Чернокнижник из детдома 3

Глава 4 Спрут

— Санчес, — подполз ко мне всё ещё бледный Никифор, — Что это было? Я едва успел щит поставить, когда ты заорал.

— Ловушка, — ответил я, не отрывая взгляда от входа в Пробой, который виднелся внизу, у подножия скал. — Нас ждали. Точнее, не нас конкретно, но отряд зачистки. Цветочки эти — первая линия обороны. Дурман. Если бы не мой опыт… мы бы сейчас внизу лежали, и какие-нибудь местные твари добивали нас спящих.

Гришка, сидящий рядом, сплюнул вниз.

— Козлы. И кто?

— Выясним. У меня есть пара идей.

Идей, собственно, было две. Первая — «Фениксы». Они имели зуб на меня за вербовку и рейтинг. Вторая — кто-то из своих, завистники из числа магов, которые не хотели терпеть конкуренцию со стороны «детдомовских выскочек». Но «Фениксы» — слишком очевидно. Слишком прямолинейно. А эта ловушка была тонкой работой. Тут нужен был не просто грубый наскок, а знание психологии, понимание, как работают отряды зачистки, и доступ к закрытой информации Гильдии.

Значит, кто-то изнутри. Кто-то, кто имел доступ к отчётам разведчиков и мог подменить данные. Или сами разведчики.

— Что делать будем? — спросил Никифор.

— Работать, — жёстко ответил я. — Мы пришли закрывать Пробой. Мы его закроем. Но теперь мы предупреждены, и эта ловушка — единственный сюрприз, который они нам подготовили, и на который мы купились. Больше сюрпризов не будет. Я проверю каждый метр.

Я отправил сразу трёх духов в разные стороны на поиск любых опасных объектов. И часть из них нашлась почти сразу.

Спустившись со скал, мы двинулись вдоль берега. Но теперь я шёл первым, сканируя пространство Поисковой Сетью на каждом шагу. Цветы… их пришлось выжигать. Методично, сектор за сектором. Огненные Стены пожирали эту смертоносную красоту, а дым мы тщательно отводили магией Воздуха в сторону моря.

За цветами начался лес. Странный, полупрозрачный, с деревьями, похожими на кораллы. И там нас ждали настоящие хозяева этого места — огромные, размером с медведя, существа, напоминающие помесь жука и ящерицы. Они выскакивали из-за деревьев, щёлкая жвалами и поливая всё вокруг какой-то липкой дрянью.

Бой затянулся на три часа. Мы продвигались медленно, методично зачищая пространство. Мои бойцы работали как единый механизм — маги били по самым крупным, стрелки снимали тех, кто пытался обойти с флангов, бафферы не давали тварям скоординироваться. Я страховал, подхватывая критические моменты порталами и щитами.

К вечеру мы добрались до ядра Пробоя. Это был огромный цветок, точнее, цветочный бутон, размером с двухэтажный дом. Он пульсировал, издавая низкий, усыпляющий гул. Вокруг него валялись кости — останки животных и, кажется, людей, которые не смогли пройти дурманную защиту.

— Это матка, — определил я. — Уничтожим её — Пробой схлопнется.

Мы готовились к последнему рывку, но тут из-за бутона вышли они.

Люди.

Трое. В камуфляже, с эмблемами, которых я не узнал. Лица скрыты масками, только глаза горят холодной злобой.

— Не ожидали, — произнёс один, и голос его был искажён артефактом. — Думали, тут только твари? Не угадали. Здесь мы — хозяева. Этот Пробой — наша кормушка. Мы растим эти цветы, собираем пыльцу, продаём её магам-наркоманам за бешеные деньги. А вы, щенки, решили нам помешать?

Всё встало на свои места. Не ловушка против нас конкретно. Ловушка против любого, кто сунется в этот Пробой. Цветы — охрана. Твари — тоже. А эти трое — крышеватели, которые использовали Пробой как подпольную плантацию.

— Вы ошиблись адресом, — ответил я спокойно. — Это территория Гильдии. И мы здесь по заданию.

— Плевать мы хотели на вашу Гильдию! — огрызнулся второй. — Здесь наша земля. И вы на неё зашли. Так что у вас есть выбор: убирайтесь и забудьте дорогу сюда, или останетесь здесь навсегда. Как те, чьи кости вы видели.

