Дождь теней и концов

ГЛАВА 44

ТЕОН

— Что ты натворил? — прорычал его отец, и тьма обрушилась на Теона, отбросив его к стене их личной смотровой ложи. Теон сполз на пол, тихо выругавшись из-за неожиданного нападения, острая боль пронзила бок. — Ты хоть понимаешь, чему только что нанес ущерб?

Теон поднимался на ноги, когда вокруг него вспыхнуло черное пламя, Лука схватил его за локоть и помог подняться.

— Извини, — сказал Лука. — Я позаботился о его цветочной сучке.

— Значит, она вышла из строя? — спросил Теон, машинально поправляя манжеты, чтобы расправить рукава.

— Если она пошевелится, у нее загорится п*зда.

— Ты сегодня в прекрасном настроении, — пробормотал Теон, позволяя теням окутать его для дополнительной защиты. Это не остановит магию его отца, но хотя бы смягчит удары.

— Всякий раз, когда я подъебываю ее, у меня поднимается настроение, — ответил Лука.

Теон усмехнулся.

Прекрасное настроение.

Но веселье быстро угасло, когда они приготовились встретится лицом к лицу с его отцом.

— Готов? — спросил Лука.

Он кивнул, его тело напряглось, когда черное пламя медленно угасало.

— Все еще прячешься за пламенем, вместо того чтобы решать свои проблемы, — сказал его отец, и на его губах появилась презрительная усмешка.

— Моя единственная проблема на данный момент это ты, стоящий на пути к моему Источнику, — парировал Теон.

— Твоему Источнику? — повторил его отец. — Она даже не фейри.

— Она все еще моя, — сказал Теон, радуясь, что Акселя нигде не видно. Он смог добраться до Тессы, как они и планировали.

— Источник должен быть фейри, — выплюнул его отец.

— Кто это сказал?

— Так устроено.

— Возможно, пришло время изменить то, как все устроено, — ответил Теон, повторив слова, которые говорил его отец, когда Теон был моложе и ставил под сомнение его планы.

Пока его отцу не надоело, что его допрашивают, и он не нашел другие способы заставить его замолчать.

Ноздри его отца раздулись, в его карих глазах промелькнули тени.

— Ты понимаешь, что любое подобие доверия, которое мы установили с другими королевствами, теперь разрушено. Они и так были недовольны из-за фейри со стихией огня, а теперь они обвинят нас в еще большем скандале. Нам следовало убить девчонку, когда у нас была такая возможность.

— Ты, блядь, и пальцем ее не тронешь, — прорычал Теон.

Его отец усмехнулся, проведя рукой по волосам. Это было редким проявлением разочарования с его стороны, и такая манера поведения заставила Теона замереть. Он ожидал, что отец будет зол. В ярости. Но это было…

Это было опасение.

Это был страх.

— Крессида, уходи, — внезапно рявкнул он, не потрудившись взглянуть на жену.

Его мать, не задавая вопросов, стремительно вышла из комнаты с бокалом вина в руке.

— Отец, — начал Теон, как только за ней закрылась дверь. — Я не понимаю, почему это невыгодно для нас. Тесса, несомненно, обладает могущественной силой. Я контролирую ее, следовательно, контролирую и эту силу. Эта ночь оказалась для нас плодотворной.

— Ты думаешь, что сможешь это контролировать? — пробормотал Вальтер. — Это не какая-то стихийная сила фейри. Ты не можешь же быть настолько наивным. Сам гребанный Властитель проявил ее силы. Ты знаешь, что это значит.

Он расхаживал по ложе, то и дело проводя руками по волосам. Теон в полной растерянности взглянул на Луку. Он чувствовал себя так, словно находился в одной комнате с Тессой, не зная, как вести себя с непредсказуемым мужчиной перед ним. Его отец всегда был воплощением контроля, требуя такого же совершенства от всех, кто его окружал.

— Отец, позволь мне забрать Тессу. Мы можем вернуться в особняк или загородное поместье и решить, что делать дальше.

— Да, — пробормотал Вальтер, внезапно останавливаясь и выпрямляясь. Он одернул манжеты рубашки, расправляя рукава. — Это разумный план действий. Лука, освободи Эвиану.

