Газлайтер. Том 41. ФИНАЛ

Глава 18

Мужчина с явным неудовольствием откидывается на спинку кресла и сверлит меня тяжелым, пронизывающим взглядом:

— Вот же молодежь пошла. Дерзости через край. Что еще ты можешь сказать мне, внук?

— Сесть не предложишь для начала, деда? — усмехаюсь я. Этот разговор меня забавляет.

Михаил хмурится, но поворчать ему дальше не дает Лакомка. Обратившись из опасного зверя в блондинку мечты, она весело берет меня под руку, демонстративно прижимаясь всем телом:

— Мелиндо, познакомишь нас со своим дедушкой?

— Конечно, дорогая, — я приобнимаю главную жену и небрежно указываю на хозяина кабинета. — Михаил Михайлович Филинов. Глава рода Филиновых, последний одержимый Королем Теней.

— Всё-то ты знаешь, внучок… — Михаил буквально кипит от злости.

Ему явно не по нраву, что я сначала представляю его жёнам, а не наоборот. Ну уж извини, деда. Мы теперь королевский род, а ты — предатель Отчизны и человечества. Иерархия сменилась.

— Дед Миша, а это — Их Высочества, королевы Багровых Земель и мои благоверные.

Я по очереди представляю девушек, оставив Гвиневру «на десерт». С блондинкой мы формальную церемонию — с колоколами и рогатым воеводой у алтаря — ещё не праздновали, но всё впереди. Целительница самодовольно улыбается. Она явно уверена: я всё равно закачу грандиозный праздник. Просто чтобы похвастаться перед всем миром, какую невероятную красотку отхватил.

В принципе, да, я жадный. Своё нужно сначала гордо продемонстрировать, чтобы все знали, кому эта красота принадлежит, а уж потом бить по рукам, если кто рискнёт потянуться.

— И Мать выводка, Змейка, — заканчиваю.

Михаил скрепя сердце кивает на свободную мебель:

— Садитесь уже, а то стоите как неприкаянные.

Благоверные чинно рассаживаются по диванам, а Змейка сразу оккупирует кресло-качалку у окна. Надо отдать должное моим девочкам — ни Светка, ни Красивая не сбросили боевую форму. Рано расслабляться. Да и Лакомка незаметно активировала защитный артефакт на поясе.

Я сажусь на стул прямо напротив деда. Повисает тишина.

Я с интересом разглядываю пейзаж за окном: изумрудная лужайка, фигурно подстриженные кусты, идеальное небо. «Расширение» деда Миши — это родовое гнездо в самом его расцвете. Он попытался запечатлеть тот момент, когда еще не продался астралососу и не потерял всё.

Интересно, он правда обезумел и верит, что всё еще глава рода, или просто в отчаянии хватается за утраченное прошлое?

— Знаешь, я бы, пожалуй, гордился тобой, внук. Если бы не твое ослиное упрямство.

Михаил задумчиво оглаживает густую бороду. Я молчу, изображая внимание. Будто мне и правда важно его одобрение, а не просто интересно, к чему клонит старый манипулятор.

— Ты мог бы спасти миллионы обреченных душ в Астрале, — продолжает он мягко. — Договориться с Горой. Выторговать «прекрасное бессмертие» для его миллиардов пленников.

— А цена? — уточняю спокойно. — Самому стать одержимым сосудом для Короля Теней? Пойти по твоим стопам?

— Я знаю, ты не эгоист, — голос Михаила теплеет, становится отцовским. — Слухи о твоих делах доходили даже до меня. Ты заботишься о своих подданных, ты добр, как истинный Филинов. Но этого мало. Гора правит настоящим адом, и, лишь склонившись перед ним, ты смог бы спасти всех. Ты стал бы величайшим героем в истории.

— Всё с ног на голову перевернул, старый коршун, — глухо рычит Красивая. Гепара тут же кладет ладонь ей на тигриную шею, успокаивающе поглаживая.

