Дикая любовь (ЛП)

Глава 22 Форд

Мы с Уиллой заходим в "Роуз Хилл Рич", паб, расположенный прямо у воды, и она удивленно оглядывается по сторонам.

— Черт, они действительно привели это место в порядок. Раньше здесь была настоящая свалка.

Она не ошибается. Когда мы были моложе, это была настоящая свалка. Настолько убогая, что нам всем сходило с рук пьянство здесь до того, как мы стали легальными.

Теперь это напоминает лыжную базу на возвышенности. Они полностью переделали причал перед домом, соорудив мостик над водой, ведущий к огромному плавучему патио. На днях мы с Уэстом встретились здесь, чтобы выпить пива, и я не смог удержаться, чтобы не окунуться в воспоминания, пока мы болтали.

— Хочешь посидеть на свежем воздухе? — Уилла продолжает, а я ничего не говорю. — Сегодня довольно мило.

Причал напоминает мне о Рози. Я сижу там с ней, когда ее сталкивают в озеро, держу ее на руках.

— Не, давай посидим внутри. Я могу надрать тебе задницу в бильярде и угостить выпивкой. — Кора, кажется, была рада провести вечер пятницы с Уэстом и детьми, так что я мог бы немного расслабиться. Постараться избавиться от этого дурного настроения.

Уилла фыркает и без возражений направляется в ту сторону.

— Ты должен мне гораздо больше, чем выпивку. Купи мне весь этот бар, Форд.

— Нет.

— Да ладно тебе! Я вижу так мало преимуществ в том, чтобы быть младшей сестрой самого привлекательного миллиардера в мире. Я получаю радиомолчание, тайную племянницу, — она бросает на меня взгляд через плечо, — которая, как я признаю, действительно чертовски крутая, и что? Держу пари, на Рождество ты купишь мне акции этой компании по тестированию генеалогии.

Это заставляет меня рассмеяться.

Но смех замирает у меня на губах, когда мы сворачиваем в секцию кабинок возле бильярдного стола и я встречаюсь взглядом с кристально-голубыми глазами, которые узнала бы где угодно.

— О, слава богу! — объявляет Уилла, когда видит Рози и Долбоеба, сидящих вместе в своей кабинке. Глядя на него, я вспоминаю, что мне действительно нужно поговорить с Корой о том, что иногда мы просто оскорбляем людей взглядом, а не словами. Или, по крайней мере, за их спинами. — Есть люди, с которыми Форду неинтересно тусоваться.

Моя сестра поворачивается и показывает мне язык, а я просто закатываю глаза. Такова наша динамика. Мы притворяемся, что не выносим общество друг друга, хотя на самом деле мы хорошо ладим. С тех пор как она вышла замуж и переехала в Честнат-Спрингс, мы проводим меньше времени вместе. Я больше не управляю городским баром, а она не работает барменом. На самом деле, у неё теперь двое детей, и это она почти не выходит на связь — хотя она говорит, что это я её игнорирую.

Я достаточно проницателен, чтобы понять, что она живёт жизнью, в которой нет необходимости ежедневно со мной общаться. И это хорошо. Отсутствие контакта означает, что она счастлива. По крайней мере, я так это интерпретирую.

— Привет, ребята, — говорит этот придурок довольно добродушно. Дружески машет нам. Он кажется довольно милым парнем.

И я его ненавижу. Я ненавижу в нем все до последней черточки.

Кора пробормотала что-то о том, что он похож на куклу Кена-придурка. Я не понял, о чем она говорила. Но теперь я это понимаю.

Он встает и жестом приглашает Уиллу сесть на скамейку напротив него, а сам садится рядом с Рози.

Рози, которая пристально смотрит на меня.

Рози, которая работает на меня.

Рози, у которой есть парень. Я думал, что они расстались, но, увидев их здесь вместе, я понимаю, что был чертовски неправ. Они кажутся слишком чертовски счастливыми, чтобы быть расстававшимися.

От этого осознания моё сердце падает в желудок. Желудок сжимается, и я стискиваю зубы, чтобы скрыть тошноту.

Она может быть младшей сестрой Уэста. Она может быть моей сотрудницей. Она может быть занята.

Но ничто из этого не мешает мне желать её почти одержимо. Работая с ней изо дня в день, я постоянно напрягаю мозг, чтобы не перейти черту в отношениях с ней. Я не привык не получать того, чего хочу.

А я хочу Рози Белмонт.

Притворяться, что я этого не хочу, стало настоящей пыткой.

Я отвожу от неё взгляд и опускаюсь на скамейку рядом с сестрой. Как обычно, она начинает говорить. Что-то о своих детях, друзьях, верховой езде на быках, хоккее и телёнке.

Честное слово, никто не может вставить ни слова в монолог Уиллы. Даже официантка не может её перебить. Обычно меня это раздражает, но то, что я сижу напротив Рози и Райана, когда они вместе гуляют, заставляет меня нервничать, как капризного ребенка.

Я так ревную, что это причиняет боль.

