Дождь теней и концов

ГЛАВА 10

ТЕОН

Теон пытался сосредоточиться на том, что его отец обсуждал с Метиасом и Павилом, но его мысли были заняты Тессой. Прошлой ночью она отказалась спать рядом с ним, как он и предполагал. Он мог бы заставить ее, но после… Что ж, после такого вечера он не знал, уступит ли она или будет сопротивляться еще больше. Она не сказала ему ни слова с тех пор, как вышла в коридор после ужина. Вообще-то, она ни с кем так и не заговорила.

Он спал отвратительно, потому что связи хотелось, чтобы она находилась рядом. И пока лежал, не в силах заснуть, он снова и снова прокручивал в голове события минувшего вечера. Как она уронила вилку, когда его отец заговорил о возможных брачных союзах. Как он был вынужден каким-то образом приструнить ее, прежде чем его отец решил сделать это сам. Он понимал, что она чувствовала себя униженной и ненавидела его за то, что он заставлял ее сидеть на полу у его ног, но наказания его отца были бы куда страшнее. Однако ему так и не дали возможности объясниться.

Тесса прижалась к нему под столом. Затем он почувствовал, что она начала дрожать, и понял, что что-то не так. Когда он поднялся из-за стола и, опустив глаза, то увидел, что она бледна, как призрак из потустороннего мира. Ему потребовалось все самообладание, чтобы не подхватить ее на руки и не унести обратно в убежище, которое он создал для нее в их покоях, надежно скрыв от своего отца и той роли, которую тот требовал от Теона.

Она скоро это поймет.

Блядь, она же понимала серьезность ситуации, и если в ближайшее время она не примет эту связь…

Он стоял в ошеломленном молчании рядом с Лукой и Акселем, когда она перебросила свои туфли через перила балкона, продолжая кричать в грозовое небо. В эти моменты на него нахлынули воспоминания о том, как она делала то же самое в машине по дороге сюда.

Теон застыл, не в силах пошевелиться, когда она сломалась перед ним и упала на балконе. Звук, с которым ее колени ударились о мраморный пол, был звуком, который невозможно просто заглушить. Это снова и снова прокручивалось у него в голове. Когда она начала выдергивать шпильки из волос с такой силой и неистовством, что он, наконец, заставил себя пошевелиться, пока она не причинила себе еще больше боли.

Лука и Аксель почти ничего не сказали, когда он вышел из комнаты после ее решительного отказа лечь с ним в постель.

Они понимали, что он должен был сделать то, что сделал за ужином.

Они знали, на что способен отец и что он может сделать.

Аксель был явно расстроен, когда Лука вложил ему в руку стакан.

— Я никогда не видел, чтобы кто-то так терял самообладание, но уж точно не фейри. Только не Источник, — сказал он, делая большой глоток виски. — Я даже не подозревал, что Источник так может вести себя… со своим Хозяином. — он взглянул на Теона поверх своего стакана, ожидая объяснений.

Теон провел рукой по волосам, залпом осушив весь стакан виски.

— Не знаю, что с ней делать. Я пытаюсь дать ей пространство и время привыкнуть, но не понимаю, как она может так сильно сопротивляться нашей связи. Если она чувствует притяжение так же, как и я, противостоять ему должно быть невозможно. Я никогда не думал, что мне придется очаровывать ее.

Лука молчал, сидя на диване, погруженный в свои мысли. В конце концов, все разошлись по своим комнатам, решив, что на сегодня хватит. Когда Теон, наконец-то встал, как только рассвет коснулся горизонта, он зашел в ее комнату и обнаружил, что она все еще смотрит в стену.

Спала ли она вообще?

— Я собираюсь приготовить кофе, Тесса, — сказал он. — Я так же закажу что-нибудь на завтрак.

Она даже не потрудилась заметить его присутствие.

Слуги принесли завтрак. Тесса так и не появилась. Теон, лука и Аксель поели молча. Потом Теон принял душ и привел себя в порядок. Спустя время, в половине десятого он вернулся в ее комнату. Она не сдвинулась с места. Ни на дюйм.

— Мне нужно идти на встречу, Тесса. Аксель будет ждать тебя в гостиной. Он побудет здесь с тобой, пока я не вернусь.

