Древесный маг Орловского княжества (том 12)

Глава 9 Разговоры по душам

Приблизившись, княжна подала свёрнутый плащ, молча. Ни слова благодарности. Принял, отложив небрежно.

Выбрав место напротив, она присела непринуждённо на камушек. Посмотрела мне под ноги с интересом.

— Ты таскаешь с собой табуретку? — Спросила с лёгкой улыбкой. Вот когда она так смотрит, молодую училку напоминает.

— Ага, я очень нежное существо, везде люблю городской комфорт, — продолжаю строить из себя нежного.

— Да не бреши, — говорит беззлобно, продолжая изучать меня.

— Ладно, признаюсь, мебель я не таскаю. Эту сплёл из подручных средств.

— Не о том я, — вздохнула Сашка. — Откуда столько шрамов? Тебя истязали? Ты беглый каторжник?

— С одной каменоломни с тобой сбежали, не помнишь? — Парирую.

Княжна потупила взгляд. Похоже, своими шрамами она не гордится.

— Это берендей тебя зацепил? — Спрашиваю, пытаясь разрядить обстановку. Помню на спине эти смачные борозды.

Девушка улыбается себе под нос.

— Три, их было три, — ответила, чуть помедлив. — Мне тогда было четырнадцать лет отроду. Брат на себя самого сильного взял. А я помедлила со страху.

— Так кто в итоге победил?

— Я не сбежала, если ты об этом. Всех заколола, но брата не спасла.

Вот те раз. Сразу за живое…

— А справа на бедре чьих рук дело? — Дальше спрашиваю, коль идёт на контакт.

— На охоту ездили и в засаду попали. Половцы хотели моего отца убить, подготовились знатно. Сперва стрелами закидали, положив многих, а потом нас шестеро вышло против полсотни. Тогда мы с батькой и остались на ногах.

— И сколько тебе было?

— Шестнадцать накануне исполнилось.

— Это ты со стрелой в животе дралась так? — Уточнил, вспоминая шрамы и на прессе.

— Да, но заметила её я уже после сечи, при падении с коня обломалась она под корень.

Расспросил и о других отметинах, разговорив княжну ещё больше. Оказывается, не сладкая у неё жизнь. Не везде она сама лезла, их тут со всех сторон пытаются достать. И кочевники, и европейцы, и даже турки.

Излив душу, Александра расслабилась, даже флягу мне протянула уже по — дружески.

— Все мои шрамы запомнил, — укорила мягко, поглядывая с прищуром. — Наблюдательный какой.

— И не только шрамы, но и красивые женские прелести.

Княжна поперхнулась, закашляла.

— О таком негоже болтать, — слышу сквозь кашель. — Хотя я и не девица, чтоб смущаться. А что, по нарву пришлась?

— Конечно.

— Даже с уродливыми отметинами? — Спросила, глазки уведя.

— Какими отметинами? Всё у тебя хорошо, — усмехнулся, посмотрев с провокацией. — Вот у своих ухажёров спроси, души в тебе не чают.

— А, ты об этих молодцах? — Хмыкнула. — В теле густо, в головах пусто. Но даже они не видели того, что ты углядел.

— Шикарная женщина, — пожимаю плечами. — Вот что я углядел.

— Брось ты эти штучки светские, — произнесла неуверенно. — Я на такое не ведусь. Да и зареклась, что не буду с мужчиной.

— А чего так? — Удивился.

— Не твоё дело, — хмыкнула. — Больно много и так выудил. А сам ничего не рассказал. В своё лукошко ягодки собираешь и сидишь довольный.

— Ты слишком предвзята.

— Да? Ни про один шрам не рассказал. А я тебе всё выложила.

Смотрит пытливо глазищами диковатыми.

— Так спроси.

— Откуда тот, что на правой грудине?

— Все они с одного места, — усмехнулся. — Только ты не поверишь.

— А чего ж не поверить? — Возмутилась и дальше с нетерпением: — Ну?

Вижу, как Белотур подгребает, нарушая наше единение. Вот же неугомонный.

— Всё с каторги, — выпалил я, поднимаясь.

— Ой, не бреши, — покривилась княжна, сразу похолодев и мгновенно отдалившись. — Мы ещё не закончили.

— Вот мой сменщик, — киваю подступающего верзилу. — Да, Белотур? Поглядишь за Сашкой?

