Древесный маг Орловского княжества (том 12)

Глава 7 Экскурсия по Волчьим холмам

Княжна Александра посидела немного, дух перевела. И как давай всеми рулить чётко и по делу. Я аж охренел.

Уверенно и без колебаний отсеяла всех раненных и сильно уставших, отправив их в обратный путь, чтоб экспедицию не тормозили. С такой лёгкостью отдала распоряжение, с такой же прытью витязи принялись всё выполнять. Выловили двух половецких лошадей и с двумя дееспособными бойцами отправили раненных в обратный путь.

— Точно не хочешь воротиться? — Спросила меня между делом, поглядывая с нескрываемой иронией.

— Куда ж вы без меня, — усмехнулся и выловил ревнивый взор рыжего верзилы.

Девушка лишь увела безразличный взгляд, не оценив мой юмор. А затем наехала на дозорного Глеба:

— Вправо смотри, дурень! Выше поднимайся…

Милый девичьей голосок поначалу никак не вязался у меня с напускной строгостью. Звучало забавно, вызывало невольную улыбку, которую я попытался не показывать открыто. Ржал тихонько в стороне.

Пособирав трофеи, ростовские воины двинули дальше всемером. Пешими, но сразу с ускорением, чтоб смыться с открытого места. Сашка ведёт уверенно, продолжая на ходу координировать действия подчинённых, которые бегают вокруг неё, как школьники. Даже рыжий превратился в котёнка, вообще не перечит сикухе, в которой от силы метр шестьдесят с кепкой. И ведь всё по делу говорит, коза. Охранение координирует, спину не забывает крыть. С её подачи и несколько ловушек поставили басурманам, которые за нами точно поплетутся. По крайней мере — тот отряд, что я не добил, вряд ли отстанет.

Ну Сашка, ну прикол.

Кто бы мог подумать, что существуют такие вот девицы на Руси. Молодые смекалистые генеральши не по годам крутые, не по внешности умные. Такая бы в платье деревенском встала на дороге с другими девками на выданье, я б с королевского коня и не приметил. Но в таком качестве она достаточно привлекательна и интересна.

Форсировали подъём, завернули за холм, вскарабкались на небольшую скалу и занырнули в гущу. Только тогда бойцы и выдохнули, да пошли уже спокойно, продираясь через сухие ветки и меж валунов, каких на пути всё больше. Замыкая группу, я не особо парился на счёт преследователей — в том смысле, что не переживал за людей. Когда шелест листьев донёс до меня, что один половец всё же отважился за нами идти, на первом же привале я отлучился по — маленькому и грохнул его тихонько, чтоб свои не заметили.

За ним дальше на пятьдесят метров ещё троих обнаружил, идущих по пятам. Пришлось и их устранять — двоих щёлкнул в головы быстренько. От магического щита третьего всё же отскочило, тогда уже клинок в ход пустил, рубанув его вместе с деревцем.

Когда вернулся, присвистывая, на меня уже смотрели с претензией, собравшись двигаться дальше.

— Ты где ходишь? — Возмутилась Александра. — Ещё раз пропадёшь на столько и оставим тебя здесь, городской.

Обидно даже стало, но я лишь кивнул с лёгкой улыбкой.

Дальше продираемся полдня, никто нам не мешает. Наша генеральша валуны крупные осматривает, выискивая какие — то знаки. Витязи старательно их отскабливают от зарослей и грязи. Сашка периодически обращается к куску ветхого свитка, что — то там высматривая и высчитывая. Мне подступиться к ней не дают витязи, постоянно глазами, что бластерами, отстреливают.

Всё больше убеждаюсь — правильно сделал, что не выдал себя. Опасности от меня не видят и спокойно ведут к цели, считая, что в любой момент разберутся. А тут ещё генеральша на очередном привале подбавила аргументов.

Время к вечеру, обосновались в диких низеньких зарослях на середине холма прямо под скалой. Довольно уютное место выбрали, куда врагу незаметно не так просто подкрасться. Один из бойцов притащил подстреленную молодую косулю — прям под руки подвернулась. Все голодные, тут же и решили пожарить. Пока два бойца умело хлопочут, свежуя, мы у костра расселись в круг. Похоже, здесь и заночуем.

