Его безумие

Искал

За окном послышался шум мотора. По стенам заходили тени от рамы окна. Кто не спится в столь позднее время?

Я нахмурилась и обошла Марка. Из машины выбрался мой отец. Двое мордоворотов помогли пересадить его из машины на инвалидное кресло, но его лицо при этом было крайне раздосадованное. Отчужденное. Словно его притащили сюда против воли.

Грубо перехватив ручки, верзила проигнорировал слова отца.

Я поморщилась, когда пальцы папы застряли в спицах колёс. Он намеревался сам управлять креслом, но его никто не стал слушать.

Подходя к главному входу, их маршрут изменился и кресло подтолкнули к другому строению. Я и не заметила, что на территории множество построек и остаётся догадываться, что в других.

— Что это за место? — за спиной почувствовалось крепкое тело. Он стоял очень близко и наблюдал вместе со мной.

— Его временное убежище.

— Как это понимать?

— Как хочешь. — отрезал.

— Ты подозреваешь его в чем-то? — повернуться оказалось проблематичным. Пришлось скользить по его телу и смотреть на него на расстоянии пары сантиметров, отчего глаза немного сходились к переносице.

— Если бы подозревал, он бы лежал в соседней палате с твоей сестрой.

Зашипев, я дала ему звучную пощечину.

— А свою маму ты не хочешь оформить в то же отделение? Почему за все расплачивается только моя семья. Это двойные стандарты, Марк! — толкнула его, но не сдвинула с места. Только сама плотнее вжалась в подоконник.

— Эльза тебя не побеспокоит.

— Это она тебе так сказала? Да если бы ты не успел приехать, то она замела бы все следы. Ты и мысли бы не допустил, что она к этому причастна.

— Я, по-твоему, совсем идиот?

— Оу. Ну зачем ты так, скорее, легко внушаемый мифами, своей деспотичной родительный. — выплюнула сквозь зубы.

Он тяжело вздохнул, зажигалка чиркнула, поджигая очередную порцию яда. Глубокая затяжка. Он отошёл к столу, усаживаясь в кресло спиной ко мне, вращая прямоугольный кусок железа в другой руке.

Я раздраженно передернула плечами и поплелась на соседнее кресло, напротив. Занесла ногу в непройденном шаге и упала на его колени. А все потому, что этот подонок дёрнул меня за край футболки, как зверушку и умостил к себе.

Я стала было возмущаться, как он начал не спешный рассказ. Получить от Марка разъяснения — немыслимо. Он не считал, что несёт ответ перед другими за свои действия. И чаще, просто отмалчивался, прожигая тяжёлым, до мурашек пронизывающим взглядом.

— Я потерял тебя. Когда понял, что случилось в мое отсутствие — поднял все связи, но никто не мог дать чёткого ответа. Кто-то подчистил камеры ГИБДД. Женщина, что работала в отеле уволилась и исчезла. Её машина не числится ни на ком. Она давно списана в утиль. Ни родственников, не знакомых, кто мог знать её местонахождение. А вместе с ней, исчезла и ты. Провалилась сквозь землю. Твоя мать несла чушь. Сестра предлагала себя. Будто меня могла успокоить подстилка. — он сжал руку в кулак, обжигая кончики пальцев тлеющим измельченным табаком. — Время. Они все тянули время. Рока я не нашел твоего отца.

— Он помог мне пережить ту боль, что ты нанёс мне. — я кивнула, подтверждая, что была с папой.

Он бы никогда не рассказал Марку о городе, в котором мы остановились. Я проходила долгое психологическое лечение и часто лежала на сохранении даже на малых сроках. Отец бы не позволили появиться в моей жизни тому, кто своими поступками мог довести меня до срыва. Ещё раз.

— Я знаю. Он выкрутил это в свою сторону. Осознал, как сильно, я желаю найти тебя и подсунули мне бумаги, на круглую сумму. Я медлил. Ждал, пока мои люди получат выписку с его счета о передвижении его средств. Но Ворон подоспел раньше. Он не желал искать. А твой отец не поверил пустым угрозам сопляка. Он приберег информацию для Ворона. Побоялся за тебя. И на следующий день, оказался при смерти. А я так и не узнал город, в котором ты жила без меня. — потушил окурок о стоящий стол и отбросил его в сторону.

Взгляд был опустошён, в одну точку. На мгновение, мне показалось, что он заново проживал тот день, не имея возможности вынырнуть из воспоминаний.