Дыхание любви

-31-

Уолтер

Несмотря на то, что теперь Кэрри стала частью стаи, изменив мнение многих членов клана о себе в лучшую сторону, и что мы избавились от ее проклятия, все было как-то не так. И проблема была во мне.

Да, мы все еще жили вместе, не расстались, особенно ничего не изменилось в отношениях, но я озверел и пребывал в кошмарном настроении с утра до ночи. Просто не мог отпустить ситуацию, что моя женщина скрывала что-то настолько серьезное от меня. И я даже не мог элементарного выговориться, чтобы стало легче. Начну говорить с Кэрри – как пить дать поругаемся. Позвоню Джун – не выскажусь, зато наслушаюсь. Уиллу и другим вообще лучше не знать о том, что именно и как мы провернули с Амэнтиусом, ведь мне непременно укажут, что из-за одной джиннии, я едва не поставил их всех под удар, как минимум.

Потому я пытался справиться в одиночку, задерживаясь допоздна в барах и снова начав пить. Просто сидел и часами смотрел в одну точку, из всех сил пытаясь выкинуть из головы мысли о том, сколько еще тайн скрывает Кэрри. Я хотел верить, что проклятие – последняя, но что-то мешало. То ли предыдущий опыт с другой джиннией, то ли ситуация со спором, когда Кэрри уверяла, что честна со мной, то ли, что у нее была куча возможностей все мне рассказать, а я узнал все от ведьмы. От вшивой двуличной ведьмы. И самое паршивое в этой ситуации, что, не смотря на хороший исход, я изменил своим принципам и все сделал в запале эмоций, каких-то звериных инстинктов, которые всегда сдерживал. А теперь глушил их и сомнения алкоголем. Но тщетно. Постоянно крутилась мысль, что едва я расслаблюсь, как сразу последует очередной удар.

«Ты скоро?» - пришло сообщение от ёжика, а я тупо уставился на экран, отмечая, что время идет к полуночи, и очень долго раздумывая над ответом.

Потому что я не хотел домой. Я вообще ничего не хотел. Тем более говорить о всякой ерунде типа подготовки к празднику и как бы было хорошо вместе нарядить елку, словно ничего не произошло. И только совесть все грызла и грызла, ведь неправильно так относиться к женщине, которую сам выбрал. Кэрри ведь тоже старалась в этих отношениях. Без лишних уговоров уволилась с работы, помогала в клане и стала его частью, и не потому, что ей это надо, а потому, что надо мне.

«Да». – Ушло в ответ, и я с неохотой оплатил счет.

Я ведь мог задержаться дольше, чтобы запах сигарет и пива выветрился, найти еще какие-то причины, чтобы не портить настроение ни себе, ни Кэрри, но понимал, что это не выход и домой ехать придется. Так почему бы и не сейчас.

- У тебя все хорошо? - Кэрри встретила у порога, но радости от этого не было никакой.

- С чего ты решила, что нет? - не глядя на девушку, я спокойно повесил пальто в шкаф.

- Это не ответ. - Упрямо возразила зараза.

Один глубокий вдох, чтобы не сорваться. Я не хотел ничего объяснять, не хотел говорить, потому что это ничем хорошим не закончилось бы.

- Я устал, Кэрри.

- Ладно. - Джинния обиженно поджала губы. Увы, я не увидел в этом ничего милого, как бывало раньше. - Я буду на диване.

Вот как ей удалось в один миг взбесить?

- У ведьмы? - уточнил с сарказмом. Потому что это было предсказуемо. Ведьма в наших отношениях, как третье колесо у мотоцикла, на хрен не нужна, но за каким-то хреном есть.

- Нет. Но если ты не хочешь, чтобы я здесь находилась, уеду к ней.

- Вообще не сомневаюсь, - я закатил глаза, проходя в гостиную. - Рейн же святая. Ей можно рассказать какой я плохой.

- Ты хочешь поссориться? Если тебя волнует Рейн, мы продолжим утром, когда ты будешь трезв.

Как же бесит. Всегда поговорим утром, или потом, или когда-нибудь. А чего бы не поговорить прямо сейчас?

- Ну, конечно, проблема же только во мне. - Я развернулся и навис над ежиком, уже не скрывая недовольства. Да что там! Я их всех сил пытался не заорать. - Но не я собираюсь спать на диване, не я бегу к ведьме при малейшей трудности, и не я хочу поссориться, Кэрри.

- Ты не прав. Мне не хочется ругаться. Именно поэтому мне лучше спать на диване.

- Спи, где хочешь. Я устал быть последним, о ком ты думаешь.

- Ты сейчас уверен в своих словах? - спокойно спросила Кэрри.

