Газлайтер. Том 41. ФИНАЛ

Глава 15

Третьяковская галерея, Москва

Ольга примчалась на Кадашёвскую набережную на бронированном фургоне «Новостного Льва». Статус невесты короля Багровых Земель обязывал: её сопровождал внушительный кортеж из десяти внедорожников, битком набитых таврами и рептилоидами-телохранителями.

— Камеру на дрон! Прямой эфир через три минуты! Мне нужна картинка с воздуха и крупные планы от входа! Живее! — командовала Ольга. Её глаза горели азартом истинного охотника за сенсациями.

Великая княжна Гривова выскочила прямо перед кордоном гвардии Вещих-Филиновых. Бойцы удерживали периметр, оттесняя случайных зевак, но внутрь не совались — там работали венценосцы во главе с Консулом. Ольга мельком глянула в зеркальце, поправила золотой локон и вскинула микрофон. Вокруг корпусов Третьяковки грохотало так, что закладывало уши, а вспышки боевой магии озаряли сгущающиеся сумерки.

Игнорируя свист шальных заклинаний, Ольга заняла позицию за разбитым бетонным блоком. Рептилоиды мгновенно окружили её живым щитом, оберегая будущую королеву.

— Эфир! — рявкнула она и в ту же секунду сменила гнев на лицо профессионального репортера.

— Мы ведем прямой репортаж из самого сердца Москвы! — заговорила Ольга, перекрывая гул сражения. — За моей спиной происходит немыслимое. Пока город охвачен тревогой, а фронт Астрала подступает к стенам Кремля, король Данила и монархи Земли доказывают: они не отсиживаются в бункерах!

В этот момент из-за ближайшего броневика, со стороны тылового кордона, вальяжно выплыл Цезарь. Правитель Рима, явно не узнав в запыленной ведущей невесту своего сюзерена, направился прямиком к камере.

— О, журналисты! Так и быть, дам вам эксклюзивное интервью, — подшаркнул он, поправляя помятую тогу.

— Ваше Величество? А почему вы не принимаете участие в битве? — удивилась Ольга, не опуская микрофон.

— Как это не принимаю⁈ Я в самой гуще событий, в огненном аду! — пафосно провозгласил Цезарь. — Я рискую собой ради великого искусства и памяти человечества! Это беспрецедентный акт моего личного мужества!

— Но почему вы тогда стояли там, за кордоном? — Ольга едва сдерживала иронию.

Цезарь на секунду замялся, но тут же нашелся:

— Я… сдал смену! Знаете, скольких я там положил? Ого-го! Моя рука просто устала разить врагов!

В этот миг с неба камнем спикировал крылатый Демон, похожий на стервятник. Вместо того чтобы скастовать одну из убийственных техник, Цезарь поспешно окутался мерцающим доспехом и попытался зарыться в строй рептилоидов, скрываясь за их чешуйчатыми спинами.

Ольга ехидно уточнила специально на камеру:

— Куда же вы, Ваше Величество? Демон в другой стороне.

— Мне нужно на… экстренное совещание! Дела государственной важности не ждут! — прокричал Цезарь, уже припуская в сторону ближайшего переулка так, что только полы тоги засверкали.

Ольга лишь хмыкнула. Пока рептилоиды слаженно блокировали тварь, она коротким жестом скастовала Световое копье и точным, выверенным ударом пришпилила Демона к асфальту, оборвав его визг на полуслове. Тренировки с люменом не прошли даром. Даня подобрал ей отличного наставника.

— Ваше Высочество, пора уходить, — пробасил старший рептилоид Дас. — Сейчас полезут твари покрупнее.

И они действительно полезли. Но стоило огромным теням накрыть набережную, как в воздухе материализовался Данила. С чашкой кофе в одной руке, он лениво махнул другой — и мощная псионическая волна в мгновение ока испепелила нападающих. Телепат, даже не сбавив шага, пошел дальше, меланхолично попивая крепкий напиток и скучающе глядя на далекие звезды, словно и не заметил короткой расправы.

— Снято! — выдохнула Ольга и победно улыбнулась. Свою роль пресс-секретаря мужниного рода на сегодня она выполнила отлично. А завтра она сама уже станет сенсацией как новая королева Вещих-Филиновых.

