Чернокнижник из детдома 3

Глава 12 Даешь артефакты в массы!

А через три дня, когда Волкова выписали из госпиталя и он, ещё бледный, но уже на ногах, появился на Базе, я понял, что настало время для следующего шага.

— Санчес, — сказал он, пожимая мне руку. — Я твой должник. Если бы не ты…

— Если бы не ты, — перебил я. — Ты меня прикрыл. Так что мы квиты.

Он хмыкнул, но в глазах читалось уважение.

— Что дальше? — спросил он.

— Дальше — работа. У нас много дел.

И дел действительно было много. Отряд рос, пополнялся новыми бойцами. Блонды после истории в полицейском участке стали настоящими звёздами — их узнавали на улице, брали автографы. Они, конечно, пользовались этим, но я строго следил, чтобы слава не вскружила им головы.

Катька тоже подросла. Её Дар развивался, и я уже готовил её к первой Печати. Но пока — рано. Пусть окрепнет.

А я… Я чувствовал, что пора двигаться дальше. Мой магический конструкт был силён, но я знал, что могу больше. Три Печати, и вот теперь настало время для четвёртой.

Печати Мудрости.

Подготовка заняла пять дней. Я заперся в мастерской, отключил телефон, предупредил всех, чтобы не беспокоили. Только Савельич знал, что я задумал, и взял на себя охрану и координацию отряда.

Печать Мудрости — это не просто усиление. Это качественно иной уровень восприятия магии. Она позволяет видеть потоки Силы, понимать их структуру, предсказывать поведение заклинаний. Маги, владеющие ей, становятся не просто бойцами — они становятся стратегами.

Но и сложность была соответствующей. Ошибка в нанесении могла стоить мне не только силы, но и рассудка.

Я работал медленно, осторожно, сверяя каждый шаг с древними манускриптами, которые вызубрил наизусть. Серебряная нить, рубиновая крошка, капля моей крови — всё смешивалось в сложный узор, который ложился на энергетический каркас.

На третий день у меня пошла носом кровь. На четвёртый — закружилась голова. Но я не останавливался.

На пятый день, когда последний контур замкнулся, я почувствовал, как мир вокруг изменился.

Я видел магию.

Нет, не просто чувствовал — видел. Тонкие нити силы пронизывали всё вокруг — стены, предметы, воздух. Я видел, как они тянутся к артефактам на полках, как пульсируют в накопителях, как струятся по каналам моего собственного тела.

И я понимал их. Понимал, как они работают, как взаимодействуют, как можно их изменить.

— Охренеть… — выдохнул я, открывая глаза, — Получилось.

В мастерской было тихо. За дверью слышались голоса парней — они тренировались во дворе. Я встал, подошёл к окну и посмотрел на них.

И увидел.

Увидел, как Никифор, тренируясь с «Каменными Шипами», перегружает правый канал — ещё немного, и будет повреждение. Увидел, как у Гришки в накопителе образовался микроскопический дефект, который скоро приведёт к разрыву. Увидел, как блонды, сидя на скамейке, перешёптываются и кидают взгляды в сторону парней — и в их аурах читалось не только кокетство, но и искренняя симпатия.

Я открыл дверь и вышел во двор.

— Никифор, — позвал я. — Сбавь нагрузку на правый канал. И после тренировки зайди ко мне — покажу, как исправить.

Он удивлённо обернулся, но кивнул.

— Гришка, у тебя в накопителе трещина. Замени, пока не рвануло.

Тот выругался, достал артефакт, осмотрел — и присвистнул. Трещина была почти незаметна, но теперь, когда я указал, он её увидел.

— Санчес, ты как… — начал он.

— Потом объясню, — отмахнулся я. — Работайте.

Вечером, когда все разошлись, я сидел в мастерской и смотрел на свои руки. Мир стал другим. Я стал другим.

Печать Мудрости работала. Пусть пока и не в полную силу. Но теперь я видел больше, понимал глубже, чувствовал тоньше.

И это было только начало.

Прошёл месяц. С заданиями мы особо не частили. Отряд наращивал мускулы, мясо и клыки.

Нас уже семнадцать, если считать вместе с Савельичем и Волковым. Через месяц ещё трое добавятся, став совершеннолетними.