Черное пламя, удерживавшее Эвиану связанной у двери, погасло, и она бросилась к своему Хозяину. Теон уже направился к двери, но в тот момент, когда он распахнул ее, он замер.

С другой стороны стояли Леди Серафины и Леди Селесты вместе со своими Наследницами.

— Ты действительно думал, что мы позволим тебе уйти безнаказанным? — спросила Леди Серафины, протискиваясь мимо Теона и входя в ложу. — Честно говоря, Вальтер, после всего нашего недавнего сотрудничества ты вот так отплачиваешь нам?

Сотрудничество?

Теон не понял, о чем говорила Леди. И когда, блядь, его отец успел связаться с королевством Серафины?

Единственное, что становилось ясно, это то, что у его отца было гораздо больше секретов, чем Теон предполагал.

— Майя, я понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал его отец.

— Понятия не имеешь? — усмехнулась леди Серафины. — Давай начнем с Источника, которого случайно избрал твой сын. Я оставлю фейри стихии огня Кире. Она в ярости.

— Кира всегда из-за чего-то в ярости, — пробормотал его отец.

— Верно, но другое королевство, заявляющее права на фейри стихии огня? Скоро она будет у твоих дверей.

— Надеюсь, она хотя бы дождется личной встречи. Майя, это слишком публичное место. Ты же знаешь.

Серебристый взгляд Леди Серафины переместился на Теона.

— Полагаю, мне следует говорить с твоим Наследником, а не с тобой. Теперь становится понятно, почему никто не смог определить ее оценочную стихию.

— Оценки подтвердили, что мой Источник проявится с воздухом. Вы можете просмотреть любую из записей о ее тестировании, — холодно сказал Теон.

— И все же она сказала моему Источнику, что, согласно оценкам, она выйдет со стихией воды почти без силы, — ехидно вставила Лилла.

Да неужели?

Теону пришлось приложить усилия, чтобы сдержать ухмылку. Вместо этого он пожал плечами, надев маску безразличия.

— В любом случае, очевидно, что ее оценки оказались неточными.

— Как удобно, — вставила Леди Серафины.

— Не уверен, что употребил бы слово удобно. Временами она довольно дикая, — небрежно заметил Теон, почесывая подбородок. — Но что сделано, то сделано, полагаю.

— И таков твой ответ на это? — спросила леди Селесты. Она развернулась лицом к его отцу. — Ты знаешь, к каким разногласиям это приведет. Ты хочешь вернуться к тому положению отвергнутого королевства, которым вы были на протяжении веков?

Тьма появилась, собравшись у ног отца.

— Не угрожай мне, Луна, — мрачно сказал он, и Эвиана напряглась рядом с ним. Источники встали перед своими Хозяйками, но прежде чем кто-либо успел сделать еще хоть одно движение, дверь распахнулась.

Все обернулись на звук, магия появилась на кончиках их пальцев и в воздухе, когда Аксель, шатаясь, вошел в комнату. Из его носа и глубокой раны на виске капала кровь, и Теон бросился вперед, чтобы подхватить его, прежде чем он упал на пол.

— Что случилось? Где Тесса? — тихо спросил Теон, стараясь, чтобы его не услышали остальные.

— Мы подверглись нападению, — с трудом выдохнул Аксель. — Я вернулся так быстро, как только смог.

— На вас напали? — потребовал ответа их отец. — Кто это сделал?

— Многие. Как Наследие, так и фейри, — ответил Аксель, пока Теон и Лука помогали ему сесть на стул. Он поднял голову и встретился взглядом с Теоном. — Но, в конце концов, это были не те, кто забрал ее.

— Кто? Кто ее забрал? — выдавил Теон, и тьма заполнили его зрение.

— Рордан. Рордан Джоув напал на нас обоих. Она у Лорда Ахаза.

И хотя это убивало его, и совершенно разрушало, но Теон повернулся к отцу и сказал:

— Мне нужна твоя помощь.

Дверь открыл фейри, едва его отец постучал в дверь загородного поместья Джоувов.