Михаил даже ухом не ведет на реплику моей жены. А я делаю выводы. Дед Филинов не сошел с ума. Он прекрасно отдает себе отчет в происходящем, понимает, что он — лишь мертвый слепок сознания в «Расширении». Понятно. Классическая подмена понятий. Пытается загазлайтить меня: убедить, что я не спасал мироздание всё это время, а просто был слишком гордым, чтобы договориться с Демонами. Ха.

Он забыл одну маленькую деталь: я тоже — газлайтер.

— Эх, какая жалость, деда… — я картинно вздыхаю, разводя руками. — Твой совет немного опоздал. Я уже развоплотил Короля Теней. Пустил на корм собственным теням, да сжег остатки. Так что Гора своего питомца больше не получит. Никогда.

— Да-да, всё так, — поддакивает Света, и её голос глухо звучит из-под опущенного стихийного забрала. — Нет больше вашего бабайки.

— Пор-р-рвали, — мурлычет Змейка, лениво раскачиваясь в кресле-качалке у окна.

— Это не беда, — равнодушно пожимает плечами Михаил. — Король Теней был расходным материалом. Он был нужен лишь как идеальный проводник. Он должен был захватить твоё тело и стать мостом для материализации Горы в реальности. Но произошла одна случайность. Зато благодаря ей нам больше не нужен посредник. Нам нужен только ты, внук.

— Потому что… — я делаю паузу, предлагая ему закончить мысль.

Михаил подается вперед:

— Потому что ты — полубог Астрал. Вернее, его последнее перерождение. Весь этот Океан Душ, который мы считаем нашим посмертием, — всего лишь твоё «Расширение сознания». То, что ты создал, когда был богом, в начале времен. Демоны, мертвые души, Астральные боги — все они просто квартиранты, заселившие твою фантазию. Весь Океан Душ — это продукт твоего сознания.

В кабинете повисает звенящая тишина. Жёны застывают, переглядываясь с нескрываемым шоком.

— Мелиндо? — потрясённо шепчет Лакомка.

— Вот как… — я медленно киваю, складывая пазл. — Значит, Король Безумцев не бредил, когда называл меня Астралом. И мой сын, Провидец, видел то же самое. Вот почему Гора пытался убить Славика, подослав брата Троегласа в Багровый дворец. Жирдяй боялся не ребенка. Он боялся, что Славик откроет мне правду. Что я — Астрал.

— Гора немного поспешил… — морщится Михаил, пытаясь оправдать своего хозяина.

— Поспешил⁈ — взрывается Света. Пламя вспыхивает в её глазах, и температура в комнате резко скачет вверх. — Эта жирная паскуда пыталась убить моего сыночка!

— Светочка, успокойся, — Гвиневра тут же оказывается рядом, мягко перехватывая руку блондинки и гася её вспышку своей аурой. — Доверься Дане.

Михаил же демонстративно игнорирует «истерику женщины» и продолжает сверлить меня взглядом:

— Но ведь и ты мог бы просто поговорить с Горой, внук. А не лезть на рожон и не устраивать бессмысленную войну. Ты сам спровоцировал конфликт.

— Что дальше, деда? — я смотрю Михаилу прямо в глаза, не отводя взгляда. — Гора хочет, чтобы я его материализовал? Губа не дура. Только пусть он катится к черту. Этому жирдяю от меня не скрыться даже в самых глубоких норах Астрала. Он пытался убить моего сына, да и вообще достал меня порядочно. Я развоплощу его так же, как всех его Лордов-Демонов.

— Как жаль, что ты не умеешь слушать, внук, — Михаил разочарованно сужает глаза. — Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. Да, Гора не может войти в реальность без твоей помощи. Но он открыл Астральный Прорыв прямо под боком Москвы, если ты не заметил. Откажешься от сделки — и он материализует свои легионы. Это не проблема. Гора лишь себя не может материализовать из-за своей гигантской мощи. Вся эта армада затопит Русское Царство, а потом и остальные страны. Ты этого хочешь, Данила? Крови миллиардов?

Я хмыкаю. Угроза изначально была очевидна. Потому я собственно и пошел в усадьбу.

— Не хочу, конечно, дедушка, — отвечаю честно.

— Значит, ты согласен? — Филинов прищуривается, ища подвох.

