Джо – 7

Глава 13 Со смыслом!

— Тебе не скрыться от нас, жалкая тварь!

— Мы знаем твой запах! Твой и твоего отродья! Вам некуда деваться!

— Мы следим за тобой, ничтожество!!

— Мы отомстим! Страшно отомстим!

Драконы летали и орали у нас над головами. Правда, между ними и нами было полсотни метров зелени и крепкой древесины густого леса, летучие ящерицы не могли добраться до наших нежных и трепетных тел, но вот выпускать из фокуса своего внимания эти твари, обладающие почти сверхъестественным обонянием, нас не собирались.

Впрочем, мне пока что было не до этого. Уподобившись дракону, я навис над своей жертвой, вытянув шею и угрожающе пуча глаза, а заодно и вопя, как потерпевший:

— КАК ТЫ МЕНЯ НАШЛА⁈

Нет, ну это издевательство какое-то! Ладно Наталис, она эльфийка, у неё свои заморочки, но эта! Молодая блондинка, считающаяся одной из красивейших женщин Орзенвальда, была совершенным нулем в любой магии, кроме своей красоты и апостольства Лючии! Она была простым, очень простым, предельно простым, изученным мной вдоль, поперек, вокруг, около, сзаду, спереду, снизу, наискосок, вперенахлест и по наклонной… человеком!

Блондинка, только что пережившая свой собственный выкидыш драконом, поимку посреди нигде, несколько чудес с виражами, вид драконьей жопы с глазом и щупальцами, а затем резкий спуск в лесную хмарь, сидела, икала и таращила на меня свои голубые гляделки. Несколько щипков в нежные части тела (а они у неё везде!) вернули Саломею в адекватность, от чего она и промямлила, что когда-то давно, когда всё на свете еще было хорошо и чудесно, богиня благословила своего апостола на то, чтобы та всегда знала, где находится Джо.

— И ты тоже⁈ — внезапно вызверилась на блондинку куда лучше пережившая драконьи гонки Наталис.

— Что тоже…? — не поняла та, а потом, внезапно как-то поняв, надулась, подбоченившись, — И я!! А чё?!!

— Да ничё! — начала подбираться к ней остроухая, — Я вот…

Махнув рукой на обеих баб, совершенно непострадавших, я отправился к Шайну, который себя как раз чувствовал не очень. Еще бы, ведь именно он нас и вытащил, переведя свой резко замедлившийся полёт в падение на ветку огромного дерева, которая и послужила трамплином для дальнейшего спуска. Тот проходил под воздействием гравитации, а лапки драконов отнюдь не приспособлены к таким прыжкам и разворотам.

— Ты как? — спросил я у валяющегося на брюхе фамильяра.

— Паршиво… — прохрипел тот, — Болит всё, что только можно. Колдуй меня массажем и исцелением!

— Это можно, — согласился я, начиная выводить заклинания жезлом, — А эти собаки крылатые сюда не залезут?

— Джо, — на меня уставился мутный от боли, но полный снисхождения взгляд чешуйчатого гада, — Они же не коты, чтобы такое вытворять. Обычные ящерицы. Разве что пешком сюда придут… но не придут. Не идиоты. Ох, как хорошо…

— Не идиоты, потому что не ориентируются в подобной местности, — покивал я, размышляя над сложившейся ситуацией, — Нельзя взлететь, а мы можем залезть на дерево. Во всяком случае, твой спуск они видели, слышали и нюхали. Комментарии я тоже слышал. Кстати, что за гадость ты им там распылил?

— Ну… — Лунный кот сделал вид, что смутился, — Это мы с Игорем разработали. Чуть-чуть маны-то свободной было, а многого и не надо. Это просто недолгоживущая липкая пыль, которая стремится к теплу. Если сквозь неё пролетает дракон, то она лезет ему под чешую, это очень неприятно.

