Древесный маг Орловского княжества (том 12)

Глава 15 Руна Праха

Во Дворце с беременной женой тубус с руной Велирада вскрывать не решился. Лучше рискнуть лишь одним идиотом. Величаво расправив вороные крылья, покружил над городом, вызывая на земле лёгкий ажиотаж.

Ничего люди, скоро небо покорите и вы. Есть у меня на этот счёт ещё идеи.

Пролетев над Западным кладбищем за Новосёлками, где у нас установлены мемориалы героям — защитникам, двинул западнее. Через три километра понёсся над братскими могилами поляков. Кроме нас их всё равно хоронить было некому. Выбрав самую негодную землю барона Горазда, выкопали сотни котлованов на это дело. Там же установили и каменную стелу, где выгравировано:

«Здесь похоронено четыреста тысяч поляков, которые так и не смогли взять Ярославец».

Надеюсь, зомбаками они никогда против нас не восстанут. Только если за нас!

Миновав лес, приземлился на заросшем поле подальше от дорог и людей. Вонзившись в почву тонкими корнями, сконтачился с капиллярной системой поля и быстро расчистил себе площадку, высушив растительность до трухи. Сваяв табуретку и столик из довеска, уселся деловито. Когда подул ветерок, вырастил крылья, переделав их в замкнутый по периметру забор. Всё своё ношу с собой.

Достал из омута тубус и немного помедитировал над ним. Затем, затаив дыхание, снял простенькую крышку. Взрыва не произошло. Ничего не высыпалось и не вывалилось. Аккуратно сунул пальцы вовнутрь и нащупал жёсткий пергамент. Потянул… Показалось в процессе, что он вот — вот рассыплется. И плакала моя надежда на спасение детишек Роксаны Бельской. Столько дней насмарку, придётся снова навещать Велирада.

Вынул рулон полностью. Смахивает он на полупрозрачную бумагу для запекания в духовке. В общем, хрень, а не пергамент. Развернув его с треском фольги, увидел свою заветную Руну. И разочаровался.

— Так просто⁈ — Воскликнул, не сдержав эмоций. — Да ты издеваешься, дед⁈

На листе изображён шестиугольник. Чёрные чернила, идеально ровные грани, а вот сами линии, шириной в сантиметр, по краям — волнистые. Присмотрелся, так он состоит из микро — шестиугольников, сложенных в соты. Линии в толщину из четырёх фигур. Зашибись, то есть пчёлы всё знали⁈ Ведь идеально ровные шестиугольники, сложенные в полотно, создают именно эти насекомые. Ну ещё осы и шмели, вроде как. По сути, сама природа.

Ну и как мне это использовать⁈

В Книгах рун хоть инструкции есть, размеры линий, образцы загогулин. А тут просто геометрическая фигура. Проштудировал лист: никаких записей, пометок или дополнительных знаков. Просто фигура, состоящая из фигур. Зная много Ирских рун, могу сказать, такой стиль письма нигде не встречается. Это скорее нечто механическое, нежели созданное человеческой мыслью и рукой.

Просмотрел лист на весу под светом, на предмет водяных знаков. Но подобного не обнаружил. Ещё вариант — тут могут быть магические катализаторы. Однако ничего не чувствую вообще. Просто рисунок, не обладающий никакой силой. То есть и эту руну активировать нужно? Руна всех Рун, мля. Ну дед, ты и шутник.

И всё же отчаиваться рано. Чую я, здесь нечто иное. С этой мыслью, решаю начать свои испытания. Это же руна Праха — то есть руна, обращающая другие руны в прах. Учитывая мою историю, что я изложил волхву, можно предположить, что дед сунул мне средство, нейтрализующее другие Руны. Вот только каким образом? Это и нужно выяснить.