— Я согласен стать мостом, — киваю.

Бросаю быстрый взгляд на притихших жен. Ни страха, ни сомнений. Они молча поддерживают любое мое решение, готовые хоть в пекло, хоть на бал. Приятно знать, что я в них не ошибся.

Михаил смотрит на меня с подозрением, но, видимо, не видит иного выхода, кроме как поверить.

— Тогда действуй, Данила. Ты ведь припас энергию убитых одержимых из уничтоженных боевых колоний. И не надо на меня так смотреть — Гора прекрасно знает, что для сноса колоний не требовалась вся эта мощь. У тебя есть запасы. Используй их.

— А вы с Горой неплохо спелись, дедуль, — замечаю я с кривой усмешкой. — Один считает чужую энергию, другой шантажирует внука.

Михаил равнодушно пожимает плечами, откидываясь в кресле:

— Я умею заключать выгодные сделки. Жаль, что ты не воспитывался у меня. Я бы вырастил из тебя настоящего Филинова, внук.

Я только молча качаю головой. Мои перепончатые пальцы, не дай Астрал…то есть не дай я! Хм, в общем, мне чертовски повезло, что эта чаша меня миновала.

Поднимаюсь и с хрустом разминаю шею, готовясь к небывалому «колдунству». Такого я еще не делал, но память Дымоголового мне в помощь.

Дед прав. Энергия убитых одержимых действительно припасена — она ждет своего часа в свинцовых колодцах со вставками мидасия, которые отлил Гумалин. Я не просто черпаю оттуда силу, а создаю тонкий, но прочный канал прямой подпитки: стоит моему источнику просесть хоть на йоту, как резервуар тут же восполнит потерю. Бесконечный мана-реген. Процедура адски утомительная, требующая идеальной концентрации, да и в реальном бою такой канал сбивается от любого чиха. Но сейчас, в тепличных условиях, — то, что нужно.

Опираясь на этот колоссальный ресурс, я начинаю плести структуру того самого «моста».

— Давай, внук, — подбадривает Михаил, сцепив пальцы обеих ладоней в замок на столе. Глаза его горят предвкушением. — Я знал, что ты одумаешься.

— А как же по-другому, деда? — усмехаюсь.

И вместо того, чтобы кинуть мост наружу в Астральный Прорыв над домом, я формирую перед собой чёрный, абсолютно поглощающий свет шар — моё собственное Расширение.

— Что⁈ — Михаил вскакивает, опрокидывая кресло. — Это еще зачем⁈

— Вот затем.

Я с щелчком замыкаю «мост» на эту сферу. Черный шар жадно пульсирует, принимая канал.

— Нет! Не сюда веди! Не смей!

Михаил, обогнув стол, рвется ко мне, но путь ему тут же преграждают Красивая и Света. Змейка бесшумно вытекает из тени на стене прямо за его спиной, приставляя острейший коготь к дряблой глотке. Лакомка, мгновенно перекинувшись в ирбиса, встает на защиту Гепары.

— Дед, ты выжил из ума, — бросает Света, формируя в руке гудящий огненный клинок. — Но Даня приберется за тобой.

Глаза Михаила вспыхивают яростным псионическим светом. Стены кабинета шатаются, за окном собираются тучи и гремит гром.

— Внук! Думаешь, твои бабы удержат меня⁈ — ревет он. — Мы в моем Расширении! Здесь я бог! Да я вас всех одной левой…

Я смотрю на него в упор. Мои глаза тоже заливает псионикой, клыки удлиняются.

— А попробуй, деда. Я — Высший Грандмастер. Ты и сам это прекрасно знаешь. Король Теней тоже думал, что уделает меня на своей территории. Хочешь повторить его судьбу?

Михаил застывает и теряется. Псионика в его глазах гаснет.

Так я и думал. Он столько лет сидел безвылазно в этой гниющей усадьбе, ослабленный, потерявший весь свой Рой. И только недавний Астральный Прорыв дал ему крохи сил для поддержания Расширения.

