Чернокнижник из детдома 3

Глава 5 Шестилапый

Людей, которые знают абсолютно всё, не бывает…

Эту простую истину я осознал, когда мне принесли попробовать кусок щупальца, который варили два часа. Попробовал. Отчего-то вспомнились покрышки колёс, которые мы не так давно поменяли на Ласточке.

— Такого просто не может быть! — с трудом проглотил я практически непрожёванный кусок.

Нет, если что — уверенность у меня почти стопроцентная. В моём мире подобные Твари встречались, и я их даже ел несколько раз в ресторанах. Ну, не то, чтобы они прямо таяли во рту, но консистенция была вполне приятной.

— Кто-то рецептами поинтересовался? — глубоко выдохнул я, после проглоченного.

И по бегающим взглядам понял, что нет. Ладно, сам поищу, — набрал запрос, нескольких кликов мне хватило, чтобы понять ошибку самодеятельных поваров.

— Кому ссылку на рецепт скинуть? — спросил я у Гришки.

— Трофиму. У него всегда всё вкусней получалось, вот мы его и назначили в повара.

Угу, если верить Сети, то этот Трофим мясо спрута переварил до состояния подмётки. Хороший ему урок! Кто ему мешал в рецепты взглянуть. Нельзя ни осьминога, ни креветок долго варить. Хотя, о чём это я… Где детдом, и где морепродукты! Можно смело сказать — он их, эти морепродукты, первый раз в жизни увидел! Но парня я запомню. Может даже, оплачу ему курсы поваров. Должен же наш отряд полноценно и вкусно питаться в любых условиях. Хоть в том же Пробое, если мы там вдруг на несколько дней застрянем. А такое возможно, и уже в ближайшем будущем, когда мы примемся за Пробои более высоких рангов.

— Санчес, попробуй! Совсем другое дело! — не прошло и получаса, как Гришка примчался ко мне с новой тарелкой, а за приоткрытыми дверями слышалось сопение остальных парней.

Хм… С виду — шикарный медальон, размером в ладошку и толщиной чуть меньше сантиметра. Даже половинку лимона кто-то догадался положить. И я попробовал… а потом соком лимона сбрызнул и быстренько всё доел. Вот теперь почти всё оказалось, как надо, не совсем ещё ресторан, но уже очень и очень. Как по мне — вкуснотища!

— Подпрягайте девчонок! Постарайтесь к обеду успеть сделать это для всех. Малышатам половины достаточно будет.

— Санчес, ты думаешь…

— Тут и думать нечего! Неужели сам не чувствуешь, как от него магией прёт?

— Неа, ничего не чувствую, — честно признался Гришка.

— Поверь мне — она есть.

— Сделаем! Санчес, а может тогда старшим по два куска? — вкрадчиво поинтересовался он на всякий случай.

— Может, но не сразу оба. Сначала пусть первый осилят, а потом я их осмотрю, и там решим — стоит или нет, — остановился я на более осторожном варианте.

Это им, молодым, кажется, что все преграды можно наскоком преодолеть, а мне потом никуда не упиралось залечивать повреждённые энергоканалы.

— Что у нас с рейтингом?

— Пока на первом месте среди местных держимся, но Медведи начинают догонять, — поделился Гришка со мной той новостью, которую я и без него знал, но решил проверить, следят ли парни за этим вопросом. Оказывается — ещё как следят!

— Попробую что-то на вечер подыскать, чтобы медвежья жизнь лёгкой не казалась, — хмыкнул я, словно не слыша, как за дверями парни бьют друг друга в ладоши.

Кстати, зря они так шумно радуются. На урок скрытной ходьбы по лесу «от Савельича» они все точно попали. Понятно, что за один раз такую науку не познать, но хоть понимание будет, как можно по лесам ходить тише, чем стадо слонов.

Задание нашлось, но прежде, чем его принять и зарегистрировать на отряд… Блин, Шестилапый Медведь Г — ранга. Вполне возможно — «элитка», выражаясь языком наших геймеров.

Вот жеж… Бывают в жизни случаи, когда и хочется и колется. С одной стороны заполучить такой трофей — это войти в когорту избранных, а с другой… Если я хоть одного из бойцов потеряю, то сам себе не прощу!

Хотя, если подумать… Похоже, я никогда ещё не «думал» так быстро. В том смысле, что не создавал артефакты с такой скоростью. Трофей и в самом деле изрядный, а если взять его живьём, то мы на всю страну прославимся!

— Ты с ума сошёл, — заявил Савельич, когда я озвучил идею на вечернем сборе.

— Почему сразу сошёл? — удивился я. — Взвешенное решение, между прочим.