— Хоть бы дров принёс, белоручка, — фырчит на меня рыжий, наваливая стопку рядом своими гигантскими лапами.

— Городским их слуги печки топят, — прокомментировала княжна, поглядывая на меня с превосходством и дальше интересуется: — Ты, верно, не простой наёмник. Барон, аль граф?

— Ни тот, ни другой, — парировал.

— Ярослав из Орла, — дальше докапывается. — И чего в Ростов приплёлся из своего Орла? Половцев не страшишься? Только не говори, что с войска Тёмного явился наперёд?

— Ну как сказать, я сам по себе.

— Но батька мой неспроста тебя послал. Аль сбрехал ты?

— А я давно об этом талдычу, — проворчал рыжий, подхватив обвинение.

— Обожди, — выставила руку Александра и вперёд подалась с очаровательным прищуром. — Ну — ка опиши мне князя Бориса.

Похоже, решила меня подловить.

— Под левым глазом родинка, щекой дёргает раз в минуту, — отчеканил я уверенно, и Сашка расслабилась. Даже задумалась.

— Ну батька, ну учудил, — хмыкнула себе под нос. — В тот раз позвал подмогу с севера, не советуясь. Пока они дошли, мы и сами справились. Хоть и благодаря героям с Калининских топей, задержавших супостата. Ох, мальчонку того жалко, расцеловала бы.

— Тульские рассказывали, как он на горе вражьих трупов стоял, — зашептались другие. — Помер только когда свои подошли…

— Знал бы герой, — продолжила княжна хмуро. — Что Орловские на готовое явились, а им ещё золотишка отсыпать пришлось за милость в половину нашей казны. И теперь, видать, челом ударил батька снова, войско у Тёмного ирода попросив. Пока оно дотащится, не сильно спеша, мы и сами справимся.

— Справимся, Сашка, — согласился Звенимир. — Вот только волхва твоего отыщем.

— И покажем этим половцам, чтоб неповадно было, — добавил рыжий.

— Ещё как покажем, — подхватили и другие.

Опустил я взгляд. Выходит, тогда о нашей славной битве и Ростов слышал. Получается, не зря мальчонка тот бился, живота не жалея. Знала бы ты, красавица самоуверенная, что тот мальчонка — это я. Наверное, бы прямо сейчас кинулась в мои объятия. Или просто рассмеялась в лицо на моё заявление, не поверив ни единому слову.

Для них я — тёмный ирод. Вероятно, княжна ищет волхва в определённой целью. Рассчитывает получить некую руну, которая поможет ей отбиться от половцев без помощи моего войска. Чтоб не стать нашим должником. Скажем, амбициозно. Но глупо.

Стоит ли рассчитывать на волхва, которого может уже и не быть в живых? Но эта ж отчаянная с лучшими витязями в поход пошла.

Когда мясо жарить начали, у меня аж слюнки потекли от запаха. Отошёл в сторонку, наколдовал огурцов, укропа, зелёного лучка и принёс на общий стол.

— Ну хоть какая — то польза, — усмехнулся один из витязей, присоединившись к поклёпу.

— Огород отшельничий нашёл? — Спросил Очеслав с подозрением.

— Наколдовал, — огрызнулся я.

— Хорошие огурчики, не думала, что здесь такие растут, — прокомментировала Сашка без всяких наездов, откусила и захрумкала с довольным видом. — Ну что там с мясом, стругай давай, Глеб, что расселся. А то погорит.

Мужики засуетились сразу втроём, чтоб на крупном листе для своей княжны блюдо оформить.

— О, как в таверне, ну подхалимы, — захихикала Сашка и мне: — а ты чего поглядываешь на меня? Спросить чего хочешь?

— Влюбился, небось, — выпалил Звенимир и гадко засмеялся. Другие его поддержали, захихикав, как дети малые.

— Всё, не смущайте городского, — бросила княжна и мне кивнула: — ты не обижайся, витязи у меня простые, как паленья.

И тупые, как пробки.