Отыскав на поле подходящий булыжник, возвращаюсь к столу. Нанеся рунным мелом несложный знак, размягчаю его и разглаживаю в блин. Вскоре площади становится достаточно, чтобы на мягкой поверхности начать чертить эту загадочную руну. Для ювелирных работ у меня есть целый набор ручек с иглами на конце разного калибра, которыми обычно выжигаю руны на спилах. Выбрав самую тонкую, вдавливаю металл в камень, как в пластилин и пытаюсь вычертить ровные линии, создавая свои соты. С помощью линейки удаётся завершить рисунок примерно за полчаса. Но он не срабатывает. На блине из булыжника продолжает работать руна размягчения несмотря на то, что я нанёс эту.

Пробую влить в неё силы. И так и сяк, поднатуживаюсь — а без толку. Никакой реакции. Старая руна работает, новая нихрена не пашет.

Переделываю руну с ещё большей точностью — тот же нулевой результат. Пересчитываю фигурки, отмеряю грани. Пробую другие руны нейтрализовать, развернув на поле целый испытательный полигон. Так до ночи и провозился.

Пока не психанул. Скомкал долбанный пергамент, который как оказалось ещё и хрен порвёшь, да выкинул к чёртовой матери.

Когда расстался с комком, почуял, что отдал ещё и сто тридцать единиц резерва вместе с ним! Воздух всколыхнулся, ударив лёгкой волной с направления, куда его и кинул. Синее сияние разлилось по полю и моей очумевшей роже.

Примерно в метре от земли стали формироваться небольшие синие призрачные шестиугольники, собираясь плоскостями вдоль земли в линию от места падения до меня. Собранная из них грань вышла длинной метра три — линия от комка до меня, затем начали ещё быстрее формироваться новые, заворачиваясь в фигуру!

Не зная, что и делать, замер, наблюдая за процессом. Но когда фигура замкнулась спустя пять секунд, чуйка Кумихо вонзила свои иглы прямо мне в руну на ладони! И я шарахнулся из призрачного периметра, как миленький. Стоило покинуть контур, боль отпустила, но я успел уловить колебания рисунка на моей руке.

Твою ж мать! Я чуть не потерял доступ к своему магическому карману!! Быстро проверив его работу, выдохнул с облегчением и перевёл внимание на призрачный периметр, который стал понемногу гаснуть, превращая внутри себя траву в разросшийся кустарник, который вдруг внезапно посыпался в труху.

Призрачная руна померцала немного и схлынула.

— А! Вот, значит, как ты работаешь, дрянь паршивая! — Выругался я. Чуть постоял и, затаив дыхание, пошёл искать пергамент.

Главное чуйку слушаться и вовремя валить! На месте падения уже нет комка. Лист полностью развёрнут и вообще не помят. Каким из тубуса вытащил — такой и остался. Руна не пострадала. С опаской поднял его, осмотрелся. Внутри сформировавшегося контура всё к чертям выпито: земля потрескалась, растительность превратилась в пыль. Но, судя по раздавшимся вначале кустам, сперва руна отдала. Как раз с моего резерва и расщедрилась.

Для того чтоб удостовериться в её работе, решился на повторный эксперимент. Скомкал ещё сильнее, сделав комок потуже, и кинул дальше — теперь примерно на восемь метров вышло. И забрало на этот раз сто шестьдесят единиц. Процесс не заставил себя долго ждать.

В первый раз я не видел, а теперь узрел в ускоренном режиме, как с земли поднимается призрачный след комка и расправляется в виртуальную синюю руну натуральной величины, которая начинает собираться из подобных же возникающих из воздуха частей. Грань достраивается точно до меня, а затем формируется уже под углом другая. Получается, величина периметра зависит от моего броска, а предварительное усилие формирует аппетит руны, с которым она забирает резерв.

Не вытерпев, отхожу раньше, и процесс прерывается. Всё осыпается и гаснет. Так, понял, не дурак! Повторяем эксперимент!.. С третьей попытки замыкаю контур и отскакиваю с угла за полсекунды до начала воздействия. Теперь внутри контура находится мой камень с размягчающей руной.