Если бы Уилла не заняла все свободное место за столом, я бы сказал что-нибудь, о чем пожалел. Райан, к сожалению, отличный собеседник и задает интересные вопросы, чтобы поддержать беседу.

Я стараюсь не смотреть на Рози. И у меня не получается.

Она водит пальцем вверх-вниз по внешней стороне пивного бокала. От этого движения по стеклу стекает конденсат. У неё ярко-розовые ногти. Такого же цвета, как у Коры, которые она недавно покрасила.

Подняв глаза, я понимаю, что она заметила, как я на неё смотрю. Но это меня не останавливает. Теперь она тоже смотрит на меня. Мы внимательно изучаем друг друга в течении минуты. Потом ещё две.

Её губы приоткрываются от резкого вздоха.

Я стараюсь не представлять её с парнем, который сидит рядом с ней. Его руки на ней. Его губы на её губах. Я так сильно ненавижу эту вспышку воспоминаний, что мой мозг заменяет эти руки на мои. На её талии. Прослеживая линию её позвоночника сквозь шёлковую рубашку, которая всё ещё на ней. Запуская пальцы в её волосы. Потягивая их, как я делал раньше.

Но на этот раз я не отпускаю ее. Я наклоняю ее голову и прижимаюсь губами к ее шее. Она стонет мне в ухо. Обхватывает меня ногами за талию.

Резкий удар по голени из-под стола заставляет меня вздрогнуть. И я замечаю, что Рози бросает на меня взгляд, говорящий "какого-хрена-ты-творишь".

Я знаю, что это видение в моей голове не может быть мной. Но это не мешает мне желать, чтобы это был я. Я поправляю штаны и возвращаюсь к вежливому разговору, хотя мысли, проносящиеся в моей голове, совсем не вежливые.

— Расскажи мне о своей работе, — просит Уилла Райана.

В ответ он говорит что-то о нефти, газе и трубопроводах и заканчивает словами:

— Но, знаешь, я ведь только начал работать в компании. Я всё ещё продвигаюсь по карьерной лестнице.

Этот экскурс в тёмные и забытые уголки моего разума заставляет меня почувствовать себя ещё более взволнованным, чем я был.

Я прочищаю горло.

— Полагаю, это объясняет, почему тебе было так трудно вырваться и увидеться с Розали.

Глаза Рози, кажется, вот-вот вылезут из орбит, но Райан смущённо качает головой и говорит:

— Да. Конечно.

— Разве на твоей работе не дают отпуск?

Краем глаза я замечаю, что моя сестра наблюдает за нашей беседой, слегка наклонившись вперёд.

Райан потирает затылок.

— То есть дают. Я просто приберегал их для кое-чего…

Я перебиваю его с покровительственной улыбкой.

— Важнее?

Он краснеет и смущается.

— Я имею в виду, я не знаю, можно ли так выразиться.

Он не кажется таким уж плохим. Мне следовало бы отступить и дать парню передохнуть. Но я этого не делаю. Я ухмыляюсь и одариваю его своим лучшим придурковатым взглядом.

— В самом деле? Я бы так и сделал.

Я слышу, как моя сестра пытается подавить смешок, прикрываясь рукой.

— Форд... — начинает Рози, но Райан тут же говорит:

— Эй, чувак, не все из нас...

— Вступятся за женщину, с которой мы вместе? — Я резко обрываю его, зная, что он ничего не предпринял после того, как на нее напали на рабочем месте. — Да, я заметил.

Райан покраснел, но он явно отказался от попыток защищаться. С таким же успехом он мог бы перевернуться и показать мне свой животик. Рози встает на его защиту. Он этого не заслуживает. Но она такой хороший человек, что все равно делает это.

— Ты ведешь себя как придурок, Форд. В моем контракте прописаны дни отпуска, но некоторые из нас не могут позволить себе просто взять отгул по собственной воле. Я вполне могла бы тоже съездить в гости.

Я наклоняю голову в ее сторону, ненавидя то, что она собирается за него заступиться.

— И все же ты этого не сделала.

Она втягивает воздух, ее плечи приподнимаются к ушам.

— Могу я, пожалуйста, поговорить с тобой на улице? — Она толкает Райана локтем, который опускает глаза и уходит с ее пути. Слишком мягкотелый, чтобы заступиться за свою девушку. Слишком чертовски милый для такой девушки, как Рози.

— О, Форд, ты идиот, — шепчет Уилла, глядя на меня снизу вверх с изумлением во взгляде. — Ты так расстроен из-за этой девушки.

Все, что я могу сказать в ответ, — это закатить глаза и соскользнуть с бордовой банкетки. Это выглядит менее компрометирующе, чем попытка отрицать это. В конце концов, мне нужно забрать Кору из дома Уэста после этого провала на вечеринке, а у Уиллы длинный язык. Мне не нужно, чтобы она делилась этой теорией с моим лучшим другом.

Это было бы настоящей катастрофой.

Катастрофа за катастрофой, думаю я про себя, когда Рози впивается ногтями в мое предплечье и тащит меня к двери.