— Да…? Ну-ка научи…

С золотого канделябра у меня получилось выдать колоссальное облако этой фиолетовой дряни. Выпрыснутое над деревьями, оно послужило причиной массовой драконьей истерики, даже коричневый патриарх начал откуда-то орать, чтобы младшие разогнали эту дрянь крыльями. Получив приблизительное представление о дислокации врага, я вернулся к лечению кота и слушанию дела о двух спорящих бабах. Те, кстати, времени даром не теряли, разве что своим ором давали понять орущим драконам о том, где мы находимся. Сука, что за обмен секретной информацией⁈

— Малчать! — гаркнул я, подскакивая к предательницам, — Хватит верещать как потерпевшие! Саломея! Ну-ка докладывай, какого демона ты тут делаешь и какого хрена тобой в меня драконы кидаются⁈

Ну вот, прямо как триггер сработал — заговорила, причем навзрыд!

История оказалась настолько короткой, что ни уму, ни сердцу. Саломея свет батьковна спокойно жила на каком-то тропическом острове, где требовалось прокачать веру у местного монастыря до исторического максимума. Ничего особенного, молитвы, посты, потом каре ягненка в вине на обед и загораешь себе голой на балконе выделенных апартаментов, слушаешь песнопения, да мечтаешь о грехах плотских в количестве большом. Все скучно, обыденно, тоскливо, но богиня-мать занята, поэтому приходится жить вот так.

В этот момент появляется откуда ни возьмись старый тощий эльф и предлагает сменить обстановку. Мол, драконам срочно понадобилось поговорить с Джо, поэтому не хочет ли Саломея прокатиться с ветерком, возглавив небольшую стаю, да указать ящерам место, где водится этот самый Джо?

Будь на блондинке трусы, то она бы из них выпрыгнула от восторга, ведь ей чуть ли не прямым текстом пообещали сначала приключение, а потом и разврат (ну, когда я с драконами наговорюсь). Естественно, она сразу стала на всё «угу», Эфирноэбаэль её телепортировал к драконам (те казались очень милыми!), а затем было много ветра и сквозняка (под легкое-то платье), ужасно скучно и не с кем поговорить, потом сближение с милым Джо, который точно всё поправит и дуть не будет, потом очень экстренное сближение с милым Джо, потом ужас, страх, горькое чувство предательства, побаливающие ребра и, кажется, в попу-таки надуло, можешь посмотре…

— Да замолчи ты уже! — рявкнула эльфийка, украшая блондинку роскошной бородой… ниже пояса, — Так теплее⁈

— ААА!!! — искренне удивилась Саломея новому бикини-дизайну до колен, — Что это такое?!?!

— Так, отставить безобразие! — скомандовал я, — Мы в заднице! Сначала выбираемся, потом балуемся!

— Она не может баловаться, — мстительно потыкала пальцем в бок паникующей блондинке эльфийка, — У неё все заросло!

— Гадинаааа!!!

Так, что у нас есть в активе? Приходящий в себя дракон, довольно бесполезный в густом лесу. Одна эльфийка, одна бородатая блондинка, два посоха, незаменимый и классный я. В минусе — тридцать драконов и одна летающая хреноверть невероятных размеров, оснащенные чрезвычайно прокачанным нюхом и злые на меня до беспамяти. Идею, что они устанут или рассосутся по местности отбрасываем, как мертворожденную, чертов Овершналь буквально натравил на меня целое стадо. Избавиться от него можно, лишь разработав нечто, что распугает этих гадин к хренам… а это нежелательно, потому что обиженные крылатые гады — лишь немногочисленные представители всех крылатых гадов, которым я плюнул в суп.

Вот же Эфирноэбаэль сволочь какая. Хорниса на меня натравил, драконов натравил, даже Саломею, получается, использовал. Всё втихую, всё по уму. Уважаю гада тощего. Прямо респект ему. Убивать буду ногами, если поймаю. Кстати, а почему сам Зис Овершналь, несмотря на то что ему в магическом мастерстве Хорнис тапочки носить должен, особого чувства опасности не вызывает? Хм…

Пока я думал на эту тему, между женщинами шла война Бороды, в которой принял живое участие Шайн. Болел он, правда, почему-то за Саломею, поэтому снова стал роскошно бородат. Видимо, коварный кот именно этого и добивался, потому что при взгляде на его харю блондинка тут же опускала глазки до своего нового теплого украшения, и тут же ставила рекорды собственного гнева. Такой бардак окончательно убедил меня в том, что отсюда надо линять с как можно более высокой скоростью, пока тридцать ящеров что-нибудь не придумали. Они, так-то, и колдовать могут, если постараются. Я что-то сильно сомневаюсь, что сейчас все эти сволочи чисто машут крыльями и пышут злобой, а не работают головами!