Кусок и мне достался одному из самых последних, когда все уже пожрали и стали довольно улыбаться. Княжна хоть и косит под быдло, но кушает аккуратно, не чавкая, стараясь не сильно вцепляться зубами и не хапать крупные куски.

Шутки у витязей на тему деревенских баб при ней меня вообще убили. А эта только посмеивается, поддерживая неприличные разговоры и на меня поглядывает с иронией. Мол — не смущайся, парень.

Поздним вечером стали укладываться прямо на земле у костра. Княжна всё сидит, задумалась, и рыжий не уходит, потому что скоро его смена караулить.

— Так и чего вы на Тёмного короля взъелись, ваше сиятельство? — Спросил я официозно, подгадав момент.

Княжна посмотрела пристально, будто что — то заподозрила. Затем покривилась, взгляд уводя.

— Тебе ли, орловскому, не знать, что это он волотов да курий на Империю наслал, чтоб её развалить, — выпалила свою ахинею. — А потом по кусочкам себе и сцапать.

— Серьёзно? — Ахнул наигранно. — То есть заговор злого гения сработал?

— Кого, кого? — усмехнулась. — Да у него мозгов, как у курицы.

— Короли нынче туповатые пошли, — комментирую с иронией. — Ну а за победу над Польской империей не похвалите даже, ваше сиятельство?

— Ирода тёмного? Да за что? — Возмутилась. — Демонов своих из Нави призвал, и они за него всё сами сделали.

— Армия в четыреста тысяч пала от рук демонов? — Уточняю.

— Вот пристал, там столько поляков и подавно не было. Город его хвалёный бы вместе с демонами смели, — отмахнулась.

Мдя, вот тебе и слава.

— Откуда такой чепухи набрались, — брякнул себе под нос, лицо растирая.

— Поспорить хочешь? — Взвинтилась сразу княжна. Да с таким наездом, что опешил.

— Больно сильно за Тёмного ирода хлопочешь, заодно с ним? — Вмешался и рыжий, нависая надо мной. — Коль такое дело…

— Полно, Очеслав, — перебила княжна. — Сама за себя скажу, если надо. А ты, городской, поменьше перечь по его поводу, если хочешь целым остаться. Я такие разговоры не терплю. Да и вообще, не надо мне твоих «сиятельств» и «высочеств». Я среди рати росла, свои меня сестрицей кличут. А ты можешь Сашкой звать, не обижусь.

— Ага, — усмехнулся себе под нос, голову опустив. И не потому, что смиренно согласился.

Так проще зверя подавить, чтоб всех их тут не разорвать ненароком.

— Да не обижайся ты, городской, — выпалила девица снисходительно, поднявшись. Затем подошла и по плечу похлопала дружески. — Молодой ещё, зелёный. Не ведись на россказни о тёмных и нечистых. За правду стой.

Соплячка меня ещё учить будет. Хотел мысль озвучить, но просто кивнул, не разжигая конфликта. Вы меня просто до волхва доведите, а там посмотрим, кто тут молодой и зелёный.

От того что она меня теперь и бесит, хочется взять её, да пожестче.

Ночь вышла неспокойная. Выставленные двое часовых постоянно дёргались на шуршания. Сверху периодически сыпался щебень. Один раз я даже поднялся, чтоб проверить и шлёпнул из шрапнели дикого кота, который яростно точил когти и мешал мне спать.

Утро началось с крика:

— Леший! Тревога!!

И подстреленного мною кота швырнули прямо в костёр.

— Обереги не горят, — забурчали витязи недовольно. — Чего орёшь?

— А вы гляньте, гляньте…

— Полно, — произнесла княжна вымученно и присела на корточки, чтоб тушку изучить. — Умный и хитрый у нас леший. Точно лупил, наверняка. Возжелал бы, нас уже не стало. По крайней радости самых горластых, да братцы?

— Не гневайся, Сашка, перетрусили.

— Собираемся, — скомандовала строго. — И быстрее шевелимся, супостат уже знает, где мы.

Двинули почти бегом. Взрослые мужики, а гоняет их мелкая девка. Иду по роще, улыбаюсь, никого не трогаю. Вчера оскорбился, что заслуги мои втоптали в грязь, а сегодня даже забавно вспоминать. Какие ж они наивные. И эта плетётся, задом виляя. Интересно, а она ещё девственница? Через броню и магические заслонки, которыми девка увешана, не чую пока ничего.

