Джо – 7

Глава 10 Отступник и его драконы

— Выйду ночью в поле с котом… — заунывно пел я, бредя по дороге, — … поболтаем с ним обо всем! Только мы с котом, ночью в поле том… чей-то картофан собе-рём!

— Сам дурак и шутки у тебя дурацкие! — уныло прокомментировал народное творчество бредущий возле меня многохвостый дракон, замаскированный магией под коня, — Вот что теперь будем делать? У тебя наверняка все счета арестовали! Всё пропало! Мы нищие, на краю света, и бредем по дороге!

— Не усугубляй, — отмахивался я, — Как пропало, так и вернут, наша проблема эльфы, а не люди. С людьми всегда договориться можно. Тот же Страдивариус за идею конвейера душу продаст! Просто представь себе, как пятеро наскоро обученных башенников делают артефакты в три раза быстрее такого же количества полноценных Мастеров. Прогресс — это тебе не шутки…

Побег у нас с начала не задался. Ну, в смысле, с того самого, где моя башня изображала Байконур, с которого стартовал дракон, планирующий посетить низкую орбиту планеты. Увы, феерический взлет послужил лишь началом нашего с Шайном танго, потому что любое движение крыльев новорожденной ящерицы, страдающей нормальной мускулатурой, но совершенно лишенной веса, швыряло нас по всему небосклону. Паника самого кота-дракона не способствовала стабилизации полёта. В результате, мы приблизительно два часа швыркались по небу, проблевались, переругались, научились планировать, постепенно вернули вес, но потеряли всяческую ориентацию в пространстве.

Спустя еще пару часов, мы уже уверенно планировали-планировали и перепланировав, выпланировали на стоящую посреди поля башню мага. Невидимыми, конечно, потому что секретность — наше всё. Как оказалось, к моему глубокому неудивлению, Шайн понятия не имеет о том, как сажать невидимое драконье тело. Экстренное Снижение Веса помогло нам остаться целыми и невредимыми, но, после того как мы воспользовались башней по назначению, перебравшись на нужный нам континент, выяснилось, что моим драконокотом овладела стойкая боязнь высоты. И полёта. И магии.

…и, немного, меня.

Поэтому мы сейчас брели дорогами этого мира в поисках трактира и в ожидании, когда кота отпустит.

— Почему с ним всегда так? — тоскливо пожаловался дракон под иллюзией лошади, задирая свою голову к небесам, — Почему все вокруг Джо страдают от него, а он вечно выходит сухим из воды? Что за несправедливость?

— Не передергивай, — ухмыльнулся я, грызя травинку, — Твои страдания гроша ломаного не стоят. Да и слова тоже.

— Это потому что я кот⁈

— Нет, потому что ты сам себе противоречишь, — признался я, прикидывая, не поехать ли мне верхом на драконе, — То тебе не нравится, что я спокойно живу. Ворчишь, провоцируешь на подвиги, всё такое вот. То тебе хочется неги, ласки и роскоши. То свободы. Вот сейчас что? Ты вынес меня из башни, лети куда хочешь, драконь себе помаленьку, живи свою лучшую жизнь! Что тебе мешает?

— Куда лететь, когда ты такую кашу заварил⁈ — тут же неубедительно возмутился мой фамильяр, — Да и как жить в соседстве с метлой, которую ты в меня воткнул? Ты представляешь, что такое — иметь неуправляемый глаз в жопе, который смотрит, куда хочет⁈

— Не придирайся к мелочам. К этому можно привыкнуть. Зато ты можешь теперь одновременно накладывать несколько заклинаний…

— Да у меня магической силы теперь нет на несколько заклинаний!

