Долг человечества. Том 2

Глава 19

Подходил к восточному краю нашего поселения я в задумчивости. Не поспешил ли, взяв иллюзию? Когда я там накоплю требуемую тридцатку для магазина, чтобы выкупить интересующую меня книгу? Непонятно. Однако, меня подкупил именно тот факт, что пользу навыку я придумал сразу, не раздумывая.

А вот мой новый «импульс» требует тщательного тестирования. Масса, ускорение, импульсов этих — хренова тонна, причем может статься, что тут константы отличаются. То же ускорение свободного падения. Но, с другой стороны, нет у меня каких-то цифр в навыке, так может будет так же, как и с остальными? Я ведь, признаться, не всегда до конца, до атома, понимаю, что подвергается моему разложению. Тем не менее, это работает.

Активируется по касанию, но действует до десяти метров. Как это? Я должен на что-то навык использовать, и только потом «управлять»? Похоже, без проб тут не разобраться, так что я присел на корточки, чтобы взять небольшой камень в пару килограмм весом. Объект-то должен быть небольшим.

Желтая сетка полигональных фигур пробежала по камню, полностью его покрыв, и не исчезала. Ладно, есть куча сил, которые тянут этот камень вниз. Попробую их инвертировать. Стало быть, загадываю такой вектор. Не сверху вниз, а снизу вверх. И, к слову, камень действительно стал медленно подниматься, словно он перышко, подхваченное ветром.

Хорошо… Теперь сбалансировать векторы. Завис, висит. Хорошо, тоже принимаем. Но что с остальными векторами? Наша текущая планета движется вообще, или нет? Ведь, утратив центростремительный вектор, камень, по идее, на огромной скорости должен был улететь перпендикулярно центру массы. Как же сложно!

— Что делаешь? — Ренгу, не дождавшись, сама спикировала ко мне.

— Эм… — Я замялся. — Я даже не знаю, как объяснить. Тренируюсь, это будет самое верное определение.

— У тебя камень летает. — Озвучила она очевидное.

— Ну да. — Хмыкнул я. — Летает.

Очередной странный диалог, ну да ладно, похоже, пора попробовать последнюю вещь и действительно заняться работой. Я задумываю перпендикулярный вектор, и камень срывается с моей руки, будто я выстрелил им из пушки, и улетает в сторону южного заваленного входа, с грохотом ударяясь в стену. Вау, это сильно! Не особенно-то и большими затратами магических сил я приобрел личную пушку. Как узнаю о затратах? Скорее, с опытом, когда чувствуешь что-то уже по наитию, особенно не задумываясь. А контроль над умением и вовсе оказался лишь мысленным — достаточно было заложить цель, а физика как-то там сама срабатывает.

— Кидаешься? — Закаркала Ренгу, словно смеясь.

— Да. — Кивнул я. — Давай к делу. Ты нашла спуск?

— Ренгу нашла. Иди, иди со мной. — Спрыгнула она с небольшой кочки земли и пошлепала в противоположную часть лагеря.

На северо-западе, чуть ближе и левее бассейна с водопадом, был довольно крутой подъем, но действительно, это было самое низкое место, куда я должен был забраться. Дабы упростить себе задачу, я сделал с помощью разложения ложбинки в скале под конечности, чтобы спокойно взобраться наверх, не превозмогая.

Ветер моментально начал трепать на мне всю ткань и мои отросшие волосы. В долине, казалось, погода была существенно лучше, но покинув эту своеобразную горную чашу, я тотчас ощутил, что снаружи совсем невесело. Взгляд вниз тоже пугал — не могу сказать, что я боюсь высоты, но осознание, что малейшая ошибка, скользкий камень или особенно мощный порыв ветра, и я кубарем улечу вниз с предсказуемыми последствиями.

Собственно говоря, место, найденное нашей летающей разведчицей, было идеальным для реализации моей идеи. Сделать ступени. Безопасный, прямолинейный спуск без изъянов природного архитектора. Это сократит время спуска и подъема, упростит передвижение, но все равно это будет отнимать чудовищное количество времени и сил. Однако, как бы я не противился этой идее, такой спуск нам нужен. И я начал его формировать, вырезая породу перед собой. Раз за разом, углубляясь по склону все ниже, я оставлял немного скалы справа, а слева гора высилась под самые небеса.