Колокола на колокольне Ивана Великого бьют так неистово, что их гул перекрывает даже далекую канонаду, доносящуюся с окраины. Я стою у алтаря, а Булграмм в расшитых одеждах священника то и дело поглаживает свой отполированный рог — кажется, тавр волнуется больше всех присутствующих.

Церемонию ведет не какой-то случайный поп, а лично Великогорыч. Рогатый воевода подошел к делу со всей серьезностью и даже умудрился получить официальный церковный сан, так что всё по чести. Только вот тяжелые ладони у рогатого тавра заметно подрагивают.

— Не волнуйся, воевода, — поддерживаю я его по мыслеречи, с трудом скрывая ухмылку.

— Такое не каждый день случается, конунг, — отзывается он, оттягивая ворот одеяния. — Вести в чертоги сразу четырех дроттнинг-королев… ответственность давит.

— Дыши глубже, Великогорыч. Дыши. Вот так, молодец, — командую я, пока тавр не берет себя в руки. Бесстрашный военачальник, прошедший сотни битв, сегодня он пасовал перед свадьбой, причем даже не своей.

И вот двери распахиваются. В ослепительном сиянии белых платьев появляются мои невесты. Ольга Валерьевна, Красивая, Айра и Гепара идут нога в ногу по широкому проходу, и моя ухмылка невольно становится шире. Мои благоверные!

Я бросаю беглый взгляд на ряды гостей. Здесь собрались самые влиятельные фигуры Земли и мироздания. Правда, Цезаря среди них не наблюдалось. После вчерашней битвы у Третьяковки и последовавшей за ней попойки правитель Рима так набрался со страху, что лыка не вязал. Пьяный Эйрик с монархами распорядился погрузить его в свой бизнес-джет, только по ошибке отправили в Ленинград — хотя такого города в нашем мире нет, но пилот поди разберется, хех.

Великогорыч в конце концов справляется с волнением. Он зачитывает на удивление мощную речь, и хотя по привычке то и дело называет меня конунгом, но и пусть, это лишь добавляет церемонии сурового шарма.

— Целуй же, конунг, своих дроттнинг! — громогласно объявляет воевода, завершая обряд.

Я целую своих жен под оглушительные крики гостей, и мы торжественной процессией переходим в банкетный зал Кремлевского дворца. Здесь нас ждет многоярусный торт — настоящий шедевр кондитерского искусства. Мы режем его все вместе, и первыми порции из рук моих новых жен получают их «старшие сестры» во главе с Лакомкой.

Я же лично подаю угощение монархам и своим вассалам, среди которых выделяются лорды-дроу и приглашенные Организаторы. Атмосфера кипит от поздравлений, пока ко мне не пробивается Эйрик.

— Консул, ты только не обольщайся, что победил, — басит винландец, прищурившись. — Я себе тоже найду красавицу-блондинку, не хуже твоей.

— Лучше уже не найдешь, король, — усмехаюсь я, подавая ему торт. — Планка поднята слишком высоко.

— А как же…? — он кивает на Гвиневру, которая стоит чуть поодаль, задумчиво разглядывая свой бокал с водой.

— Занято.

— А… — Эйрик переводит взгляд на Габриэллу, увлеченно обсуждающую что-то с принцессой Ай Чен.

— Аналогично.

— Вот же ты… захватчик! — Эйрик только качает головой, не зная, то ли смеяться, то ли возмущаться моей монополией на лучших женщин мироздания.

— Моя жена-альва как раз познакомит тебя со своими кузинами, король, — усмехаюсь я, похлопывая его по плечу. — На твоем месте я бы разыскал Лакомку прямо сейчас, пока она не сосватала их кому-то другому.

— Еще чего! Великобурый Эйрик не проиграет в гонке за невестами никому, кроме Консула! — с боевым азартом в глазах он тут же устремляется на поиски альвы.

Вслед за ним к столу вальяжно подходит Феанор. Он тянется рубиновой клешней за куском торта, на удивление обходясь без привычных выкриков о том, что его королевство затмит моё и станет самым суперпупербольшим в мироздании. Стоит мне проследить за его взглядом, замершим на родной сестре Зелы в её переплетении из кожаных ремней — традиционном облачении женщин рода Шелестари, как все вопросы отпадают сами собой.