— Что да, то да…

Так мы и шли какое-то время, мирно бурча друг на друга, осыпая претензиями и вообще совершая все положенные реверансы, которыми предаются старые друзья, после того как один из них другому чуть не откусил голову, а тот его превратил в боящегося неба крылатого мутанта. Ну а что поделать? Игорю нужна магическая сила, чтобы жить, её источником теперь является драконье тело и душа Шайна. Нельзя просто так взять, и сотворить на коленке нечто вообще без всяких недостатков. Хотя, конечно, Лунный кот такой недостаток, который может уравновесить вообще всё, да еще места вагон останется, но мироздание, почему-то, не принимает это во внимание.

Основной проблемой, стоящей сейчас передо мной, было то, что я понятия не имел, где в лесах этого континента искать княжество Нахаула лон Элебала. Лесов тут было до едрени фени, эльфов тоже, людей раз-два и обчелся, зато орков выше крыши. Мы же появились в центре всей этой тектонической плиты, на границе степи и леса. Опыт подсказывал мне, что на границе разумные формы жизни куда гибче и договороспособнее, чем в центральных районах. С ними надо было попробовать установить контакт.

Идея была хороша, у неё была душа, но так, как дракон отказывался летать или бегать рысью, шли мы медленно и печально, по дороге с облаками. Шли, шли, шли, началось уже смеркаться, а мы всё шли, я заколдовал оленя, Шайн его сожрал, а затем мы снова шли под нытье сытого дракона, которому хотелось спать, но мы всё равно шли.

А потом упали. Мордами в пыль. Оба.

Сразу и внезапно.

Парализованные.

— Здравствуйте! — кто-то сказал запыхавшимся и знакомым девичьим голоском, а затем больно пнул меня в задницу, — Я говорю здра! В! Ству! Й! Те!

Как понимаете, вместо восклицательных знаков были пинки. И, как вы точно понимаете, подобного в плане не было и не могло быть, потому что следы я за собой заметал как никто. Конечно, богам на подобное начхать, но я был уверен, что мои нежные намеки достучались до их чувствительных душ… хотя, об этом ли сейчас париться?

Мне же крышка.

В сумерках рядом с моей головой воздвиглась девичья фигура. Насколько хватало свободного глаза, я мог её опознать как грязную, потную, запыленную, но чрезвычайно довольную Наталис Син Сауреаль, выглядящую так, как будто бы она только что в одно жало укатала в землю опаснейшего волшебника на личном драконе…

Гм. Ладно. Рядом с личным драконом.

Следующий пинок мне достался в солнечное сплетение.

— Стоило мне только отлучиться на пару недель с дядей… — пробурчала, садясь около меня на корточки девушка, — Как ты устроил такое, чему даже слов нет! Мерзавец. Подлец. Негодяй! Молчишь?!! Правильно, что молчишь. Такому как ты и сказать-то нечего.

Поневоле, даже несмотря на ситуацию, я умилился. Моя школа! Моя девочка!

— А это что за хреновина? — продолжала эльфийка, начав разглядывать Шайна, — Вроде дракон, но какой-то убогий. Кого ты так искалечил? А главное — зачем⁈

Ответы юную остроухую не интересовали в принципе.

— Вот как так-то? — удивлялась она, вновь возвращаясь к пинанию моей тушки, — Уходила — он сидел в башне! Возвращаюсь — он черте знать где, с огромной золотой железякой за спиной и уродским драконом! Как можно было довериться такому человеку? А я ведь отдала ему самое ценное, что у меня было! И это после того, как он меня прилюдно опозорил!

Чихвостила она меня минут пятнадцать, временами делая ремарки в сторону уродливости Шайна, хотя тот, на мой взгляд, получился весьма импозантным. Выдохшись, девушка махнула пару раз своей палочкой, а затем выдала внезапное:

— Все, хватит! Идемте за мной! Надо что-то с дядей делать, а то простынет же…

…и я почувствовал, что могу двигаться. Сказать, что это меня озадачило — ничего не сказать, но факт есть факт, мы с Шайном вставали на ноги, полностью дееспособные и готовые драться, бегать и колдовать, в то время как эльфийская девушка знай себе топала куда-то в кусты, подставив нам свою спину и обтянутый кожей штанов задик.