— Между прочим, этого зверя пытались взять три отряда за последние полгода. Два — «Цезарей» и один — «Медведей». «Цезари» потеряли четверых, «Медведи» — двоих, и все вернулись с пустыми руками. Тварь просто неуловима, и похоже, не убиваема.

— Неуловима для лобовых атак, — поправил я. — А мы пойдём хитростью.

Владимир Петрович, сидевший в углу с неизменной кружкой чая, хмыкнул:

— Хитростью? Рассказывай. Интересно послушать.

Я развернул на столе карту местности, где орудовал Шестилапый. Тайга, сопки, несколько ручьёв и, главное, система пещер в известняковых скалах, где зверь, по слухам, устроил логово.

— Смотрите, — я ткнул пальцем в точку входа в пещеры. — Тварь умна. Это не просто зверь, это — элитка. Она чувствует засады, обходит ловушки, чует магию за версту. Но у неё есть слабость — привычка. Она каждый день в одно и то же время выходит на водопой к ручью, вот здесь.

— И что? — подал голос Гришка. — Выйдет, увидит нас — и в тайгу.

— Не увидит, — загадочно ответил я. — Потому что нас там не будет.

Я выложил на стол новенький артефакт, над одним из которых корпел последние двое суток. Небольшая пластина из чёрного металла, покрытая сложной вязью рун, с восемью гнёздами для камней-накопителей. Выглядела она как произведение абстрактного искусства.

На самом деле — это отвлекающий манёвр. Со столичным зверинцем я уже втихаря договорился. Они визжат от восторга и ждут Шестилапого.

— Знакомьтесь — «Клетка». Принцип действия: активируется дистанционно, создаёт вокруг цели замкнутое пространство-ловушку. Стены невидимы, но непроницаемы для Твари. Ни вырваться, ни проломить. Стандартно работает полчаса, потом накопители садятся, но их можно сменить. За это время мы должны успеть её успокоить, обездвижить и погрузить в транспорт.

— А как мы её туда загоним? — спросил Никифор, разглядывая артефакт.

— Приманкой. Я буду приманкой.

Тишина в комнате стала абсолютной. Потом заговорили все разом:

— Ты охренел? — это Гришка.

— Не пущу! — Катька.

— Санчес, это самоубийство! — Никифор.

Я поднял руку, призывая к тишине.

— Спокойно. Я не собираюсь стоять перед медведем с голыми руками. У меня есть порталы. Я смогу уклоняться, уводить зверя за собой, пока он не окажется в нужной точке. Там сработает «Клетка». И тогда в дело вступите вы.

Я обвёл взглядом своих бойцов.

— Маги — усыпляющие чары, сковывающие, обездвиживающие. Всё, что у нас есть. Стрелки — прикрываете, но без фанатизма, чтобы не задеть Тварь насмерть. Основной огонь по лапам. Потом меняетесь. Целительницы — в резерве, на случай если меня или кого-то другого зацепит. Задача — не убить, а взять Тварь живьём. Живой Шестилапый стоит в десять раз больше мёртвого. Биологи, артефакторы, зоопарки — очередь выстроится.

— А если не сработает? — тихо спросила Алька (или Галька — я до сих пор путаюсь).

— Если не сработает — я открою портал и мы все свалим в безопасное место. «Клетка» сработает как отвлекающий манёвр. Но я уверен — сработает.

Савельич смотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. Потом перевёл глаза на артефакт, на карту, снова на меня.

— Ты действительно думаешь, что сможешь?

— Я не думаю. Я знаю. У нас нет другого пути. Либо мы рискуем и берём эту Тварь, либо так и останемся отрядом, который бегает за кабанами и спрутами. А я хочу большего. Для себя. Для них. — я кивнул на парней. — Они достойны настоящей славы.

— Слава славой, а головы на плечах пусть остаются, — проворчал в свою очередь Владимир Петрович. — Ладно. Я с вами. В машине посижу, но если что — подстрахую. Есть у меня… — начал он, но не закончил.

— Спасибо, — искренне ответил я.

Три дня ушло на подготовку.

Я доделывал «Клетку», проверял и перепроверял каждое соединение, каждый контур. Накопители заряжал до предела, буквально выжимая из них всё возможное.

Парни тренировались без отдыха. Никифор с магами отрабатывали связки усыпляющих и сковывающих заклинаний. Гришка со стрелками — стрельбу по движущимся мишеням, но с условием «не убить, а ранить». Это сложнее, чем просто палить во всё, что движется.

Блонды, которые напросились в этот рейд (видимо, им надоело скучать на Базе), учились быстро разворачивать медицинское оборудование прямо в поле.