Затем ко мне подступает Масаса. На ней привычная мантия, но на этот раз — приталенная, подчеркивающая пышную грудь.

— Новый фасон, леди? — улыбаюсь я, оценив перемены.

— Благодаря вам в Организации теперь многое меняется. Поздравляю, конунг, — магиня Тьмы отвечает мне белозубой улыбкой. — Боюсь только, с таким количеством жен вы станете совсем недосягаемы для аудиенции.

— Для визита на Лунный Диск время всегда найдется, — парирую я, протягивая ей тарелку. — Да и те яблоки мы с вами еще не все доели.

— Буду ждать, — смущенно отвечает магиня.

Наконец, сквозь толпу гостей пробивается сияющий Григорий. У батыра есть все поводы для триумфа: этим утром Царь Борис официально подписал бумаги о создании Доминиона Вещих-Филиновых, с указанием Григория Калыйра как его полномочного управителя. Подготовка транспортного портала — дело небыстрое, но игра стоит свеч: планируется наладить бесперебойные поставки мяса по всей Земле и даже открыть собственную мясную биржу. Это не просто охота, а работа слаженных групп загонщиков и масштабное разведение аномального скота. Да, другие правители постепенно осваивают земли на Той Стороне, но на тех же Островах Специй и близко нет того изобилия дичи, которым славятся Боевой материк и наши фермы там. Плюс только мои люди обладают возможностями сделать гигантский постоянный портал. А с учетом нашей отлаженной логистики, конкурентов у нас просто не может быть.

Не представляю, как Борис после вчерашнего кутежа нашел в себе силы заняться канцелярией, но факт остается фактом: Гришка теперь — один из самых влиятельных людей в Русском Царстве. А учитывая, что в Старшем жузе традиции позволяют иметь нескольких жен, он вмиг стал завидным женихом, хотя сам батыр теперь вряд ли посмотрит на кого-то, кроме своих единственных.

Следующей я подаю кусок торта обворожительной Ай Чен.

— Как жаль, что Ци-ван не дожил до этого дня, — ханьская принцесса томно вздыхает, но в уголках её губ играет хитрая улыбка. — Его бы точно «порадовало» ваше возвышение до статуса его сюзерена.

— Меня куда больше прельщает перспектива быть вашим сюзереном, Ваше Высочество, — я медленно окидываю её милое лицо и безупречную фигуру в облегающем фиолетовом платье недвусмысленным взглядом.

— Позволите в таком случае докладывать вам лично? — она чуть склоняет голову, заставляя черные как смоль волосы шелком рассыпаться по плечам.

— Несомненно, — передавая тарелку, я накрываю её тонкую ладонь своей. Я удерживаю её руку дольше, чем того требует этикет, позволяя нашим взглядам греть друг друга в этой многообещающей паузе.

Затем подходит Чилика, которую Франсиско предусмотрительно взял с собой. Мы обмениваемся парой фраз и обещаниями тесного сотрудничества по вопросам Антарктиды — в глазах чилийской принцессы тоже горит интерес, и далеко не только политический.

Ольга, заметившая эти маневры, подступает ко мне с понимающей улыбкой и кивает в сторону Ай Чен и Чилики:

— Похоже, очередь из потенциальных избранниц только растет?

— Всё возможно, — качаю головой, — но со столь официальной формализацией мы пока повременим.

Ольга принимает это как должное, как и другие новобрачные. Я никогда не скрывал, что мои приключения с женщинами не закончатся никогда. Но вот дни Демонов точно сочтены. Сначала — этот пир, а следом — окончательное решение астральной проблемы.

Тёща Алира и свояченица Ненея поздравляют нас со всей сердечностью, буквально лучась искренней радостью. Вот только Горнорудовых в зале не видно: ни Павла, ни Жанны. Уточняю по мыслеречи у Насти, где её родители, и она отвечает, что барон сослался на срочные дела и задержку. Странно, конечно, в такой-то день, но ладно.

Наконец я расправляюсь с этим бесконечным тортом. Оставив на подносе два последних куска — один для себя, а второй для главной «обиженки» вечера, — я перекладываю их на тарелки и направляюсь в сторону блондинки, которая весь вечер демонстративно стоит особняком, потягивая простую воду.

— Возьми, леди. С темным шоколадом, всё как ты любишь, — я протягиваю Гвиневре угощение.