Весь процесс длится секунд пять, первые три — всё растёт, цветёт и пахнет затем осыпается, разрушаясь. Но на траву мне плевать, я смотрю за тем, как ведёт себя руна на камне. А она буквально за две секунды и исчезает, блин собирается обратно в булыжник, как резиновый. И только после понемногу начинает трескаться, пока синева не сходит вместе с призрачным контуром.

Отлично! Теперь я знаю, как это работает. Под действием Руны Праха пассивная руна не только пропадает, но и прежний эффект от неё исчезает.

Но не стоит обольщаться, это лишь начало испытаний. Прежде, чем испробовать её на людях, решаю проверить на животных.

Собрав манатки с поля, замечаю, что привлёк множество зверья, затаившегося на опушках лесного массива. Два берендея, стая волков и даже дохлый упырь притащился. В общем, окружили со всех сторон. И не побоялись демона, видимо, распыление резерва руной Праха всех приманило.

Отправляюсь в Елькино. Глубокой ночью застаю Руяну у себя в избе, часовые так и доложили. На пороге жрица встречает меня с тревогой, но жестом приглашает вовнутрь без всяких расспросов.

— И я рад видеть тебя, сестрица, — говорю с укором. — Одевайся, пошли.

Накидывает плащик и сразу выходит, не заставив ждать. Хмурая и молчаливая, видимо, из глубокого сна выдернул. Дошли до конюшни, где она рисует руны, усиливая скакунов, и ветеринаром работает. В мирное время животинок здесь мало, выбрать не из кого. Два боевых скакуна стоят смирно — нанесение рун ещё в процессе. Но мне повезло — у одного хотя бы парочка есть. Его и прошу вывести.

Жрица вопросов не задаёт, выполняет всё беспрекословно.

Прихватив лошадку, через ворота выходим на север к лесопилке. Выбрав хорошую проталину, объясняю Руяне, в чём собственно дело.

— Твоя задача, чтобы лошадь через две секунды покинула контур, сможешь?

— Постараюсь, — отвечает сестрица, не скрывая острой тревоги, ибо видит, что и я сам не свой. Хоть это всего лишь конь, всё равно переживаю.

С бешеным сердцем комкаю пергамент и кидаю на этот раз всего на пару метров, предполагая, что фигура образуется вокруг стоящей смирно лошади, которую ментально держит на месте Руяна. Как и прежде, призрачный контур образует линию до меня, затем заворачивает налево, заключая в периметр обеспокоенное животное.

Фигура замыкается, и я отступаю, громко отсчитывая:

— Один! Два! Давай!!

Конь с одного прыжка выскакивает за периметр. Фыркает, хвостом бьёт. Руяне кивает. Через пять секунд, выпив траву и высушив землю, Руна успокаивается.

— Рун нет! — Восклицает жрица. — Как⁈

— А вот так! — Воскликнул я и рассмеялся счастливо. — Проверяй самочувствие у нашего героя.

— Всё хорошо, — отвечает после недолгой паузы и дальше её осеняет: — Ты нашёл средство⁈

— Да, это Руна Праха, нейтрализующая прочие руны Ирских волхвов. Но всё должно остаться между нами.

Жрице я могу довериться. Хотя и переживать нечего, судя по всему, эту Руну не воспроизвести, как прочие. Это скорее артефакт.

— Я поняла, — кивает послушно. — Выходит, мы сможем помочь Леславу, Наталии и Ирене⁇

— Да, но я бы ещё провёл несколько испытаний…

— В закутке есть коза, — выпалила жрица воодушевлённо.

До самого утра мы испытывали действие Руны на животных. Козой не ограничились, велел пригнать мне разъездных рунных лошадей с дежурного стойла. Работу руны нужно было выверять, стараясь делать виртуальный периметр не сильно большим. А лучше минимальным — так руна имеет меньше аппетита. Для коня — одной площади, для козы другой, для человека третьей. Для ребёнка грани вообще должны быть мизерные, чтоб за один шаг покинуть губительное поле.