Вышли на открытую местность и вниз по склону стали спускаться, по щебени скользя. Глеб приметил серую глыбу, торчащую из грунта в двух сотнях метров у ручья в низине, туда и двинули, стараясь не покатиться. Дорога ступеньками пошла, коряги из почвы торчат, мешая продвижению. Отряд цепочкой пошёл друг за другом. Глеб ведёт, выбирая дорогу, я в конце плетусь, незаметно страхуя себя корнями.

Сверху камни стали сыпаться, рыжий, что теперь от княжны не отходит, дёрнулся было, дабы Сашку закрыть, да чуть не сорвался. Второй витязь его успел ухватить. С другой стороны уже я подоспел, чтоб за девушкой поухаживать. Щит выставил, куда и забарабанило вскоре.

Княжна даже обернулась, посмотрев на меня обворожительными бирюзовыми глазищами, от которых в дневном свете дух перехватило тут же. Под один щит, чтоб встать, пришлось к ней достаточно близко подступиться. Вот так бери и засасывай, потом только витязей придётся раскидывать. Тут к гадалке не ходи, слюни на неё пускают все до единого.

Миг неловкости, и снова этот уверенный взгляд генеральши.

— Разломоские доспехи, — прокомментировала, переведя внимание на нагрудник. — Хм, полный комплект даже. Градимиры на тебя нету, она всё чудо — меч никак сыскать не может.

Знакомое имя. Это она о той магичке, которая со мной драться хотела за доспехи, когда мы ещё Тульский разлом ездили закрывать⁈ Точно, она ж ростовская. И, похоже, довольно именитая магичка, раз княжна о ней столько знает.

— Согласен, хорошие доспехи, — пожимаю плечами, убирая щит.

— Говоришь, не барин, а шмотки за целое состояние носишь, — раскритиковала и дальше пошла.

— И как только у такого нежного ещё не отобрали, — прокомментировал и рыжий верзила, уже поднявшись.

— Я харизмой беру, — посмеиваюсь.

— И на кого твоя харизма подействует, тьфу, — фыркнул ещё один молодой белобрысый крупный витязь, который тоже на меня зуб заточил.

— Верно говоришь, Белотур.

— Нацепил дорогие железки и хорохорится, — добавил себе под нос белобрысый. Тоже чересчур старается княжне угодить. Он в её группе и был, когда мы явились. Орудовал мечом, но за спиной ещё полуторный дальнобойный лук имеется.

Погалдели ещё, но вскоре перестали.

— В Разломы — то лазил? — Спросила через какое — то время княжна неожиданно дружелюбно, спускаясь ловко по торчащим валунам.

— Да, не, я ж нежный, — включаю самоиронию и наблюдаю, как два витязя, толкая друг друга, руки выставляют, чтоб девушку принять и ссадить на площадку.

— Чего встали? — Фыркнула на них. — Сейчас на головушки и прыгну.

Я думаю, они и не против, если она им на лица присядет. Ну и рожи у молодцев, расплылись, как у дебилов.

Не став принимать ухаживания, княжна с полутораметровой высоты спрыгнула, будто она — пёрышко. А этим только дай полюбоваться. С двух сторон её пропустили и за ней хвостиком пошли.

— Эй, ухажёры, а меня ссадить! — Окликаю, подходя к краю. — Я городской лекарь, меня надо беречь.

— Чего мелешь? Сам слезай! — Орёт рыжий, тут же оскорбившись.

— Давай руку, городской, — оборачивается княжна с вполне серьёзным видом и подходит, протягивая лапку.

Надеялся, что пошутила, а она кивает, мол — прыгай.

Блин, я ж обычно на корнях страхуюсь, а теперь приходится спускаться, как все нормальные люди. А точнее, как барышни. Чисто символически опираясь на руку в перчатке, прыгаю вниз. От удара огромного веса, дрожит земля. У Сашки глаза на лоб.