Блондинка одаривает меня яростным, почти испепеляющим взглядом, но тарелку всё же забирает. Гордость гордостью, но никто не откажется от тортика.

— С чего бы это вдруг вы решили почтить меня своим вниманием, Ваше Величество? — Гвиневра забавно шмыгает носиком, отчаянно пытаясь сохранить ледяную мину.

— Хотел уточнить: тебе не по вкусу наше вино? И только не нужно рассказывать мне сказки про твое «положение». Ты — лучшая Целительница из всех, кого я знаю. Тебе не составит труда обернуть бокал вина на пользу и себе, и ребенку.

Гвиневра краснеет от комплимента, но тут же стервозно задирает подбородок:

— Это знак для остальных. Те, кому нужно, уже всё поняли. Мне пришлось выкручиваться и как-то обозначать свое превосходство, раз уж вы не сочли нужным дать мне даже кольцо избранницы.

— А ты бы этого хотела? — я насмешливо приподнимаю бровь.

— Неужели теперь моё мнение имеет значение? В лаборатории ты меня не спрашивал! — рычит она, после чего разворачивается и гордо уходит, эффектно виляя бедрами.

Я лишь провожаю её взглядом, и моя усмешка становится шире. Сложная блондинка попалась, с характером. Ничего, хоть времени у меня осталось не так много, я успею её приручить.

Я как-то само собой оказываюсь в компании Гриши, Светки и Лены. Жена Гришки, бывшая княжна Лопухина, упорхнула общаться с моей Машей — старые подруги, бывшие княжны, всё-таки общее прошлое связывает.

Светка картинно вздыхает, обводя зал скучающим взглядом:

— Когда ты сама не у алтаря, как-то не так весело. Гришка, а давай спарринг прямо здесь? Растрясем жирок.

— Отстань, Свет, — хмыкает батыр, поправляя праздничный смокинг. — Я тебя и пальцем не трону, иначе меня Даня на атомы распылит за синяк на теле любимой жены.

— Просто продуть боишься, — с понимающим видом кивает бывшая Соколова.

И она не так уж далека от истины — потенциал сильнейшего боевика в ней бурлит так, что даже у опытных гвардейцев мурашки по коже.

— А почему Ледзора не видно? — Лена обращается к подошедшей Кострице.

— Он на задании, — огненная Мастер переводит на меня лукавый взгляд. Я же в этот момент абсолютно невозмутимо уминаю свой кусок торта.

— Ауста, кстати, тоже нет, — подмечает Светка. — Но этот наверняка где-то с Алкменой уединился.

Тут она права: Аусту и Алкмене я выдал общее «боевое» задание, которое не подразумевает скуку.

Я слушаю болтовню жен и гостей, веселюсь, ухмыляюсь и послушно целуюсь под бесконечные крики «Горько!». Но большая часть моего мозга в это время занята другим — я интенсивно усваиваю «подарок» Дымоголового. Бесконечные пласты знаний и древних техник медленно, но верно прошивают мое сознание, превращаясь из законсервированной чужой памяти частью моей собственной. Банк памяти пополняется.

Посреди самого разгара празднества в голове раздается голос Дятла. Он сейчас на внешнем периметре усадьбы Филиновых, на самой линии фронта.

— Шеф, всё как ты и предсказывал. Астральный прорыв окончательно вышел из берегов. Твари прут валом, их там тысячи — настоящая живая волна. Основную массу мы перемалываем с помощью Живых доспехов и артиллерии, но плотность запредельная.

— Кто-то прорвался за периметр? — уточняю я спокойно.

— Так точно. Несколько мелких групп и одна стая особо сильных тварей. Идут на форсаже прямиком на Кремль.

— Не задерживайте их, — даю я отмашку и тут же переключаюсь на канал своей личной гвардии. — Студень, Рюса, Рома — готовьтесь встречать незваных, но ожидаемых гостей. И предупредите кремлевскую охрану, чтобы не вздумали геройствовать.

Судя по сигнатурам, пересланным от гвардейских сканеров, к нам пожаловали Лорды-Демоны, а значит, пора позаботиться о безопасности приглашенных. Я неспешно отхожу к оркестру, поднимаюсь на платформу и жестом прошу музыкантов не прекращать игру. Хорошо же играют, а телепату незачем кричать, чтобы его услышали.

