Чернокнижник из детдома 3

Глава 2 Новая жизнь

За прошедшую неделю мы выезжали всего два раза. И нет, не в Пробои. С разбежавшимися Тварями воевали, защищая сельские поселения. Задания я специально выбирал «мясные». Снова псевдо лосей грохнули, аж целых три штуки и кабана — мутанта с целым выводком подсвинков.

Заодно пришлось мне ещё и на стационарную холодильную камеру разориться. Взял её с запасом, на восемь с лишним кубометров внутреннего пространства. Дороговато, конечно. Почти сто восемьдесят тысяч отдать пришлось, но пятилетняя гарантия грела душу. Равно, как и солидный запас мяса, крайне полезного молодым магам и тем, кто мечтает пробудить в себе Дар. А таких — считай весь детдом! Кстати, у нас уже двенадцатый появился. Тихий и старательный парень из средней группы. И вот как раз его-то я в Пробои пока брать не могу. Возрастом не вышел. Но на пару заданий я его всё-таки взял. Должен же кто-то из магов наш автобус охранять, пока мы тех же кабанов по лесам гоняем.

Была у меня ещё одна проблема, которой я решил заняться в эту неделю отдыха — Никифор. Он пока лидер среди моих Одарённых, но дальше его развитие пойдёт крошечными шажками, и помочь этому могут только Печати.

Я обстоятельно поговорил с парнем, выясняя его склонности и то, что ему больше всего нравится.

Усиление магического конструкта Печатями — процесс гибкий и творческий. Догмы, как таковые, конечно же имеются, но они лишь подскажут правильность составления выбранной линейки Печатей.

— Точно уверен, что хочешь стать стопроцентным магом? Силушкой или ловкостью нет желания похвастаться? — задал я последние уточняющие вопросы.

— Так я вроде и так не особо страдаю, — показательно напряг и пощупал парень свой бицепс, — Если что — тренировками доберу. Нет — однозначно магом! Санчес, ты же не просто так со мной этот разговор затеял? — с надеждой посмотрел он мне в глаза.

— Есть способы сделать тебя сильней, как мага, — задумчиво покатал я по столу карандаш, — Но будет больно.

— Сильно больно?

— Угу. Считай, что я иголкой по твоим костям часа полтора елозить начну.

— А оно того стоит?

— Ты сейчас сколько Каменных Шипов до полного опустошения можешь выдать?

— Уже семь! — гордо ответил мне этот уникум.

— Опять ночью тренировался? Смотри, повредишь каналы, я тебя месяц в Пробои брать не буду и тренировки запрещу! — пригрозил я ему в очередной раз.

— Так я же чувствую, можно ещё или нет, — попытался он оправдаться.

— Лишнего обещать не стану, но дня через три после процедуры ты и девять раз потянешь, скорей всего. Но первые разы всё равно остановись на восьми. Понял?

— Мы прямо сейчас начнём? — упрямо кивнул он головой, подтверждая согласие.

— Нет. После отбоя приходи и много сегодня за ужином не ешь, а лучше вообще его пропусти, — дал я ему дельный совет.

Процедура нанесения Печати болезненна, и в некоторые её моменты не каждый может себя контролировать.

Увы, но такие реалии в жизни магов случаются. Далеко не всё у них в том шоколаде, как кажется со стороны некоторым мечтателям. Боль, тренировки и превозмогание, иногда на грани того, чтобы всё бросить и пойти отдохнуть. Тупо лечь на диван и пялиться в телевизор или планшет, ни о чём не думая.

Немало сил пришлось приложить в создание лечебных артефактов.

Пока вопрос с Кланами окончательно не решился (а я предполагаю, что он никогда не будет решён, даже если меня в этом начнут уверять), жду подвоха. Мой финт с целительницами, нанятыми по контракту, себя оправдал, но кто знает, как надолго.

Поэтому у каждого появится трёхразовый артефакт Малого Исцеления, а у старшего в группе — и Среднее Исцеление будет.

Откуда группы? Так мы новую тактику нарабатываем.

