стрелка в полёт до ближайшей стены.

— Так вот он какой, Отстрельщик, — появился в коридоре Савельич, аккуратно подбирая с пола выроненные пистолеты. Так, чтобы отпечатки пальцев не стереть.

— Ты его знаешь?

— Слышал. Ходили слухи про киллера, который из невидимости умеет появляться, а потом стреляет с двух рук. Видимо, не слишком Гарик своим гостям доверял, раз своим персональным киллером подстраховался. А может, и вовсе их убрать хотел, как только деньги заплатят, — пожал старик плечами, а сам тем временем склонился над Волковым. — Живой, но кровью истекает. Видимо, не простые пули у этого в пистолетах были, раз сумел Щиты ветерана пробить.

— Сейчас подлечу, но только, чтоб кровь остановить. Похоже, пули не навылет прошли, — оценил я входящие раны.

Через несколько минут, более менее стабилизировав Волкова, я позвонил куратору.

— Мне нужна помощь. Найден некто Гарик, люди которого меньше часа назад захватили прямо на улице двух школьниц. Мы, выдвигаясь на задание, оказались случайными свидетелями, и попытались их освободить. В результате обнаружили бандитское логово, с наркотой и нелегальными военными артефактами, — старательно говорил я в трубку, чтобы всё звучало отчётливо, — У нас один тяжело ранен. Нужен реанимобиль и пара машин под задержанных, среди которых есть четверо Одарённых.

Всеволод сейчас наверняка всё пишет и, скорей всего, за ним тоже следят. Или позже проверят записи его разговоров. Так что, чем проще и понятней будет звучать наша легенда, тем легче мы отойдём в дальнейшем.

— Куда ты опять влез? — вроде бы сердито рявкнул в трубку куратор, но я-то понимал, что это игра.

— Я? Никуда! Мы просто на задание выезжали, а тут вдруг такое творится! Не оставаться же мне безучастным на глазах всего отряда! — изобразил я в ответ справедливое возмущение.

— Жди! Сейчас всех отправим, — сердито буркнул куратор в трубку, а на самом деле не прошло и пары минут, как во дворе пригородного особняка уже появились автомобили с сотрудниками из его ведомства.

Реаниматоры задержались минут на пять, но тоже прибыли в рекордно короткие сроки. Пусть потом Всеволод попробует мне заявить, что он за мной не следит! Я спорить не стану, лишь ему в лицо понимающе улыбнусь… Чисто ради того, чтобы за дурака меня не держал.

А на задание мы всё-таки выехали, но лишь через два дня. Да, на то самое, которое я записал на наш отряд. Всего-то лишь Тварь нужно убить. Но тварь знатная. Многоножка. Ранга Г.

Два дня ушло на то, чтобы привести дела в порядок. Волкова увезли в госпиталь, и врачи, осмотрев его, только головами качали — пули прошли в опасной близости от жизненно важных органов, но благодаря моей магии и их мастерству, ветерана удалось спасти. Он лежал в реанимации, подключенный к аппаратам, но уже пришёл в сознание и даже пытался шутить и заигрывать с медсёстрами.

Гарика и его людей забрали люди Всеволода. Куратор, когда мы встретились на следующий день, был мрачнее тучи, но в глазах его плясали довольные чертики.

— Ты даже не представляешь, что мы нашли в том особняке, — сказал он. — Не только наркота и артефакты. Там была документация, бухгалтерия, списки контактов. Теперь мы можем прижать всю сеть. И «Фениксы» после такого надолго залягут на дно.

— А Гарик?

— Гарик будет говорить. Уже говорит. Очень много и интересно. Его подельники из Китая тоже скоро станут нашими «гостями». Так что, Санчес, считай, ты сделал большое дело.

— Я не один. Волков прикрыл меня своим телом. Если бы не он, та пуля могла достаться мне или кому-то из парней.

Всеволод помолчал, потом кивнул:

— Передай ему, когда очнётся — Мы его не забудем. И ты, кстати, тоже. Твоя легенда про «случайных свидетелей» прокатила. Официально — вы ехали на задание, увидели похищение, вмешались. Всё чисто.

— А девочки?

— Девочки в безопасности. Их уже вернули родителям. Те, кстати, хотят тебя отблагодарить.

— Не надо, — отмахнулся я. — Не за этим мы это делали.

— Знаю. Но ты дай им шанс. Людям иногда нужно чувствовать, что они могут отдать долг.

Я кивнул, но про себя решил, что никаких подарков и денег не возьму. Не за что.

Утром третьего дня мы выехали на задание.

Многоножка. Ранг Г. Тварь, о которой ходили легенды даже среди бывалых Охотников. Говорили, что она живёт в старых штольнях под городом, что длина её достигает десяти метров, а каждая из сотен ног заканчивается острым, как бритва, когтем. Бронированный панцирь, ядовитая слюна, способность плеваться кислотой — и при этом умная, хитрая, осторожная и очень быстрая.