Опустившись на несколько метров, я прошелся туда-сюда пару раз, и убедился, что лестницы у меня получаются не самые удобные. Слегка скругленные, ноги так и норовят подкоситься. Но утраивать количество применений, чтобы сделать спуск еще более комфортным, я смысла не видел. Такой проект растянется на несколько дней только по причине того, что я банально буду выжат, как лимон. Хотя, как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное.

— Ренгу, — обратился я в нижней выкопанной точке, — скажи остальным, что я начал копать. Пусть собираются и следуют за мной, потому что, когда я закончу, мне потребуется отдых внизу.

— Полетела! — Отрапортовала мне ворона и слиняла, начисто игнорируя передвижение на ногах. Да уж, крылья, конечно, удобная штука.

На шестидесятой сфере я выдохся, а конца и края спуску видно не было. Метафорически, конечно, я вижу конечную точку, но сил у меня уже не было. Зато я примерно понимаю высоту — около трех сотен метров. Превысить свою дневную норму затрат магических сил в шесть раз мне, на самом деле, не придется, потому что с этой стороны сформировался природный спуск. И он был комфортнее, чем-то, что делал я. Потому участок в пятьдесят метров у вершины оставался неудобным, а еще сотня вниз — вполне годится. Разве что уничтожал небольшие препятствия и неровности.

На очередной передышке ребята меня нагнали. Варя, Катя, Борис. Девчонки шли налегке, Борис вооружился серпом. Я тотчас попросил у него оружие — забыл сделать одну вещь, которую следовало сделать еще очень давно.

Наложил на кривой и грубый сельскохозяйственный инструмент упрочнение и забросил к себе в инвентарь. Вынул уже крепким.

— Как там наверху дела? — Спросил я, борясь с нежеланием продолжать копать камни.

— Я поставил все печи, мы с Варей их запалили. Дым уходит прочь из пещеры, так что все работает. — Поделился здоровяк.

— Не помогает только, задувает внутрь. Хотя, с этой стороны горы гораздо холоднее. — Добавила Варя.

— Исправим, я придумал как. Веревки нужны, и работы у лягушонка сегодня немеряно. — Усмехнулся я.

— Какие планы на вылазку? Ну, кроме общих, вроде сбора всякой фигни. — Поинтересовалась Катя.

Я обстоятельно рассказал. А также и о том, что поручил Лизе сбросить вниз с западной стены веревки и привязать их к чему-нибудь крепкому, а дабы было еще крепче, наложить упрочнение. Ребята посетовали, что я старею и начал повторяться, ведь они слышали этот разговор.

А я знал, что они знали. Я просто не хотел продолжать копать и максимально решил поболтать, восстанавливаясь. И, похоже, это не осталось незамеченным.

— Слушай, а мы не поспешили? Сделали бы в два, ну или в три захода, чтобы ты вот так не убивался. — Обратилась ко мне кинжальщица.

— Нет, — покачал я головой отрицательно, — мы теряем время и не развиваемся.

— Мда, неочевидные минусы жить на верхотуре. — Цыкнула магичка.

— Почему ж неочевидные? — Обернулась на девушку Катя. — Вполне очевидные, но плюсы существенно перевешивают минусы.

— Не для Марка. — Усмехнулся Боря. — Мы, может, помочь как-то можем?

— Не думаю. — Устало ответил я. — Давайте продолжим. Спойте песню, что ли, может хоть так веселее пойдет.

Следующие пятьдесят метров выкопал. Осталась-то всего какая-то сотня, и мы на земле, но естественных спусков, как назло, не было, сплошь крутые отвесы. Ох, ухайдокаюсь я. Не вижу уже ни черта, тошнота подступает к горлу, ноги тяжелые, как после марафона. Даже пение классических песен под гитару из нашей молодости стало раздражать.

И это мы спускаемся. Подъем тяжелее. Ну хотя бы так насиловать свой навык разложения не придется. Прерываться на передышку я стал буквально каждые десять метров, и наша экспедиция закончилась тогда, когда у меня носом пошла кровь, а колени подломились.

— Машу вашу, ну Марк, как же так! — Выругалась Катя и кинулась помочь.

Я уперся в пол четырьмя костями и едва сдерживал завтрак. Лужа крови накапала приличная, а слезы катились из глаз как после просмотра фильма, где милая собачка не дождалась своего хозяина с работы на перроне станции.

Меня отпоили, протерли лицо смоченной в воде тряпочкой, усадили спиной под скалу.

— У него зрачок расширен, на свет не реагирует. Марк, не помирай! — Тормошили меня, а сил возразить у меня не было. Стекло в глазах заставляло их закрываться.