Решение. Большое, красивое, яркое. Оно снизошло мне в голову как озарение, которое испытывает кошерный японец, сидящий с чашкой саке под сакурой и любующиеся на лепестки. Красивым, розовым, изогнутым и мимолетным, но настолько притягательным в своей увядающей красоте, что у меня чуть посох из руки не выпал.

— Шайн, — негромко обратился я к дракону, — Настал твой звездный час.

— Чего⁈ — тут же насторожился мой фамильяр, — Ты… ты чего делаешь⁈ Ты чего там колдуешь⁈

— Не ссы, — успокоил я его (кот не поверил), — Всё будет отлично. Ты будешь в восторге. Все будут в восторге.

— Так, Джо, я… я знаю это выражение твоей поганой морды!! — запаниковал бородатый котодракон, оглядываясь по сторонам и тут же находя первые эффекты моей магии, — Эй! Почему я золотой⁈

— Говорю же, не ссы, сейчас всё будет пучком. Помнишь, в какую сторону нам надо? — уточнил я, продолжая накладывать заклинания под шум ссорящихся девушек.

— Помню! Но ты словами скажи! Хватит колдовать!

— Да ладно тебе, ты эти заклинания уже на ать-два помнить должен! Я тебя облегчаю, я тебя тонизирую, я тебя…

— Вот это мне и не нравится, что ты меня! Напомнить, что я взлететь не смогу⁈ Там драконы!

— Да тебе и не придётся летать, дружище. Ты же кот, у кота лапки… он на них бегает…

— Джо… Джо…! Хватит! Что ты творишь⁈ Почему от меня так пахнет⁈ Вон даже девчонки принюхались! Мне не нравится, как они на меня смотрят!

— Шайн, — проникновенно проговорил я, — Ты же всегда хотел славы, мощи, признания и преклонения? Ты всегда мечтал о том, как будешь повергать тех, кто на тебя косо посмотрит? Ты всегда желал выделиться?

Морда моего фамильяра приняла обалдевающе-мечтательное выражение, что особенно хорошо смотрелось на золотом драконе.

— Сейчас у тебя всё это получится, дружище. Ты будешь вспоминать об этом дне долгие-долгие годы. Ты даже научишься записывать манадримы, чтобы переживать его снова и снова. Я тебе это гарантирую…

— Джо, что ты задумал? — подбежала ко мне Наталис, — И чем так вкусно пахнет⁈

— Если для того, чтобы добраться до Нахаула лон Элебала, мне нужна армия, то она… у нас над головой, — оскалился я, запуская очередное заклинание в Шайна, — А вторую… вторую мы соберем по пути! А возглавит их божественный зверь Дахирима, Шайн!

— Да! — не выдержал кот, получивший переизбыток сладких обещаний прямо в самое свое уязвимое место, — ДА!!!

Интерлюдия

Что значит быть эльфийским князем? Вопрос, казалось бы, простой, ответ на него полагается однозначным. Родись в семье лесных остроухих аристократов, собери достаточно силы и влияния, скажем, лет за пятьсот, дождись нужного момента, воспользуйся им, взойди на престол. Защити своё место от тех, кто решит тебя столкнуть или проверить, а затем… вот тут большинство отвечающих бы запнулось, предполагая, что дальше всё будет ясно и понятно. У Нахаула лон Элебала был свой ответ.

Мелочи, вроде первоначального набора влияния или оттачивания умений, полагающихся знатному эльфу, он не принимал всерьез. Это как знать азбуку или уметь не проливать на себя воду, когда пьешь, полагается каждому взрослому. Насчет престола он бы тоже лишь презрительно хмыкнул, так как род лон Элебалов еще тысячи лет назад был обречен своей древностью и славой на правительственный стульчик. Мощь? Мудрость? Государственный ум? Зачем думать о обретении того, что ты незаметно приобрел эпохи назад?