— Лорд, милорды, — сказал он, склонив голову. — Его светлость ожидает вас.

— Держу пари, что так и есть, — усмехнулся Теон, входя в фойе.

— Тише, Теон, — резко одернул его отец, протискиваясь мимо него и следуя за фейри, который свернул в коридоре налево. Мимолетная неуверенности исчезла. Лорд Ариуса снова взял себя в руки, тени следовали за ним по пятам.

Через минуту их провели в гостиную. Она оказалась меньше и не так величественна, как он ожидал. Ничто не шло ни в какое сравнение с чрезмерными представлениями, на которых настаивал его отец.

Он сразу же нашел Тессу, которая сидела на диване, держа в ладонях стакан с водой. Она была бледнее обычного, но в остальном, похоже, не пострадала. А если и была, то ее недавно проявившаяся сила уже исцелила ее. Его взгляд упал на ее предплечье, где выделялась новая метка. Она была не черной, как метка Источника на тыльной стороне ее ладони, а бледно-серебристого цвета.

Точно такая же, как метка на его собственном предплечье, которую он получил в десять лет, чтобы проявить свою магию. Ведьма нанесла ему эту метку. Его отец подкупил одну из них в Подземелье, чтобы другие королевства не узнали, какие именно силы проявились у Наследника Ариуса. Но гребанный Властитель явился прямо к Тессе.

— Вальтер, — поприветствовал его Рордан, не потрудившись подняться со своего места напротив Тессы. — Как всегда, рад тебя видеть.

Только тогда Теон понял, кто сидел рядом с Тессой.

Тот фейри. Тот, кто не любовник.

Тот, кто говорил ей, что она постоянно создает ненужный хаос.

То же самое он сказал перед тем, как затолкал ее в маленький подвал без окон.

— Рордан, — коротко сказал его отец. — Я полагаю, у тебя есть кое-что, принадлежащее моему королевству.

Рордан улыбнулся.

— Не хочешь ли чего-нибудь выпить? Тессалин пьет воду. Мы согласились, что любой алкоголь может плохо сказаться на ее организме после того, как мне пришлось подавить ее впечатляющее проявление силы.

— Есть ли причина, по которой она здесь, а не в Пантеоне? — потребовал ответа Вальтер.

— На самом деле есть, — ответил Рордан. Затем он повернулся к Дагиану. Теон даже не заметил, что Наследник был в гостиной. — Помоги Фредерику с напитками для наших гостей, Дагиан.

У Теона челюсть чуть не отвисла. Его отец никогда бы не попросил другого Наследника прислуживать за кем-то, не говоря уже о том, чтобы попросить об этом своего сына. Это была работа фейри, недостойная Наследника. Но Дагиан не стал возражать, направляясь к тележке с напитками, где фейри, сопровождавший их, наполнял стаканы. Две женщины, Источники Лорда и Наследника Ахаза, стояли у противоположной стены, тихие и настороженные.

— Пожалуйста, присаживайтесь, — сказал Рордан, указывая на свободные кресла.

— Это не светский визит, — отрезал его отец. — Мы пришли забрать то, что принадлежит нам, и мы продолжим свой путь.

— Но принадлежит ли она вам? — возразил Рордан, наклонив голову в ответ на вопрос.

— Конечно, это так, — вставил Теон. — На ней моя метка. Тесса, подойди сюда.

Тесса и так была напряжена, а теперь застыла, когда к ней обратились. Но она должна повиноваться ему. Это было в клятве. Повиноваться своему Хозяину превыше всего остального.

Глубоко вздохнув, она медленно поднялась на ноги, Декс встал, чтобы помочь ей, забрав воду. Она направилась к Теону, и в тот момент, когда оказалась на расстоянии вытянутой руки, он притянул ее к себе. Она прислонилась к нему, совершенно обессиленная.

— С тобой все в порядке? — тихо спросил Теон, приподнимая ее подбородок, чтобы посмотреть на нее.

Она только кивнула, отведя глаза в сторону.

— Мы сейчас же уйдем, — сказал его отец, поворачиваясь к двери.

Но Рордан уже поднимался на ноги.