Очнулся я через несколько часов. Похоже, полностью потратив силы, я достиг мнимого предела для человеческого тела. Сто пятьдесят преобразований. Чудовищно много, с одной стороны, с другой — если случится какая-то затяжная беда, и отдыха мне будет не видать, я мертвец. Но и кто угодно другой — тоже. Это уравнивает шансы.

На склоне горел костер, ребята были неподалеку и общались о чем-то своем. Стоило мне дернуться, люди тотчас встрепенулись и обратили на меня внимание.

— Живой, зараза. — Усмехнулась Катя.

— Живой. — Промямлил я. — Сколько я спал?

— Часа три слюну пускал в накидку. Мы тебя накрыли получше, чтобы не замерз. А то скалы всё тепло вытянут. — И действительно, у меня под пятой точкой была Борина свернутая меховая накидка, а он, оставшись в одной кожаной самопальной броне, прятался за углом естественной каверны, совершенно не глубоко уходящей в скалу.

— Извините. — Скривился я от головной боли. — Я себя переоценил.

— Давайте назад? — Предложил Боря. — Мы уже уставшие все, замерзли, а ты вообще!

— Веревку видели? Лиза скинула? — Спросил я, прошамкал пересохшим ртом, и жестами попросил попить.

— Видели-видели, скинула. И Ренгу прилетала, спрашивала, надо ли что-то еще делать, это ее Лиза отправляла. — Ответила магичка.

— Я передохнул. Не самый лучший расклад, но давайте закончим. На крайний случай заночуем внизу. Без материалов нет смысла подниматься. — Объяснил я свою позицию. — А где сама Ренгу?

— Улетела. — Пожала плечами Катя. — Ты же дрых.

— Ты так точно дубу дашь. — Сдвинула брови волшебница. — Нам что потом с твоим трупом делать?

— Обобрать, закопать, забыть как страшный сон. — Попытался я пошутить, но вышло как-то несмешно.

Оставшиеся пятьдесят метров манили своей доступностью. Руку протяни, и ты внизу. И это подталкивало меня к тому, чтобы завершить спуск одним днем. Потому почти решился, почти заставил себя продолжать копать, как меня отвлек Боря, положив руку на плечо.

— Если честно, я не знаю, как ты это делаешь. — Сказал он. — Я как-то тестировал свои возможности, ну, там включал лечение постоянно, и через двадцать применений полностью выдыхался.

— Ты не знал? Марк, вообще-то, сильнейший человек на всем полигоне. Нам с ним вообще ничего не грозит. У него уровень уже запредельный! — Вдруг вклинилась Катя и стала меня нахваливать, выкладывая очевидную ложь.

— Правда? Реально? — Вытаращился Боря, приняв слова кинжальщицы за чистую монету.

— Конечно! — Выкупила правила игры Варя. — Вон, у него знак, там написано что он уже ранг «эс» получил, струей раскалывает писсуар!

— Какой «эс», — едва сдерживаясь от ржача пихнула Варю в бок ловкачка, — «Эсс» я бы сказала!

— Отставить обезьянничать. — Прервал я поток неуместного юмора. — Давайте продолжим, а? Я хочу жрать уже, а мы не сделали еще ничего.

Сказав, что мы ничего не сделали, я имел ввиду, что воплощение плана по добыче ресурсов у нас находится в зачаточном состоянии. Я не обесценивал ранние наши заслуги, но ясно осознавал, что сделано еще слишком мало, чтобы отдыхать.

Спешил я еще и потому, что чем быстрее мы сумеем разжиться необходимым и построим лифт, укрепим оборону, всячески приготовимся, тем сильнее мы будем. Надо вставать!

Время уже сильно за полдень. А нам еще и вернуться желательно до темноты, так что в лучшем случае внизу у нас будет пара часов. Разложением вырезаю следующий сегмент, спускаюсь, следующий, спускаюсь, следующий…

— Осторожно! — Резко выкрикиваю я, понимая, что передо мной образовалась пустота.

Ребята застыли позади, всматриваясь в зияющую дыру в породе, которую я вырезал. Опавший песок мелкой фракцией осыпался в темноту. Нет, я не копнул лишнего, форма моих сфер разложения всегда была одинаковой по объему, это что-то внутри. Какие-то пустоты, наверное вроде тех, в которых мы сейчас поселились.

— Что там такое? — Спросила Катя поравнявшись со мной и положив свою руку на плечо, поддерживая меня.

