Девочка хулигана

Глава 32

Роза

Я немного не ожидала попасть в разборки между братьями. Тем более узнать наравне с Матвеем что-то очень важное и личное. Мне кажется, это неправильно, мое присутствие при этом. Поэтому, когда Сокол растерянно плюхнулся обратно на диван, я учапала на кухню доливать всем чай. Просто чтобы дать им побыть вдвоем и обсудить это. Но слышимость на кухне была очень хорошая, поэтому я все же осталась свидетелем их разговора:

— М, круто, что ты решил мне рассказать об этом прямо сейчас, а не во время свадьбы твоей мамочки, — голос Сокола был потерянным и глухим.

Игорь шумно вздохнул.

— Отец запретил. Ты и так на меня хреново отреагировал. А от этой новости у тебя крыша могла поехать.

— Во, чувак, — здесь мне показалось, что к словам Матвей еще добавил большой палец, повышая степень сарказма. — Я за это ему еще выскажу.

— Не стоит. Считай, что я рассказал тебе это по секрету. Просто потому, что не мог тебе дальше врать.

— Ничего лучше придумать не мог?! Может, мне еще начать притворяться, что ты обычный сводный?

Игорь на секунду замялся.

— Я такого не говорил.

— Ты на это намекал, — язвительно заметил Матвей.

Тут его брату пришлось отступить.

— Ладно, как так получилось? Какого хрена я твой родной родственник?

Я не выдержала и вернулась к ребятам с подносом.

— Спасибо, Роз, — кротко улыбнулся Игорь, а Матвей мне благодарно кивнул, намекая взглядом сесть рядом. — А то ты не знаешь, как появляются дети…

— У нас разница всего год, то есть когда ты родился, моя мать забеременела, а женаты на то время они были уже года три. То есть, он изменил с твоей… — Сокол недовольно прищурился, откидываясь на мягкую спинку и раскидывая руки. Я сидела довольно близко, поэтому возникло ощущение, что он меня приобнимает. Покраснела, но не отсела дальше. — Черт. Я сейчас твою мать ненавижу больше тебя.

— Ну, — Игорь явно был в замешательстве. Этот разговор был для него тяжелым. — Я не горжусь ее поступком.

— И что делать будем?

Игорь пожал плечами, виновато улыбаясь.

— Жить с этим. Может теперь ты примешь меня, даже не сразу, но я готов ждать.

— Только давай без гиперопеки, братец, — хохотнул Сокол, и я почувствовала, что напряжение между ними слегка отступило на задний план. Его брат промолчал, только выключил свет и включил какое-то кино на телевизоре, сам поудобнее устраиваясь в кресле рядом с нами. Наверное, нам это было нужно, как-то отвлечься от всего.

Я дозаклеила Матвею все раны, испытав облегчение. Все-таки сегодняшний вечер дал о себе знать, руки до сих пор немного подрагивали от стресса. Даже не думала, что буду так сильно за него переживать, но я чуть с ума не сошла, пока мы с Игорем не дошли до того места.

Правда, то, как на него отреагировали те ребята, было странным не только для меня, Матвей тоже подозрительно поглядывал на него, но задавать вопросы не спешил. Наверное, решил, что на сегодня хватит нового. Ему нужно для начала привыкнуть к тому, что они — родные братья. Я переводила взгляд с одной на другого, отмечая все больше схожестей. Они ведь и раньше были похожи, но я об этом не задумывалась. Просто как-то в голову не приходило.

— Спасибо, цветочек, — прошептал на ухо, и у меня по коже пошли мурашки. Упорно заставила себя смотреть кино, не поворачиваясь направо. Я и так чувствовала, что он смотрит на меня, а от этого хотелось то ли улыбаться как дурочка, то ли убежать и спрятаться от переизбытка смущения.

Так мы и сидели, пили чай с печеньем в полумрачной гостиной, пытались забыть последние часы этого вечера. Я совсем позабыла о времени, а если быть точнее, заставляла себя об этом не думать. Наконец-то я обычный подросток, проводящий время в кругу друзей. Я делаю что-то живое, новое и необычное для меня. И этот груз, камень, висящий над моей головой временно отступил, открыв солнце.

— Смотри, сейчас момент будет прикольный, — шепнул Матвей, и тут же на экране на героя выскочил монстр. Я вскрикнула и подпрыгнула, Сокол засмеялся и быстро прижал меня к себе, даже Игорь бросил на нас взгляд и улыбнулся уголком рта.

Замерла, прижатая к его грудной клетке щекой. А его рука лежала на моей талии, обнимая и немного лениво перебирая складки платья. Вроде бы все тоже самое, мы лежим смотрим фильм, но меня он уже не интересовал. Его сердце было четко слышно, такой громкое и быстрое, оно как моторчик билось о грудную клетку, и мое вторило ему с таким же темпом. Хорошо, что он его не слышит, а то бы надумал чего…

— Ладно, я спать ребят, — Игорь встал, помахав нам, и, забрав с собой плед, ушел в одну из дальних дверей. Мы остались в гостиной одни. И только кино разбавляло гулкую тишину. Его пальцы медленно гладили мой бок, это было и щекотно, и возбуждающе. Я почти горела от его касаний. Кажется, что я сойду с ума от такого количества эмоций внутри себя.