— Боюсь, нам нужно обсудить эти вопросы подробнее.

Вальтер повернулся к нему:

— Что тут обсуждать? Она была избрана. Дело сделано. Только смерть может это отменить.

— Может ли существо, которое не является фейри, быть избрано в качестве Источника? — задумчиво произнес Рордан, сунув руку в карман и поднося к губам стакан с виски.

— Очевидно, что может, — усмехнулся Вальтер.

— И все же ее место здесь, со мной.

— Когда именно ты пришел к такому выводу? — вмешался Теон.

— В тот момент, когда она проявила силу Ахаза. — голос Рордана стал тихим и мрачным, в пальцах, сжимающих его стакан, замерцал свет. — Конечно, не вся ее магия похожа на мою собственную, и разве это не интересно?

Теон притянул ее ближе, и у нее перехватило дыхание.

— На что ты намекаешь? — спросил Вальтер, окруженный тьмой.

— Я предлагаю разместить ее в Пантеоне, пока не будет установлено, кем именно она является.

— Нет, — прорычал Теон. — Она принадлежит мне.

Рордан улыбнулся ему, как маленькому ребенку, который не мог понять, о чем идет речь. Затем он снова обратил свое внимание на Вальтера.

— Я полагаю, ты уже подумал, что она может быть ключом ко всему?

— Конечно, подумал, — процедил сквозь зубы его отец, и Теон не понял ни слова из того, о чем шла речь.

Рордан сделал еще глоток своего напитка, словно наслаждаясь вкусом, прежде чем сказать:

— Тогда ты уже знаешь, где ей место.

— Нет никаких доказательств, — возразил Вальтер.

— Пока нет, — согласился Рордан. — Но когда они появятся, ты же понимаешь, к чему это приведет?

— А ты?

Рордан протянул свой стакан, фейри тут же появился и забрал у него недопитый напиток.

— А я с нетерпением жду дальнейших обсуждений по этому вопросу.

Он что… отпускает их?

— Это еще не конец, Рордан, — кипел Вальтер.

— Нет, не конец, — согласился Рордан. — Но возникает вопрос: кто останется стоять, когда воцарится Хаос?

Он встал, когда Тесса вышла из ванной. Одетая в свободные штаны и облегающую майку, она заплела мокрые волосы в косу, перекинув через плечо. Его отец настоятельно рекомендовал им остаться на ночь в загородном поместье, и они остались. Теон предпочел бы вернуться в особняк, просто чтобы быть подальше от отца, но ему уже пришлось просить его о помощи. Спорить с ним сегодня вечером было бы неразумно.

Эта спальня намного меньше, чем в особняке, по крайней мере, наполовину. С другой стороны, их спальня в особняке занимала весь третий этаж. Он ненавидел здесь оставаться. Это было похоже на уменьшенную версию дома Ариуса. Тот же темный декор. Тот же гнетущий, затхлый воздух.

Аксель и Лука тоже были здесь, они все еще сидели на диване в небольшой гостиной. У каждого из них были комнаты дальше по коридору. Лука ушел с Акселем, чтобы помочь ему привести себя в порядок, и они только что уселись с напитками в руках. Аксель выглядел так, словно знавал лучшие времена, и признался, что у него сильная головная боль, что заставило Теона задуматься, не страдает ли Тесса от того же, но не признается в этом.

Она остановилась на полпути, увидев их всех, обхватила себя руками и спросила:

— Что?

Теон сократил расстояние между ними, но заколебался, когда потянулся к ней. Он не знал, в каких отношения они оставались после всего случившегося.

— Как ты себя чувствуешь?

— Устала, — ответила она, отводя глаза в сторону. Она высвободила руки, трогая браслеты на запястьях. — Они неудобные.

Когда они прибыли сюда, Теон немедленно заменил те, что надел на нее Рордан, на свои. Кто знает, какие чары заключались в тех. Лука пытался сжечь их драконьим пламенем, но они устояли. Еще одна вещь, которую Теону предстояло исследовать. Пока что браслеты хранились в карманном хранилище.

Лука пил дополнительную порцию крови, которую его отец подозрительно предложил всем троим. У них не было другого выбора, кроме как принять это, особенно у Акселя, который использовал всю свою силу, защищая Тессу.