Я оглянулся на своих. Ребята стояли насмерть, сжав оружие и готовые к бою. В их глазах не было страха, только злость и решимость.

— Знаешь, — сказал я, медленно поднимая руку, готовя заклинание, — Я ненавижу, когда мне угрожают. Особенно — когда угрожают моим людям. Так что выбирайте вы: или вы убираетесь с нашего пути и мы закрываем этот Пробой по-хорошему, или…

Я не договорил. Один из троих рванул вперёд, и в руке у него полыхнуло магией.

Дальше было как в тумане. Бой. Короткий, яростный и очень грязный. Противники оказались сильны, гораздо сильнее, чем обычные бандиты. Они явно были магами, и неплохими. Но нас было больше, и мы были злее.

Я лично уложил двоих. Одному портал отрезал руку с заклинанием, второго достал Воздушным Кулаком, отправив в полёт на десяток метров. Третьего взяли в кольцо парни, и после короткой перестрелки он сдался, бросив оружие.

Когда пыль осела, я подошёл к пленному, сорвал с него маску. Обычное лицо, лет тридцати, с затравленным взглядом.

— Кто вас послал? — спросил я. — Кто дал информацию о Пробое? Кто слил данные в Гильдии, чтобы сюда никто не совался?

Он молчал, стиснув зубы.

Нет, я конечно могу заставить его говорить, но только не у ребят на глазах. Опять же — это не моя обязанность. Есть на то специально обученные люди.

Через час, когда мы уже добили матку и Пробой начал схлопываться, мы вышли к автобусам.

Тогда я достал телефон, набрал Всеволода.

— Есть работа для ваших ребят, пожалуй, для краевого управления, — сказал я, когда куратор ответил. — Тут плантация наркотических цветов в Пробое, и трое хозяев. Один живой. Присылайте группу, пусть его заберут и всё осмотрят. И проверьте, кто в Гильдии прикрывал эту лавочку. Думаю, ниточки потянутся далеко.

Всеволод, кажется, даже не удивился. Только вздохнул устало:

— Опять ты, Санчес… Ладно, координаты скинь. Будут тебе люди.

Хех, первый раз он меня так назвал. Смешно, если честно. Похоже, мой позывной скоро весь Уссурийск будет знать.

Через час прибыл вертолёт с бойцами в форме, но без опознавательных знаков. Они забрали пленного, трупы, собрали образцы цветов для экспертизы.

Командир группы, сухой подполковник с нечитаемым лицом, подошёл ко мне:

— Ещё раз спасибо. Всеволод о вас хорошо отзывается. Если что — мы с ним поделимся информацией, в пределах возможного.

— Не за что, — ответил я. — Просто делайте свою работу. Одна лишь просьба — обязательно найдите тех, кто это организовал. Мне нужны имена.

Он кивнул и ушёл.

Вот и закрыли Пробой… Почти удачно. Уставшие, злые, но все живые. Целительницы тут же принялись зашивать царапины и ушибы. Раненые парни молча загружались в Крузак. Пусть полежат, а девчата за ними присмотрят.

Отец сидел за рулём Ласточки и пристально смотрел на густой лес, в котором только что кипела смертельная схватка.

— Санчес, — подошёл ко мне Савельич, — Ты как?

— Нормально. Думаю.

— О чём?

— О том, что война, похоже, только начинается. Те, кто это устроил, не простые бандиты. У них есть связи в Гильдии, возможно, и выше. Им нужно было это место. Сильно нужно. А мы его закрыли. И одного из них сдали властям.

— Думаешь, будут мстить?

— Обязательно, — кивнул я. — Но теперь мы знаем, что они существуют. И будем готовы.

Отец завёл мотор, и колонна из двух машин двинулась обратно, в сторону дома, оставляя за спиной схлопнувшийся Пробой и тайну, которая, я чувствовал, ещё не раз аукнется нам всем.

А поутру к нам нарисовался Волков.

Про его приход доложила охрана, да я и сам успел его заметить по камерам. К калитке в воротах он подошёл один, хотя шагах в пятнадцати стоял потрёпанный внедорожник с тонированными стёклами.

— Здравствуй, — сухо обронил он, когда его впустили на территорию, но руки не подал.

— И вам привет, — равнодушно ответил я, — Что на этот раз привело к нам?

— Слухи. Говорят вы в Пробое на трёх сильных магов нарвались?

— Врут. Трое слабаков были, но не больше того. Одного живым взяли.