Пока половина отряда работает — вторые их страхуют с огнестрелом в руках. Первые выдохлись — уходят на подзарядку от накопителей, но оружие у них под рукой. А я… я руковожу и страхую всех, подключаясь лишь в случаях острой необходимости.

И знаете, получается. Если что, на двух последних выездах моего вмешательства не потребовалось.

С новыми артефактами мы опять на шаг впереди. Прямо вангую — недалёк тот день, когда какой-то из Кланов втихаря продавит в Гильдии поправки, и поступит официальный запрет по привлечению к работе в Пробоях любых несовершеннолетних.

И мы к этому готовы. Теперь работу целительниц выполнят артефакты, а девчата нас и в автобусе подождут. Прямо чую, какая досада постигнет «коллег», которые надеялись, что нашли наше слабое место.

Чем бы ещё похвастаться (люблю я это дело, когда есть чем)… А, вот! Теперь в каждой из групп есть бафферы, они же дебафферы! Пока по одному в группе.

И пусть парни выучили пока всего лишь два заклинания из этой ветки, но бафф Повышение Урона Магией на десять процентов и дебафф — Снижение Ловкости у цели на сорок они кастуют за полторы секунды каждое. Чем уже сумели удивить и лосей, и папу — кабана. Громче всех последний возмущался, так как не смог разогнаться, чтобы торпедой врезаться в толпу наглых людишек, разметав их своей могучей тушей!

Кстати, уже половину сала с этого хряка у нас купили, и тот же торговец на вторую аванс выдал, пообещав её забрать в течении десяти — двенадцати дней! Оценил, гад такой, бесплатное хранение в нашей новенькой морозильной камере!

Следующий штурм рейтинга у нас начался рано утром, почти затемно.

Последние пару дней я верстал план, не раз его меняя. Пробои и задания, из тех, что можно легко и быстро выполнить, но расположенные так, чтобы расстояния между ними не превышали полутора сотен километров. В первую часть рейда мы уходим на три дня. В обязательных планах закрыть три Пробоя уровней А и Б, и выполнить три задания. Потом возвращения на Базу, как парни теперь называют детдом, ночёвка, и второй этап, уже на четыре дня, ещё более сложный, где финалом будет закрытие Пробоя ранга В. Не сказать, что этот Пробой на наш рейтинг скажется намного серьёзней, чем его предшественник, но там уже можно надеяться на приличные трофеи, которые с лихвой окупят все наши старания. Понятно, что для нас, неизбалованных начинающих Охотников.

Крузак урчал мотором, проглатывая километры утренних просёлочных дорог. В салоне пахло кофе, согревающими мазями и лёгким волнением. Парни сидели притихшие, каждый прокручивал в голове свои задачи. Блонды, которых я взял в этот раз для подстраховки и подноса патронов, увлечённо шептались на заднем сиденье, изредка поглядывая на Никифора. Тот после процедуры нанесения Печати ходил мрачнее тучи первые сутки, но сейчас выглядел вполне бодро и даже пару раз улыбнулся, поймав взгляд Тамары, которая осталась на Базе, но вышла, чтобы его проводить.

— Первый Пробой через сорок минут, — объявил я, сверяясь с навигатором. — Лесной массив у бывшей метеостанции. По данным Гильдии — стая каких-то псовых мутантов, особей десять-двенадцать. Уровень угрозы — А, но с бонусом за скорость выполнения. Работаем по отточенной схеме: первая группа — маги, вторая — огнестрел. Бафферы, не забываем про своевременность. Покажем, чему научились за эту неделю.

Гришка, сидящий рядом с водительским креслом, сжал кулаки.

— Сделаем, Санчес! Мы теперь не те, что месяц назад.

— Посмотрим, — усмехнулся я. — Слова — это хорошо. Но Твари словами не давятся.

Первый Пробой встретил нас сырым утренним туманом и запахом прелой листвы. Мутанты — крупные, лобастые твари, отдалённо напоминающие овчарок, но с длинными костяными наростами на хребтах — не заставили себя долго ждать. Они выскочили из тумана слаженной стаей, явно рассчитывая на эффект неожиданности.