— Я знаю, что они неудобные, красавица, — сказал Теон, не в силах удержаться от того, чтобы протянуть руку и поиграть с кончиком ее косы. — Но ты же понимаешь, почему тебе нужно их носить сейчас, верно? Твоя сила нестабильна, пока ты не научишься ее контролировать.

— И как я этому научусь?

— У тебя будут занятия. Это входит в программу обучения, которые проходят все фейри.

— Да, но я не фейри, — ответила она, и в ее голосе зазвучали жуткие нотки, которые были у нее после событий в подвале. Потом это исчезло, и Теон надеялся, что так оно и останется, но, очевидно, это было не так.

Он тяжело вздохнул.

— Нет, Тесса. Ты не фейри.

— Ты думаешь, что я наполовину фейри? Рордан в это не верит.

Рордан?

— Во что еще верит Рордан? — спросил Теон, безуспешно пытаясь скрыть горечь в голосе.

— У меня такая же магия, как у него, — сказала она. — Магия Ахаза.

— Такая же, — согласился Теон.

— Но еще могущественнее.

— Мы не знаем масштабов твоей силы. Потребуется время, чтобы во всем этом разобраться.

— В чем?

— В тебе. Твоей силе. В том, как это повлияет на связь Источника.

— Понятно, — пробормотала она, покачиваясь на цыпочках, как будто внезапно не могла устоять на месте.

— Ты голодна, Тесса?

— Как думаешь, мне понадобится кровь?

— Что? — опешил Теон.

— Кровь, — повторила она. — Которую ты пьешь.

— Нет, — тут же ответил Теон.

— Это справедливый вопрос, — сказал Лука с дивана. — Если она из Наследия…

— Она не из Наследия, — вставил Теон.

— Не будь глупым, Теон, — вздохнул Аксель. — У нее есть сила Ахаза, а это значит, что в ней есть доля крови Ахаза. И судя по силе, проявленной сегодня вечером? Я собираюсь предложить, что ее очень много.

— Не говоря уже о том, что ее метка совпадает с нашими, — сказал Лука, поднимая предплечье, чтобы показать метку, идентичную той, что была на предплечье Тессы.

Теон повернулся к ней.

— Властитель тебе что-нибудь говорил?

— Не совсем, — ответила она, снова покачиваясь на цыпочках. — Можем ли мы выйти на улицу?

— Сейчас середина ночи.

— Мне нравится темнота. В ней свет сияет ярче.

— Тебе не кажется, что лучше отдохнуть? Или поесть? Или… — он замолчал, когда она подошла к креслу и плюхнулась в него, очевидно, отказавшись от попыток выйти на улицу.

— У вас у всех много меток. Почему я не могла увидеть их раньше? Ты говорил, что их могут увидеть те, в ком течет кровь бога.

Он действительно так говорил, и теперь, когда она упомянула об этом, она оказалась права. Она должна была видеть их с самого начала. Единственное объяснение, которое он мог придумать, заключалось в том, что тот, кто связал ее силу, каким-то образом нейтрализовал всю магию ее родословной. Часть ее силы прорвалась наружу, когда ее эмоции были на пределе, и, честно говоря, Теон немного беспокоился, что то же самое произойдет даже с браслетами, которые на нее надели.

— Они все означают что-то разное? — спросила она, когда Теон не ответил.

— Да.

— Ты расскажешь мне о них?

Он приподнял бровь и засунул руки в карманы своих свободных штанов.

— Ты хочешь узнать об этих метках?

— Да, пожалуйста.

От этой вежливости его брови поползли вверх.

— Я могу рассказать тебе о метках.

— А как же мои занятия? Когда они начнутся?

Теон взглянул на Луку и Акселя, которые только пожали плечами.

— У фейри занятия начнутся через три дня. Тогда же начнешь и ты.

— С тобой?

— Некоторые из них, — ответил он, кивнув.

— А мать Корделия?

— Я думаю, что это то, что нам придется пересмотреть, но не сегодня.

— А как же тренировки с моей силой?