Затем, транслируя голос через ментальный канал прямо в сознание каждого гостя, произношу:

— Дорогие друзья, внимание. Сейчас в Кремль прибудет главный аттракцион вечера — Демоны.

В зале мгновенно воцаряется тишина, сотни глаз устремляются на меня.

— Убедительная просьба: оставайтесь в зале. Но если у кого-то из вас возникнет непреодолимое желание поучаствовать в веселой рубке астралососов — милости прошу на выход! Остальным же волноваться не о чем. Вы в полной безопасности.

Я киваю на вход: в зал слаженной шеренгой входят Живые доспехи — резерв, отправленный Студнем согласно моему плану. Они замирают вдоль стен и окон живым стальным щитом, накрывшись световыми куполами.

Я спускаюсь с платформы, и ко мне тут же стягиваются мои благоверные. Вслед за ними подтягиваются вассалы, аристократы, монархи. Тёща Алира идет рядом, сосредоточенная и суровая. Даже Гвиневра не выдержала: хоть она и делает вид, что ей всё равно, старательно отворачивая лицо, но идет следом. Лакомка с азартным блеском в глазах берет меня под руку, и мы всей нашей делегацией выходим на Соборную площадь.

Площадь пуста, но небо над ней кипит: Живые доспехи, рептилоиды и херувимы плотно закрыли купол. Гвардия оккупировала все крыши и зубцы стен. Демонам не оставили выбора — им позволили «приземлиться» только на саму площадь, где сопротивление казалось минимальным.

Я произвожу последние приготовления: активирую Расширение сознания, но на этот раз вывожу его вовне. Прямо перед нами материализуется идеальный черный шар — сгусток тьмы, в котором заключено моё личное ментальное измерение.

— Что это, Консул? — Царь Борис подается вперед, заинтригованный невиданным зрелищем.

— Секрет рода, дядя, — холодным тоном отсекает Оля.

— Ой, простите, Ваше Величество, — тут же примирительно поднимает руки Борис, признавая авторитет племянницы.

Мои жены обмениваются довольными улыбками, особенно Лакомка — Оля молодец, четко обозначила границы. Я же поворачиваюсь к Гепаре:

— Жена, закинь его на второй уровень.

Моя гепардоухая благоверная, чья грация не скрыта даже пышным белым платьем, послушно подхватывает сферу и мощным импульсом забрасывает Расширение прямиком на второй уровень Астрала. Я прислушиваюсь к ощущениям: силы утекают ощутимо, но вполне терпимо. Зато теперь между мной и глубинами Астрала создан идеальный буфер — моё собственное пространство.

А вот и Демоны!

И вот свора чертей приземляется прямо напротив нас. Моя компания к встрече готова: кто-то уже накинул звериные шкуры, кто-то облачился в стихийный доспех. Змейка привычно нанизала на пальцы Осколки Красного Меча — опасные искры азарта в её глазах сулили гостям скорую расправу.

Алира в облике ирбиса глухо, по-тигриному взрыкивает на одного Лорда–Демон.

— Ты⁈ — моя теща застывает в изумлении.

Признаться, лично я очень рад. Конечно, я ждал серьезных противников, но ко мне пожаловали редкие экземпляры. И речь даже не о тридцати Лордах-Демонов, каждый из которых тянет на уровень Грандмастера, а о двоих лидерах. Первый — Странник в теле мутировавшего зеленого ракхаса, а второй — Демон в иссиня-черной эбонитовой броне с длиннющими рогами. Как раз с него Алира и не сводит взгляда.

— Мефистофель, как понимаю? — небрежно бросаю я, единственный не накинув доспех или оборотническую шкуру.

— Откуда ты знаешь меня, телепат? — рявкает эбонитовый гигант.

— Да так, слышал кое-что. А ещё я знаю, что именно ты создал тот вирус, который мучил альвов, пока я их не вылечил, — заявляю я, лениво разглядывая свои ногти.

— Что⁈ Это правда⁈ — шерсть на загривке Алиры встает дыбом, а её рык переходит в рев. — Значит, когда мы встречались, ты просто использовал меня⁈

Картина маслом. Ещё до того, как альвы попали в рабство к гомункулам, у моей тёщи был бурный роман с этим рогатым «джентльменом». Понятия не имею, как им не мешал его эбонитовый панцирь, но факт остается фактом: плод его трудов — вирус — едва не стер её народ с лица земли.