— Надо подсветить. Сейчас, посмотрим. — Я открыл инвентарь и вынул масляную лампу, которую не стал оставлять в лагере. На всякий случай, вдруг не удалось бы вернуться до темноты. Вот и пригодилась.

Запалив ее, я продемонстрировал свой новый навык присутствующим, ведь они его еще не видели в исполнении, хотя я, когда выбирал, зачитывал описания. Мысленно скорректировав вектор ускорения свободного падения, я сбалансировал его, чтобы лампа медленно погружалась в пустоту по воздуху. А когда она оказалась полностью внутри, уравновесил вектора. Вот, как оно работает — на дистанции не далее чем в десять метров я способен корректировать вектора на уже измененном заклинанием предмете.

Пещеры были огромны. Мы прильнули к камню, чтобы заглянуть в самое нутро открывшихся ходов, и обомлели. Простирающаяся у самого подножия пустота во все стороны раскидывалась внутри горы. Но пустота — это собирательный образ отсутствия чего-либо, и в сущности это неверное слово для описания. Ведь пещеры эти были полны каких-то странных, мелко шевелящихся и источающих теплый желтоватый свет коконов, перетянутых жгутами пурпурных то ли вен, то ли жил, размерами со спелый арбуз, только овальной формы и янтарного цвета.

— Это что еще за хрень… — Глаза Вари расширились, когда она увидела открывшуюся картину.

— Я такое в фильме видела, там тоже космонавты на чужой планете нашли подобное. Их потом сожрали всех. — Подсластила пилюлю Катя.

— О, я вспомнила, ну и мерзость. Особенно когда та штуковина из живота вылезла. — Подхватила тему магичка.

— Давайте по делу, ребят. — Оборвал я ностальгию по кино. — Что думаете это могло бы быть?

— Отсюда не сканируется, далековато, наверное. — Высказалась Катя, зыркнув на меня недобро. Наверное за то, что я сегодня слишком сконцентрирован на задаче.

— Похоже на кладку, как Катя подметила. Меня щас стошнит. — Посетовала магичка.

— Нам в любом случае нужно что-то делать. Сейчас могу лишь предложить обойти дыру и двигать дальше по внешней стороне горы. — Предложил я идею.

— А если спуститься, шороху навести там, вдруг в этих кладках что-то полезное есть? — Принялась рассуждать кинжальщица.

— Марк очень уставший, а там может быть опасно, разве нет? — Подключился Боря, но из-за своих габаритов он единственный, кто оставался на ногах и не видел, что внизу творится.

— Может. — Грустно согласилась Катя. — Тогда в обход?

— Гляньте. — Вскинул я руку по направлению к одной из стен пещеры под нами, освещаемой лампой. — Что за царапины?

— Я бы даже сказала борозды, как от чего-то острого. — Нахмурилась волшебница. — Может, запустить туда пару огненных шаров? Тут-то мы в безопасности.

— Не сказала бы. — Мрачно сказала Катя. — Похоже, частично, эти ходы… ну, их копали. Чем-то большим и острым.

— Не люди? — Спросила Варя.

— Люди оставляют такие яйца? — Недоуменно спросила ловкачка.

— Я, знаешь ли, ничему уже не удивлюсь. — Ухмыльнулась волшебница.

— Значит, если думаете, что это кладка, то мамаша оставила эти зазубрины и борозды. Нам туда тем более сейчас не надо. — Заверил их я и поднялся на обе ноги. — И давайте обойдемся без огненных шаров. — Девушки последовали моему примеру и стали отряхиваться.

— Тогда в обход, да? Туда или туда? — Спросил Боря о дальнейшем нашем шаге, указав рукой попеременно либо вглубь скалы либо по самому ее краю с внешней стороны.

Пошли мы справа, по внешней части. Но сперва я глянул вверх, на шпиль горы, и на наш спуск, на всю проделанную работу. Обалдеть, и это я сделал? Выглядит, как какая-то фэнтезийная картина — логово дракона, а к нему рукотворный подъем.

Ничем дыру в земле закрывать не стали, быстро договорившись, что тратить на это еще много сил и времени просто нет смысла. Кстати, про мой навык, когда я лампу таки притянул обратно и спрятал в инвентарь, возникло много вопросов о том, как он в действительности работает, и я поделился тем, что уже успел выяснить. Немного, но тем не менее.