Я намного сильнее его. Мне даже не нужно гадать, почему он продался Горе. Сначала — Королю Теней ради власти, а потеряв всё, включая жизнь и род, стал легкой добычей для Астрального Бога. Запугать и купить отчаявшегося телепата, уже раз попавшегося на крючок Демону, ничего не стоило.

— Ты должен слушаться меня! Я приказываю! — рычит Михаил в отчаянии. — Я — глава рода, а ты — Филинов!

— Вещий-Филинов, попрошу, — небрежно бросаю.

И тут же мысленно даю команду Ломтику: «Тащи сюда посылку с Темискиры!»

Пространство кабинета разрывает ослепительная вспышка. С гулким стуком на паркет приземляется сияющее Световое Дерево. Корни царапают покрытие пола, ветви упираются в потолок.

— Прямо из Женского дворца? — удивленно округляет тигриные глаза Красивая.

— Оно здесь недолго простоит, — я быстро подхожу к стволу, кладя на него ладонь. — Мне нужно только «топливо».

В груди пробуждается Чакра Древнего Кузнеца.

Предстоит обуздать необузданное. Именно поэтому, кстати, я и не развеиваю деда Мишу. Мы находимся внутри его Расширения, и оно послужит отличным буфером, если что-то пойдет не так. Не хочу, чтобы нестабильный магсинтез разнес Москву и половину континента в придачу.

Чакра жадно впитывает чистый магсинтез Дерева, и я начинаю его преобразование. Не знаю, какой я там «полубог Астрал», божественной крови во мне сейчас нет, только его подсознание. Но у меня есть инструмент — подарок Кузнеца, полубога-алхимика. И вот его я использую на полную катушку.

Преобразованный поток энергии я направляю прямо в черную сферу через «мост».

Шар реагирует мгновенно. Он начинает раздуваться, заполняя собой кабинет. Жёнам приходится вжаться в стены, чтобы их не задело оболочкой и не поглотило внутрь.

— Гепара, ты готова? — оборачиваюсь я к жене.

Гепардоухая крошка подходит и берет меня за руку. Я вливаю в неё энергию, и мы действуем синхронно. Она, как проводник, помогает закинуть сферу — на второй уровень Астрала, на третий, четвертый… на самую глубину.

В самом шаре нет моих легионеров — они со мной. Там только пустота.

Стоя здесь, на полированном паркете, я ощущаю, как сфера уже в Астрале разбухает до размеров небоскреба, потом — города… И это не предел. Я продолжаю лить в неё через мост преобразованный магсинтез, выжимая Дерево досуха. Черный шар раздвигает сам Океан Душ, отодвигая старую структуру в сторону, как ненужную ширму.

— Что ты творишь⁈ — в ужасе орет Михаил.

— Ломтик, возвращай! — командую я.

Световое Дерево исчезает, возвращаясь в Темискиру. Оно продолжает истощаться уже там, пока не засохнет. Диана, конечно, может обидеться на такое «варварское использование» её святыни, но я потратил энергию на благое дело.

Главное сделано: связь налажена. Сфера моего Расширения, уже размером с галактику (образно говоря), встала на место, заблокировав собой старый Астрал.

— Я создаю Астрал-2, — произношу я, пробуя название на вкус. — Или лучше — «Новый Астрал»? Как считаете?

Я смотрю на своих благоверных. Девушки задумываются. На гладком лобике Гепары появляется умилительная морщинка.

— А что он делает? — спрашивает Гвиневра. — Тоже содержит души и копит Демонов?

— Нет. Это — чистый транзит, — объясняю я, проверяя стабильность конструкции. — Он лишь перегоняет души. Смерть — и сразу новое перерождение, без задержек в накопителе.

Мост расширяется, окончательно закрепляя результат. Старый Астрал с его Богами и Демонами теперь отодвинут на задворки. Все умершие сознания отныне будут попадать в эту новую прослойку и рандомно отправляться обратно, в тела новорожденных.

Конечно, механика сырая, совсем не идеальная. Поначалу будут сбои, баги, может, кто-то родится с памятью прошлой жизни или еще какие огрехи выявятся… Но в целом система должна работать. А главное — старый Астрал потеряет прямую связь с реальностью. Астральные боги, оставшиеся в старом Океане Душ, больше не смогут посылать пешек в наш мир.