— Ты что с собой таскаешь? — Ахнула и тут же в сторону с тревогой посмотрела.

Успел щитом её заслонить в очередной раз, ибо сверху посыпались камни. С большей долей вероятности камнепад вызвал именно я. Хотя пара верзил весят не меньше.

— Дубина! — Как раз они и орут громче других. — Чтоб тебе провалиться, городской! Ай, прям по башке…

— Да что сделается, там одна кость, — драконю дурачков.

— Чего сказал⁈ — Слышу возмущения рыжего.

— Говорю, головы у вас на удары натренированные! — Поясняю снисходительно.

— А, и то верно, — слышу от Белотура.

Княжна смотрит на меня с подозрением и лёгким укором. Вижу, как у самой уголок губ в улыбку растягивается. Неужели оценила моё остроумие?

Всё — таки проскочила между нами искра.

Движемся дальше по импровизированной тропке относительно ровно, пока за поворотом на небольшой площадке группа не встаёт, эпично глядя вдаль на соседний холм, который мы уже преодолели.

— Идут по пятам, супостаты, — комментирует Сашка.

Даже я со своим орлиным зрением не сразу заметил среди низеньких деревьев группу в чёрной броне, плетущуюся на соседнем склоне. Если навскидку — преследователи часов на пять отстают. И теперь знают наверняка, что идут верным путём, так как тоже нас видят.

— Дюжина, — оценивает силы Глеб.

— Больше, — заявляет княжна. — И мага с собой прихватили, собаки плешивые.

А ну да. Я тоже вижу синий огонёк на макушке посоха. А затем и летящий в нас снаряд, который лишь напугал, рассыпавшись метров за сто до места назначения.

— Ну ка, а я, — слышу от Белотура, натягивающего свой мощный лук.

— Не трать хорошие стрелы попусту, — возразила Сашка. — Всё равно не долетит.

— Долетит, но увернутся, — брякнул стрелок, убирая свой агрегат.

Все дальше двинули, а я решил задержаться.

— Городской, ты чего? — Возмутился рыжий.

— Не боись, одолеем, как допрутся, — раздаётся от Белотура. Остальные посмеиваются, удаляясь.

— Пописаю и догоню, — выпалил я.

— Не потеряйся, — усмехнулась княжна, не оборачиваясь.

Подождал пока скроются и быстренько сваял беспилотник из довеска. Уменьшенную в шесть раз версию «Ската» с шестью бомбами дополнил простейшей линзой на брюхе, где и находится зерно — новая технология помогает лучше координировать прицеливание. Натренировавшись в войне, теперь могу вести аватара на расстоянии до шести — семи сотен метров. А коль лететь за ним не могу, буду дистанционно.

Готовую боевую птичку спешно пустил, пока какой — нибудь витязь не вернулся и не спалил контору. Пошёл мини — скат стелящимся маршрутом понизу над деревьями, уходя левее и подальше от нашей группы. Жужжание мелких лопастей стремительно удалилось, на краю глаза бельмо транслирует быстро проматывающуюся картинку.

Пошагал за группой неспешно, продолжая контролировать полёт. И вскоре засёк первых половцев, которые прижались к стволам деревьев и земле, явно почуяв неладное. Пропустив этих, пролетел до основной группы, где под тридцать человек собралось — был бы сюрприз для моих славных ростовчан.

Дурачьё даже не удосужилось рассредоточиться или укрыться должным образом. С другой стороны, откуда им знать, что их ждёт? С любопытством глядят вверх, пытаясь разглядеть источник шума.

Довольно быстро вычислив мага, с тридцати метров сбросил на него сразу две бомбы. Остальные щёлкнул с пружинами в сторону скопления. Детонация вышла практически одновременная. Ударившись о землю, бомбы разлетелись на куски, которые тут же взорвались, свистя шрапнелью во всех направлениям. Плотность огня позволила покрыть всё в радиусе сорока метров, скашивая не только людей, но и кустарник с мелкими деревьями.

Крики, вопли, стоны. Ненужная беготня. Больше половины отряда поразило, часть лишь ранило. У мага и ещё двоих сработали щиты, что их безусловно спасло. Разрядившись, птица упала метрах в ста от несчастных и замерла, ибо я прервал сигнал. Зерно ещё поживёт немного, а затем потухнет и скукожится.