Нет, у князя Нахаула было своё мнение. Непревзойденным правителем эльфов является тот, кто всегда знает, что нужно делать! Всегда! Именно его он доносил до всех своих поданных, чем и завоевывал дополнительный авторитет. Крошечный нюанс, что вместе с ним доносилось простое «если ты не знатен, как Элебал, если не могуч, как Элебал, если не прожил столько же, сколько Элебал — то говно ты, а не князь!», эльфы князя воспринимали как данность, а остальные предпочитали игнорировать, ибо связываться с могучим мудрецом никто не хотел. Последний ловко пользовался плодами своего конфликта с братом, идущего сквозь века, имея репутацию мало того, что весьма непростого князя, так еще и такого, который периодически меряется длиной рогов с другим могучим мудрецом, оставаясь жив, весел, бодр… и с княжеством.

Проще говоря, если смотреть правде прямо в её бесстыжее рыло, Нахаул лон Элебал был редкостным гопником, выезжающим всю дорогу на дутом авторитете и своей немереной мощи. Ну а что тут, в лесу, особо княжить? Все и так знают, что делать, так что остаются лишь интриги, скандалы и расследования, от которых вполне защитит толстенный понт и морда кирпичом. В реальную историю Нахаул последний раз попадал около четырех тысяч лет назад, за что бы порот виноградными лозами родной матерью, которой его понты были совершенно до звезды. Всё остальное время ему просто прокатывало быть Элебалом.

До сего дня.

— Милорд! — в зал, где Нахаул предавался послеобеденным размышлениям, вошёл гвардеец, пользующийся некоторым доверием князя. Служил он последнему уже три сотни лет, так что вполне мог претендовать на звание лица, приближенного к престолу.

— Что там случилось? — недовольно спросил, слегка напрягаясь, восседающий у окна князь.

— Феи, милорд! — легонько стукнув пяткой копья о паркет, доложил бронированный эльф, — Многие тысячи фей без спросу вторглись в город!

— Ты отвлек меня от размышлений по этой причине? — приподнял одну из бровей мудрец, демонстрируя свой великолепно сдерживаемый, но безусловно наличествующий гнев.

— Мы никогда не сталкивались с вторжением подобного рода, милорд, — коротко поклонился ни грамма не смущенный гвардеец, — Вред эти феи никакой не наносят, охотно подчиняются, если обратиться к одной из них, рассказывают всё, что от них требуем. Но остальные…

— Да…? — Нахаул, оказавшийся в непростой ситуации, по-прежнему хотел переложить её на плечи подчиненных, но представитель этих самых подчиненных имел то же желание, что создавало коллизию интересов, — И что же они говорят?

— Я передам дословно, милорд, — тихонько кашлянул в кулак эльф, — Они говорят, что Великий Вкусный Золотой Дракон повелел им прилететь сюда, чтобы визжать, кувыркаться, славить князя и… прятать кусочки ткани. Вот такие, милорд.

На ладони затянутого в броню эльфа лежал крошечный кусочек серой ткани. Бросив короткий взгляд на добычу гвардейца, Нахаул лениво шевельнул пальцами, мастерски сплетая заклинание Познания.

— Ткань, которую ткут люди… — задумчиво протянул князь, продолжая всматриваться в заклинание, — Ношеная…

— На этом континенте почти нет человеческого рода, милорд, — решил сделать ремарку гвардеец, — Возможно, кто-то из соседей хочет на что-то намекнуть этим бедламом?

— Возможно, — нехотя кивнул князь, — Соберите больше обрывков, пусть маги их проверят.

— Слушаюсь, милорд, — коротко кивнул подчиненный, — Но что делать с феями? Они продолжают наводить суету.

— Ты сказал, что они слушаются приказов.

— Да, если обратиться к одной, и она поймет, что обратились к ней, то она ведет себя… как обычно. Но сколько бы мы не кричали в воздух, все остальные — не реагируют ни на что. Ни на угрозы, ни на приказы.