— Джо, — тут же проникновенно сказал Шайн, — Это замадня! Слышишь?

— Слышу-слышу… — пробурчал я, — Идём.

— За ней⁈ Туда⁈

— Ну да. В замадню.

На опушке леса, заботливо прикрытый парой заклятий, лежал и не жужжал его эльфейшество декан Школы Магии, руководитель Исследователей и простой неплохой такой тип по имени Эльдарин Син Сауреаль, легонько похрапывающий в глубоком колдовском сне. Встав над ним, родная племянница задумчиво стукала себя кончиком волшебной палочки по носу. При виде наших удивленных морд, стукать перестала, вместо этого сердито спросив:

— Вот что теперь с ним тут делать⁈

— Да оставь, я доем! — заставил поперхнуться нас обоих Шайн, а затем ловко смылся, спасаясь от тут же долбанувшей его заклятием девицы.

— Так, отставить дурдом! — наконец, решил всё про себя я, наколдовывая вокруг спящего эльфа комфортную температуру, — Тут будет привал! Наталис! Нам нужно серьезно поговорить!

На меня посмотрели, как на предателя. Видимо, сорвал слова с языка.

Через час мы уже сидели у уютно потрескивающего костра, над которым жарилась нога очень дикой свиньи, притащенной Шайном. По его словам, свинья была невероятно дикой, можно сказать, совсем лесной, хотя внешне толщина жарящейся ляжки была больше, чем любая лесная хрюшка, которую я видел. Да и розовой, вдобавок. Но, мы хотели есть и не хотели знать, поэтому не задавали лишних вопросов чавкающему остатками добычи дракону. Тем более, что ради такой оказии, тот даже снова научился летать.

— Когда на тебя внезапно нападает слономедведь, а затем, через пять минут, внезапно от неминуемой гибели спасает эльфийский мудрец, ты сразу же задумаешься, а не подстава ли это? — неспешно рассказывала девушка, уже обгрызшая пару раз жарящуюся ногу, — И мой дядя. Он, конечно, учитель, да и вообще самых честных правил, да еще и тебя другом не раз называл… однако, стоило Эфирноэбаэлю договорить пару фраз, как Эльдарин уже, считай, был в седле и хотел идти на тебя войной. Нет, я их понимаю, ты та еще зараза, но…

— Но? — моргнул я, отрезая себе ну очень дикой свиньи.

— Что «но»⁈ — насупилась на меня эльфийка, а затем, немного помолчав, прорвалась, — Да то «но», что только ты, негодяй, подлец, скотина, кобель и гад! Только ты со мной себя вёл как… как… как друг! Как… сосед! Как… Я ради дяди здоровьем и свободой рисковала, а он даже не спросил, как я живу! Чем живу! Как дышу! Есть ли у меня друзья! Чему я учусь! Чего достигла! Где деньги беру!

В общем, как это ни странно, я для эльфийки оказался ближе, чем весь остальной мир совокупно. Более того, прекрасно зная, как я живу и чем занимаюсь, девушка отнеслась к словам Эфирноэбаэля Зис Овершналя, признанного авторитетного авторитета среди всея эльфов, с позиции «ты втираешь мне какую-то дичь!». Причем была совершенно права. Высокие чувства, бурлящие в скромной груди этой жительницы лесов, упорно ей твердили, что старина Джо вовсе не покушается на благо общества, а наоборот, ставит общество на благо себе. Причем мелко, мирно, в комфортных масштабах. А это значит что?

Что супер-пупер-мега-эльф брешет как сивая собака на голубую луну. Однако! Ему, этому мудрецу, кивает дядя, причем с первых двух лозунгов, насрав, значитца, на все свои предыдущие чувства (и долги) по отношению к Джо! Большую эльфийскую кучу. Ровно такую, какую клали на саму Наталис другие (но очень похожие!) эльфы!