Его встретили молчанием, и он не знал, что делать.

Подойти к ней?

Заставить ее встать?

Очаровать? Чтобы она хотя бы сказала что-нибудь, чтобы он понял…

Понял, что?

Что с ней все в порядке? Очевидно, что нет.

Заставлять ее заговорить — это лишь способ успокоить себя, услышав ее голос.

Он вздохнул, прежде чем добавить:

— Когда я вернусь, нам нужно обсудить вчерашний вечер.

Она не пошевелилась.

Он разберется с этим, когда вернется. По крайней мере, ей нужно поесть. Она не успела доесть ужин. Может быть, она проголодается настолько, что сможет встать сама.

Великий Ариус, он на это надеялся. Он чертовски устал спорить с ней по каждому пустяку. Он не ожидал такого сопротивления, когда выбирал Источника. И ему становилось все труднее и труднее сдерживать свой гнев по мере того, как она бросала ему вызов и отталкивала его.

— Теон, — прорычал его отец, возвращая его в настоящее. — Хочешь что-нибудь добавить к тому, что мы только что обсудили?

Теон взглянул на Луку, и тот бросил на него откровенный взгляд, который сказал ему, что он точно знает, о чем думал Теон. Он едва заметно покачал головой.

— Нет, все это звучит прекрасно, — спокойно сказал Теон.

Он, честно говоря, даже не знал, зачем отец назначил эту встречу. Эти планы разработаны еще несколько месяцев назад.

— Мы надеялись познакомиться с твоим новым Источником, — сказал Метиас, его голос был таким же сальным, как и его зачесанные назад волосы. — Мы видели ее на церемонии открытия Выбора. Она очаровательная малышка.

Примитивное чувство собственничества пробудилось в Теоне, и в его груди зародилось низкое рычание.

Его отец усмехнулся, сидя за своим столом.

— Из-за новизны связи с Источником Теон в последнее время стал немного властным. Я почти не видел ее. Дай ему немного времени. И, возможно, он будет охотнее делиться своими вещами, — сказал он с ноткой предупреждения в голосе.

Теон медленно моргнул, сдерживая свой гнев. Связь болела у него в груди все утро, вероятно, потому что он не прикасался к Тессе со вчерашнего вечера. Но сейчас она требовательно бесновалась при малейшем намеке на то, чтобы приблизиться к ней. Не говоря уже о том, чтобы прикоснуться.

Если кто-то и должен касаться ее, то это он и только он. И это заставило совершенно другое моменты всплыть на поверхность его сознания. Воспоминание о том, как они соединились прошлой ночью, прежде чем все пошло прахом.

Он зашел в их гардеробную, чтобы посмотреть, готова ли она к выходу, и был ошеломлен тем, что обнаружил. Тесса стояла там, изучая себя в зеркале в полный рост. У нее были слегка нахмуренные губы и складка между бровями. Как будто ей не нравилось то, что она видела в отражении, что было абсолютно нелепо.

Тесса не слышала, как он подошел к ней сзади, и испугалась, когда увидела его в зеркале. Он откинул волосы с ее шеи и едва сдержался, чтобы не застонать, когда его пальцы коснулись кожи. Каждый раз, когда он прикасался к ней, это было похоже на экстаз. Его кожу покалывало от удовольствия, когда она позволяла его руке задержаться на ней. Когда она снова прижалась к нему, ему пришлось приложить все усилия, чтобы не прижать ее к стене и не прижаться губами к ее губам. Он умирал от желания снова ощутить ее вкус с тех пор, как она поцеловала его. Он положил руку ей на бедро, жадно принимая любое прикосновение, которое она позволяла.

Почему она не могла просто сдаться?

Она ведь должна это чувствовать, правда? Не может быть, чтобы это испытывал только он.

Как она может отрицать то, что могло бы длиться вечно?

Поэтому он попросил ее. Нет, он умолял ее, дать ему шанс хотя бы одну единственную ночь. Притвориться, что она поддалась этой связи и приняла свою роль в качестве его Источника. Он хотел, чтобы она почувствовала, какими они могут быть. Он хотел, чтобы она испытала наслаждение от его прикосновений. Чтобы она стала зависимой от него. Чтобы она желала его так же, как он желает ее.