— Усыпляйте их! — Нахаул резко развернулся к воину, — Немедленно! Всех. Что бы это ни было, оно должно быть прекращено!

— Милорд! В таком случае могут пострадать и наши феи, летающие среди этих пришельцев! Они тоже не слышат нас из-за поднятого шума! Именно поэтому я и счел нужным…

Вот тут Нахаулу пришлось крепко задуматься. Ситуация казалась совершенно неопасной, но досадно неприятной. Атаковать заклинаниями, пусть и относительно безобидными, собственных вассалов, принесших клятву верности, было чрезвычайно рискованно. Уснувшие феи будут падать, эльфы не смогут гарантировать безопасность каждого маленького тельца, что шлепнется на траву его города. Особенно, если царит такая суматоха. Соседи. Кто-то из соседей замыслил эту недобрую каверзу, а клочки ткани просто для отвлечения внимания! Стоит только эльфам Элебала проявить небрежность по отношению к собственным новым слугам, то у всех вокруг княжеств появится очень весомый повод задавать вопросы, на которые отвечать Нахаулу совершенно не хочется!

Особенно в отсутствие брата!

— Идём, Карвангаил, — от напряженной умственной деятельности, князь даже вспомнил имя своего подчиненного, — Мне придётся помочь вам в решении этой ситуации.

— Благодарю вас, милорд! — скупо улыбнулся именно этого и добивавшийся эльф.

Конечно, почти любой из мудрецов города мог бы создать закручивающийся ветер, который бы запросто смел буйствующих фей из воздуха. Половина из них могла бы устроить всё так, чтобы всю кучу-малу визжащих крошечных существ опустило бы в одно место (переломав нежные создания к чертовой матери). С десяток мастеров волшебного искусства могли бы гарантировать выживание по крайней мере трех четвертей волшебных созданий, пока бы некоторая часть из них не задохнулась бы под весом других. Всего пара эльфов высшего посвящения сумела бы, напрягшись изо всех сил, управлять самим воздухом так, чтобы засыпающие в воздухе феи плавно опустились за пределами поселения, где бы их и смогли подобрать (если бы нашли).

Только Нахаул лон Элебал, легендарный мудрец, один из самых могучих пользователей волшебства этого мира, смог создать тысячи и тысячи невидимых ладоней, принимающих в себя крошечные тельца уснувших хулиганок. Только он, контролируя эту невидимую мощь, смог филигранно направить магию так, чтобы его собственный дворец стал безопасной гаванью для великого множества уснувших фей, влетающих под его своды. Пустые пиршественные залы, гостевые покои, комнаты отдохновения и скорби, веранды, мансарды и балконы величественного строения быстро заполнялись спящими гостями князя. Ни одному существу не был причинен вред, ни одна тоненькая лапка не была сломана, ни единое крылышко не помято.

— Вот так вот! — довольно произнес изрядно напрягшийся князь, мановением руки захлопывая все ставни и двери дворца, дабы ни одна проснувшаяся малявка не вернулась к своей вредительской деятельности.

— Примите наше восхищение, милорд! — слаженным хором выдали двенадцать мудрецов, стоящих под балконом, с которого колдовать князь, — Это было великолепно!

Совершенно заслуженный комплимент для столь мастерского управления волшебством. Пусть не первый, даже не стотысячный в жизни Нахаула, но послуживший некоей компенсацией за потраченное время и силы.

— А теперь найдите мне виновного в этом бедламе! — сдержанно, но очень властно повелел верховный эльф, намереваясь развернуться и уйти к себе в покои, предусмотрительно оставленные свободными от фей. В спину ему посыпались уверения в подчинении полученному приказу, но до конца дослушать их князь не сумел. Как и уйти.

Вообще сложно что-нибудь успеть, когда с жутким грохотом и разрушениями прямо перед дворцом приземляется огромный коричневый дракон! Не простой, а явно древний, определенно патриарх рода! Причем титан, на ошарашенный взгляд обернувшегося лон Элебала, был откровенно не в духе, определенно уставшим, и совершенно точно находящимся в неописуемой ярости!!