При экспериментах удалось выяснить, что независимо от длины граней, нейтрализующий эффект руны длится три с четвертью секунды, а затем начинается процесс вытягивания жизненных сил из объекта. Так мы одну лошадь чуть не потеряли, продержав на одну секунду дольше, а затем вытащив уже немощный полускелет. Руяна не стала ругаться на меня, но явно расстроилась. Пообещала ответственному бойцу, что выходит её.

Чтоб не палить контору при свете дня, завернул все испытания. Заодно решил ещё подумать.

До полудня занимаюсь обязанностями короля в своём кабинете. Бумаг с донесениями и проектами указов накопилось много, вызванные главы и командиры распинаются, рассказывая суть. Но даже несмотря на их помощь, канцелярия трещит по швам, в том числе и от писем из других княжеств. И первых бумажонок из Европы…

Обед провожу в большом зале, собрав всех ответственных с города и замков. С новости, что король вернулся в Ярославец, прошли целые сутки, у моих должностных лиц было достаточно времени, чтоб отложить все дела и быть в готовности доложиться.

На всех посмотрел, себя показал. Заодно совещание провёл плодотворное. Главное с финансированием вовремя всё решать, а с этим проблем у меня ещё долго не будет. Главное, не зарекаться. Но и не баловать подчинённых. Хотя очень хочется премии всем раздать, дюже стараются.

Одна лишь Белка у меня под вопросом. В последнее время её городские дела не интересуют. Так и не явилась на совещание, хотя и она должностное лицо. Сразу и донесли, что она в Академии последнюю неделю пропадает безвылазно. С ней и Морозова там сидит, что удивительно. Поначалу решил, что мамка за своё хранилище переживает. Иначе что она там забыла, когда у неё дел невпроворот.

Я ведь Морозову главой Калуги назначил за её успешную интригу по нейтрализации подлого Григория. Это были её условия, а точнее просьба, которую я на радостях выполнил, составив красивую грамоту по передаче прав наследования. Пусть рулит Калужским княжеством, мне не жалко, лишь бы в составе нашего Королевства.

В Академию прилетел с севера, сделав небольшой крюк, чтоб не светиться. Приземлившись со стороны конюшни, прошёл с помощью дыркодела в Оранжерею, а оттуда двинулся сразу в Библиотеку древних свитков.

Во второй половине дня внутри достаточно людно. Из — за угрозы войны учёба была отложена, а теперь адепты навёрстывают во время каникул. Видимо, по этой причине Морозова решила повременить с поездкой в Калугу. Или доверила управление своему мужу, чтоб под ногами не путался. В любом случае спрос у меня, конечно же, с Гали.

Несмотря на то, что одет без пафоса, и короны на мне нет, первые же ученики узнают меня сразу, шарахаясь в стороны и кланяясь невпопад.

— Ваше величество, — лепечут. — Доброго здравия, великих побед, всего самого…

Все такие молодые, милые, невинные в чистеньких и аккуратненьких ученических мантиях. Есть совсем ещё мелкие. Девочки да мальчики — большая часть с земель уже стоящих под моей дланью. И они это прекрасно знают. У них же есть предмет соответствующий, где они узнают о всех политических переменах.

По Оранжерее прокатывается весть о моём появлении, доносится массовая суета, топот и крики. Вроде не убегают, наоборот, всем интересно на меня поглазеть.

— Доброго дня, — отвечаю всем на ходу с улыбкой. — Как учёба, ребят?

— Хорошо, отлично, выше всяких похвал, ваше величество…

— Морозова зверствует? — Посмеиваюсь. — Гоняет вас?

— Не, не! Самая милая и добрая госпожа…

Мастера в бордовых плащах несутся встречать. Сначала двое, за ними целая толпа. На учеников шипят и гонят прочь, оцепление на главной дороге пытаются поставить.