Директриса берёт взятки, и по-крупному. Уже пятерых к нам устроила, но ремонт съедает деньги быстрей, чем ей приносят новые суммы. Да, мы расходуем эти деньги на ремонт приюта. Малышне и средней группе уже всё обуютили, успели крышу перекрыть до дождей, теперь помещения старшаков и спортзал со столовой на очереди. Много денег ушло на согласование с подведением дополнительного кабеля. Нам его провели под землёй от другой подстанции. Случись на одной авария, мы всё равно останемся со светом. Тут мне пришлось вложиться, напополам с казной отряда. Зато теперь никаких проблем с зарядкой накопителей, артефактов и багги. Всем стало хватать.

Пацанов, которые пытались задирать новичков, поступивших " по блату", то есть за деньги, я одёрнул.

— Вы что творите? — спросил я у них, вызвав на разговор в спортзал, — Мы с директрисой из кожи вон лезем, чтобы слава о нашем доме пошла, как о лучшем учебном и воспитательном заведении во всём Уссурийске, а вы… Подумайте головой, что нужно сделать, чтобы дети богатых родителей вам завидовали и сами мечтали попасть в детдом? А вы всегда могли с гордостью говорить — я вырос в том самом, знаменитом детдоме Уссурийска!

— Так что теперь, нам их облизывать что ли? — дурашливо крикнул один из пацанов.

— Тьфу на тебя за глупость, что ты сказал, — возмутился я, — Ты что — ничего не понял? Представь, что это твой младший брат к нам поступил. Ему страшно, непривычно и не уютно. А ты, вместо того, чтобы ему всё объяснить и научить, ещё и ведёшь себя, как враг. Короче, не хотели думать сами, значит я буду думать за вас. Вас тут как раз десяток. Вот по двое и будете шефствовать над новичками. Сами выбрать сможете подшефных или мне назначать?

— Выберем, Санчес, — рассудительно кивнул головой лобастый паренёк, который уже месяца полтора тренируется вместе с моими бойцами и ближе к Новому Году готовится влиться в наш отряд.

— Список мне на стол через полчаса, — поистине королевским жестом выпроводил я парней из зала.

А как они хотели? Думать нужно было, прежде чем называть меня за спиной Королём детдома. Вот пусть и почувствуют, что лучше, Санчес или Король. А Гришка им объяснит разницу. Доходчиво.

Я вроде бы уже рассказывал, что мы, чернокнижники, очень жадны до знаний и всего нового.

Так что, когда мне надоело скрести металл штихелями, а потом и бормашиной, я отправился за советом к дедам.

Мои радиоинженеры ничтоже сумняшеся, посоветовали мне настольный фрезерный аппарат с ЧПУ, дополненный лазерной головкой. Когда я добавил вводные, сказав им, что мне и по золоту и по платине возможно придётся работать, но площадь заготовок невелика, то они почесали в затылках и взяли паузу на сутки.

Через сутки решение у них было готово, и мне предложили на выбор две модели. Одна чуть дороже, вторая подешевле, но там и скорость медленней. Прикинув, что в итоговой цене разница невелика (ну, что такое двадцать тысяч, если аппарат больше трёхсот пятидесяти тысяч стоит), я выбрал дорогую модель.

Кому это чудо осваивать, даже вопрос не стоял. Серёга меня бы не простил… предложи я это кому-то другому.

Что в итоге? Когда он, этот чудо-аппарат, за несколько минут выплюнул мне два десятка готовых пластин под артефакт, я готов его был расцеловать! Слов нет — сплошной восторг! Ускорение работы в сотни раз, и с идеальным качеством! Просто чую, рынок артефактов скоро вздрогнет от нашей могучей поступи!

Отгадайте, что первым в дело пошло? Конечно же, самые обычные целительские браслеты. Для всех детдомовцев, персонала и даже охраны. Теперь любому, чтобы чем-то заболеть, нужно будет серьёзно постараться.

Аппарат работает, нет слов. Пятеро девчонок старательно заполняют гравировку нужными чернилами и суют их в духовку на пять минут. Остаётся только вставить кристаллик рубина, и образовать меж рунами магические связи, но это я уже сам делаю. Лично. Кстати, чтобы не налажать, я даже специальные очки изготовил. Тонкие операции с ними куда, как уверенней можно производить. Всё до мельчайшей капелюшечки видно!