— А чего ж нет, погляжу, ещё как погляжу, — выпалил детина, хлопая глазками.

— Я ещё с тобой не закончила, — раздалось уже в спину от княжны.

Строгий тон звучит забавно. Я её заинтересовал даже без всякого бахвальства и лишних признаний. Становится всё интереснее. Строить из себя загадочного персонажа мне даже понравилось.

Удалось подремать часа полтора, а потом Глеб со скалы спустился, подняв всех на уши.

— Половцы идут! — Закричал, будто целая армия надвигается.

По моим расчётам должно быть человека три. А тут наш дозорный заявил при докладе княжне:

— С запада толпа в сотню и с востока две дюжины. Скоро соберутся на пруду и сюда двинутся.

— Хитрые собаки, хотели нас в клещи взять, — заключила Сашка.

Похоже, пока мы сидели ночью, половцы продирались по кустам и шли по холмам, сил не жалея. Не сложно догадаться, что их командование понимает всю серьёзность этого похода.

— Поторопимся? — Поинтересовался командир, вроде как даже вполне спокойно.

— Нет, не побежим, потом сложнее одолеть их будет, — заявила Сашка. — В ущелье встретим. Там узко, не окружат, сами себе только мешать будут.

На том и порешали. Оставалось расставить силы.

— Не дам я городскому свой славный лук! — Возмутился Белотур, когда княжна меня с Глебом прикрывать сверху определила.

— Да есть у меня, — демонстрирую «Ветерок» и у всех челюсти отвисают.

— Как это? Не было ж, — хрипит рыжий.

— Наш Ярослав из Орла полон сюрпризов, — комментирует княжна. — То плащик из неоткуда вытянет, то лук высокого уровня наколдует. Есть ещё чем похвастать?

— Да, Александра Борисовна, любой ваш каприз исполню, — поклонился.

Смотрит с подозрением.

— Так, времени в обрез! — Напомнил Звенимир, вскидывая секиру.

Поспешили на позиции, щиты приготовив. Хотел свой непробиваемый княжне предложить. А вижу, что она со своими двумя клинками расставаться не хочет.

Поднимаясь на позицию по другую сторону от Глеба, думаю… стоило пустить в воздух пару беспилотников и уравнять шансы. Но что — то мне подсказывает, могу быстро потерять доверие княжны, если заподозрит во мне нечистого. Да и позиция у меня для стрелка просто отличная — без ухищрений можно легко обойтись. Прикрывай себе сверху.

Глеб выбрал левую сторону, где покруче подъём, вероятно, решив, что я слишком неумелый скалолаз. Я и взобрался в три раза быстрее, вызвав у него недоумение.

Позиция на скале просто идеальная. Подо мной расщелина, глубиной метров в двадцать, как единственный выход из «лагуны», длинной она шестьдесят метров, где весь путь, как на ладони. Даже незначительные валуны не спрячут от огня сверху.

Было бы у нашей группы время, успели бы подготовить камнепад на головы. Но стоило выйти пятерым нашим, с другой стороны уже показались пешие бойцы в тёмных одеяниях.

Чуйка поддавила сразу на грудь, и я насторожился. Подсказка оказалась, как нельзя кстати. С противоположной стороны уже залезли четыре вражеских стрелка, чтоб по аналогии с нами крыть сверху. Басурмане, видать, тоже не дураки.

Пока Глеб устраивается на своей позиции, концентрируя внимание на противнике внизу, я спешу вперёд за небольшую пику. Для половцев не стало неожиданностью моё появление, и они сразу устремились в атаку. Без всяких церемоний положил двоих ближайших из лука на ходу. Оставшиеся двое с другой стороны попытались пригвоздить и меня. Резко уклонившись, пробил одному башку, затем второму, который слишком долго завозился со стрелой. Видимо, перенервничал, а теперь его тело сползло по щебени и полетело вниз прямо на головы своей выходящей группы. Сюрприз, ребятки!

Но враг теряться не стал, всей толпой с воинственным ором повалил в бой, завидев княжну. Дурочка рванула навстречу впереди своих верзил, не собираясь сидеть в обороне. Влетела в толпу и завязала драку, раскидывая врагов, как котят.