Не вышло.

Первая группа встретила их стеной «Каменных Шипов». Вторая — прицельным огнём из ружей. Бафферы отработали чётко — дебафф на ловкость вожака заставил его споткнуться и кубарем покатиться под ноги сородичам, создав идеальную кучу — малу для магов.

Семь минут. Ровно семь минут понадобилось отряду, чтобы превратить двенадцать агрессивных туш в груду мяса и шкур, пригодных для сдачи.

Я лишь раз подстраховал, придержав Лианами одного подранка, попытавшегося уйти в лес. Остальное ребята сделали сами.

— Неплохо, — похвалил я, когда подсвисты и хлопки по спинам стихли. — Но могли и быстрее. Гришка, ты чего замялся с перезарядкой?

— Магазин заклинило, — виновато отозвался тот.

— Учись менять быстрее. Или носи два ствола в поясе. Ладно, грузим трофеи, едем дальше. График плотный.

Второй день принёс нам закрытие двух заданий — зачистку фермерского амбара от гнезда огромных мутировавших крыс и ликвидацию одиночного бродячего хищника, терроризировавшего пасечников. Там обошлось без эксцессов, хотя один из парней, второгодник Колян, умудрился наступить в крысиную нору и вывихнуть лодыжку. Малый артефакт Исцеления справился за минуту, но я всё равно записал ему «минус в карму» за невнимательность.

— Будешь на привале дежурить первым, — объявил я. — И без ужина.

Колян вздохнул, но спорить не посмел. Дисциплина в отряде была почти военной, и все это понимали.

Третье задание оказалось самым выгодным, хоть и самым противным. Ликвидация гнезда огромных муравьёв-мутантов, облюбовавших старый бункер в сопке. Муравьи, размером с крупную собаку, плевались кислотой и действовали скоординированно, как единый организм. Пришлось применять дымовые шашки и ставить мои порталы.

Бой затянулся на полтора часа. Дважды группа магов откатывалась на перезарядку, сменяясь стрелками. Я лично вытаскивал из-под обстрела кислотой одного из бафферов, который замешкался и чуть не получил струю в лицо. Артефакты Исцеления сработали отлично, ожоги затянулись за пару десятков минут.

— Ну их в баню, этих мурашей, — выдохнул Никифор, когда последняя тварь была насажена на Каменные Шипы. — Руки чешутся, даже помыть охота.

— Терпи, — отрезал я. — До Базы ещё четыре часа. Собирайте трофеи. Хитин и железы внутренней секреции — самое ценное. Не упустите ни одной тушки.

Набив пространственные карманы под завязку вонючей, но ценной добычей, мы двинулись обратно. В салоне стоял специфический запах, но никто не жаловался. Все были довольны: три дня работы, шесть выполненных объектов (вместе с бонусным муравейником, который мы оформили, как отдельное задание) и ни одной серьёзной травмы.

Возвращение на Базу, где нас встречали, как победителей. Малышня высыпала во двор, разглядывая выложенные ради них наши трофеи с благоговейным ужасом. Девчонки-целительницы тут же принялись осматривать парней на предмет скрытых повреждений. Тамара, делая вид, что проверяет пульс Никифора, задержала пальцы на его запястье чуть дольше положенного.

Я сделал вид, что не заметил.

Ночь отдыха пролетела как один миг. Утром, едва рассвело, мы снова грузились в Крузак. Второй этап — четыре дня, и главный приз в конце: Пробой ранга В.

Первый день второго этапа прошёл ровно, без сюрпризов. Два заказа, один мелкий Пробой — всё по накатанной. Парни работали как часы, без моих подсказок. Я лишь фиксировал результаты и подписывал бумаги.

На второй день случилось ЧП. Не у нас, у соседей.