— Сколько же ты парней положил? — продолжил сверлить меня взглядом ветеран.

— Я? Старый, да ты издеваешься! Мои парни их за пару минут порвали! — решил я, что переход на «ты» вполне оправдан, — Ни одного, конечно же, не потеряли! Все живы — здоровы и я прямо сейчас заявки просматривал, куда бы нам сегодня прокатиться.

После моего ответа у Волкова аж рот приоткрылся, а через пару секунд ещё и глаза на лоб полезли, но смотрел он не на меня, а куда-то мне за спину.

— М-м-м, Петрович, а ты здесь откуда? — наконец обрёл ветеран дар речи.

— Всё-то тебе знать нужно, Волков. Живу я тут, — буркнул у меня из-за спины водитель Ласточки, — А сам что пришёл? Как всегда — что-то вынюхать для своих игр? Ты, в следующий раз, лучше мимо проходи. Здесь парни резкие. Тройку Гауптмана вмиг сложили и их Пробой наркоманский закрыли. Смотри, не переиграй с ними. Они только с виду волчатами кажутся.

Оп-па… Так наш Отец уже в курсе, что вчера и с кем произошло. И это хорошая новость! Нет, я догадывался, что связи у него остались, хотя бы с теми же бывшими бойцами из их с сыном отряда, но даже не надеялся на столь скорые новости. Похоже, мы не только водителя с автобусом приняли в отряд, но и начальника разведки.

И что-то Волков у нас уже не так уверенно смотрится. Заметно сдулся ветеран, и кажется, ищет повод, чтобы достойно нас покинуть, и как можно скорей.

— Ко мне ещё есть вопросы? — перевёл я на себя внимание Волкова, на что он отрицательно мотнул головой, — Ну, тогда я пойду задание для отряда на сегодня всё-таки присмотрю, а вы уж тут сами поговорите. Старые друзья, как-никак… — стебанулся я напоследок над Волковым, глядя, как его скривило.

Как по мне — чересчур ушлым этот Волков оказался. А я ведь к нему поначалу всей душой… Даже от смерти спас.

А задание… задание нашлось. Пусть и бюджетное, но «мясное». Хотя, тут правильней сказать — «рыбное», и то, пожалуй выйдет не совсем верно. Короче, завёлся в Ханкайском заповеднике некий загадочный морепродукт. Предполагают, что приплыл он туда с китайской стороны озера Ханка, где не так давно наши соседи закрывали Пробой ранга Г, если по-нашему. И ладно бы, поначалу он местной дичью питался, так нет же — жеребёнка у егеря утащил. И тот тут же ударил в колокола, вызывая из города Охотников.

Судя по информации — спрут не спрут, но чем-то похож. По описанию егеря — размах щупалец Твари метров двенадцать — пятнадцать, а сами щупальца толщиной с неслабое бревно.

К заповеднику это существо прилипло, так как тут отдельная тема: озеро Крылово, что сообщается с озером Ханка сетью каналов и по сути, является устьем реки Илистая. Крылово неглубокое и отлично прогревается. Похоже, наш гость теплолюбив. И чем теплей вода, тем выше его прожорливость.

Существо из Пробоя ранга Г — страшно? Как по мне — не очень. Вряд ли это Босс или кто-то из его свиты, из «элиток». А обычную тварюшку мы такой толпой враз забьём. Молниями уже все парни владеют «на отлично».

Кстати. Местную игровую терминологию я нынче вовсю употребляю. Все мои бойцы, будучи пацанами, в компьютерных играх по жизни зависали и до сих пор нет-нет, да играют, а мне так проще ставить им задачи. Я даже как-то раз несколько часов потратил, чтобы посмотреть, как они прокачанными персами в рейды ходят. А сам слова и термины слушал и запоминал, чтобы на них объяснять. Дообъяснялся до того, что сам понемногу к их игровому сленгу привык, слушая череду команд рейд-лидера.

Забавно. Похоже, наш отряд станет первым в Гильдии, кто воспринимает Пробои, как компьютерную игру, но в реальной жизни.

Сборы были недолгими. Парни, прознав про «осьминога» (как они окрестили цель), забегали по территории с утроенной энергией. Гришка таскал ящики с патронами, Никифор проверял накопители, блонды, напросившиеся в этот раз (видимо, чтобы не скучать на Базе), наводили марафет в салоне Крузака. Ну, девочки — они всегда такие девочки…

— Санчес, а почему мы берём девочек? — подошёл ко мне Колян, тот самый, что неделю назад ногу вывихнул. — Они же не бойцы.