- Ещё скажи, что я не прав. - Махнув на все рукой, я снова развернулся к спальне, чтобы просто лечь, уснуть и не думать.

- Я уже это сказала. Спокойной ночи.

Я застыл, борясь со злостью, руки сжались в кулаки. Этот спокойный тон меня бесил. Как будто мне одному нужны эти отношения. Хотя, по сути, в последнее время мне и казалось, что я в них один. А Кэрри словно на все плевать. Есть проклятие, ну ок, сдохну. Есть проблемы, хорошо, обсудим утром, когда подберём отговорки. И так, блядь, во всем. И мне чертовски это надоело. Зачем вообще стараться, если ей плевать?

- Проваливай, - тихо прорычал я.

- Что?

- Что слышала. Раз я не устраиваю, вали к ведьме.

- Утром ты будешь жалеть. - Словно бы все ещё до конца не верила моим словам девушка, но это она сказала зря.

Да может быть я и пожалею, и может даже проснётся чувство вины и совесть загрызет, но, блядь, я тоже человек. Я устал от этой хрени. У меня уже были отношения, в которые я вкладывал больше, чем получал. И видимо все вокруг были правы. Сестры Нейвос не такие уж и разные.

- По крайней мере, окажусь прав. Я последний, о ком ты думаешь.

- Это не так! Откуда вообще у тебя эти идиотские мысли?

Этот вопрос заставил меня развернуться и в конце концов сорваться на крик. Сколько вообще можно терпеть? И Кэрри очень повезло что зверь спит под действием алкоголя.

- Откуда?! Ты не рассказала мне о проклятии, и ещё бог знает о чем, ты показываешь характер и отказываешься спать со мной, потому что не хочешь «ссориться». Легче ведь спрятать голову в песок. Зато эта шалава всегда в приоритете, а всегда плохой.

- Во-первых, я думала, мы закрыли тему проклятия и выяснили, что тайн больше нет. - Кэрри тоже наконец-то показала хоть какие-то эмоции, не на шутку возмутившись, только это ничто по сравнению с тем, что испытывал я. - Во-вторых, мне не нравится постоянный запах алкоголя в постели и твоё неожиданное «устал», когда дело коснулось разговора. - Съязвила она, зачем-то делая шаг вперёд и злясь. - И, в-третьих, Рейн не шалава. Ты всегда был для меня важен, но почему-то ты этого не замечаешь.

Ну вот опять эта Рейн, даже сейчас джинния умудрилась продемонстрировать насколько дрянь ей важна. И я крайне терпелив и добр, пока моей добротой не начинают пользоваться, и терпение моё закончилось. Мне надоело быть на вторых ролях. Хотелось хотя бы услышать, почему я всегда не первый. Накипело.

- Тогда какого хера я последний, Кэрри? Или проклятие это пустяк? Решилось и слава богу?! И все, что я замечаю, это как ты каждый раз уходишь при малейшей проблеме. Я один бьюсь за эти отношения, всем доказывая, что из нас что-то выйдет, но все что слышу: "я посплю на диване, ты не прав".

- Я не понимаю, что с тобой происходит. Ты правда считаешь, что мне плевать на наши отношения? Тогда зачем я, по-твоему, оставалась с тобой? Почему не ушла сразу, как почувствовала боль? Сколько раз мне ещё надо извиниться, чтобы ты простил меня? Мне было страшно, и мне жаль, что ты узнал все от Рейн. Но я хотела признаться.

Кажется, разговор зашёл в тупик. Мы вообще словно говорили на разных языках. Кэрри просто не слышала меня, говоря о своём. Пора заканчивать этот бред, все равно ничего не выходит. И все же мне не удалось содержать ядовитого упрёка:

- Хотела и призналась разные вещи. У тебя была тысяча возможностей, но ты не воспользовалась ни одной.

- Ты ведь никогда не простишь мне этого? - Тихо промямлила джинния, опуская слезящиеся глаза в пол. - И тогда ночью не простил.

- Блядь. - Я выругался, запустив пальцы в волосы. Как ещё до неё донести, что именно меня бесит. - Вот поэтому я и сказал, что устал. Тебе важно только, чтобы я простил и забыл. А я хочу знать, почему я последний. И всегда буду последним.

- Ты не последний! - снова возразила Кэрри, вскидывая голову.

- Но после твоей ведьмы! - у меня тоже нашлось, что ответить. - Всегда после неё. Любая проблема, и ты сначала бежишь к ней и уже потом ко мне. Любая. Включая наши отношения.

- Неправда. Как ты можешь сравнивать себя и Рейн? Я ушла тогда ночью не потому, что хотела к Рейн, а потому что мне было больно находиться с тобой.

Ещё лучше. Пойду к ведьме, с Уолтом плохо, и рассказывать ему ничего не буду, пусть себе хоть всю голову сломает.