Она уже успела убить троих Охотников из «Медведей», которые пытались её выследить. Двоих — из «Цезарей». И одного — из «Фениксов». Теперь настала наша очередь.

— Почему мы? — спросил Гришка, когда я объявил задание. — Это же элитка, почти как тот стегозавр. Справимся?

— Справимся, — ответил я. — У нас есть опыт, есть артефакты, есть тактика. И есть вы. Я в вас верю.

Парни приободрились, но глаза у всех были серьёзные. Они понимали, что это не шутка. Задание смертельно опасное.

Выехали затемно, чтобы к рассвету быть на месте. Штольни находились в старом горном массиве километрах в сорока от города. Дорога туда была — хуже не придумаешь: разбитая лесовозами грунтовка, потом и вовсе тропа, по которой еле-еле пробирались багги.

Крузак пришлось оставить у подножия, под охраной Савельича и двух молодых магов. Дальше пошли пешком, нагруженные снаряжением и артефактами.

Вход в штольню зиял чёрной дырой в скале. Оттуда тянуло сыростью, холодом и чем-то кислым.

— Она там, — прошептал Никифор, активировав поисковое заклинание. Красавчик, всего-то с третьего раза научился и сам освоил… — Глубоко. Метров сорок, не меньше.

— Работаем по плану «Пещера», — скомандовал я. — Маги — в центре, стрелки — по бокам. Я — впереди, порталами с Светляками из них, буду подсвечивать дорогу. Если что — отходим к выходу, там Савельич прикроет.

Мы вошли.

Внутри было темно, хоть глаз выколи. Я зажёг несколько светлячков — магических шаров, которые плыли над нами, освещая путь и иногда забрасывал их далеко вперёд. Стены штольни были покрыты какими-то натёками, под ногами хлюпала вода.

— Вон её следы, — показал Гришка.

На влажной глине отпечаталась широкая полоса — словно здесь проползло нечто огромное, оставляя за собой сотни мелких бороздок от ног.

— Близко, — сказал я. — Всем приготовиться.

Дальше пошли медленнее, стараясь ступать бесшумно. Маги держали заклинания наготове, стрелки вскинули ружья.

Штольня расширилась, превратившись в просторный грот. И там, в центре, на куче каких-то костей и обломков, лежала ОНА.

Многоножка. Я таких даже в старом мире не видел. Огромная, длиной с автобус, покрытая сегментированным панцирем, который переливался в свете магических шаров. Сотни ног, каждая толщиной с руку, заканчивались чёрными когтями. Голова — маленькая, но с огромными челюстями, из которых сочилась зеленоватая слизь.

Она почуяла нас сразу. Подняла голову, повела усами, и вдруг издала пронзительный скрежет, от которого заложило уши.

— Вперёд! — крикнул я, открывая портал прямо перед её мордой.

Тварь сунулась было в него, но в последний момент отдёрнулась — портал вёл в стену, и она это поняла. Умная, зараза.

Маги ударили. Молнии, Огненные Шары, Каменные Шипы — всё понеслось в Многоножку. Но панцирь держал удар. Только искры летели.

— Стрелки, огонь по глазам! — скомандовал я.

Гришка и Колян отстрелялись удачно. Пули взрывали панцирь, выбивали куски, но Тварь даже не вздрагивала. Она поползла к нам, и каждая её нога двигалась с ужасающей синхронностью.

— Отходим! — заорал я. — Заманиваем её к выходу!

Мы побежали, стреляя на ходу. Многоножка — за нами. Она двигалась быстрее, чем я думал. Огромное тело скользило по глине, ноги мелькали, как спицы в колесе.

Я открыл портал прямо перед собой, и мы вывалились из штольни наружу, ослеплённые солнечным светом. Многоножка вылетела следом, взревев от ярости.

— Савельич! — крикнул я.

Пулемёт с Крузака ударил тяжёлыми бронебойными пулями. Они пробивали панцирь, вонзались в тело. Тварь дёрнулась, попыталась уползти обратно в штольню, но я перекрыл вход порталом.

— Добиваем! — заорал Никифор, и все маги ударили разом.

Молнии, огонь, камни — всё слилось в один ослепительный удар. Многоножка вздрогнула, замерла, и рухнула на бок, подняв тучу пыли.

Тишина. Только тяжёлое дыхание бойцов и запах гари.

— Готова, — выдохнул Гришка.

Я подошёл к туше. Огромная, тёплая ещё, пахнущая кислотой и смертью. Трофеи — панцирь, когти, ядовитые железы — всё это стоило больших денег.

— Молодцы, — сказал я. — Все молодцы. Грузим трофеи и домой. Нас ждут.

Парни заулыбались, зашумели. А я посмотрел на небо и подумал: ещё одна победа. Ещё один шаг вперёд.

Гарик обезврежен. Многоножка убита. Отряд растёт и крепнет. А впереди — новые задания, новые опасности, новые высоты.

И мы готовы. Всегда готовы. Как те пионеры…