— А кто нам обед сготовит, пока мы тварь утюжить будем? — усмехнулся я. — И потом, они целительницы. Вдруг кого зацепит щупальцем? Пусть учатся. Боевой опыт не только в стрельбе. Тут каждому своё.

Колян понимающе кивнул и убежал проверять свой «Сайгу».

Через час колонна из двух машин выехала за ворота. Вперёд, как обычно, шёл Крузак с бойцами, за ним Ласточка, с целительницами и припасами. Владимир Петрович, наш новый «начальник разведки», был сосредоточен и хмур.

Подожду, может и расскажет когда, что они с Волковым не поделили.

Дорога до Ханкайского заповедника заняла около трёх часов. Чем ближе мы подъезжали к озеру, тем сильнее менялось «настроение» пейзажа — сопки становились положе, воздух влажнее, а в низинах начали появляться настоящие заросли тростника выше человеческого роста.

У кордона нас встретил тот самый егерь — мужик лет пятидесяти, с обветренным лицом и злыми, уставшими глазами. Звали его Степаныч.

— Дождался всё-таки подмоги, — сказал он, пожимая мне руку. — А то уж думал, самому идти эту гадину из ружья глушить. Только какое там ружьё, когда оно из воды, как подлодка выныривает. Я жеребёнка на привязи держал, метрах в пятнадцати от берега. Думал, одумается тварь, побоится близко подходить. А она ночью приплыла, щупальцем как шлёпнет по воде — волна коня с ног сбила, а вторым — утянула. Я и выстрелить не успел.

— Где сейчас тварь? — спросил я.

— А где ж ей быть? В Крылове. Озеро замкнутое, каналами с Ханкой связано, но они мелкие, для такой махины по лету непроходимые. Значит, здесь, в тепле, сидит. Я её пару раз видел — утром на отмель выползает, греется. Как тюлень, только щупальца эти…

— Покажешь место?

— Отчего не показать. Садитесь в мою «буханку», домчу.

Мы оставили машины на кордоне и перегрузились в видавший виды уазик егеря. Трясло нас по лесной дороге минут двадцать, пока не выехали к берегу небольшого, но красивого озера. Вода в нём была тёмная, почти чёрная, а над поверхностью стелился лёгкий пар — утро только начиналось, и воздух был прохладнее воды.

— Вон там, — Степаныч махнул рукой в сторону противоположного берега, где из воды торчали коряги и островки тростника. — Она между этими корягами обычно и лежит. Если не спугнули — должна быть там.

Я активировал Поисковую Сеть. Магия ушла в воду, сканируя дно и толщу. И почти сразу нашла — большое, плотное скопление жизненной энергии метрах в ста от берега, на глубине метров пять-шесть. Тварь была огромной. Не чудовище из легенд, но для нашего отряда — серьёзный противник.

— Есть контакт, — сообщил я парням. — Лежит на дне, отдыхает. Значит, работаем по плану «Водный». Группа магов — вы на берегу, готовите Молнии. Стрелки — страхуете с флангов. Бафферы — как только тварь покажется, вешаете на неё дебафф на скорость. Если полезет на берег — отходим, не геройствуем. Задача — завалить её в воде или на отмели, но не дать уйти обратно в глубину.

Парни закивали. План «Водный» мы отрабатывали на тренировках не раз, хоть и без реальной твари. Теория теорией, а практика покажет.

— Степаныч, — повернулся я к егерю, — Ты с нами или в машине?

— С вами, — твёрдо ответил он, передёргивая затвор карабина. — Пусть за жеребёнка ответит, гадина.

— Тогда держись за нами и не лезь под руку. Когда начнётся — не стреляй, пока не увидишь, что мы её остановили. А то вдруг рикошетом своих зацепишь.

Он кивнул.

Мы рассредоточились по берегу, прячась за деревьями и валунами. Я остался чуть в стороне, чтобы видеть всю картину и при необходимости вмешаться порталами.

— Никифор, — позвал я по рации. — Твой выход. Разбуди гада.

Никифор, стоящий у самой кромки воды, поднял руки. Воздух над озером задрожал, и в воду ударил мощный разряд Молнии. Вода вскипела, пар поднялся столбом. И почти сразу поверхность озера взбурлила.

