Его безумие

В-ад

Лысый был выше остальных. Жидкая поросль волос всё же прослеживалась на его затылке в виде короткого ёжика, а другую сторону его черепа рассекал длинный, уродливый шрам. Кожа возле него ярко розовая, и вогнута вовнутрь. Словно его зашивали на скорую руку, не заботясь о внешнем виде пациента. Может вопрос был жизни и смерти? Хотя чего ещё ожидать от преступника. Это часть их существования — борьба за выживание. Но сейчас, я как никогда жалела, что этого насильника смогли спасти и реанимировать.

Внутренний голос удивил своей хладнокровностью. Ещё год назад, увидев его, я бы ощутила укол жалости к этому человеку, теперь ищу взглядом нечто настолько же острое, что оставит ему не меньшую рану.

Прежде чем он обратил внимание на меня, он закончил свои дела с… моей сестрой. Вытер свой кривой отросток об её губы, заставляя ту втягивать щеки от усердия.

Вику трясло. Другие мужчины, поняв, что с ней закончил главный, начали обступать её с двух сторон, лишая меня возможности разглядеть сестру. От неё продолжали исходить глупые смешки. Послышалась возня. Макушка Вики выглянула из-за мужских бёдер, по-лисьи хитро, наблюдая за приближением ко мне лысого, но тут же с силой, была притянута обратно.

Он не стеснялся своей наготы, напротив, его плоть всё ещё была в боеготовности и подрагивала при ходьбе.

Он остановился напротив. Гадкая улыбка не тронула половину его лица. Она была атрофирована, как раз с той стороны, где был шрам. Подойди ко мне такой человек на улице или в клубе, я бы резво засобиралась домой и бежала бы со скоростью света. Его кожа казалась неестественно жёлтой, а чрезмерная худоба делала похожим на гибкую рептилию. Неприятный тип.

— Посмотри, он тебя приветствует. — его член дрогнул в так его словам и с самого кончика выделилась мутная капля, противно растягиваясь налету. Как слюна «Чужого», инопланетного монстра.

— Вы отличная пара, можешь пожать ему руку. — огрызнулась я.

— Строптивая. — обнажил ряд кривых зубов. — Я Вадик. Для пацанов — «В-ад». А для тебя… папочка.

Я не могла сосредоточиться, болезненные крики сестры разрывали сердце и я дёргалась в её сторону всякий раз, когда она кричала «умоляю, хватит». Для меня лысый был раздражительным уродом и я к сожалению, вовремя не сориентировалась, за что и получила.

— Что ты несёшь?

Удар отбросил меня к стене. Заложило уши и реальность поплыла. Нет. Я не могу потерять сознание. То, что со мной сделает его банда даже гадать не нужно, меня изнасилуют и убьют. Нужно тянуть время.

— Не хами, сопля. Сказал же, я твой отец. — хрюкающий смешок выдал один из его прихвостней, что ждал своей очереди у сестры. — Мамку твою встретил, и понеслось. Любовь у нас. Только вот, моя жалуется на тебя. Говорит жизнь ей сломала, дочка старшая. Оклеветала мать, да? Чтобы с Вороном сблизиться?

Он обошёл матрас с другой стороны и присел на корточки, взял мой локон и стал накручивать на свой палец.

— Слухи ходят, что Ворон теряет прежний авторитет. Не уважает его мелкая шпана, да и менты озверились, заебали с проверками. Не выгодная он партия для МОЕЙ дочурки. А вот Маров…

— Не понимаю…

Он притянул меня к себе вплотную и уткнулся носом в мои волосы. А его скользкая улитка нашла моё бедро, начав тереться, оставляя склизкий след на чёрных брюках. Мерзость!

— Не строй из себя дуру. Знаем мы, с твоей мамкой, для кого ты свою рогатку раскрываешь. Нужно тебе было слушать твою припизднутую сестру и ждать, нашей встречи. Но ты всё понадеялась на Марка, да? Эх. Я хоть и не большой человек в этом мире, но очень юркий. После того, как понял с кем могу породниться, навёл справочки, посетил нужных людей и вот ты тут!

Его рука скользнула с волос ниже, к шее и начала душить. Хрипя, я повисла на цепи наручников, чувствуя как кровь отливает от запястий и я перестаю чувствовать свои руки. Из последних сил подтянула тело, чтобы избежать прикосновения. На удивление, легко выскользнула из его хватки.