Это было похоже на горячий ураган, он не оставлял в покое ни один орган, скручивая меня изнутри и заставляя ноги дрожать. Мне почему-то было от этого и стыдно, и слишком хорошо, чтобы просить его прекратить.

— Вот мы и одни… — прошептал, и я подняла на него глаза. Наши лица были совсем близко. Рваное, быстрое дыхание перемешивалось. А губы Матвея тянулись все ближе и ближе. Я почти осязаемо чувствовала на этом крохотном расстоянии, какие они горячие. Горячие и манящие.

Взгляд глаза в глаза, и я проваливалась в эту космическую воронку, отключая разум. Это заставляло меня дрожать от желания коснуться его, зарыться в волосах и, смеясь, раствориться навеки.

Свободной рукой Сокол потянул за резинку, медленно снимая ее с косы и расправляя волосы. Аккуратно укладывая их на плечи, обрамляя ими лицо. Все эти прикосновение каждый раз будто били меня маленьким, приятным током, и хотелось еще и еще.

— Ты такая красивая… — благоговейно выдохнул, проводя пальцами вдоль щеки и убирая за ухо самую непослушную прядь. Заметила, как жадно загорелись его глаза и чуть приоткрылись губы. В нас будто резко возник магнит, причем стал тянуть с такой неимоверной силой друг к другу, что я чуть не застонала.

Пальцы на талии крепко сомкнулись, а рукой, которой он нежно проводил по волосам и щеке, взял меня за подбородок и притянул к себе так резко, что я не успела опомниться, как Матвей уже жадно сминал мои губы, вжимаясь в мое тело, словно боясь, что я растаю или исчезну, если он отпустит.

Мой третий раз, и каждый был с ним. И каждый из них все лучше и лучше, в тысячу раз, будто количество фейерверков на этот поцелуй запасли побольше. Или я просто быстро училась у него, переставая думать о том, что плохо целовалась, и наконец-то делала это на инстинктах и без каких-либо мыслей. Оказывается, когда во время поцелуя ни о чем не думаешь — он способен унести тебя в космос.

Именно там я была, а не на диване у него дома. Он становится все настойчивее и страстнее, будто огонь внутри парня разгорался все сильнее и сильнее. И он заражал меня, проникая прямо в душу. Я уже сама не заметила, как мечта потрогать его волосы переросла в реальность. Они хоть и были короткими, но оказались мягкими, как я и представляла себе. Это было каким-то чудесным сном. И я боялась проснуться, испугавшись, что если отпущу, он тоже пропадет, оказавшись моей больной фантазией.

В какой-то момент чаша переполнилась эмоциями, и Матвей стал медленно заваливать меня на диван, оказываясь сверху.

— Черт! — Громкое, а затем он сел на место, шипя и потирая ребра. Какое-то время переводил дух, пока я как примерная девочка усаживалась рядом, сцепив руки на коленях и обеспокоенно вглядываясь в его темно-синие из-за такого освещения глаза.

— Все в порядке? — Не знала, то ли обнять его, то ли дать подушку. — Мне кажется, тебе не стоит делать резких движений.

— Я и сам это понял, — лицо наконец-то расслабилось, Сокол выдохнул и виновато посмотрел в ответ. — Ты прости, я увлекся.

— Все в порядке, — смутилась и заправила за уши и вторую половину волос. Лицо горело, хотя само тело будто стало остывать от той страсти, что была между нами пять минут назад.

Матвей достал из-под дальней подушка плед, укрыл себя и приподнял одну из сторон.

— Иди сюда, — приглашающе потряс ей, и я нырнула в его объятия. Сверху на нас лег плед, и мы мирно вернулись к фильму, в котором уже была потеряна половина сюжета.

Стало так спокойно, тихо, что через время глаза стали закрываться, и я уснула на его теплой, родной груди. Мне ничего не снилось, но показалось, что я улыбаюсь во сне.

Утро было необычным. Хотя бы потому, что оно впервые было не дома.

Первое, что произошло — я перепугано вскочила, не услышав будильника и поняв, что я все еще во вчерашнем платье. Так. Я в гостиной. Одна, укрытая пледом. Здесь было тепло и мягко, но от осознания, что я спала одна, стало немного тоскливо.

Я принялась метаться по комнате, собирая свои вещи и ища резинку от волос. Ее почему-то нигде не было, и косу, которую я на автомате заплела, пришлось разочарованно распускать.

— Эй, ты чего носишься? — Сонный голос Матвея из прохода в коридор.

— Потому что мы проспали первый урок, и я не была дома! — Я нашла портфель и случайно налетела на парня. Он оказался ближе, чем я думала. — Ой! О боже!

Прикрыла глаза ладонями. Сокол стоял передо мной без футболки, в одних шортах, и улыбался. Голый. Торс. Кубики блестели после душа, кое где оставались капельки воды, притягивая взгляд. Я смотрела на него сквозь щелочки между пальцами.

Матвей захохотал.

— Богом меня еще не называли. Да ладно, иди потрогай. Не кусается, — оторвал одну мою руку от лица, пытаясь притянуть к ее прессу. Но я вырвалась, взвизгнула, и отбежала к дивану под его смех.

— Ну, раз учиться хочешь, — он перекинул полотенце через плечо, — обувайся, сейчас поедем.

— Куда? — Затупила.

— Ну, для начала к тебе домой. Учебники то у тебя вчерашние, — он посмотрел на мой портфель.

Кивнула ему и поспешила в порожек.