Катька… Катька ходила за мной хвостом и молчала. Я знал этот взгляд — она боялась. За меня. За всех. Но не лезла с советами, понимая, что решение принято и обратного пути нет.

На четвёртый день, ещё затемно, мы выехали.

Ласточку оставили на Базе — дороги в тех краях были совсем гиблые. Поехали на Крузаке, набив его под завязку снаряжением, артефактами и людьми. Ехали долго, часа четыре, по разбитым лесовозным дорогам, потом вообще без дорог, ориентируясь по GPS и приметам.

Место встречи с Шестилапым я выбрал не у ручья, как планировал изначально, а на полпути между пещерами и водопоем. Небольшая поляна, окружённая вековыми кедрами, с одной стороны прикрытая скальным выступом. Идеально для засады.

— Вы здесь, — я обвёл рукой позиции, заранее распределённые. — Маги — за скалой. Стрелки — на деревьях, вот тут и тут. Целительницы — в Крузаке, мотор не глушить, быть готовыми к эвакуации. Как только тварь войдёт в зону поражения, я активирую «Клетку». Ваша задача — сразу же начать обработку. Не дать ей опомниться. Поняли?

Кивки. Серьёзные, сосредоточенные лица. Никто не улыбался.

— Санчес… — Никифор шагнул ко мне. — Береги себя.

— Обязательно, — хлопнул я его по плечу. — Мне ещё вас всех растить и растить.

Я отошёл от поляны метров на двести, в сторону тропы, ведущей от пещер. Спрятался за валуном, накинул Отвод Глаз и Купол Тихого Присутствия. Оставалось только ждать.

Ждать пришлось долго. Часа два, наверное. Солнце поднялось выше, лес наполнился птичьим гомоном, но я не расслаблялся, держал концентрацию.

И вот — земля дрогнула. Сначала едва заметно, потом сильнее. Я выглянул из-за валуна и чуть не присвистнул.

Шестилапый Медведь был… огромен. В холке метра три, не меньше. Шерсть бурая, с проседью, на загривке стояла дыбом, как грива. Шесть лап — да, именно шесть, по три с каждой стороны — двигались слаженно, мощно, почти бесшумно для такой махины. Морда — не медвежья, скорее, нечто среднее между медведем и волкодавом, с умными, злыми глазами. На спине — костяные наросты, похожие на шипы.

Тварь шла по тропе, принюхиваясь, прислушиваясь. Она явно чувствовала что-то неладное, но не могла понять, что именно. Отвод Глаз работал безупречно.

Когда она поравнялась с моим валуном, я вышел из укрытия. Сбросил с себя маскировку. И просто стоял, глядя зверю в глаза.

Секунда. Две. Три…

Шестилапый взревел так, что у меня заложило уши. И рванул.

Я рванул тоже — в сторону поляны. Бежал, что было сил, чувствуя за спиной горячее дыхание и тяжёлый топот. В голове билась только одна мысль: «Не споткнуться, не споткнуться, не споткнуться…»

Порталы я открывал прямо на бегу, уводя тварь от столкновения, заставляя её огибать невидимые преграды. Это злило её ещё больше.

Поляна. Край. Я выскочил на открытое пространство, сделал ещё несколько шагов и резко упал на землю, перекатываясь в сторону.

Шестилапый, не ожидавший такого манёвра, проскочил вперёд по инерции и оказался в самом центре поляны.

— Сейчас! — заорал я, активируя «Клетку».

Артефакт в моей руке вспыхнул, и вокруг медведя возникла мерцающая сфера. Невидимая, но ощутимая — зверь врезался в неё мордой и отлетел назад, как от удара.

— Отряд! Работаем!

Из-за скалы ударил град заклинаний. Усыпление, сковывание, паралич — всё, что у нас было. Стрелки открыли огонь, целясь в ноги и бока, стараясь не задевать жизненно важные органы.

Шестилапый метался в клетке, как бешеный. Он бился о стены, ревел, пытался пробить их магией — да, у него была магия, тёмная, древняя, она выплёскивалась из него, как смола. Но «Клетка» держала. Накопители светились всё ярче, но пока справлялись.

— Быстрее! — крикнул я, подбегая ближе. — Он сейчас вырвется!

Никифор, стоявший в центре магов, побелел от напряжения. Пот с него лился градом, но он не останавливался, вливая в заклинания последние силы.

И вдруг — тишина.

Шестилапый замер. Стоял на своих шести лапах, покачиваясь, и глаза его медленно закрывались. Рухнул.

— Есть! — выдохнул Гришка. — Усыпили!

Я не стал ждать ни секунды. Подбежал к туше, достал заранее приготовленные артефакты-блокаторы, прикрепил их к загривку, к лапам, к спине. Это должно было удерживать зверя в бессознательном состоянии ещё около суток, пока мы не отправим его заказчику.