Надо было три пускать, но посчитал, что рискованно. А теперь свой отряд дожидается на очередном подъёме.

— Ты там по — большому сел, что ли? — Возмутился рыжий. — Это на тебя так погоня подействовала?

Шутник, блин. Витязи посмеиваются. Сашка тоже лыбится, на меня поглядывая. Ждёт, видимо, моего остроумного ответа.

Так, ладно.

— Вообще — то, как городской неженка, я только в серебряный горшочек какаю, — выдаю гордо. — И попка у меня нежная и гладкая, как у младенца, ни лопухи, ни кору, ни тем более волосатую лапу использовать, чтоб подтереться, не приемлю. Только шёлковый платочек или нежный кашемир.

Все ржать перестали, глазами захлопали.

— Ты чего сказал, сопляк? — Возмутился рыжий. — Это я зад лапой подтираю⁈

— Вот ты и признался, — подловил я.

— Не понял? — Опешил детина.

Витязи смотрят на него вопросительно. А тот, похоже, начинает закипать от ярости.

Через две секунды княжна прыснула и разразилась хохотом, разряжая обстановку. По крайней мере для большей части отряда.

Только рыжий ринулся на меня, княжна ему путь преградила.

— Очеслав, остынь, ты первый начал, — похлопала его по плечу и дальше пошла.

— Не ровен час, нарвёшься, — бросил верзила, развернулся и двинул за ней.

Весь отряд продолжил путь уже на позитиве. Командир первой группы Звенимир меня подождав, предостерёг участливо:

— Ты бы не задирал его при нашей Сашке. Дури в нём много, не сдюжишь.

— Ага, спасибо за заботу, братец, — отмахнулся я.

Весь день тащимся то под гору, то в гору, то продираясь через сухой кустарник, то пробуксовывая по щебени. То всё одновременно… Речушку перешли в брод по колено, ещё два холма обогнули по рощам и ступеням. Лабиринт среди холмов понемногу начинает бесить.

До вечера три привала сделали, под шумок я продолжил разматывать половцев. Удалось скрытно пустить ещё три беспилотника, выискивая преследователей, один в холостую. Но в итоге потрепал вражин хорошо: из тридцати человек лишь маг да двое бедолаг остались целыми. На этом решил, что с них хватит. Таким количеством лезть — только идиоты решатся.

Вторые сутки похода, а я так задолбался с ростовскими плестись, что выть хочется. И ведь не спросишь напрямую куда конкретно прутся, чтоб взять в охапку княжну и пролететь за полчаса сразу к цели. Похоже, Александра и сама не знает. От особого валуна к валуну идёт по знакам на оных — квест у волхва такой.

Поздним вечером вышли к небольшому дикому пруду, обрамлённому отвесными скалами, где кустарник местами разросся густо, а трава вытянулась по пояс, соревнуясь с мелкими сгустками зелёного камыша. Тут Сашка и заявила воодушевлённо:

— Уже близко, братцы. Ночь продержаться да день простоять.

Хорошо тут. Витязи сразу снарягу покидали на землю, потянулись со стонами.

— Вот бы искупнуться, — завыл Белотур. — А, Сашка?

Остальные тоже на неё посмотрели щенячьи.

— Ладно, купайтесь, но не все разом, — отмахнулась княжна и на меня посмотрела с хитринкой. — Только городского не смущайте сильно.

— А ты сама — то не смущаешься? — Спросил я с ухмылкой.

— Чего я там не видела, — выпалила девица и закатила глаза. А у самой щёки — то разрумянились сразу.

Часовых расставили, костёр небольшой организовали, да расселись у бережка ужинать. Первыми в воду Белотур с Очеславом и двинули, раздевшись по пояс. Атлетичными телами перед княжной не грех покрасоваться.

А я всё жду, когда Сашка сама решит в воду полезть, мест здесь в зарослях много, где будешь уверен, что за тобой не подглядывают.

Да что ж ты на меня всё так смотришь неоднозначно, Александра Борисовна? Неужели понравился?