- Но ты не пожелала ответить на прямой вопрос!

- Я не могла! Тогда я не могла.

- И никогда не сможешь, верно? – ядовито уточнил очевидное. Потому что Кэрри никогда не решится рассказать первой. Ни за что. О чем бы то ни было. Из неё все и всегда надо вытягивать клещами.

- Нет.

Что именно имелось в виду под этим нет, я уже не спрашивал. То, что она никогда не сможет рассказать, или все-таки то, что сможет, казалось неважным. Потому что факты говорили, что все же первое. Это ведь уже не первый раз. Только я больше все это терпеть не намерен. Сложно сделать выбор? Упрощу задачу до минимума.

- Я устал спорить. Либо я становлюсь для тебя первым, либо собирай вещи. И на чьём диване, на моем или этой шалавы, ты будешь спать, меня не интересует.

- Но ты уже первый. – Очередная попытка убедить меня лишь сильнее всколыхнула мой гнев, хотя я собирался успокоиться, а Кэрри ещё и осмелела, пытаясь ко мне прикоснуться.

И это стало последней каплей.

- А я этого не чувствую! – Я, оттолкнув Кэрри к стене, снова навис над напуганной джиннией, потому что вновь оброс шерстью, и не сомневаюсь, что глаза сверкали злобой. – Ты хоть понимаешь, каково мне было узнать о проклятии от посторонней заносчивой ведьмы на глазах едва ли не у всего участка, при чем в день, когда я предложил не просто делить со мной постель, но и клан?!

- Понимаю… - по щекам Кэрри потекли крупные слезы. Прекрасно, просто. Более подлого приёма придумать просто нельзя. – Если бы нам не помешали, всё было бы иначе.

Если бы да кабы. И ни хера она не понимала. Это не её выставили идиотом, не ей ставили условия и пытались помыкать. И что самое важное, не ей лгали, глядя в глаза. Не от неё скрыли проклятие, в котором наши отношения были обречены по умолчанию, хотя эти же отношения и пытались строить. Отношения, которые до этого казались идеальными. Я сделал все, чтобы Кэрри приняли в клан, думал, что со мной она счастлива, а оказалось, что ни хера.

С меня хватит.

Несколько глубоких вдохов, и равновесие ко мне вернулось. Я отстранился.

- Скажи спасибо своей ведьме. Если она будет третьей в этих отношениях, собирай вещи.

- Она не будет больше вмешиваться. – Промямлила Кэрри едва слышно.

Ну, конечно, вмешиваться ведьма не будет… Да десять раз. И я уж тем более не верил, что Кэрри ей ничего не станет рассказывать. А та «по доброте душевной» советов надает. И только мне как последнему лоху все это потом разгребать.

- Прекрасно. – На этот раз я действительно собирался идти спать, но понял, что Кэрри за мной не идёт. – Ты всю ночь реветь собираешься?

Вместо ответа, джинния закрыла лицо руками и убежала в ванну, а мой кулак сразу же встретился со стеной.

Прекрасная, блядь, ночь. Джинния ревёт, в стене вмятина, рука разбита. Ну все на хер. Теперь точно спать. Но кто бы мне позволил. До звериного слуха доносился плач, который пытались заглушить шумом воды, от чего проснулась совесть, но я не вставал. И даже когда Кэрри пришла в спальню и легла рядом, делал вид, что сплю. Только ее шмыганье носом раздражало.

Почему я сейчас плохой, если Кэрри сама во всем виновата? У нее был выбор, и даже выход был, и не один, но нет! Ее молчание привело к вот этому всему. А я вдруг должен все простить и забыть. Разбежался.

- Хватит наматывать сопли на кулак. – В конце концов я не выдержал.

- Хорошо. – Снова тихо ответила джинния, уткнувшись носом в подушку.

И все равно продолжала шмыгать. Это оказалось выше моих сил. К тому же у меня был способ уйти, не вызывая подозрений в том, что я на грани. Обратиться волком и ничего не объяснять. Зверек захотел погулять и хорошо, его же никто не спросит ни где он был, ни где спал, ни почему ушел. А вот о степени моего контроля над этой ипостасью никому знать не обязательно.

- Волчонок? – едва я обратился, Кэрри тут же подняла голову, придвинувшись ближе. - Ну хоть ты не уходи.

Совесть цапнула так, что сжалось сердце, но обида не уступала, и, если бы волк мог закатить глаза, Кэрри это бы увидела. Я хотел уйти подальше, чтобы успокоиться. А с другой стороны… терять свою джиннию я не хотел, сама мысль об это была отвратительна, да и помириться как-то надо. Потому я сел и склонил голову на бок, ожидая, что будет дальше.