— Кто вас нанял? Моя мать? Кирилл?

— Твоя мать кроме своей ветчины предложить ничего не может. Но ты права, тебя она ненавидит. Она дала мне твой адрес когда ты ещё брюхатая из-за границы вернулась. Хотела, чтобы я тебя с пацанами оприходовал.

— Оу, и вы из жалости решили отпустить меня с миром? Как мило. — тяжело дыша, я встретилась с ним взглядом, машинально облизала окровавленные губы и покосилась на сестру.

— Я не идиот. — указательным пальцем постучал по своей голове, на месте, где был шрам. — Умею извлекать уроки и прежде чем сунуться к тебе, навёл ошивался рядом и что я увидел? Твой дом был оцеплен, а кем? Знаешь? Я когда узнал, знатно прихуел. Марк, мать его, Маров. Трахать его игрушку, сама понимаешь, чревато. А твоя мать знала, но не сказала. Ну ничего. Она же просила выебать толпой свою дочь, вот я и сделал вид, что не расслышал, какую. Балую свою дочурку, ей так не хватало отцовского внимания. — последнюю фразу он произнёс отчётливо громко.

— Вика тоже бывшая Марова. И когда он узнаёт…

— Уже знает. Ему плевать.

Я боялась выпрямить ноги, чтобы ненароком не коснуться его тела. И в то же время, хотела ударить его, пока он так близко. Если правильно рассчитаю силу, может получится его вырубить, но те уроды, что сейчас разрывали мою сестру на соседнем матрасе, тут же бросятся ему на подмогу. И тогда я не узнаю кто стоит за этим похищением и не дам времени приехать Марку. А то, что он непричастен к этому, становилось для меня всё более очевидным. Но всё же, я что-то упускала.

Лысый Вад, говорил, что его нанимательница моя мама. Нечто похожее говорила Вика, когда пришла ко мне впервые после моего приезда. Если он знает об одержимом мной Марке, то должен понимать, что ему это с рук не сойдёт, значит за его спиной стоит более серьёзный наниматель — тот, против кого сам Маров будет бессилен.

Я нахмурилась. Голова разрывалась адски, во рту пересохло. Каждое слово причиняло боль, от трения сухой гортани. Я старалась отмалчиваться и вслушиваться в речь этого сумасшедшего и чем больше он говорил, тем страшнее мне было.

Не откровенничают так с жертвой. Только если уверены, что вскоре она станет безвольной куклой и будет молчать по его прихоти, или и вовсе … убьют.

Отвернув лицо в сторону, понимание настигло очень быстро. Меня не планировали выпускать. Для меня это конец. Ваад не переживёт встречу с Марком, даже если отпустит прямо сейчас. Не сможет манипулировать мной, вымогая деньги на своё содержание. Маров быстро пресечет куда утекают средства. И в конце концов, не сможет приблизиться к Марку, даже если я буду уверять, что сама, по собственной воле поехала с этим… «папочкой».

А значит, сегодня меня не станет.

Открыла рот в беззвучном крике и не смогла протолкнуть в себя воздух. В последний миг перед глазами встал образ Софии. Её испуганное личико, когда не обнаружил рядом маму.

Ваад в сговоре с Вороном… но точно ли с ним? Кир принципиальный и разборчивый в людях. Стал бы он связываться с моей вездесущей матерью и этим уголовником? Выгодна ли ему моя смерть? Он расчетлив и нашёл бы сотни способов использовать меня против Марова, но убивать?

Может разорвалась последняя ниточка его терпения и его дела так плохо что…

Не складывалось всё это в единую картину. Я что-то упускала. Что-то, что было на самой поверхности.

«Он любит вас, дом построил, назло своей матери, что мечтала чтобы этот загородный особняк принадлежал ей единолично. Она бы принимала там гостей, обустроила все по своему вкусу. А он у неё отменный, знаете ли. Но теперь у него есть более дорогая его сердцу женщина, которая преподнесла ему ещё и малышку».

Скрипучий голос недавнего знакомого прошелся мурашками по коже.

Марк оцепил мой дом своими людьми. И не пропустил бы на территории посторонних. Только своих. И не заподозрил неладное, увидев машину из своего гаража, с личным водителем… его матери.