— Теперь я заберу её с собой, — гремит Мефистофель, и воздух вокруг него начинает вибрировать от чистой злобы. — И никакой гребаный телепат меня не остановит. Его голова достанется Горе!

— Ну, с этим персонажем всё ясно, — я скучающе перевожу взгляд на Странника. — А ты чем порадуешь?

Зеленый ракхас скалится, его голос звучит натянуто:

— Филинов, не делай вид, что тебе весело. Я же вижу — ты напуган до чертиков.

Светка, стоявшая рядом, не выдержала и звонко расхохоталась:

— Боже, как же это смешно!

Я усмехаюсь, разделяя веселье жены, и смотрю Страннику прямо в глаза:

— Думаешь, ты застал меня врасплох? — я выразительно обвожу взглядом гвардию в небе, на крышах и заполнивших пространство за площадью бойцов. — Я специально выманивал тебя из логова. Мне нужно было убрать тебя с дороги прежде, чем я выдвинусь к усадьбе.

Странник выглядит безумным. Его глаза лихорадочно блестят, а в руках материализовывается ветвь Светового Дерева, источающая ослепительное, режущее глаза сияние.

Хм, значит, этот пройдоха сумел достать ветку до того, как Ломтик наложил магический барьер на Световое Дерево.

— Ты блефуешь, Филинов! — хрипит он, брызжа слюной. — Ты ни за что не сунешься в усадьбу сам! Ты увяз в этом празднике, запутался в этих юбках! — он яростно тычет пальцем в сторону моих новобрачных жен в ослепительно белых платьях. — Ты и раньше до судорог боялся идти в усадьбу, и боишься до сих пор!

Он вскидывает ветку над головой, и воздух вокруг начинает буквально трещать от избытка магсинтеза. Свет первородной энергии освещает Кремль.

— Но я тебя дотащу туда волоком! Твои жёны сдохнут прямо здесь, если ты сию же секунду не бросишь всё и не пойдёшь со мной в усадьбу! — гремит Странник, и его голос срывается на визг. — Я сожгу здесь всё к чертям магсинтезом!

Я смотрю на него с искренним безразличием, как на приговорённого смертника.

— Только разве что вместе с собой, — роняю я. — Ты так и не научился тонко манипулировать силой Светового дерева. Ты просто обезьяна с гранатой.

Мефистофель тут же напрягся — перспектива превратиться в кучку пепла явно не входила в его планы по возвращению былого величия.

— Мы сгорим и вернёмся в Астрал к Горе, — с фанатичным спокойствием парирует Странник. — А потом он снова вернёт нас в этот мир через Прорыв.

— Видимо, в прошлую нашу встречу я вытряс из тебя слишком много памяти, — хмыкаю я. — Если ты сейчас высвободишь магсинтез в таком объеме, ты не просто взорвёшь площадь. Ты заплатишь своей сутью. Никуда ты не «вернёшься», болван. Магсинтез такой плотности выжигает саму структуру сознания без остатка.

Я краем глаза замечаю, как побледнели Лорды-Демоны за его спиной. Они начали переглядываться, осознав, в какую суицидальную ловушку их затащил поглупевший хозяин. Даже зеленая морда Странника приобрела мертвенно-серый оттенок. Он действительно не знал, что магсинтез грохнет его с концами. А теперь с ужасом смотрит на активированную ветвь в руках. Вот же неуч! Я не стал давать ему время на раздумья.

— Мочите этих клоунов, — бросаю я своим по мыслеречи.

Эйрик на секунду замешкался, его пальцы до белизны сжали топорище:

— Слушай, Консул, он точно не успеет подорвать эту штуку? Судя по всему, она чертовски взрывоопасная. Мы не взлетим на воздух?

— Да этот кретин не хочет подрываться, — отрезаю я. — И взгляни на Демонов: они сейчас сами подставятся под ваши клинки. Они напуганы до колик тем, что Странник их аннигилирует, и мечтают поскорее принять обычную смерть, чтобы спокойно возродиться в Астрале. Если же их поглотит вспышка магсинтеза, они исчезнут навсегда.