Мысленно я загадывал перемещение предмета в пространстве с определенным импульсом, который потом уравновешивал с окружающими силами, если таковые были. Они всегда есть, и я, могу точно это сказать, до конца знаю и понимаю не все. Однако, это не мешает мне пользоваться элементарным импульсом, чтобы манипулировать предметами в пространстве. Это навык номер три из списка трансмутатора, и я непременно буду его качать. А те оставшиеся восемьдесят пунктов очков пока приберегу, не понимаю пока, что мне важнее.

Через час мы оказались на траве и снегу, который местами успел подтаять и обнажить землю. Последние сорок метров спуска оказались не самыми трудными, и много участков мы прошли без дополнительных манипуляций с породой с моей стороны.

— Давайте немного перекусим, передохнем, и пойдем собирать все, что найдем. — Обрисовал я планы.

— Угу. Я взял немного еды из лагеря. — Порадовал меня запасливый Борис. Признаться, я не контролировал, кто что берет, надеясь на самостоятельность. И не ошибся.

За десять минут мы оформили новый костер. Наше местоположение было удачным с точки зрения просматриваемости и скрытности — мы в углу полигона, ожидаемый подход врага мог быть только с одной стороны. Гора за нашими спинами и край северного сияния защищал нас от незапланированных гостей. Впрочем, никто сейчас не входил в мои планы. Боюсь, я вряд ли удержу в руках копье.

— Так вот, как выглядит конец нашего мира… — Меланхолично протянула Катя и коснулась рукой едва заметной сияющей пелены.

— Ты про барьер? — Подошла Варя ближе, заинтересовавшись.

— Да-да-да. — Быстро закивала она. — Ты пробовал его разрушить, Марк?

— Пробовал. Система взбунтовалась и запретила мне это делать, пообещав страшные кары, если продолжу. — Ответил я, помогая Боре с нарезкой грибов.

— Раз взбунтовалась, значит понимает что ты можешь это сделать в теории. — окончание фразы повисло в воздухе. Толку то сейчас об этом думать, нам выживать надо, а не конфликтовать с создателями Системы.

На обед у нас грибной бульон. Мяса не осталось. Но согреться горяченьким и немного питательным блюдом нам жизненно необходимо.

— Кошмар. Что дальше-то будет, когда закончится наш двухмесячный срок? — Вслух рассуждала кинжальщица.

— Кто знает. — Пожал я плечами. — Доживем — увидим.

— Оптимист ты. — Прыснула Катя.

— Проверьте лучше веревки, что Лиза сбросила. Прочные ли? — Попросил я, не желая совершать лишних телодвижений.

Девушки послушались, отошли от нас с Борей метров на тридцать, где висел край.

— Интересно, греллины мигрировали уже? Не наткнемся? — Обеспокоенно спросил меня Боря, когда я передал ему нарезанные грибы.

— Не знаю. Если бы не слова Кати о том, что она лично видела толпу, я бы точно сказал, что Лёня нам наврал. А сейчас просто — не знаю. — Отмахнулся я. Конечно, нельзя забывать и об этой угрозе, особенно когда мы находимся на их уровне обитания, но сейчас они меньшая из наших проблем.

— Крепкая! — Выкрикнула Катя, забравшись по веревке на метр над землей, как обезьянка на лиане. Взрослая деваха, а ведет себя…

— Слезай давай, это не аттракцион. — Удрученно выдохнул я.

— Ну па-а-ап… — Передразнивала она меня.

— Не папкай мне! — Подыграл я, скорее из желания не казаться еще более смурным, чем я есть на самом деле.

Наскоро перекусив, мы прикинули, куда выдвигаемся. Меня интересовала кромка леса в ста метрах южнее, там и растительности много, и возможность поохотиться наверняка представится. А часик отдыха, полученного на стоянке тут, уже внизу, вернул мне чувство контроля над ситуацией. Я даже проверил — вынул копье, размялся, сделав пару взмахов.

— А ты свой этот, как его, импульс, через копье можешь проводить? Ну, как другие свои штуки. — Подбросила мне идею Варя.

— Знаешь, наверное смогу, но позже. Раньше у упрочнения было ограничение на магические вещи, чем является мое копье, а потом с прокачкой пропало. Может и тут сработает, только ума не приложу, какой эффект получится. — Рассказал я свои мысли.

— Это все интересно, — присоединилась Катя, — но пора двигаться, мне погода не нравится, как бы нас не замело на обратном пути наверх.

— Верно. — Кивнул я. — Тушим костер, заметаем следы и выдвигаемся. Сможешь в незаметности идти вперед, чтобы если что дать сигнал?