Кэрри сначала молчала, словно бы все ждала, когда я, то есть волк уйдет, но потом тоже села в позе лотоса, и прямо глядя в глаза начала:

- Я люблю Уолта, - Прозвучало как-то нерешительно, скорее, как извинения, но потом заноза словно собралась с силами и затараторила. А я неожиданно пожалел, что не ушел. Исповедь ведь явно не для меня предназначена, да только убегать поздно. - Никогда так сильно не любила. Ты не подумай, тебя я тоже люблю, но его больше... По-другому, понимаешь? – женская рука мягко погладила мой лоб, а Кэрри кисло улыбнулась. - И не хотела делать ему больно. Правда не хотела. Думала, он придёт с работы, а я расскажу ему всё как есть. Целый день подбирала слова, а потом он узнал... Надо было раньше рассказать, да? Но я не могла. Он умирал во сне из-за меня... От моих рук. А утром всегда так улыбался... Я не могла допустить, чтобы сны сбылись. Наверное, ты тоже меня осуждаешь? Но я правда хотела признаться. Такой как Уолт должен был знать правду. Он ведь идеальный, а я... Что мне теперь делать, волчонок? – Снова заблестели серо-зеленые глаза от слез.

Хорошо, что я был волком в этот момент. Потому что это какой-то полный пиздец. С одной стороны, было жаль моего ёжика, даже стало понятно ее молчание в какой-то степени. С другой, а вот какого хрена волку можно все это рассказать, а мне нет? И плевать, что я все соображаю и слышу, и что по факту я сейчас подслушивал, от чего даже тошно становилось, и совесть грызла-грызла-грызла. Сам факт, ну почему она со мной так не может? Или не настолько уж и идеальный?

Все эти мысли и вопросы крутились в голове, но я смотрел на свою раздавленную Кэрри и прекрасно понимал, что ей нужна поддержка и забота. Ей тоже нужно успокоиться. Да только сейчас у меня связаны руки.

Подавшись вперед, я нежно лизнул ёжика в щеку. Пусть хотя бы думает, что волк на нее не злится.

- Волчонок… - ласково улыбнулась зараза, обнимая меня руками. – Ты такой хороший.

С трудом подавив в себе рык ревности, причем к себе же самому, я специально замотал головой, пытаясь потереться о Кэрри. Девушка все прекрасно поняла, что волк хочет любви, ласки и внимания, и зарылась лицом мне в шерсть, поглаживая спину.

- Ты будешь спать со мной? – прозвучала еще одна маленькая просьба, а я послушно растянулся на кровати, уже представляя, как утром буду отчитывать джиннию за шерсть в постели, а потом как-нибудь да помирюсь. – Уолтер! Ну не поперек же!

Ладно, не поперек, так не поперек. Сама попросила, так что я еще какое-то время топтался по простыням и подушкам, якобы устраиваясь удобнее и пряча довольный оскал. Все-таки несмотря ни на что, теперь я знал, что Кэрри правда меня любит, и понимал, почему она молчала и чего боялась. Да, все еще злился, но уже не так сильно. Возможно, утром мы сможем нормально поговорить и прояснить все раз и навсегда. С этой мыслью я и уснул, сжимаемый цепкими лапками ёжика.

Увы, утро добрым для меня не стало, потому что проснулись мы от грохота по входной двери.

В один момент с рыком спрыгивая с кровати и обращаясь в человека, я нашел плавки на полу и, на ходу одеваясь, отправился смотреть кто там такой наглый. И, честно говоря, не сомневался, что Кэрри заметила мое плохое настроение. О чем заспанный ёжик с опухшим от слез лицом в этот миг подумал, представлять уже не хотел.

- Доброе утро, сын. – Стоило открыть дверь, как Кэролайн Винтер влетела в квартиру тоже не в самом довольном расположении духа, словно бы она тут хозяйка.

- Сильно сомневаюсь в этом, мама. – Холодно ответил я, провожая кицунэ взглядом и протягивая руку вошедшему вслед за ней отцу, который кисло и виновато улыбался уголками губ.

- Не паясничай. – Женщина развернулась на каблуках уже в гостиной, и может и хотела сказать что-то еще, но мой ёжик вышел из спальни, завязывая пояс халата.

- Доброе утро. – Растерянно поприветствовала всех собравшихся Кэрри.

- Уверена? – кицунэ решила обратить свой взор на джиннию, а потом еще и расплылась в ехидной усмешке. – Ой, а что это у нас с лицом?

- Аллергия. – С рыком ответил я за джиннию первое, что пришло в голову.

- А-ха, - хмыкнул папа, что оказался внимательнее мамы и заметил вмятину в стене, которую тут же и прикрыл своей широкой спиной.