Когда мы подъезжали к месту третьего задания, Гришка, дежуривший у рации, вдруг подскочил:

— Санчес! Сигнал бедствия от группы Охотников! Километров двадцать от нас, в сторону Хабаровского тракта. На них напала стая каких-то тварей, они запросили подмогу у Гильдии, но ближайший отряд «Цезарей» будет только через три часа!

Я замер. Вмешиваться в чужие разборки — не в наших правилах. Но и бросить людей на верную смерть… не по-людски.

— Координаты давай, — коротко бросил я. — Парни, готовность номер один. Едем на помощь.

Крузак взревел мотором, резко меняя курс на ближайшем же повороте с тракта.

Через пятнадцать минут мы были на месте. Картина открылась жуткая: пятеро Охотников, прижатых к скалистому обрыву, отбивались от стаи тварей, похожих на помесь росомахи и медведя — огромные, когтистые, с горящими красным глазами. Двое лежали без движения, трое едва сдерживали натиск.

— Работаем! — скомандовал я. — Группа магов — с фланга, подавить основную массу! Стрелки — прикрываете! Бафферы — дебафф на самых крупных!

Мы ворвались в бой, как нож в масло. Слаженность, отработанная на десятках тренировок, дала результат мгновенно. «Каменные Шипы» проредили строй нападающих. «Ледяные Копья» добили раненых. Стрелки сняли тех, кто пытался обойти с тыла.

Через двадцать минут всё было кончено. Твари лежали грудами окровавленного мяса. Охотники, живые, смотрели на нас с таким изумлением, будто мы были инопланетянами.

— Вы… вы кто? — прохрипел их главарь, мужчина лет сорока, с глубокими царапинами на лице.

— Отряд «Феникс»? — уточнил я, хотя знал ответ. Эмблемы на их куртках были чужие.

— «Цезари» мы, — поправил он. — Второстепенный состав. Спасибо… вы нас вытащили.

— «Цезари», — повторил я, и в моём голосе проскользнула усмешка. — Ну надо же. А мы — тот самый детдомовский отряд, который у вас рейтинг увёл. Приятно познакомиться.

Главарь «Цезарей» дёрнулся, но промолчал. Двое его подчинённых переглянулись.

— Лечите раненых, — я кивнул нашим целительницам, которые тут же подбежали к пострадавшим. — У нас есть артефакты. Дадим попользоваться. Бесплатно. В качестве жеста доброй воли.

Через час, когда «Цезари» были приведены в порядок и готовы к эвакуации, я подошёл к их главарю.

— Запомните этот день, — сказал я тихо, чтобы слышал только он. — Мы могли проехать мимо. Но не проехали. Передайте своим, что мы не враги. Мы конкуренты. Если хотите — те же спортсмены в соревновании за рейтинг. Но даже конкуренты могут иногда помогать друг другу. Если, конечно, у них хватает мозгов не пакостить исподтишка.

Главарь отряда «Цезарей» смотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. Потом протянул руку.

— Борислав. Если что — должник я ваш. И мои ребята тоже.

Я пожал руку.

— Санчес. Живите долго.

Мы разъехались.

На третий день второго этапа мы закрыли ещё два Пробоя и задание. Работали как проклятые, на пределе, но без сбоев.

На четвёртый день — финал. Пробой ранга В.

Это было старое русло реки, перекрытое завалами деревьев и камней. Внутри, по данным разведки, обитала целая колония тварей, похожих на гигантских жаб, но с длинными языками, способными пробить человеческое тело насквозь. Твари были хитры, осторожны и очень опасны.

Мы готовились к этому бою всю неделю. И сейчас, стоя на краю завала, я чувствовал, как напряглись парни.

— Пошли, — скомандовал я.

Бой длился почти четыре часа. Мы выкуривали тварей из нор, заливали огнём, травили дымом, давили магией и свинцом. Дважды я лично вступал в дело, когда ситуация становилась критической. Мои новые Печати работали безупречно — Щит держал удары языков, а порталы отправляли самых наглых особей прямиком в скалы в полукилометре от нас.

К вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, последняя жаба рухнула, пронзённая десятком «Каменных Шипов».