— Все живы? — спросил я, оглядывая поляну.

Ответом были усталые, но счастливые кивки.

— Тогда грузим это чудо. Как — не знаю, но надо.

Грузить Шестилапого оказалось тем ещё квестом. Крузак, при всей его вместительности, не был рассчитан на перевозку трёхтонной туши. Пришлось вызывать пятитонный кран-манипулятор.

Через пять часов, когда медведь наконец-то был упакован в кузов и привязан ремнями и цепями, мы выдохнули.

— Санчес, — подошёл ко мне Никифор, держась за плечо. — У меня каналы… кажется, я перегрузился.

Я тут же приложил руку к его спине, сканируя. Источник у него работал на пределе, но повреждений не было. Похоже, ему наше приключение лишь на пользу пошло. Он и сам не заметил, как прорвался на следующий магический ранг.

— Отлежишься пару дней, но ничего не делай магией. Понял? Иначе можешь выгореть, — добавил я, чтобы уж он точно не рыпался, — А так — поздравляю. Через пару дней ты сам от себя охренеешь. Считай, вдвое прибавишь в магии.

Никифор кивнул, не вдруг сообразив, что я сказал, а когда понял… Он бы завизжал от восторга, но пацану такое не прилично… Не поймут.

— А теперь — домой, — скомандовал я. — Заказчик будет в восторге.

Крузак, натужно рыча, тронулся в обратный путь. В салоне пахло зверем, потом и адреналином. Парни, несмотря на усталость, возбуждённо переговаривались, пересказывая друг другу подробности боя.

Я смотрел на них и думал: ещё один шаг. Ещё одна победа. Мы взяли «элитку» живьём. Теперь о нас точно заговорят.

А впереди — новые задания, новые опасности, новые высоты. И я был готов к ним. Мы все были готовы.

Главное — что всех своих сберегли. Остальное приложится.

Обездвиженную тушу Шестилапого вывозили вертолётом. До Хабаровска. Там её уже ждал нанятый самолёт АН-12, а дальше… Дальше не моя забота. До столицы Тварь точно не очнётся. А дальше сами пусть о ней заботятся. Пусть уже их маги с ней разбираются, или насыщают надетые на неё артефакты маной. Их точно ещё раз на десять хватит, прежде, чем рассыплются.

Зато на счёт отряда поступило шесть миллионов. Как и договаривались.

— Вот это вы дали, парни! — встретил нас Отец на следующее утро, — Форум Гильдии просто кипит! Никто не верит, что молодёжь такую зверюгу спеленала! Нет, там конечно же есть звероловы, но отчего-то они не так активны, как вы. Дай Бог, раз — другой в год чем-то отметятся, а затем почивают на лаврах!

— Опс-с, тогда похоже, что я ещё кому-то дорогу переехал, сам того не желая, — уловил я самую беспокоящую часть его высказывания.

— Не без того, — кивнул Петрович, ехидно усмехаясь, — Так они того давно заслуживают. Зазнались. Животворящий пендаль им не помешает.

— Ты там кого-то знаешь? — догадался я.

— Ну, было дело. С одним из них мы вместе начинали. Но он потом к аристократам ушёл, а я…

— А ты попал в самый перспективный отряд страны! — оптимистично ободрил я старика, — Внукам уже скинул фотки нашего трофея?

— Хм… Скинул дочери на телефон, — признался Петрович.

— Во! Теперь ты Дед — герой! Пацаны в школе эти фотки раз сто покажут, а то и больше. А твоим внукам мы как-нибудь устроим фотосессию или около Пробоя, а то и вовсе внутри него.

— Зачем?

— Ай, забей! Для них такое суперважно, а нам ничего не стоит. Зато внуки у тебя будут в авторитете и прошаренные.

— Старший мне как-то раз жаловался, что его безотцовщиной назвали, — неуверенно произнёс Петрович.

— Тогда тебе задание. Привезти к нам старшего внука дней на пять. Многого обещать не буду, но у себя в школе он надолго станет козырным пацаном, — ухмыльнулся я про себя, планируя фотосессии на его телефон.

Кстати, если он у него так себе, что скорее всего, надо бы купить ему что-то современное. А уж какие съёмки Катька и блонды для пацана организуют…

Но, я всё проверю! Чтобы даже намёка на стриптиз не было!

Чтоб всё прилично.

Типа — любовь-морковь, две девчонки, якобы целующие в обе щёки и розовые пони, какающие радугой.

Не завидую я этой фотомодели. Ух, и оторвутся наши девчонки на нём! Устанет позы принимать!

Зато какой перфоманс!