- Не на волчью ли шерсть? – лиса, понимая, что Кэрри я в обиду не дам, снова ядовито обратилась ко мне.

- На лисью. – Прозвучало с нажимом от меня. Потому что окружающим явно надо напоминать, что я все-таки Альфа, и для разговоров в таком тоне со мной даже родительская опека не оправдание.

- Я приготовлю завтрак. – Кэрри все еще пыталась сгладить углы, по дуге обходя маму в сторону кухни.

- Не утруждайся, ёжик, мы ненадолго.

- Гррр, - предупреждающее рычание, чтобы лиса уже осознала, что в моем доме с моей женщиной так никто разговаривать не будет. Ну разве что я, но без свидетелей. – Так и что же вас привело, мама?

- Мне дали новую должность. – Спокойно вмешался отец в поединок взглядами. – Мы пришли пригласить вас отметить это сегодня вечером в тесном семейном кругу. И, ёжик, пожалуйста, если не затруднит, принеси мне стакан воды, пить хочется.

- Да, конечно. - От мягкого обращения оборотня Кэрри на миг застыла с приоткрытым ртом, а потом кивнула и едва ли не побежала за водой.

Я смотрел на подлого интригана и не скрывал, что зол. Потому что он специально не дал джиннии переждать бурю на кухне и выманил ее таким образом обратно.

- Могли бы просто позвонить. – Фыркнул я.

- А ты бы взял трубку? – мать не унималась ни в какую, но заговорила на порядок тише.

- Мама, я обычно занят. И если мне написать, то ответ гарантирован.

Очередной виток спора ни о чем прервала джинния со стаканом воды в руках.

- Спасибо, ёжик. – Расплылся в благодарности папа, я с трудом сдерживался, чтобы не зарычать.

- Меня зовут Кэрри, а вы…?

- Если в волка обращусь, фамильное сходство увидишь? - хитро подмигнул отец. – Мое имя Чарльз, и я рад, наконец-то, познакомиться. И если что, я не кусаюсь.

- По праздникам. – Я снова фыркнул, закатывая глаза. Потому что уж кого-кого, а папу безобидным не назвал бы. В спецслужбах таким просто не место, а Чарльз еще и собственным отделом руководит.

Но почему-то я удостоился укоризненного взгляда Кэрри. Вчерашний вечер дубль два. Только еще и массовка добавилась.

- И мне приятно познакомиться, - дружелюбно улыбнулась джинния, а у меня внезапно кончились силы терпеть этот фарс.

- Так и что мне надо сделать, чтобы вы все-таки не остались на завтрак?

- Уолтер! – возмутился ёжик.

- Согласиться. – Спокойно ответил папа.

- Не просто согласиться, а сдержать свое слово. – Строго добавила мама.

- А когда-то было иначе?! – вот теперь точно можно возмутиться и мне. – И так и быть, уговорили. Мы придем. Теперь все?

- У меня да. – Все с той же улыбкой ответил отец.

- Оденься поприличнее. – Бросила мать, отправившись на выход.

Родители ушли, а я столкнулся с упреком во взгляде и недовольством на лице джиннии. И снова разозлился, уходя на кухню. Я не собирался ничего обсуждать, а уж тем более слушать ее нравоучения. Но разве от джиннии спрячешься.

- Уолтер, - позвала она, пока я ждал, упираясь локтями в стол и запустив пальцы в волосы, чтобы закипел чайник.

Да что ж за неделя такая дебильная? Сплошное невезение.

- Извиняться не буду. – В моем голосе снова появился холод. – Ни за что. – Я сразу решил прояснить ситуацию, включая вчерашний скандал.

- Ладно. Ты будешь завтракать?

- Нет, я объявляю голодовку.

- Но так нельзя.

- А как можно? – Говоря абсолютно спокойно, я повернулся к заразе, которая снова открыла рот от удивления.

- Никак. – Кэрри обиженно вздернула подбородок. И то ли сделала это как-то особенно, то ли меня наконец отпустила обида, но мне снова показалось это милым. Слишком милым.

И я сломался.

Поймав проходящую мимо заразу поперек талии, прижал спиной к своей груди, с шумом вдыхая ее сладкий запах. Как не крути, это моя ванилька. Моя. В конце концов, ради нее я использовал часть долга Амэнтиуса, чтобы снять с Кэрри проклятие. Чтобы она всегда была со мной. А в постоянной обиде мы долго не протянем.

- Ты чего? – растеряно спросила Кэрри.

Действительно, чего это я? Стою, как дурак, к себе её прижимаю, и не знаю, как помириться. Видимо я и вправду сложный.

- Соскучился я, зараза. – Тяжёлый и все ещё немного злой выдох. Но, надеюсь, хотя бы сейчас джинния почувствовала, что злюсь я на себя.