— ОН ЗДЕСЬ!!! — оглушительно прогрохотал исполин, быстро разворачиваясь на месте и снося свежеустановленный самому Нахаулу памятник, — Я ЧУЮ ЕГО ЗАПАХ! ОН ТУТ ПОВСЮДУ! СЮДА, ДЕТИ МОИ!

Последнее было явно лишним, потому что прямо на глазах мудрецов и совершенно опешившего князя на их поселение приземлилось еще десятка три таких же уставших, но очень злых драконов!!

Три!

Десятка!!

Даже сам Элебал за свою жизнь не помнил ни единого случая, когда летающих ящеров в одном месте собиралось более четырех!!!

Новое нашествие летающих тварей, на этот раз куда крупнее и опаснее, полностью выбило Нахаула из колеи. В смысле совершенно. Драконы обрушивались на город один за другим, рычали, вертели головами, нюхали воздух, вели себя совершенно неприлично и опасно, а многотысячелетний опыт князя эльфов попросту… дал сбой. К такому его жизнь абсолютно не готовила, великий мудрец, застывший перед ужасным зрелищем наводненного злыми рептилиями города, попросту растерялся! Совершенно!

— Милорд! Ваша светлость! — совершенно, категорически, полностью некстати раздался крик одного из двенадцати проклятых мудрецов, — Что нам делать?!!

Этот дурацкий, совершенно неуместный для репутации лон Элебала крик подтолкнул отточенные инстинкты многотысячелетнего мудреца. Он пронзительно осознал, что настоящая опасность, что грозит ему сию же секунду, заключается не в гигантских ящерах, обрушившихся с небес, а в глазах его самых могущественных подчиненных, которые, устремленные пока на рептилий, в любой момент могут обернуться к нему. И что прочитают мудрецы на лице своего повелителя, как воспримут это — оно может быть хуже любой участи, что ожидает княжество!

— Разберитесь с этим, я скоро буду! — решительно рубанул Нахаул лон Элебал, исчезая с балкона со скоростью укушенного бешеной собакой человека.

Вообще-то, ему просто надо было взять жезл и справиться с лицом, застывшим в гримасе какого-то болезненного удивления, а затем попросту выскочить назад, левитировать к колоссу и вступить в переговоры… или бой. Шансы на победу у такого мудреца, даже в одиночку схватившегося со стаей, были бы очень неплохи. Однако, замешательство… сначала надо было победить его.

Всего пара-тройка секунд. Осознать катаклизм, увиденный собственными глазами. Приструнить сознание, пытающееся как-то утрясти в картину мира бешеных, но совершенно безобидных фей с бешеными и чрезвычайно обидными драконами. Много? Отнюдь нет, совсем точно нет. Категорически нет.

Но жизнь сегодня была совершенно немилосердна к князю, потому что, вернувшись в свои покои с балкона, он увидел еще одно зрелище, совершенно точно и категорически ясно не вписывающееся в те мириады шаблонов, заученных им за долгую-долгую жизнь.

В метре от пораженного и смущенного мудреца стоял совершенно голый худой человек, держащий в руках окаменевшего червя внушительной полутораметровой длины. Совершенно обычный, не считая темных кругов вокруг глаз, человек, держащий совершенно обычного, хоть и очень крупного каменного червя. Ничего особо удивительного, само по себе, но…

Всегда это проклятое «но».

В его покоях⁈

Посреди континента, не принадлежащего людям?!!

После безумия фей и нашествия драконов?!!

ГОЛЫЙ?!?!

В отличие от замершего на месте князя, нудист-вторженец не терял ни секунды. Сжимаемый им червь, точнее, его толстая часть, уже шла в неслабом замахе, направляясь точно в центр лба легендарного мудреца. Это самое толстенькое и тяжелое оголовье, презрев все личные защиты волшебника, достигло своей цели еще до того, как образ голозадого человека целиком утвердился в мозгу князя, смачно встряхнув и так уже пострадавшие мозги Нахаула лон Элебала.

БОНК!