Мне лишь оставалось следить, чтоб её в спину не ударили или не подстрелили в упор. Пользуясь моментом, решил обстрелять хвост, пока они не смешались с нашими. Даже с отличной реакцией и точностью, в узком пространстве нельзя иметь гарантию, что не попаду в неожиданно дёрнувшегося своего. Поэтому не стал рисковать.

Отточенными движениями, пустил десять стрел за пятнадцать секунд, легко пробивая кожаные нагрудники и шлемы. Дальше стало интереснее: враг понял, откуда исходит реальная опасность, многие стали выставлять щиты вверх. Но это мало помогло. Высокоуровневым тульским луком их деревяшки прошиваются насквозь, половцы заваливают дорогу трупами, которые им же мешают наступать. А когда мешкают, валятся от моих стрел. Кладу пачками, мне не привыкать. Вскоре один колчан заканчивается, лезу в омут за вторым.

Глеб, успел выстрелить раз пять, а затем стал прятаться от ответного огня. Вычислив двух стрелков, я дал одному в лоб, второй успел уклониться и получил лишь рикошет в плечо. Но радовался недолго, выхватив вторую стрелу уже в горло.

Подмывало спрыгнуть на головы, ворвавшись в рубку. Но и без меня месиво уже началось! Несмотря на свою недалёкость, верзилы кладут половцев наверняка, разбрасывая их, как детей. Командир с Матвеем тоже бьются неплохо, больше осторожничая.

Одна княжна рубится бешено, как самка богомола, вытворяя всякие кульбиты. Только лисий хвост на шлеме мелькает юрко. И волчком вертится, и нечеловеческими прыжками аж до голов взлетает, как Тринити из Матрицы. Когда она по вражьим макушкам побежала, я чуть лук не отложил, чтоб аплодировать стоя.

Добравшись до крутого половца, она с трёх приёмов с ним разобралась, следом порубила двух командиров попроще. Нет ну… эта девка просто создана для таких передряг. И, похоже, она сама кайфует от подобных ситуаций.

Начав третий колчан, я пострелял уже лениво и без особого энтузиазма по вбегающим в ущелье, которые вскоре обратно ломанулись от греха подальше.

Дорубив первую волну, княжна первой выскочила на вторую половину ущелья, усеянного трупами со стрелами в головах и груди. Наверх посмотрела с укором, улыбнулась себе под нос, головой мотая. Быстро осмотрев побоище, дождалась своих верзил и бросилась в контратаку на выход.

Предчувствуя засаду, рванул и я по верху. И не зря! Двадцать пять стрелков уже натянули свои луки, чтоб встречать.

— Не спеши, засада! — Крикнул я.

Но поздно! Дурында выскочила, как полоумная прямо на половцев.

Прыгнул вниз, вырастив мелкие крылья на лету. Понёсся камнем, устремившись наперерез княжне! С мыслью — либо закрою собой, либо дёрну с сектора обстрела. Буквально секунду не успел! Но уловил жёлтую вспышку от скрещенных ею мечей. За мгновение до столкновения сменил траекторию, проносясь уже мимо над её головой, ибо осознал, что девушка выбросила некий щит, куда весь вражеский залп и ударился. Включая и снаряд мага сапфира, который затаился в толпе за камушком.

Ладно, перебздел, признаю… И чуть не спалился, когда в куст влетел, успел ринуться в сторону, скрываясь за выступ. Катясь кубарем уже под горку, подумал, что слишком много на себя беру. Люди и без меня справляются. Княжна вон сама всё может, даже сомнений не возникло. И люди с ней непростые, лучшие витязь Ростова.

До пруда метров сорока не докатился, поднялся, отряхнулся. И увидел ошалелые рожи половцев. Восемь бойцов, видимо, спешили в подкрепление, но увидели меня.

— Много вас ещё тут? — Поинтересовался я на их языке, усевшись на траву.

— Вся орда идёт, — выпалил щупленький с косым глазом и получил подзатыльник от крупного.

— Ладно, некогда с вами возиться, — вздохнул я, вырастил лёгкий ледомёт и покосил их с излишком, как гангстер из Чикаго.

Когда поднялся к ущелью, там уже всё закончилось. Всех половцев перебили, даже мага прикончили. Теперь сидят, отдыхают. На бойцах — ни царапины, вот это я понимаю, уровень.

— О, явился наш городской, — хмыкнул белобрысый.

— Трус поганый, — бросил себе под нос рыжий.