- Правда?

- А ты думаешь, нет? Тебе тяжело, мне тяжело, но чувств это не отменяет.

- И мы будем вместе несмотря ни на что? – прозвучало с надеждой.

- Конечно. Ты же моя любимая заноза. – Я скорее почувствовал радость Кэрри по тому, как она млела в моих объятиях и часто задышала от переизбытка чувств. – Так и что мы будем делать? – с хитрый улыбкой на лице, я свободной рукой взялся за пояс халата, желая скорее его развязать. – Займёмся сексом? Или помиримся более скучно?

- Мы не будем мириться сексом. Ни за что. – Упрямо выскользнула из кольца рук заноза. – Иначе это войдёт в привычку и ни к чему хорошему не приведёт.

- Кто тебе такую глупость сказал?

- Это не глупость. Я не хочу, чтобы нам понравилось ссориться.

- Гррр. Не беси. Иначе я сожгу все твои туфли вместе с книгочиталкой. - Капитуляции в мои планы не входила.

- Никакого секса.

- Ну и сиди как дура без массажа. – Вот теперь я надулся и обиделся. Я тут с ней мирюсь, а меня на голодном пайке держат.

- Это и есть более скучное примирение?

- Наискучнейшее. – Протянул едва ли не по слогам. – Ты готовишь завтрак, а я пошёл искать свои драные джинсы и футболку.

- Голодовка отменяется?

Я действительно хотел закончить этот разговор. Но не вышло. От сарказма просто распирало.

- Спросила та, что морит меня голодом.

- Мы не можем после ссоры.

Ну вот что за бред? С чего вдруг вообще?

- У меня один выходной. – Я попробовал зайти с другой стороны и напомнить о своей постоянной занятости, плавно оттесняя Кэрри к кухонному гарнитуру. Вот упрется попой в шкаф, а там уже никуда не денется.

- Но Уолт… - Зараза слабо взмолилась, стоило мне только коснуться губами сладкой шеи.

- Заведу любовницу. – Пригрозил я.

- Неудачный способ помириться.

- Женщина, я голодный!

- Очень? – прозвучало достаточно игриво, чтобы стало понятно: моя цель почти достигнута.

- Ты же вроде джинния? – С хитрой насмешкой прошептал я на ухо своей занозе. - Попробуй догадаться.

Зараза оттаяла, даря мне сногсшибательный поцелуй. И пришло понимание, что я действительно очень соскучился по своей занозе, по идиллии в наших отношениях, по ощущениям, по ее телу, которого не мог нормально коснуться в последние дни. И я наконец-то дорвался, распахивая дурацкий халат и задирая пижамный топ, чтобы освободить упругую грудь для прикосновений. Джинния, видимо тоже соскучилась, блуждая своими ладонями по моим плечам, спине и торсу. А вот едва женские пальчики решили проникнуть под резинку трусов, я отстранился, мысленно признаваясь себе в злопамятности. Никакого секса после ссоры? Да отлично. Сама же и пожалеет.

- Ещё хоть одно такое условие и о шикарно-притягательном теле можешь забыть. – Строго произнес я, отходя подальше от ёжика, а то мало ли, нащупает поварешку, замахнется…

- Жестокий волк. – Кэрри хмыкнула, но с улыбкой на лице.

- Справедливый. Жестокий я – зверь. – Небольшая поправочка. – Завтрак, заноза. Не разочаруй.

Пока Кэрри хватала удивленно воздух ртом, я скрылся в душе, надеясь, что, когда выйду, все снова станет как раньше. И надежды оправдались. Вкусный завтрак, пока еще осторожные разговоры ни о чем и мой улыбчивый ёжик, все, как всегда. Тихо, спокойно и по-домашнему. Только неприятный осадок у меня все еще остался, но ничего с ним поделать было нельзя. Теперь я всегда буду ждать удара, даже если его не последует. Но лучше уж быть готовым.

Тем не менее, я смотрел на Кэрри и думал, что и она для меня идеальная. Хорошая, заботливая, добрая, не побитая дурным опытом, такая домашняя. Идеальная для семьи. Даже если у нее есть какие-то желания и амбиции, она не перечеркнёт ради них свою жизнь и поставит на первое место семью. Чем-то Кэрри напомнила мне маму, хотя характер у клубнички ванильный. В отличии от Кэролайн она не будет ходить с видом царицы полей, но вот взять в свои руки дела клана Кэрри бы могла. Посвятить себя не только мне, но и большой и дружной семье. Да и волки все-таки восприняли вмешательство Кэрри хорошо. Не слепые же, видят, что она стесняется, но очень старается все делать на славу.

- Как дела с поиском работы? – попробовал уточнить я издалека, пока мы еще сидели за столом.