Мы стояли, тяжело дыша, посреди поля боя. Трофеев было — завались. Языки, ядовитые железы, шкуры, которые ценились у артефакторов на вес золота.

— Ну что, — выдохнул я, оглядывая уставшие, но счастливые лица своих ребят. — Мы сделали это. Пробой ранга В закрыт. Возвращаемся на Базу.

Обратная дорога прошла в полусне. Все вымотались до предела, но настроение было приподнятое. Гришка пытался травить байки, но его быстро укачало, и он заснул, привалившись к плечу Никифора. Тот тоже дремал, но сквозь сон улыбался чему-то своему.

Я сидел рядом с Савельичем, который вёл Крузак и думал.

Неделя, которую мы планировали как «восстановительную», обернулась новым прорывом. Шесть закрытых Пробоев, пять выполненных заданий, куча трофеев и… неожиданный союзник в лице «Цезарей». Точнее, не союзник, но должник. А должники в нашем мире — это почти актив.

На Базу въезжали под вечер второго дня. Нас встречали, как всегда, с шумом и гамом. Эльвира Захаровна всплеснула руками, увидев уставшие, но целые лица. Малышня облепила Крузак, пытаясь заглянуть внутрь и увидеть трофеи. Девчонки-целительницы, оставшиеся на Базе, обнимали вернувшихся подруг.

Тамара, дождавшись, пока Никифор выберется из машины, подошла и молча сунула ему в руку свёрток. Я мельком увидел — новый шарф, связанный вручную. Никифор покраснел, но принял и тут же намотал на шею, несмотря на довольно тёплую погоду.

Я усмехнулся и пошёл в мастерскую — оформлять документы для Гильдии. Работа не ждала.

Ночью, когда детдом затих, я сидел за столом, просматривая итоги недели.

Восемнадцать объектов за семь дней. Ноль потерь. Трофеи, которые потянут на полмиллиона минимум. Рейтинг отряда — уверенное первое место по региону и четвёртое по стране. «Медведи» и «Фениксы» так и остались позади, а «Цезари», после нашего спасения их группы, вообще выпали из гонки на ближайший месяц — им не до рейтинга, им бы своих раненых подлатать.

Оказывается, их хоть и много в Клане, а рейтинг-то тянули всего три — четыре рабочие группы.

Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

— Неплохо, Санчес, — сказал я сам себе. — Очень неплохо.

В дверь постучали.

— Войдите.

Вошел Никифор. Вид у него был решительный, но в глазах пряталась неуверенность.

— Санчес, можно вопрос?

— Валяй.

— Я… я хочу поблагодарить тебя. За Печать, за тренировки, за… за всё. Я никогда не думал, что смогу столько. Что стану кем-то. А теперь… — он запнулся. — Теперь я чувствую, что могу горы свернуть. И ребята тоже. Мы все… мы тебе верим, Санчес. И пойдём за тобой куда угодно.

Я посмотрел на него. На этого семнадцатилетнего парня, который ещё месяц назад был просто одним из многих в детдоме, а теперь — лидер магической группы, обладатель двух Печатей и просто человек, готовый защищать своих до последнего.

— Спасибо, Никифор, — ответил я серьёзно. — Я это ценю. А теперь иди спать. Завтра у нас разгрузка трофеев и отчёт в Гильдию. И, кстати, шарф тебе идёт.

Никифор смущённо улыбнулся и вышел.

Я снова закрыл глаза. В голове уже крутились новые планы, новые маршруты, новые Печати и артефакты. Отдыхать некогда.

Но это и хорошо. Потому что когда некогда отдыхать — значит, ты живёшь по-настоящему. И ведёшь за собой тех, кто тебе доверился.

За окном догорал закат над Уссурийском. Где-то вдалеке лаяли собаки. А здесь, в детдоме, в моей мастерской, в наших головах и сердцах, зарождалось что-то большое и важное. Новая жизнь, та, где вчерашние детдомовцы не окажутся изгоями в собственной стране.

Мы сделали это. И сделаем ещё больше. Я знал точно.