— Ваше величество? Ваше величество⁈ — Раздаются их тревожные голоса. — Ректор в Библиотеке древних свитков, за ней уже послали.

— Да не надо, сам приду, — ворчу и спешу быстрее.

В итоге за мной собирается целый хвост из тридцати мастеров и полсотни учеников, которых пытаются блокировать, но они всё равно по газонам и кустам обходят. Уже перед входом из кустиков выныривает мелкая девица на вид лет пятнадцати, смахивающая чем — то на Гермиону из саги про Гарри Поттера. Зеленоглазая, бойкая адептка с вьющимися каштановыми волосами, которая сразу же суёт мне бумажонку со словами:

— Прошу, помогите.

Мастер несётся ей наперерез. Принимаю записку, отвлекаясь буквально на секунду. И девушка пропадает из виду, теряясь в массе.

— Какая ты смелая, — ещё доносится девичий голос. — Подошла к самому королю…

Морозова выходит с проёма, встречая с сияющей улыбкой и распростёртыми объятиями. Судя по кругам под глазами, что — то у неё неладно, но вида не подаёт.

— Ярослав! Ваше величество! Сын мой! — Ляпает всё подряд Галя. — Какая великая честь, а чего не предупредил, что явишься? Я б бал устроила.

— Мамочка любимая, — отвечаю ласково.

Обнимаемся, целуемся едва ли в щёки. Хоть Гале уже лет сорок, но фигуру свою держит в тонусе. Видимо, много упражняется с хлыстом.

— Бал говоришь, — комментирую, отпряв. — А почему бы и нет? Только устроим его в нашем дворце. Естественно все мастера и адепты Академии приглашены.

— И когда? — Опешила Галя неожиданно безрадостно.

— Бал! Королевский бал! — Понеслось по Оранжерее напротив восторженное.

Блин, уже на попятную и не пойдёшь. Праздники все любят, лишь бы повод был. А слово из уст короля вылетающее уже не только не поймаешь, оно практически — Указ. Иначе порядка не будет ни в чём.

— Недели через три организуем, — отвечаю, чуть поразмыслив. — Как раз войска с похода из Ростова вернуться. Ну и знать с княжеств успеет явиться. В общем, о точной дате ещё надо подумать.

— Коль настаиваете, ваше величество, лучшая дата — это двадцатого июля, в Перунов день, — предложила Галя. — Месяц сроку на подготовку и семь дней на проведение. Если позволите, я могу заняться.

— Было бы неплохо, — почесал затылок. — Так, ладно. Я сюда по делу пришёл.

— И какому? — Насторожилась Морозова.

— Зорина где?

— Ах, эта, — прошипела Галя, сузив глазки. — Зря я на поводу у неё пошла. Прошу за мной, ваше величество.

Отмахнувшись от мастеров, вошли в Библиотеку вдвоём.

— Вот, погляди, что твоя Зорина устроила, — бросила Морозова уже без официоза.

Все стеллажи перевёрнуты, читальный зал усыпан горками свитков, за столами сидят семь мастеров из штата правопорядка Академии и штудируют свитки, что — то выписывая. Между стеллажами копошится сама Белка.

— Согласилась помочь, и вот что вышло, — жалуется Галя, пока идём к ним по боковому переходу. — Сказала, на сутки займёт, а сидит уже четвёртые. Из — за неё ученики не могут иметь доступ к древним писаниям, а у многих по программам курсовые работы с этим связаны.

— А причину она назвала?

— Да, мы ищем любую информацию о рунах «Тождества». Но это гиблое дело.

— То есть ты тоже ей помогаешь.

— Да, речь ведь о детях, — выдохнула Галя, но снова завела пластинку: — забери её уже, нет здесь ничего путного.

Увлечённые мастера вскоре стали подрываться, распознав меня. А вот к Белке пришлось подойти в упор, чтоб та отреагировала. Воровка с заметной одержимостью лопатит свитки, разбрасывая негодные небрежно. И как только Галя ей позволила такое, ума не приложу.