— Я оплачу счет, — вежливо говорю я официантке, когда мы проносимся мимо ее компьютера. — Вернусь через минуту.

— Он не вернется, — бормочет Рози, выбегая за дверь. — Я оставлю его труп на парковке, а ты можешь обыскать его на предмет наличных.

— Очаровательно, — бормочу я в ответ.

— Самый мёртвый миллиардер в мире — так будет называться новый журнал. На обложке будет твоё лицо, и меня лично пригласят завершить дизайн, нарисовав дьявольские рога и закрасив твои глаза.

— Жаль, что я умру. Возможно, мне действительно было бы интересно прочитать эту статью.

Прохладный весенний воздух ударил нам в лицо, и ее ногти еще глубже впились в мое обнаженное предплечье. Я должен был бы ненавидеть это, но это просто заставляет меня думать о том, как бы вытрясти из нее всю свою злобу, пока она царапает мне спину своими розовыми ноготками.

Несколько решительных шагов, и мы заворачиваем за угол здания. Стоим в темноте. Она тяжело дышит от ярости, а у меня перехватывает дыхание совсем по другой причине. Её глаза такие голубые, что кажутся почти белыми в тусклом свете, льющемся из-за угла здания. Фонари, развешанные по периметру участка, освещают темноту ночи тёплыми яркими пятнами. Запах сирени наполняет воздух, исходящий от куста позади нас, а минеральная вода в озере рядом с нами добавляет мягкий оттенок.

Я навсегда свяжу этот запах с выражением ярости на красивом лице Рози прямо сейчас.

— У тебя чертовски много наглости! Ты это знаешь? — Она настолько зла, что слегка толкает меня. Похлопав меня по плечу, она прижимает меня к бледно-желтому виниловому сайдингу паба. Она не останавливается и мгновенно сокращает расстояние между нами.

— Осторожнее, я все еще твой босс. — Я прижимаю ладони к стене позади себя.

Она смеется мне в лицо и в отчаянии поднимает руки над головой.

— Ты еще и придурок, среди которого я выросла. И я знаю, каким придурком ты можешь быть, но, черт возьми, Форд, это было уже слишком. У него и так был тяжелый день. Это было подло. Соревнование по измерению члена не нужно.

— Мне действительно плевать на его день. Мой член определённо больше. И меня не волнует, нравлюсь ли я ему. Мне плевать на него. Но ты мне небезразлична.

Это сбивает её с толку, но лишь на мгновение. Она быстро моргает и снова берётся за дело.

— Форд, ты войдёшь туда и извинишься.

Я вызывающе скрещиваю руки на груди и откидываюсь на стену, притворяясь, что мне гораздо более безразлично, чем на самом деле.

— Повеселись, выцарапывая мне глаза, потому что я извинюсь перед ним только через мой труп.

Она снова открывает рот, и на её лице отражается неподдельное недоверие, а руки безвольно опускаются.

Я вижу, что она собирается продолжить отчитывать меня, поэтому перебиваю её. Я выпаливаю слова, которые проглатывала последние несколько недель.

— Он тебя не заслуживает.

Она лязгает зубами, захлопывая рот.

— Что, прости?

Я повторяю фразу, хотя мы оба знаем, что она её слышала.

— Я сказал, что он тебя не заслуживает.

Её щёки краснеют, а глаза становятся дикими. Она в ярости. Я чертовски люблю её такой.

— О, что? А ты заслуживаешь? — Она выплёвывает слова, подходя ко мне ещё ближе. Кончики её туфель касаются носков моих ботинок, её грудь прижимается к моим предплечьям, которые теперь скрещены на моей груди.

— Нет, Рози. Но я не из тех мужчин, которые позволят этому меня остановить.

Я не думаю. Я просто тянусь к ней. Одной рукой беру её за подбородок, другой хватаю за талию. Держу её так, словно могу встряхнуть в порыве гнева, но я никогда бы так не поступил. Вместо этого я переворачиваю нас. Я быстро разворачиваю её так, чтобы она оказалась прижата к стене.

Её тяжёлое дыхание обжигает мою кожу. Она бросает взгляд на серебряную цепочку у меня на шее, но не предпринимает никаких попыток сбежать.

— О, мило, теперь я Рози, а не Розали? Что это значит?

Её слова — насмешка, а взгляд — вызов. Я знаю, что её парень внутри, и это лишь усиливает моё желание.

Я скольжу взглядом по её лицу. Раскрасневшиеся щёки. Сверкающие глаза. Кончик языка на пухлой нижней губе.

— Рози, заткнись.

Она замолкает, когда я снова называю её прозвищем.

Затем она слегка выпрямляется и выплёвывает:

— Не указывай мне, что делать.

Я лишь качаю головой, крепче сжимая её и перемещая руку так, чтобы провести большим пальцем по её влажным губам.

— Рози, заткнись, потому что я собираюсь поцеловать тебя прямо сейчас, если ты не скажешь мне не делать этого.

Мне нравится, что она не сюсюкает со мной.

Мы смотрим друг другу в глаза. Она вздергивает подбородок.

И в кои-то веки она не говорит ни слова.