Тварь вынырнула не там, где мы ждали, а метрах в пятидесяти левее. Она была… огромна. Тело, похожее на гигантский мешок, покрытое слизью и какими-то наростами, венчала безобразная голова с тремя горящими жёлтым глазами. Щупальца, толщиной действительно с бревно, хлестали по воде, поднимая волны. Два из них, самые длинные, потянулись к берегу, прямо к Никифору.

— Огонь! — заорал я во весь голос.

Залп Молний ударил по туше. Тварь взревела — низко, на инфразвуке, отчего у меня заныли зубы — но не отступила. Щупальца метнулись быстрее. Никифор едва успел отпрыгнуть, как то место, где он стоял, превратилось в мешанину из песка и гальки.

— Бафферы, работаем! — крикнул я.

Дебафф на ловкость лёг на тварь, но, кажется, не сильно её замедлил — слишком уж она была массивна. Зато бафф на урон от магии сработал отлично — следующая порция Молний пробила защиту, и на боку чудовища вспух чёрный ожог.

Стрелки открыли огонь из ружей, целясь в глаза и щупальца. Пули вязли в толстой шкуре, но несколько попали в цель — один глаз твари лопнул, залив всё вокруг чёрной жижей.

Тварь взбесилась окончательно. Она рванула к берегу, выбрасывая вперёд щупальца, как гарпуны. Одно из них обвилось вокруг дерева, за которым прятался Гришка, и с хрустом вырвало его с корнем. Гришка кубарем покатился по земле, чудом увернувшись от летящих комьев земли.

— Отходим! — скомандовал я. — Заманиваем на берег!

Мы отступили метров на пятьдесят от воды, продолжая поливать тварь магией и свинцом. Она выползала медленно, неуклюже, но неумолимо. Тело её, казалось, не предназначено для суши — щупальца толкали, подтягивали, переваливали тушу по земле.

Когда она оказалась на открытом пространстве, я понял, что это наш шанс.

— Никифор, все маги — один залп! Цель — голова! Стрелки — бейте по щупальцам, не давайте им подняться!

Удар был страшен. Полдюжины Молний, сконцентрированных в одну точку, пробили башку твари насквозь. Она дёрнулась, щупальца конвульсивно сжались, распрямились и замерли. Тяжёлая туша рухнула на песок, подняв тучу пыли.

Тишина. Только плеск волн и тяжёлое дыхание бойцов.

— Готов, — выдохнул Никифор, опуская руки.

Я подошёл к туше. Метров двенадцать в длину, не меньше. Щупальца, даже в расслабленном состоянии, толщиной больше моей ноги. На морде — три глаза, два целых, один развороченный. Пасть, полная острых, как иглы, зубов.

— Степаныч, — позвал я егеря. — Вот трофей. Забирай, что нужно, раз с нами пошёл. Остальное — наше, по контракту.

Степаныч, бледный, но довольный, подошёл, пнул тушу ногой.

— Сука… Жеребёнка жалко. Но хоть так. Спасибо, парни. Век не забуду.

— Не за что, — ответил я. — Работа у нас такая.

Пока парни фоткали тушу для отчёта Гильдии и собирали пробы тканей, я отошёл в сторону и набрал Владимира Петровича.

— Приём. Задание выполнено. Тварь ранга Г завалена. Потерь нет, ранений нет. Возвращаемся.

— Молодцы, — сухо ответил он, но в голосе слышалось довольство. — Жду с победой. Кстати, Волков уехал, но обещал вернуться. Говорит, разговор серьёзный. Может к вечеру подтянется.

— Посмотрим, — ответил я. — До связи.

Я убрал телефон и посмотрел на озеро, на парней, которые уже обступили тушу, тыкая в неё палками и обсуждая, сколько она весит и какую за неё дадут премию в Гильдии.

Ещё один шаг. Ещё одна победа. И никакие ловушки, никакие «Гауптманы» и «Волковы» нас не остановят.

— Разбираем всю её на запчасти и грузим сюда, на брезент! — крикнул я. — Через час выезжаем. На Базе шашлык и разбор полётов. А пока — все молодцы!

Радостный гул был мне ответом.

Мы возвращались домой. К своим. К тем, кто нас ждал. К новой, уже привычной жизни, полной опасностей, побед и настоящей, мужской дружбы. Хм… и возможно, девичьих мечтаний…