Но все обернулось совершенно иначе, чем он ожидал. Предполагалось, что это она будет неустанно желать его, а вместо этого именно он цеплялся за любую возможность прикоснуться к ней.

Резкий удар Луки по ноге вернул его к разговору, в то же время его отец прорычал:

— Теон. — он встретил холодный взгляд отца. — Я начинаю опасаться, что плохие манеры твоего Источника передаются и тебе.

— Прошу прощения, — выдавил Теон. — Это была довольно долгая ночь… дисциплинарных мер.

При этих словах взгляд его отца потемнел от удовольствия. Теон слишком хорошо знал, как отец наслаждается процессом исправления поведения.

Он почесал грудь, пока связь продолжала дергаться. Потребность вернуться к Тессе была такой сильной, какой он еще не испытывал. Это притяжение ощущалось иначе, более настойчиво, и он понимал, что не может усидеть на месте. Даже магия под его кожей казалась взбудораженной.

— Как я уже говорил, — продолжил его отец, — Хотя я и смог обеспечить Луке ранний доступ в Акрополь и Пантеон, на вас двоих это не распространялось. Я не хотел вызывать еще больший ажиотаж, чем тот, который мы уже имеем на данный момент. Мы позволим Теону, Акселю и Луке заложить кое-какие основы в течение недели, когда им разрешат приехать раньше остальных участников.

— Мы и не рассчитывали на многое, — сказал Павил.

— Так и сделаем, — сказал его отец, закрывая папку, которая была открыта перед ним, и поднимаясь на ноги. Эвиана мгновенно поднялась со своего обычного стула и подошла к нему. — Если нет других вопросов, которые требуют обсуждения, боюсь, мне пора идти. Мне нужно успеть на другую встречу.

— Конечно, Лорд Сент-Оркас. Мы ценим ваше время, — сказал Метиас, вставая и склоняя голову. Павил сделал то же самое.

— Тавис проводит вас, — сказал Вальтер, жестом приглашая фейри выйти вперед.

Сколько Теон себя помнил, мужчина всегда был личным слугой его отца.

Теон и Лука последовали за ними, после они направились в восточное крыло, в то время как остальные развернулись и направились к главным дверям. Теон не знал, по какому поводу у его отца была другая встреча. Честно говоря, ему уже все равно.

— Что, нахер, с тобой не так? — сказал Лука, когда они завернули за угол. — Ты ведешь себя так, словно валялся в ядовитом плюще.

— Сегодня связь ощущается по-другому, — сказал Теон, перепрыгивая через две ступеньки за раз.

— Что значит ощущается по-другому?

— Я не знаю, как это объяснить. За последний час или около того она стала более настойчивой.

— Это реакция из-за напряжения между вами двумя? — спросил Лука с неподдельным любопытством в голосе.

— Напряженность возникла еще после церемонии Выбора. На самом деле ничего не изменилось, — ответил Теон, ускоряя шаг по коридору.

Когда Лука ничего не ответил, он добавил:

— Мне просто нужно ее увидеть. Объяснить, почему прошлой ночью все произошло именно так.

— Конечно, — сухо ответил Лука.

Теон проигнорировал комментарий. Толкнув дверь в свою комнату, он сразу же посмотрел на диван, надеясь увидеть сидящую там Тессу, но обнаружил только Акселя, играющего в какую-то видеоигру.

— Она вообще выходила? — спросил Теон, бросая телефон на стол и направляясь к холодильнику. Он взял воду для себя и протянул одну Луке.

— Один раз. Даже не взглянула на меня. Не говоря уже о том, чтобы обратить на меня внимание, когда я заговорил с ней. Секунду порылась в холодильнике, прежде чем вернуться обратно. Унесла с собой воду и яблоко, — ответил Аксель, победив врага и сохраняя свою игру. — Я все же заглянул к ней. Она лежала, свернувшись калачиком, лицом к стене, — добавил он, пожав плечами.

— Как давно это было? — спросил Теон, проводя рукой по лицу.

Аксель взглянул на часы.