— Тесса, — вздохнул Теон. — Мы можем обсудить это завтра? После того, как у нас у всех будет возможность немного отдохнуть?

— Конечно, — пробормотала она, поглаживая пальцами ткань подлокотника.

Воцарилась тишина, но Акселю потребовалось всего несколько секунд, чтобы нарушить ее.

— Я иду спать, — сказал он, неуверенно поднимаясь на ноги. — Клянусь, я до сих пор чувствую фантомные разряды от силы этого ублюдка. — он повернулся к Тессе. — Ты в порядке, куколка?

Она приостановила движения пальцев, затем подняла запястья.

— Было бы лучше, если бы ты снял это.

Он рассмеялся.

— Скоро они тебе не понадобятся, — ответил он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку. — Постарайся поспать.

— Ты тоже, — пробормотала она, снова опуская руки на колени. Когда Лука встал, она с надеждой посмотрела на него. — Мы будем тренироваться завтра?

Лука долго изучал ее, и Теон узнал этот взгляд. Он пытался что-то понять. Наконец он сказал:

— Давай посмотрим, как ты будешь себя чувствовать утром, хорошо?

Они оба знали, что утром она не будет тренироваться.

Тесса не ответила, и когда Лука и Аксель вышли из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, Теон подошел к ней поближе. Он присел перед креслом, глядя в ее серо-фиолетовые глаза.

— Скажи мне правду, Тесса. Как ты себя чувствуешь?

Она склонила голову набок.

— Ты велел мне солгать тебе.

— Но теперь мне нужна правда.

— Ложь и правда. Ты не можешь иметь и то, и другое. Точно так же, как у тебя не может быть света и тьмы, начала и конца.

Теон протянул руку и погладил ее по щеке.

— Маленькая буря, ты измотана. Близится рассвет. Давай ляжем спать, а завтра мы все обсудим.

Она промычала, снова начав водить пальцами по подлокотнику. Он медленно убрал руку с ее щеки и накрыл ее пальцы своей ладонью.

— У тебя болит голова? Аксель сказал, что у него сильная головная боль. Я могу попытаться исцелить это для тебя.

— Ты не можешь исцелить меня, Теон.

— Ты мой Источник. Конечно, я могу.

Ее губы изогнулись в чарующей улыбке.

— Тебе пришлось бы собрать все кусочки моей души, а она слишком разбита, чтобы собрать ее воедино.

В ее словах не было никакого смысла, и она, должно быть, переутомилась за весь день.

Он встал, взял ее за руку и рывком поставил на ноги, после чего повел к кровати. Когда он забрался следом за ней, то был на мгновение потрясен, когда она прижалась к нему, положив голову ему на грудь. Он быстро обнял ее, вдыхая аромат, наслаждаясь ощущением ее тела, прижатого к его обнаженному торсу.

Она начала водить пальцем по его меткам.

— Теперь у меня есть вот эта, — сказала она, проводя пальцем по метке на тыльной стороне ладони, которая была такой же, как у него. Ее дыхание скользило по его внезапно разгоряченной коже.

— Да, — согласился он.

— И вот это, — сказала она, проводя пальцем по метке вдоль линии его ребер, обозначавшей их сделку.

— Да, — напряженно произнес он в ответ на ее прикосновение.

Один гребанный палец, и на него нахлынули воспоминания о тех ночах, когда она позволяла ему брать частичку себя.

Ее прикосновение скользнуло вдоль его торса к другой стороне ребер. Она провела пальцем по перевернутому треугольнику с тремя проходящими через него горизонтальными линиями, который был напротив метки о сделке.

— У меня такой нет.

— У тебя никогда такой не будет.

— Что это означает?

Он поцеловал ее в лоб и провел рукой по волосам.

— Завтра, Тесса.

Она больше ничего не сказала, и он был благодарен ей за это, потому что не знал, как ответить на все внезапные вопросы. Ему нужно время, чтобы разобраться во всем этом и изучить некоторые теории. Но даже завтра он не сказал бы ей, что означает эта последняя метка.

Он не расскажет ей о сделке, которую ему пришлось заключить со своим отцом в обмен на его помощь.