- Без изменений, - тяжелый вздох сорвался с розовых губ. - Но я найду работу, можешь не переживать.

- А может не стоит?

- Почему это? Я не хочу сидеть у тебя на шее.

Похвальное стремление, но я не смог не расплыться в довольной улыбке, сцепив пальцы в замок и подпирая ими подбородок. Вот это мне нравилось в Кэрри больше всего. Попытки быть самостоятельной имелись, но она и не отвергала помощь и предложения. С ней можно обсуждать подобные вещи. А шанс склонить на свою сторону очень велик. Главное, все правильно разложить по полочкам.

- Опустим тот момент, что я так-то и не против, но у меня есть к тебе предложение. Сугубо деловое. Даже с зарплатой.

- Какое? – глазах занозы появился любопытный блеск.

- Я предлагаю тебе в работу в клане. Только сразу не говори нет.

- И ты будешь меня выделять? – Любопытный блеск погас, и ёжик нахмурился. - Оборотни ведь так и подумают.

На миг я возмутился. С одной стороны, ну какое имеет значение, что подумают другие? А с другой, зерно истины в этом есть. Мнение волков может сыграть свою роль. Причем не только против нас, но и против меня лично. Но я бы не просил Кэрри стать частью стаи и помогать с делами, если бы не видел отношение волков. И плохим оно не было.

- По началу может быть и подумают, но оборотни не дураки, Кэрри. Ты уже помогала мне с делами, и я вполне оценил твои навыки, будешь продолжать в том же духе, заметят и все остальные. И что касается выделять… Накосячишь – выдеру, как сидорову козу.

- Это для меня такое исключение? – зашипела джинния, недобро прищурив свои прекрасные глазки.

- Ну что ты… - хищно оскалился я. - Я всех за косяки деру. Просто тебя в другом смысле.

- С тобой опасно работать. – Зараза даже отодвинулась подальше, что вызвало у меня приступ смеха.

- Соглашайся, золотце. – Продолжал я уговоры. И не потому, что так ёжик будет всегда под присмотром и по большей части рядом. Я ведь действительно оценил помощь. И Джек хорошо отзывался о ее работе. Кэрри не может с этим не справиться. - Ближайший лучший личный помощник сидит в Италии с детьми, а мне очень нужен кто-то подобный. Пока попробуешь, пока вникнешь, не понравится – откажешься, и я тебя не съем. А там может уже и Габс из декрета выйдет.

- А если останусь, и она освободится? Отдашь место ей?

Ох уж этот ёжик. Что у нее только в голове творится? Как вообще можно до такого додуматься? Зову, чтобы потом выгнать? На дурака что ли похож, который ценными кадрами разбрасывается?

- Поверь, вам обеим найдется место.

- Ладно, я попробую. – Получил я долгожданное согласие, но по лицу было понятно, что Кэрри сомневается и переживает.

Все-таки странная она и до жути нерешительная. И за туфлями я с ней даже под страхом смерти не пойду. И кстати о туфлях…

- Прекрасно. Давай собираться. – Я встал из-за стола и собрал посуду.

- Куда? До ужина ещё есть время. И мне надо подготовиться.

- Поэтому собираться начнем сейчас. Если останется время, посмотрим кино.

- Я не так уж и долго собираюсь. Надо только наряд выбрать и туфельки.

- В них-то все и дело, – буркнул я себе под нос, но Кэрри тоже встала помочь с мытьем посуды и все услышала, за что я сразу получил ладошкой по плечу.

Понимая, что времени у нас все равно не останется, я нагло вытолкал джиннию с кухни, чтобы собиралась, и не прогадал. Пока я, никуда не торопясь, мыл посуду, Кэрри плескалась в душе, а как только вышла - пропала в недрах гардеробной. В прямом смысле. Я терпеливо ждал, сидя перед телевизором. Зная занозу, так можно провести пару часов. И когда джинния вышла из спальни, начался показ мод, да такой, что я усомнился в своей вменяемости, когда предлагал работу. Ёжик же элементарного решить не в состоянии. Один за другим она заставляла меня оценивать наряды, пока не появилась в до боли знакомой кофточке с брюками. Я даже вперёд подался, вспоминая, где и когда видел верхнюю часть. А когда пришла догадка, улыбка стала плотоядной. Кажется, у меня появился шанс провести вечер дома и только со своей заразой.

- А давай ты оденешь ту же юбку что и к эльфам?

- Нет. Ни за что. - Получил я категорически отказ. Но не сдаваться же.

- Почему?

- Будто ты не знаешь. Хочешь, чтобы я не понравилась им?