Увидев меня, поднялась, но тут же пошатнулась. Поймал легко и понял, насколько она обессилела.

— Ты давно спала?

— Не помню, — прохрипела.

— И, похоже, не помнишь, когда в последний раз ела? — Критикую.

— Мне не до этого. Ирод плох, он скоро подохнет и заберёт моих крошек с собой.

Ах вот оно в чём дело. Комендант мне доложил, что Сиги хворает, но ничего серьёзного не отметил. А я этому значения и не придал.

— Я нашёл решение, пошли, — тяну за собой.

Пытается отпихнуться слабо.

— Никакого Разлома не будет, — заявляет. — Навь никогда не коснётся моих крошек, даже не проси. Пусть лучше умрут невинными.

Ком подкатил к её горлу. Ударилась мне в грудь и захныкала. Похоже, Белка в отчаянии.

— Есть другой способ, — шепчу ей в ухо. — Всё получится, не переживай.

— Рассказывай, что задумал. Если решу, что это опасно, даже не настаивай, — шипит.

Долго уламывать не пришлось. Вскоре покинули Академию моим путём. Снаружи сгрёб Белку в охапку и понёс к её дому. Как условились, Руяна уже ждала там. Увидев жрицу, воровка поуспокоилась. Но тут же бросилась к детям.

Выясняется вскоре, что у обеих девочек жар, пацан Леслав тоже слабый, но получше держится.

На заднем дворе места достаточно, поэтому зову туда.

— Лишние прочь! — Командую, и наёмники Белки вместе со стражей спешно уходят за забор.

Леслав выводит младшенькую Ирену, малышка трясётся, аж зубы стучат. Наталье помогает Белка.

— Ты уверен, что получится? — Стонет Зорина. — Ведь мы мало знает об этой руне. Вообще ничего не знаем.

— Всё получится, Роксана, — отвечает за меня Руяна.

— Я первый, — заявляет Леслав решительно. — Если на мне не выйдет, или что — то со мной случится, это будет предостережением для сестёр.

— Мальчик мой, — завыла Белка.

— Так! Всё! — Обрубил я. — Что за сопли, Зорина? Роксана Бельская? Величайшая воровка Империи и лучший шпион Европы, не раскисай, а?

— Не буду, — соглашается Белка и дальше молит: — помоги моим детям, и я буду твоей вечной должницей. Всё, что попросишь, всё… что угодно.

— Маменька! — Возмутился уже Леслав. — Полно! Его величество и так помогает, делает всё, что в его силах.

Велю парню раздеться по пояс, чтоб можно было видеть, как изменяется руна «Тождества». У самого сердце долбит в рёбра бешено, но показывать волнения нельзя. Тут и так обеих баб потряхивает. Даже жрица вроде уверенная вся в напряге стоит.

Леслав передал сестрёнку маме и разделся послушно, обнажая спину, где красуется огромная красная руна «Тождества».

Ну, стерва, сейчас мы с тобой разберёмся.

На этот раз делаю всё по уму. Колышками отмеряю примерный периметр и встаю на грань. Остаётся дело за малым — скомкать лист да бросить его до колышка на один метр. Плёвое дело. Вот только у самого руки трястись начинают.

— Леслав, вставай на эту точку, — командую. — Остальные за периметр. И не вздумайте пересекать барьер. Я всё сделаю сам, в тот самый миг, когда это потребуется. Ни позже, ни раньше. Белка? Ру?

Обе покивали, глядя на меня щенячьи.

Худенький парнишка без промедления встал, куда было указано.

— Маменька, я люблю тебя, — прошептал с решительным настроем и гусиной кожей, покрывшей весь его торс и спину.

— Я тоже люблю тебя милый, — прохрипела Белка.

— Братик, — захныкали обе девочки.

— Всё, не дышать! — Объявил я и скомкал пергамент.