— Полно, братцы, зуб точить, — наехал на них Звенимир. — Ярослав тульским луком хорошо орудовал. Да, Глеб?

— Стрелок он отменный, признаю, — соглашается наш следопыт и кивает мне с благодарностью. — Не поспел я за ним и близко.

Одна Сашка на меня не смотрит, что — то призадумалась. И никак не прокомментировала в итоге, что я половину половецкого отряда из лука положил. Такое впечатление, что она специально это проигнорировала. А у остальных даже в голове не уложилось, что городской неженка так смог.

Минут пять посидели, да двинулись в путь — дорогу. За час скитаний по низине добрались до торчащего полутораметрового валуна, где знак указал направление дальше.

— Мы уже близко, — заключила княжна, но без особой радости.

Получается, всё это время она верно вычисляла путь по этим валунам — безусловно, это говорит о том, что она не только мечом хорошо размахивает, но и мозги у неё на месте.

Дальнейший путь показал, что с драки в ущелье ростовские бойцы всё же подустали, еле плетутся. Тут и предыдущий день сказывается, когда у пруда все перенервничали. Одна княжна идёт бодренько в своих бордовых матовых доспехах, на меня теперь неоднозначно поглядывая. При этом держится ко мне ближе, будто завести какой — то разговор хочет, но случая удобного пока нет.

— А ты вообще не устаёшь? — Спрашиваю сам, когда в горку поднимаемся с ней, двигаясь теперь впереди всех.

— Для меня это роскошь, — ответила с нотками надменности. — Ты мне вот что скажи, Ярослав.

В груди похолодело. Неужели разглядела⁈

— Ты видел ту гарпию? — Выпалила, и я вздохнул с облегчением.

— Это какую? — Переспросил, строя из себя дурачка.

— Она с твоей стороны вылетела и скрылась внизу. Ты должен был её видеть, коль оттуда и шёл.

— Нет, не видел.

— И никто кроме меня не видел, — вздохнула. — Наверное, почудилось. Я уж подумала, Марене на смех, что та гарпия спасать меня кинулась от стрел. Может, волхв куражится, чуя нас? Испытания уже шлёт, не дотерпев?

— Это ты в свитках про испытания прочла? — Подхватил, слыша, как мои кости за спиной верзилы перемывают.

Очень уж они недовольны, что княжна со мной болтает. А те даже поспеть за нами не могут, как ни пыхтят. Вот и бесятся.

— Да, три загадки он должен задать, — ответила Александра без утайки. — Если ответы будут неверные, мы сгинем. А если понравятся ему — согласится помочь.

— И какие загадки?

— Неведомо мне. Да и никто не знает, — ответила и вздохнула.

— Подсказок никаких? — Настаиваю, едва сдерживаясь, чтоб свиток у неё не выклянчить, чтоб самому изучить. Ведь излишняя заинтересованность может её насторожить, а то и спугнуть.

— А у тебя имеется опыт в подобных походах? — Подловила княжна.

— Скорее, в изучении материалов, — не стал теряться. — В Орловской Академии магии я перелопатил всю библиотеку дневных свитков.

— Хм, как занимательно. А толк был? Только не говори, что Меч разлома так и нашёл?

— Да всяких артефактов хватало, — отмахнулся. — Ну так что? Были подсказки?

— Чистый сердцем может обратиться к волхву, иной сгинет, — ответила удручённо.

Я понял, почему она такая грустная. Испытания близится, риск высок. Она явно переживает, что не справится и людей подведёт.

После долгого подъёма выходим на ровную дорожку, впереди хорошая площадка обозначилась, и можно устроиться на привал. Слева обрыв, а справа скальный срез, где крупная трещина, похоже, ведущая в пещеру.

— Прежде, ирские волхвы воевали с магами, — начинаю размышлять вслух, в надежде, что мои домыслы её утешат. — Большая часть их рун служит простым людям, уравнивая…

Договорить не успел. Сашка резко развернулась и молниеносно подсекла меня. Чуйка Кумихо сработала слишком поздно, видимо, у княжны случился кратковременный порыв. То есть и в мыслях не было атаковать, пока я не сказал ей что — то не то!

Можно было успеть, можно… но что — то я расслабился в присутствии этого очаровательного создания. А теперь рухнул, как мешок. Она ещё сверху залезла в маунт и кинжал к горлу приставила. Даже когда шёл процесс я просто не смог позволить себе сопротивляться. Какой дурак станет это делать, когда девушка сама решила оседлать? И теперь лежу, да улыбка сама тянется к ушам.