— Он мог просто сказать! — орала, не стесняясь темного леса, эльфийка, — Наталис! Милая! Нам нужно найти Джо! Помоги пожалуйста! Вот тебе тысяч двести золотых, чтобы ты не бедствовала! Только справься! И я бы нашла!

— А не жирно ли? — из кустов высунулась драконья морда, критично обозревшая сидящую на теплом спящем дяде эльфийку, — Двадцать бы что, не хватило?

— За двадцать я бы очень тщательно искала, — рассудительно ответила Син Сауреаль сытому дракону, — А вот за двести бы — сразу нашла! Как сейчас.

— Кстати, а как ты меня нашла…? — вслух задумался я.

— А это маленький эльфийский секрет! — задрала нос неприлично довольная девушка, — Только мой!

— Меня больше интересует, зачем она нас нашла! — снова высунулся Шайн со свисающим из пасти свиным ухом.

— Ты меня прямо удивляешь в последнее время, — пожаловался я дракону, — Стал настолько умным и полезным, что то ли убивать пора, то ли поинтересоваться, куда ты дел Шайна… так, не сметь в меня плеваться ухом! Но вопрос хороший.

— А почему бы и нет, раз ты уже разобрался с богами? — задумчиво почесалась утонченная и длинноухая ученица мудреца, — Ты же хитрый и жадный. Если победишь всех, то обязательно сдерешь с них компенсацию, а она будет просто огромной. Вот и поделишься. Может, княгиней меня сделаешь, а я восстановлю свой клан уже без помощи своего бесполезного дяди…

— Хм… — задумался я вслух, — А что, подходит. Тем более, мы как раз ищем местного эльфийского князя, чтобы его как следует зачморить…

— Это какого? — тут же оживилась Наталис.

— Нахаула лон Элебала.

— Так, всё, бывайте, было приятно поговорить, я пошла! Позаботьтесь о дяде! — последние слова доносились уже из мрака леса, от невидимой и быстро удаляющейся девушки.

Ну, далеко моя прекрасная соседка уйти не могла, без своей-то волшебной палочки, уже украденной мной заранее, но постаралась, да. Мы даже успели слегка вздремнуть перед тем, как из леса вырвалась всклокоченная и зверски уставшая девушка, чтобы с невнятным бурчанием пасть мне на грудь, а затем использовать вместо матраса. Дядю, куда более податливого и удобного, Наталис Син Сауреаль проигнорировала.

Так и заснули аж до обеда следующего дня, пока нас не разбудил отряд орков-охотников, разыскивающих беглую свинью по приказу вождя племени. Ну, что сказать? Свинью они нашли, опознав по лежащему неподалеку от кострища уху, а заодно нашли и нас. Возможно, эти орки бы даже хотели сделать что-нибудь плохое с невинными спящими разумными, но высунувшийся из кустов дракон своим «здорово, щеглы!» настроил зеленокожих на миролюбивый лад.

Проснувшийся я, недолго думая, прямо из-под эльфийки сделал этим парням деловое предложение, что окончательно урегулировало возможные претензии. Спустя полчаса мы уже все дружно и мирно шли к ближайшему стойбищу, оживленно обмениваясь новостями, байками и спящим эльфом.

Орки этого мира были ребятами, которых я до этого не встречал ни разу за всю жизнь, но никаких проблем это не доставило. Взять миролюбивого индейца, ставящего шатры в степях, да пасущего разный скот, увеличить раза в полтора, снабдить ярко-зеленой кожей и тяжелой нижней челюстью, отвернуть горбатый нос и привернуть маленький, чуть задранный — вот вам и орк. Эдакий неторопливый и непривередливый хиппи, изъясняющийся басом и любящий валяться на солнце. Нет, выглядели эти здоровяки как машины-убийцы, занимающиеся в свободное время бодибилдингом, но, по сути, были теми еще флегматиками.