— Мазака! — Змейку просить дважды не пришлось. Она буквально выстрелила из брусчатки и ударила ближайшего Лорда-Демона точно меж глаз. Самое смешное, что тот в последний момент намеренно опустил блок и принял удар с облегченной лыбой на морде.

— Бьем гадов! — Светка швыряет гигантский файербол в одного, но другой Демон, отпихивая товарища, прыгает под огонь с криком: «Это мой!» — и сгорает с радостным воплем.

Маша и Камила бьют заклинаниями в отпихнутого астралососа, и тот специально надувается как пузырь, чтобы принять на себя весь урон и развоплотиться.

— Ура! В Астрал! — доносится его ликующий вопль.

— Суицидники какие-то, — опешила Лена, опуская руку с мечом.

— Я убила Лорда-Демона, даже не вспотев, — кивает Айра, наблюдая, как её теневой клинок торчит в груди очередного астралососа.

Странник в ярости сжимает ветвь и орет:

— Что вы творите, болваны! Я не собираюсь её активировать!

— Нам всё равно хана, — Мефистофель мрачно оглядывает ряды Живых доспехов и кольцо моей гвардии. — Уж лучше сдохнуть на своих условиях. Он переводит тяжелый взгляд на Алиру: — Я всё равно заберу тебя с собой!

— Ррр! — Алира в облике ирбиса срывается в прыжке, но Мефистофель только этого и ждет, уже заготовив встречный удар когтями. Я мгновенно использую Пустоту, перехватываю тещу в воздухе и аккуратно ставлю её на все четыре лапы подальше от врага.

— Зять? — она недоуменно оборачивается на меня.

Я лишь подмигиваю ей, пока Мефистофеля со спины уже вовсю шинкуют Красивая, Змейка и Лакомка. Огромная спина демонюги принимает на себя все удары их когтей.

Я бросаю короткий взгляд на Гвиневру. Она уже вовсю лечит раненых вассалов — хоть Демоны и подставлялись, пара мощных рикошетов всё же зацепила наших.

Я, по-прежнему в одном лишь свадебном костюме, окутанный невидимым маревом Пустоты, подхожу к лидеру астралососов.

— А вот тебя, Странник, я не просто убью. Я тебя развоплощу. Лично.

Ужас в его глазах становится почти осязаемым. Осознав, что я намерен сделать с его сутью, Странник в панике дергается. Отбросив ветвь, он бросается к Змейке, надеясь спровоцировать её на смертельный удар когтями, но она лишь презрительно фыркает и мощным пинком в грудь отшвыривает его обратно в центр площади. Он мечется, как загнанная крыса. Я уже собираюсь схватить его за шкирку, но тут вмешивается случай.

Лена как раз выпускает стальной град, целясь в очередного Демона. Странник, окончательно потерявший рассудок от страха, буквально прыгает под этот снаряд, надеясь на быструю смерть. Сталь в мгновение превращает его тело в бесформенное месиво.

— Всё… я победил… — хрипит он, оседая на камни куском фарша. — Отправлюсь к Горе… Мы ещё увидимся, Филинов… ты не избавился от меня…

Я лишь качаю головой, глядя на его агонию:

— Наивный.

Даю команду Гепаре по мыслеречи:

«Давай, жена!».

— Сейчас, Даня! — моя гепардоухая благоверная кивает и опускает на площадь мое Расширение сознания, которое я предусмотрительно вывел на второй уровень Астрала. Созданный буфер сработала как безупречная ловушка: вместо того чтобы уйти в глубины Океана Душ к своему жирдяю-господину, сознания убитых врагов затянулись прямиком в мой «черный шар».

Сфера зловеще нависает над площадью, пульсируя. Я делаю шаг внутрь и мгновенно оказываюсь в собственном Бастионе. Все Лорды-Демоны во главе со Странником, ослабевшие и дезориентированные после гибели физических тел, теперь заперты здесь. Увидев меня в моем личном измерении, где я — абсолютный бог, они замирают с выражением запредельного ужаса на призрачных мордах. Не зря боятся — теперь у меня появился отличный расходный материал для своего роста.

Я хищно усмехаюсь:

— Добро пожаловать, лорды. Я подарю вам посмертие, которого вы по-настоящему заслуживаете.