— Чего лыбишься? — Возмутилась княжна и рявкнула своим: — А ну там стоять!

Точно: витязи уже с радостью рванули к нам, чтоб тоже сесть на меня или клинками потыкать.

— А ты действительно очень тяжёлый, — добавила, нависая надо мной. — Не поверила бы, вряд ли свалила.

— Так и что это значит? — Спрашиваю спокойно.

— Ты не испугался, — подметила, продолжая держать клинок у горла. — И, видать, дал мне себя свалить.

— Ещё бы не дал, — усмехнулся. — Такая красавица оседлать решила, я всю городскую силушку растерял. Только нежность неженки и осталась.

— Чего мелешь! — Орёт рыжий.

— Я ему семечки отстригу! — Угрожает белобрысый.

Вот так и прикрывай идиотов, у которых в башке только осеменение. И ни грамма интеллекта.

— Откуда ты знаешь, что за волхва я ищу? — Первый вопрос по существу.

Ах вот в чём дело. Я проболтался, упомянув Ирского, хотя она ничего конкретного не говорила.

— Так а какие варианты, Александра Борисовна? — Уточняю с любезной улыбкой.

— Лесные, озёрные, смирные волхвы, — перечисляет. — Кудесники и бормочи. Так откуда ты знаешь, какого именно волхва ищу я⁈ Ну? Говори, пока кровь не пустила.

— Батька твой на ухо шепнул, что ирские.

— А ну заткнись. Он бы не сказал такое, если бы не нужна крайняя, — шипит на меня. — Что с ним?

— Когда я прибыл, он был израненным и отравленным, местные графы ждали его скорой кончины, — докладываю, как есть, наблюдая проскакивающий в бирюзовых глазах ужас. — Но беда миновала, я излечил его и вывел яд. Твой отец сам доверил мне эту тайну. Попросил найти тебя.

— И ты оставил его одного? — Возмутилась, надавив сильнее.

— С ним мой человек, надёжный маг. Саш, успокойся, а?

Убрала кинжал резко, будто опомнилась от наваждения. Подскочила напружинено и потеряла ко мне интерес. Не успел подняться, тут же налетели другие, вероятно, чтоб отпинать.

— Всё, оставьте, обозналась! — Бросила она им и объявила: — Привал на час!

Пошипев на меня змеями, витязи двинули дальше. Легко поднявшись, отряхнулся и последовал за остальными к месту остановки.

Мужики виду не подают, что устали. Перед княжной мужаются. А как усаживаются и падают задницами без сил прямо на щебень, тихонько стонут от удовольствия, позабыв о недавнем конфликте.

Я отдельно устроился у обрыва, ножки свесив. Сушёное мясо погрыз с сухарями, водичкой запил. Ждал извинений от княжны или хотя бы благодарности за отца, но она так и не удосужилась подойти и меня умаслить. Видимо, сама не своя. Я на неё не сержусь. Раздражает ситуация, в которую сам себя загнал.

Только расслабили мы булки, из пещеры великан шестиметровый вышел в шкурах и с вилами, где каждый зубец — это примотанный к стволу дерева меч.

— Это моя земля, уходите! — Прогремел страшно, не решаясь сразу атаковать. Ну и ряха, жабью напоминает. Вряд ли волот, там обезьяньи рожи. А тут больше на человеческую смахивает.

Хотел уже с ледомёта его постричь, разоблачая себя. Но тут оба верзилы подорвались.

— Он мой!

— Нет, мой!! — Стали спорить.

— Сама! — Взвизгнула княжна и бросилась на великана бесстрашно.

Резким выпадом в одну сторону спровоцировала на атаку. Вилы со звоном вошли в каменистый грунт, поднимая песок и крошку. Сашка на секунду раньше ринулась в противоположную, стремительно сближаясь. Ловким ударом рубанула по голени, отрубая её к чертям. Великан заревел, заваливаясь. Пока падал, она рубанула ещё и по руке, обезоруживая бедолагу. Затем запрыгнула ему на спину и вогнала оба клинка в затылок, прекращая этот тошнотворный вопль.

Витязи смеются, я в лёгком шоке. Вот кого надо было брать на волотов. Никита со своим копьём отдыхает.