Наша небольшая, на первый взгляд, научно-техническая революция уже совсем скоро дала свои плоды.

Первые же мелкооптовые партии артефактов, предложенные на форуме Гильдии по чуть сниженной цене, раскупались, как горячие пончики, прямо с пылу-жару.

Это давало надежду и стимул для дальнейшей работы.

И тут пришло время подумать о бренде. Я зарегистрировал товарный знак «Уссури». В электронной форме это заняло двое суток.

Зато теперь мы защищены от подделок, и если они всё-таки будут, то честно скажу — я этим людям не завидую. Есть у меня парочка изысканных проклятий. Приберёг для важных случаев. Описывать их пока не стану, но можете поверить на слово — мало никому не покажется. Легче ёжом в туалет сходить по — большому.

Нынешний, пусть и временный Глава Гильдии в Уссурийске встретил меня, как дорогого гостя.

— Александр Сергеевич, какие-то проблемы по моей линии? — обеспокоенно поинтересовался он, не заметив особой радости у меня на лице.

— И это тоже. Но давайте начнём с оружия.

— А что с ним не так?

— Нам, по рейтингу, уже положены автоматы.

— Но у нас в арсенале их почти нет! — забавно всплеснул он руками.

— Мне всего-то десяток нужен, — спокойно заметил я, едва заметно подмигнув.

— От силы пять можем выделить, — правильно сориентировался он, — И цинк патронов.

— Патронов нужно больше. Цинков пять.

— Ну, тогда два цинка.

— Четыре!

— Три, и давайте на этом закончим!

— Три так три, — покладисто согласился я в ответ, — И пострелять на полигоне хватит, и неделю — другую перебьёмся, если заданий на Пробои брать не станем. А потом я к вам за новой партией приду. Вот прямо при вас официальную заявку от отряда скидываю, — достал я телефон и демонстративно начал жмакать по кнопкам.

— Так нет у нас денег на заказ! Прошлый глава, присланный из Харькова, счета нам полностью обнулил! — заломил пальцы нынешний начальник.

Как по мне, чуток переигрывает, но что взять от актёров из самодеятельности.

Надеюсь, остальные зрители окажутся не так пристрастны к актёрскому исполнению, когда это видео в Сеть уйдёт. Впрочем, там и разрешение будет так себе, якобы, под съёмку скрытой камерой. Глядишь, и прокатит это, якобы слитое видео, без замечаний.

Что я делаю и для чего это нужно?

Зрители увидят, что один из лучших отрядов уже не только Уссурийска, но и вошедший в ТОП Гильдии Охотников, не может получить нужное ему оружие и патроны, отчего вынужденно отказывается от дальнейшего закрытия Пробоев.

И пусть Гильдию такое вроде бы не красит, но оказывается, во всём виноват прежний начальник, каким-то загадочным образом спущенный нам из Хабаровска.

Интриги, скандалы и расследования! Пресса на этом живёт и кормится. И мы дадим им повод. Пусть копают. А если устанут, то поможем. Папочки-то с компроматом никуда не делись.

Но это было только начало разговора. Главное я приберёг напоследок.

— А теперь по второму вопросу, — сказал я, убирая телефон. — У меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться.

Глава Гильдии насторожился, но кивнул:

— Слушаю.

— Я наладил массовое производство артефактов. Целительских, защитных, накопителей. Качество — выше среднего, цена — ниже рыночной процентов на двадцать. Хочу предложить их Гильдии для перепродажи Охотникам.

Он удивлённо поднял брови:

— Массовое производство? Но как… Артефакты же всегда были штучным товаром… — задумчиво постучал он пальцами по столу.

— Были, — усмехнулся я. — Теперь будут не только штучными. У меня есть технология, есть оборудование, есть люди. Я могу делать партии по сто — двести штук в месяц. И это будут не одноразовые поделки, а полноценные рабочие артефакты с ресурсом не меньше года.

Глава молчал, переваривая информацию. Потом осторожно спросил:

— И какие условия?

— Простые. Гильдия закупает их у меня оптом по фиксированной цене. И продаёт в розницу с наценкой. Сколько сделаете наценки — ваша прибыль. Я не лезу. Но есть одно условие.