— Сын завтра женится, — неторопливо поведал мне вождь племени, довольно пузатый и низкорослый орк с плечами, на каждом из которых я с Наталис мог бы сесть и сыграть в ладушки, — Вот, свинью купили. А ты съел. Придётся снова к эльфам посылать. Ну ничего, на три золотых мы пять свиней купим! Так что даже хорошо вышло. Выгодно! Еще воруй, мне понравилось.

— Мы тут проездом, — дослушав вождя, принялся забивать ему я баки, — Путешественники мы, ищем княжество одно эльфийское. Дядя вот у нас приболел. Можно мы его заколдуем, да вам оставим на сохранение? Он небольшой, в ящик поместится, пить и есть не будет… а я вам еще десять золотых заплачу? Если через месяц не заберем, просто любому эльфийскому клану занесете, там расколдуют…

Очень круглые глаза Наталис Син Сауреаль стали настоящей отрадой для моей души.

— Ну… — задумчиво гладил выпуклый живот вождь, — Давай лучше не деньгами, лучше палку золотую оставь. Очень красивая палка-чесалка, да. Мне все завидовать будут.

— Палку не могу, я ей колдую, — упирался я, — Возьмите деньгами.

— Деньги тлен! — фыркал вождь, — Тогда дракона оставь, на месяц. Он нам свиней таскать будет!

— Дракон вас обожрёт, он вчера всю свинью съел, ему сегодня столько же надо будет!

— Ну так не нам же кормить…

— А кому?

Дракон оркам был не нужен, а вот мой посох-канделябр сильно уж вождю понравился. Настолько, что, подумав, он предложил пару своих дочерей в довесок, от чего эльфийка тут же расфыркалась. До конфликта, впрочем, дело не дошло, потому как мне заколдовать какую-то корягу, чтобы она приняла форму канделябра, было несложно. Изменив часть с подсвечниками на огромную и слегка загнутую лапищу с когтями, точь-в-точь как у самого вождя, я расплавил пару золотых монет, покрыв полученное изделие позолотой. Получилось на заглядение, еле-еле смогли отмазаться от присутствия на свадьбе в качестве очень почетных гостей.

Оставив позади себя гостеприимное стойбище зеленокожих и погруженного в стазис декана Исследователей, мы оседлали недовольного Шайна, чтобы взвиться под небеса этого прекрасного мира. Не просто так, конечно же, а вместе с картой, которой с нами поделились счастливые орки, предвкушающие жареную свинину.

— Ты оставил моего дядю дикарям, которым заплатил красивой палкой! — пихнула меня под ребра возмущенная перворожденная, — Как ты мог!

— Что значит «как»? — удивился я, пытаясь удержать карту, которую у меня пытался вырвать встречный ветер, — Ты же сама всё видела!

— Ты ужасен! Ужасен! Как я могла… — попыталась что-то сказать крепко вцепившаяся в меня девушка, но получила в лицо воробьем, от которого я еле увернулся.

— Ой, да не переживай, будут тебе эти двести тысяч, будут! — отмахнулся я, — И княжество будет. Правда, с ним сложнее, я в эльфах особо не разбираюсь… Впрочем, в любом княжестве, думаю, будут эти двести тысяч, так что вопрос решается оптом…

Похоже, за моей спиной воробья попытались прожевать, а не выплюнуть. Ну а что? Как я могу повернуться спиной к чаяниям женщины, что ради меня идёт против своего народа, богов, да и вообще всего мира? Ну, может, и не ради меня, а из чувства противоречия и желания заработать прямо невероятно лютый куш, но идёт же? Может, просто делает вид, что идёт, но тут что главное? Общественное мнение. Убедим всех, что идёт — вот она и пойдет! Куда ей будет деваться?

— «Ты подлый и коварный гад!», — передал мне по мысленной связи кото-кракено-дракон, — «Одобряю!»

— Ты… — мне в ухо ткнулись жаркие женские губы, облепленные мелкими перьями, — Собираешься ограбить какое-то княжество, а затем подарить мне награбленные деньгии́тех, у кого они были забраны⁈

— Женщина, не капризничай!! — возмутился я под хохот летающего пресмыкающегося, вовсю веселящегося с нашего диалога, — Ты неубитому медведю уже все зубы пересчитала!