По тому, как зверски расправилась с великаном девушка стало ясно, что ей очень хотелось выпустить пар.

Пока я со сканером возился, и без меня сундук в пещере нашли, куда все ломанулись сразу. Впервые почувствовал себя в таком пролёте. Хомяков на Руси и без меня хватает. Обобрали бедного великана, хотя похвастать ему особо нечем. Видимо, не часто бывали гости и герои, которые идут к нему за подвигом, а остаются на погибель.

Через сорок минут отправляемся дальше. За площадкой дорога уходит на поворот.

Углядев что — то впереди, княжна спешит на опасный выступ, который смахивает на трамплин в бассейне. Только здесь лететь метров сто семьдесят вниз, и встретит отнюдь не вода.

Высмотрев что — то, подзывает остальных. Подгребаю и я.

— Вон! Волхва большой палец, — указывает девушка на самую высокую вершину, стоящую по соседству, которую туманная дымка обрамляет кольцом посередине.

Я и сам уже рассмотрел на самом верху валун по форме действительно напоминающий палец, судя по масштабам, размером он с пятиэтажный дом. А сам холм скорее уже горой можно обозвать, которая в разы больше любой предыдущей, что мы проходили.

— Последний указатель, — комментирует княжна. — На него взберёмся, и узнаем, где Его жилище.

— К ночи туда явимся, если поторопимся, — прикидывает Глеб.

— Смотрите, братцы, — ахает Звенимир, указывая направление, откуда мы поднимались.

Тьфу ты, как я мог не заметить их раньше! И не поверить той группе залётных у пруда. Ну не орда конечно за нами прётся. Половцев восемьсот, и конные, и пешие, несутся лавиной точно по следу. И, похоже, нагоняют.

— Нельзя, чтобы они увидели последний указатель, — заявляет княжна.

— Здесь стоять будем? — Уточнил Звенимир.

— Худо придётся, — застонал Глеб. — Слишком их много.

— Тогда насмерть, — загоготал рыжий, которому мне захотелось сразу подзатыльник отвесить.

— Не выстоим, — соглашается со следопытом командир.

— Если побежим, нас нагонят на полпути, — вздыхает княжна. — Получается, весь путь я им и подсказала.

— Мы заметали следы, ты же знаешь, — ворчит Глеб.

— Как видишь, без толку, — бросает девушка, негодуя.

Блин, что — то предчувствие у меня дурное. В несущихся отрядах слишком много мелькает посохов. На узкой позиции без укрытий нас тут просто закидают, а ещё лучше лавину вызовут, и всех сметёт к чертям.

А эти дураки уже начали прикидывать, где засесть и ждать. Стоит сгрести в охапку девушку и перенесли сразу на Палец. Но тогда и без того шаткое доверие рассыплется вовсе. Однако и рисковать ей не могу. Такая боевая самка нужна мне по нескольким причинам. Поэтому заявляю со всей уверенностью:

— Я задержу их, а вы уходите.

— Ты? — Ахнул командир.

— Городской, ты сдурел? — Возмутился белобрысый верзила. — Толку с тебя, как с козла молока.

— Я ж говорил, он с ними заодно, — хмыкнул рыжий, нацеливая на меня лук.

Княжна смотрит на меня с прищуром, явно сомневается. Но, похоже, эта идея ей нравится больше, чем предыдущая.

— Впятером останетесь, я с Глебом дальше пойду, — заключает она жёстко.

— Ладно, помирать, так помирать, — выдохнул рыжий, опуская лук.

— Александра Борисовна! — Включаю официоз. — Не надо мне никого в помощь. Сам разберусь и вас потом догоню.

— Дурной совсем? Ты видишь, сколько их? — Кривится княжна. — Даже я не сдюжу.

Скромности девице не занимать. Самомнение зашкаливает. Но сейчас речь не о ней.

— Мне не в первой, — признаюсь с улыбкой, пытаясь убедить группу двигаться дальше.

— Что ты имеешь в виду? — Насторожилась Сашка. Остальные тоже посмотрели с подозрением.

Ладно, уговорили.

— Шрамы мои помнишь? — Веду к недавнему разговору.

— Ну?

— Я не соврал, сказав, что они с одного места. А точнее с битвы на Калининских топях. Тот мальчонка, как ты выразилась, стоявший на горе трупов, не погиб. Он сейчас перед вами, братцы.