Я рассмеялся. Похоже, Кэрри так и не поняла к чему я это вспомнил. Ну и ладно, хотя юбочка мне понравилась. И почему она её больше не носит? Хотя, что не мало важно, ванилька затронула интересную тему. И я даже знал из-за кого.

- Ёжик, у них нет выбора. Кэролайн будет от тебя без ума.

- Я не могу так одеться на ужин с твоей семьёй. - Кэрри продолжала паниковать.

- Есть идеальный вариант. - Заявил я совершенно спокойно.

- Какой?

- Вообще не одевайся.

- Уолтер! - визг резанул по ушам, но я был счастлив и весел. - Это не смешно. Для меня важно, чтобы я хорошо выглядела.

- Ты всегда хорошо выглядишь. А юбочка — это для меня. Я все ещё не наказал тебя за эльфов.

Впервые слышал, чтобы Кэрри рычала, не говоря уже о том, чтобы хлопала дверью. Хотя последнее все-таки бывало, но обычно дверь отказывалась входной, а тут в спальню.

С горем пополам мы все-таки смогли остановить общий выбор на коктейльном чёрном платье в белый горошек и, что мне особенно польстило, с короткой юбкой. Одно раздражало, Кэрри в нем слишком соблазнительная и красивая, но трогать мне её оказалось нельзя.

Пришёл мой черёд собираться и закрываться в гардеробной. Но только чтобы найти свои парадно-выходные драные джинсы и застиранную майку с надписью Nirvana, которые очень бесили маму и которые я сохранил как раз для визитов в отчий дом.

Джинния при взгляде на меня застыла с кисточкой туши у ресниц на добрых пару минут.

- Ты же не поедешь в этом? – удивлению ее не было конца.

- Поеду.

- Но, Уолтер! Кэролайн же просила одеться по приличнее! Ты специально ее провоцируешь?

- Да. – Не стал лгать я.

Ванилька снова сдавленно рыкнула, откладывая тушь для ресниц, а мне в голову опять пришла идея, как было бы прекрасно стань Кэрри волчицей.

- Тебе надо переодеться. – Джинния прошла мимо меня и уверенной рукой сдернула с вешалок строгий черный костюм и несколько рубашек.

- Нет.

- Извини, но я не поеду с тобой таким. Не сегодня точно. Всё должно пройти хорошо, поэтому переоденься.

- Я не хочу. – Протянул по слогам и, скрестив руки на груди, прислонился к косяку. – Я устал от костюмов и галстуков, а это всего лишь семейные посиделки, где мы выпьем вина, может быть даже поедим, пошалим в моей старой комнате, поиграем в монополию, и мне нагло перемоют кости в моем же присутствии. И я не собираюсь ради этого расфуфыриваться, как Людовик XIV.

- Но и так ты не можешь поехать. Не хочешь костюм? Надень приличные джинсы и рубашку.

Рык огласил гардеробную. Сначала мама мне вечно указывала, теперь вот любимая женщина. Явно повод задуматься, а так ли мне все надо. Почему, как только пускаешь женщин на свою территорию, они сразу начинают командовать? Стервы доморощенные. Даже в законный выходной пораспиздяйничать не дадут. Тем не менее, Кэрри была непреклонна, и я сдался, все-таки переодевая джинсы и беря себе на заметку, что любимую майку буду теперь носить, не снимая. И рубашку в черно-белую клетку демонстративно надел поверх нее.

- Отработаешь. – Непрозрачно намекнул я, что за джиннией немаленький такой должок.

- Хоть дважды, если будет идеально.

Ну да, конечно, все будет идеально. Дождешься от мамы такого подарка судьбы. Но Кэрри хоть и паниковала, но надеялась на лучшее, а я не стал ее разубеждать. В любом случае, своего ёжика я в обиду лисе не дам.

Девушка спокойно продолжила накладывать макияж, а мне, глядя на нее, все не давала покоя та же мысль.

- Кэрри, - встав позади, я с серьезным видом изучал наше отражение в зеркале. – Если бы я предложил стать волчицей, что бы ты ответила?

На этот раз ёжик выронил блеск для губ, округлив глаза.

- Что мне надо подумать. – Прозвучал крайне неуверенный ответ, но мне была нужна причина этих раздумий.

- И что именно тебя бы смутило в этом предложении?

- Такие решения не принимаются сразу, Уолт. Я всю жизнь была джиннией.

- Ты ей останешься отчасти. Зато сможешь разделить со мной все.

- Уолтер, я просто не понимаю, как это стать волчицей. Я не думала об этом. Это нормально... Мне нужно время.

- Забудь. Это все гипотетически. – Я отмахнулся и снова ушел ждать джиннию к телевизору.

Зря только спросил. Да, Кэрри в чем-то права, но ответ меня разочаровал. Это не было четким нет, но и да я не услышал. И это чертовски обидно.