///

Обнявшая худое жилистое тело мага перворожденная, сидящая вместе с ним на летящем по небу драконе, наконец отплевалась от перьев птицы, но снова заговорить со спутником не захотела. Им обоим пришлось пригнуться, когда кот в теле дракона начал набирать скорость. Новая цель путешествия была выбрана, и они спешили к ней.

Правда, мысли в голове юной эльфийки были совсем не о путешествии. Благодаря несчастной птахе, которую ей едва не пришлось проглотить, оказались не произнесены слова, которых Наталис боялась, в которых была не то, чтобы не уверена… но точно не хотела, чтобы они были услышаны. Настолько, что уже забыв об не случившейся оплошности, она вспоминала фразы великого мудреца, Эфирноэбаэля Зис Овершналя, которые ей, недоверчивой сироте, пережившей позор среди сородичей, теперь казались куда как более соответствующими истине.

Племянница декана Исследователей, только что оставившая своего единственного и неповторимого родственника в немытых руках зеленых дикарей, сейчас обнимала не человека. Нет, вполне человека, обнимаемое ей было прекрасно знакомо одетым, раздетым, полуодетым, даже спящим в ванне или нарезающим ей, Наталис, бутерброды. Но это был не тот человек, который человек для эльфа, если вы понимаете чувства этой прекрасной девушки. Не жалкая короткоживущая пародия на разумное существо и даже не её более качественная подделка, называющая себя «волшебником».

Нет, она никогда не воспринимала Джо Тервинтера так. Он, с того самого момента как украл её, спящую, в лагере бандитов, а затем насильно напоил вином, чтобы разговорить, всегда воспринимался юной эльфийкой иначе. Как? Она не задавала себе вопросов до момента, пока не очутилась вот тут, с полным ртом перьев, на драконе, предавшей свой народ, свой мир и своих богов.

В тощем теле, скрытом мантией мага, пряталась Стихия. Не та, что сметает всё на своём пути, но та, что не замечает на своем пути ничего. Она спала, дремала несколько лет, перед тем как глупцы и слабаки своими запретами разбудили её, бросили ей вызов. Она его приняла, и теперь пробуждается, чтобы вступить в схватку. Вместе с ней пробуждается и тот, кого она избрала своим Святым.

Джо вовсе не нужно было обещать ей княжество и деньги. Да, она бы не отказалась от подобного, но зачем ей больше собственного леса и весьма неслабого дохода? К чему? Это знала она, знал он, но вот просыпающаяся сила — не знала. Не её любовник так легко дал обещание в очередной раз изменить мир, но его мощь, требующая высвобождения. Неощутимая, незримая, непонятная.

Наталис это понимала лучше любого другого существа. Она ведь в лесу живёт, а там скучновато. Все манадримы, что когда-либо сделал Джо — она с удовольствием просмотрела, не один раз. Она знала этого худого, ехидного и зловредного волшебника очень хорошо… гораздо лучше, чем кто-либо другой, за исключением его паршивого кота. Представительница рода Син Сауреаль не верила, что сидящий перед ней тип с его странными разноцветными глазами и кругами вокруг них, хочет всерьез кому-нибудь зла. Но она не верила также и в богов, и в мудрость своих собратьев, и в могущество Гильдии Магов или гнев её верхушки.

Здесь и сейчас, сидя на искусственном драконе вместе с волшебником, у которого на спине вперенахлест были закреплены гигантский окаменевший червяк и золотой канделябр, Наталис Син Сауреаль верила только в одно — она очень правильно сделала, выбрав сторону одинокого человеческого мага, а не всего мира.

Хотя… нет.

Была еще одна вещь, в которую эльфийка верила очень твердо, но с гигантской неохотой.

В то, что ей еще не раз придётся пожалеть о своем выборе!