— Два часа назад, плюс-минус.

Лука сел на диван, ничего не говоря.

Снова.

— Тебе нечего сказать по этому поводу? — спросил Теон, прищурившись, глядя на своего друга.

— Учитывая, что мои советы и опасения обычно отвергались или игнорировались, я больше не буду утруждать себя их предлагать, — сказал Лука, делая глоток воды.

— Пиздец, — пробормотал Теон, проводя рукой по волосам и с излишней силой оставляя бутылку с водой.

Он направился за Тессой. Ей нужно было съесть что-то большее, чем яблоко, и тогда они попробуют поговорить.

— Тесса, я…

Но слова замерли у него на губах. Ее кровать оказалась пуста. Он оглядел маленькую комнату, прежде чем пройти в гардеробную, а затем в ванную. Должно быть, он не заметил ее в своей спальне.

— Тесса? — позвал он, входя в свою комнату.

Его кровать оставалась идеально застеленной, и уж точно в ней не было никакой белокурой красавицы. Кресла у камина тоже пусты. И, выглянув через балконную дверь, он понял, что балкон тоже пуст.

— Тесса? — снова позвал он, главным образом потому что не мог понять, где она может находиться.

— Что не так? — спросил Лука, появляясь в дверях, Аксель оглянулся через плечо.

— Ее здесь нет, — сказал Теон, все еще не в состоянии полностью осознать это.

— Что значит, ее здесь нет? — сказал Лука, заходя в комнату и направляясь в маленькую спальню.

— Она должна быть здесь, — сказал Аксель, оглядываясь по сторонам, как будто мог увидеть ее, когда все остальные не смогли. — Она выходила в другую комнату только один раз. Не то чтобы я мог ее не заметить. Она должна быть здесь, — повторил он.

Лука вышел из ванной, очевидно, следуя тем же путем, что и Теон в своих поисках.

— Прикажи ей выйти. Призови ее, — сказал он. — Если она где-то прячется, ей придется подчиниться.

Ухватившись за эту идею, Теон сказал:

— Тессалин, иди сюда.

Все замерли и ждали.

И ждали.

— Это невозможно, — сказал Аксель. — Она не могла просто исчезнуть. Что она сделала? Перелезла через перила балкона и спрыгнуть с высоты третьего этажа?

Он усмехнулся абсурдности этой идеи, но Лука и Теон встретились взглядами, прежде чем выскочить на балкон. Лука пошел налево, а Теон — направо.

— Сюда, — сказал Лука. — Этот выступ ведет к решетке и виноградным лозам. Охренеть.

— Ты, наверное, шутишь, — сказал Аксель, стоя в дверях. — Она ведь не сделала это на самом деле.… Охранные чары не позволили бы ей уйти без одного из нас.

— О, она точно это сделала, — проворчал Теон, подойдя к Луке и посмотрев вниз. — Безусловно, сделала.

— Ты хочешь полететь на ее поиски? — спросил Лука, глядя на сады, которые постепенно переходили в лес по мере того, как поднимались по склону горы.

— Нет. Мой отец может заметить, а он не должен узнать об этом, — сказал Теон.

Это объясняло изменение в их связи. Она отдалялась от него все дальше. Тревога все еще была, но становилась все более и более приглушенной.

— Мы возьмем лошадей и гончих псов. Аксель, останься здесь на случай, если она в конце концов вернется. Позвони мне, если она вернется.

— Понял — сказал Аксель. — Прости, Теон. Я не знал…

Теон оборвал его:

— Это не твоя вина, Аксель. Она просто…

— Неуправляемая? — подсказал Лука.

Теон так сильно стиснул зубы, что удивился, как у него не треснул коренной зуб.

— Волевая, — наконец выдавил он из себя.

Он схватил тонкое одеяло с ее кровати и направился в гардеробную.

— Позвони в конюшню, пусть приготовят двоих моих лошадей.

— Уже звоню, — крикнул ему Аксель.

Теон быстро переоделся в джинсы, сапоги для верховой езды и теплую куртку. Выходя, он снял с крючков у двери куртку потеплее.

О чем, блядь, она думала?