— «Астрал-2»… — задумчиво тянет Гепара. — Звучит неплохо. Технологично.

— Мелиндо, но почему ты… то есть сам полубог Астрал не применил такой подход раньше? — удивлённо спрашивает Лакомка.

— Если верить памяти Дымоголового, Астрал слишком любил своих братьев и сестёр-полубогов, — отвечаю я, чувствуя, как ноги слегка подгибаются от колоссального напряжения. — Он хотел, чтобы они жили вечно. Но благими намерениями… В итоге Океан Душ превратился в гигантскую свалку. Умершие боги обросли астральными отходами, мутировали и стали Демонами. Астрал хотел создать вечный рай, а создал гниющую помойку.

Я делаю глубокий вдох, восстанавливая равновесие после масштабного перенаправления энергии.

— Чёртов мальчишка… — обречённо выдыхает Михаил. — Думаешь, это остановит Астральных Богов? Наивный! Гора будет мучить меня веками за твою упёртость.

— С чего ради ты решил, что достанешься Горе, дедушка? — искренне удивляюсь я, разминая пальцы. — Филиновы своих не бросают. Даже таких ворчливых, как ты.

— Что?.. — он вскидывает голову, но поздно.

Я обрушиваю на него пси-ливень, мгновенно прибивая к полу. Михаил пытается сопротивляться, задействуя остатки власти над своим Расширением. Крыша кабинета с грохотом срывается в небо, открывая вид на холодные, чужие звёзды, стены идут трещинами, реальность дрожит…

Но я быстрее.

Мои ментальные цепи оплетают его сознание коконом, сжимая и изолируя от внешнего мира. Рывок — и я затягиваю его суть прямо в Жартсерк на своём браслете. Благо после повышения Шельмы там как раз освободилось местечко.

Расширение Михаила схлопывается мгновенно. Роскошный кабинет рассыпается прахом, и мы оказываемся в реальности: пыльная, заброшенная комната с выбитыми окнами, сквозь которые тянет сыростью. Хорошо хоть крыша на месте.

— Я так и не поняла… Всё закончилось, Даня? — голос Светки возбужденный, она озирается по сторонам.

— Нет, Светочка. Ещё остался Гора, — тихо замечает Лакомка. И альва права.

Да и, кроме того, телепат не может существовать, когда его Расширение оторвано от него. Моё-то теперь стало Астралом-2 и ушло в глубокие слои бытия. Тут нужно еще покумекать.

— Гора — это моя забота, — я поворачиваюсь к Змейке, которая замерла в углу. — Пора, Мать выводка, получить четверочку.

— Мазака⁈ — в ужасе выдыхает хищница. Её зрачки сужаются в иголки. — Нет… нет-нет, Мазака! Не прррроси!

Она в панике пытается нырнуть в стену, сбежать. Но я перехватываю её ментальным лассо. Это единственный раз, когда я применяю прямое внушение против своих близких. Жестко, но необходимо.

Как только она замирает, я тут же отпускаю хватку и говорю уже мягче:

— Мать выводка, не капризничай. Помнишь, что я говорил? Всё это — лишь часть пути. Мне нужно пройти дальше.

— Боги! — ахает Гвиневра, прижимая ладони к губам. — Неужели ты… Даня, я могу вылечить тебя после ранения!

— Лечить нельзя, — я качаю головой. — Иначе ничего не сработает. Мне нужно именно в Астрал.

— Но ты же создал Астрал-2 и перекрыл им старый Океан Душ! — вмешивается Гепара, хмуря лоб. — Как ты попадешь в старый, если мосты сожжены?

— Клятва Троегласа, — усмехаюсь я. — Помните трех братьев-уродцев? Я взял в Легион члена ордена Троегласа, погрузив его в анабиоз, а их клятва обязывает душу после смерти возвращаться к хозяину — к Горе. Это мой билет.

Я снова смотрю на хищницу:

— Итак, Мать Выводка?