— Какое?

— Цена для Охотников должна быть доступной. Чтобы даже начинающий отряд мог купить базовый набор защиты и лечения. Не за бешеные деньги, а за вменяемые.

— Ты хочешь демпинговать? — прищурился он.

— Я хочу, чтобы Охотники перестали гибнуть из-за того, что не могут позволить себе нормальные артефакты, — жёстко ответил я. — Ты сам знаешь, сколько отрядов работают на старых, изношенных, самодельных поделках. А мои — надёжные, доступные, простые в использовании. Если Гильдия не хочет — я пойду напрямую. Открою интернет-магазин, буду продавать частным лицам. Но тогда вы потеряете и комиссию, и контроль над рынком.

Он задумался. Я видел, как в его голове крутятся шестерёнки — выгода, риски, перспективы.

— А местные артефакторы? Которые всю жизнь этим кормились? Они же взвоют.

— Пусть воют, — пожал я плечами. — Никто не мешает им тоже снижать цены и повышать качество. Конкуренция — двигатель прогресса. Кто не выдержит — уйдёт в другие ниши. Но Охотники от этого только выиграют.

— Ты понимаешь, что на тебя ополчатся? — тихо спросил Глава. — Не только местные, но и те, кто привозит артефакты из других регионов. У них там свои интересы, свои деньги.

— Понимаю, — кивнул я. — И готов. Потому что за моей спиной — отряд. И пятнадцать парней и девчонок, которые тоже хотят жить в мире, где честные Охотники не умирают от жадности торгашей.

И это была не поза, а позиция.

Он долго смотрел на меня. Потом вздохнул:

— Ладно. Давай попробуем. Пока — небольшую партию. Штук пятьдесят. Если пойдёт хорошо — заключим договор на постоянной основе.

— Идёт, — улыбнулся я. — Послезавтра привезу образцы.

Мы пожали руки. Я вышел из кабинета, и на душе было легко.

Первый шаг сделан. Теперь — работать.

Через день я привёз в Гильдию пятьдесят целительских браслетов, тридцать защитных амулетов и двадцать универсальных накопителей средней ёмкости.

Глава лично проверил каждый — качество было ровным, стабильным, без брака.

Откуда бы ему взяться, если станок с ЧПУ работает, как часы, а каждый артефакт проходит двойной контроль на выходе.

Мне сейчас никак нельзя облажаться, даже один раз. Иначе этот раздуют, как повод для информации о некачественном товаре.

— Неплохо, — признал он. — Очень неплохо. Я выставлю их по цене на двадцать процентов ниже средней. Думаю, разберут быстро.

— Уверен, — ответил я. — И готовьтесь к следующей партии. Через неделю будет ещё столько же. Впрочем, могу увеличить партии раза в два — три, но по предоплате.

Он в ответ только головой покачал, давая понять, что рисковать не станет

А через две недели на форуме Гильдии разразился скандал. Местные артефакторы, узнав о моих поставках, подняли вой. Они кричали о демпинге, о нечестной конкуренции, о том, что я разрушаю «вековые традиции». Кто-то даже написал донос в Москву, требуя проверить мои артефакты на качество.

Я спокойно выложил в Сеть видео с процессом контроля каждого артефакта, с сертификатами качества, с отзывами первых покупателей. И добавил короткий комментарий:

— «Дорогие коллеги. Если ваши артефакты стоят в три раза дороже моих, но работают так же — может, дело не во мне, а в вашей жадности? Задумайтесь.»

Комментарии разделились. Одни поддерживали, другие поливали грязью. Но главное — мои артефакты раскупали. Их брали отряды из соседних городов, из Хабаровска, из Владивостока. Даже из Москвы и Челябинска пришли первые заказы.

— Санчес, — позвонил мне Всеволод, — Ты там поосторожнее. На тебя уже зубы точат.

— Знаю, — ответил я. — Но отступать некуда. Позади — детдом.

Он вздохнул и положил трубку.

А я смотрел на станок с ЧПУ, который жужжал, вырезая и гравируя очередную партию пластин, и думал: это только начало. Мы ещё покажем этому миру, что такое настоящая магическая промышленность.

И пусть только попробуют нас остановить. Узнают силу моего негодования!