Конечно, днем довольно прохладно, но как только солнце начнет садиться, температура в горах резко упадет.

Что, если эта странная погода продолжится и начнется шторм?

Здесь нет ни куртки, ни другой теплой одежды, которую она могла бы взять с собой.

Взяла ли она с собой еду? Воду?

И куда, по ее мнению, она пойдет?

Охранники могли заметить, как она пытается пересечь ворота или стены. Он должен был предположить, что она попытается подняться на гору за домом, где столкнется не только со стихией, но и с тварями, которые бродят по лесам и горам Озул.

Лука встретил его у дверей своих комнат, когда он натягивал куртку, направляясь к лестнице, чтобы вывести их к боковому выходу из восточного крыла. Лука тоже успел переодеться, его лицо стало мрачным.

Они молча зашагали по тропинкам к конюшням, по пути остановившись, чтобы прихватить двух лучших гончих Теона. Эти псы не были обычными охотничьими собаками. У них гладкая черная шерсть, глаза горят, как угли, а размерами они не уступали небольшой лошади. Пожалуй, они больше походили на волков, чем на гончих.

Резко свистнув при входе в псарню, он мгновенно заставил смолкнуть радостный лай и вой своих питомцев. Отперев вольеры лучших следопытов Кацелы и Ригеля, он точно знал, что эти двое быстро выследят беглянку.

Преданные псы послушно последовали за ним, продолжая свой путь к конюшням. Когда они добрались, двое конюхов заканчивали проверять ремни и пряжки. Лука подошел к небольшому складскому помещению, чтобы достать рюкзаки и наполнить их водой и небольшим количеством еды.

Тесса не могла уйти так далеко пешком. Она опережала их всего на несколько часов. Они могут догнать ее через час или два. По крайней мере, Теон надеялся на это. Эта ее неожиданная прогулка продолжалась уже несколько часов.

Пока Лука собирал вещи, Теон сбросил одеяло с кровати Тессы на землю, чтобы Кацела и Ригель учуяли ее запах. В ближайшее время одеяло ей не понадобится. Она больше не исчезнет из его поля зрения. Пока он не будет уверен, что связь установлена и она полностью под его контролем.

Лука вернулся, бросив ему рюкзак, и Теон пересел на своего любимого из четырех коней — Осириса.

Это были гигантские черные жеребцы, названные в честь самых знаменитых воинов Саргона. Теон неустанно искал лошадей и потратил бессчетное количество часов, тренируя их в точном соответствии со своими требованиями. Он с легкостью взобрался на Осириса, в то время как Лука взобрался в седло Зейла.

— Ты готов? — спросил Теон, перебрасывая поводья Осириса в одну руку.

Конь топнул и ударил копытом о землю, явно собираясь уже бежать. Кацела и Ригель двигались вокруг лошадей, беспокойно поскуливая от возбуждения охоты.

— Что ты собираешься делать, когда найдешь ее? — спросил Лука, усаживаясь в свое седло.

— Я давал ей пространство и время привыкнуть, но это уже второй раз, когда она убегает от меня, — сказал Теон, подталкивая Осириса выйти из конюшни. — И это будет в последний.

Ему нужно подчинить себе эту девушку.

Ее необузданность заинтриговала его. Но это уже заходило слишком далеко. Она могла оттолкнуть его и драться с ним сколько угодно в их личных покоях, но не на публике.

Не перед его отцом.

Ей нужно смириться со своей судьбой. Не только потому, что этого потребовал бы его отец, но и потому, что в личных планах Теона требовалось ее сотрудничество. Ему нужно, чтобы она добровольно позволила ему питаться ее силой и мощью. Когда придет время, он не сможет позволить себе отвлекаться на то, чтобы очаровывать ее, заставляя отдавать это.

Тесса видела в нем безжалостного потомка богов, который хотел обладать ею и править ею.

Именно таким он и станет.

Он пытался постепенно ввести ее в роль. Полагая, что так доверие возникнет быстрее. Но тем самым он явно создал у нее ложное впечатление, будто не контролирует все происходящее.

Будто не контролирует ее.

Она узнает, почему о Королевстве Ариуса говорят шепотом.

Он станет тем кошмаром, которым она его уже считала.