— Мазака… — по её щекам, покрытым чешуей, текут слёзы. Змейка подходит на дрожащих ногах и нерешительно поднимает руку с бритвенно-острыми медными когтями.

— Мы будем ждать тебя, мелиндо, — у Лакомки лицо становится грустное, а Светка, сбросившая огненный доспех, уже не скрывает слез.

Красивая молча превращается в девушку и бросается ко мне, впиваясь в губы страстным, отчаянным поцелуем.

— Я — амазонка, помнишь? — шепчет она, отрываясь.

— С тобой «можно всегда и везде», — повторяю ее слова, стирая слезу с её щеки.

Следующей меня целует Лакомка — нежно, как в первый раз. Затем Гвиневра — с надеждой. Гепара — с преданностью. Светка — с горячей любовью. В комнату влетает запыхавшаяся Настя, видимо, услышав ментальный зов бывшей Соколовой, и тоже припадает к моим губам, всхлипывая.

В дверях застывает бледная Жанна, прижимая руки к груди, но я не смотрю на неё. Сейчас не до тёщи.

Я киваю Змейке. Она приближается, не смея ослушаться своего мазаки. Закрывает глаза, чтобы не видеть того, что делает, и…

Резкий удар. Медные когти входят в моё сердце. Глубоко, по самые костяшки.

Я предварительно отключил регенерацию и приказал своим целительным легионерам не вмешиваться. Сознание угасает рывками. Но перед тем, как окончательно уйти в Астрал, я становлюсь свидетелем чуда.

Змейка преображается. Её змеи-волосы сплетаются в тяжелые черные пряди, чешуя тает, превращаясь в бархатистую кожу. И вот я ощущаю на своих губах последний поцелуй — не хищницы, а прекрасной, заплаканной девушки.

— Мазака… Даня…

Напоследок, усилием воли, я развоплощаю своё тело. Не хочу, чтобы жёны видели мой труп. Да и всё моё наследие привязано к сознанию: Легион, Чакра, Пустота, Банк памяти, матрица Высшего Грандмастера — всё это я забираю с собой. Прихватываю и деда Мишу из Жартсерка, правда, в спрессованном виде как ментальный кусок, да и ладно. В последнюю секунду кидаю еще один «крюк» к Световому Дереву. Рывок — и финальная гигантская порция магсинтеза вливается в матрицу моего сознания, цементируя её перед переходом.

Тьма смыкается.

Моё сознание, подхваченное зовом Клятвы Троегласа, стрелой летит сквозь реальности. В самый низ. В старый Астрал.

Уже на глубоких уровнях я натягиваю поводок Клятвы, замедляя свое падение. Раз уж я оказался в «старом» Астрале, грех уходить, не закончив дела. Здесь время течет иначе, растягиваясь в вечность, так что я успею всё.

Я не могу бросить миллиарды душ, что веками мучаются здесь. Мой Легион разворачивается, и мы начинаем жатву. Я безжалостно развоплощаю Демонов, которые навсегда потеряли человечность. Разбитые стаи Демонов неплохо и сами между собой грызутся.

Правда, тут приходит и новое открытие: от долгого пребывания в Океане Душ мое подсознание пробуждается. Я осознаю себя как полубога Астрала.

Ощущается это как дополнение. Я — это не Астрал, я просто был им и вижу теперь прошлое как бы со стороны. Полубог разочаровался в себе и ушел в бесконечное перерождение, но я умирать не собираюсь. Самое интересное, что, став смертным, я так получил способ избежать пресловутого угасания полубогов. Ведь я сменил тело и обретал силу другими способами, не божественными, — так и получил Дар Легион и Пустоту. Первое — по наследству, второе — благодаря труду и удаче. И тут всё встаёт на свои места. Раз Океан Душ — это, по сути, Расширение полубога Астрала, а я принял его суть, значит, я здесь не гость. Я — администратор. Я начинаю видеть скрытые механизмы этого мира, его «исходный код». А то, что ты понимаешь, ты можешь и подчинить.

Но хватит рефлексии. Я сворачиваю к знакомому склепу.

Внутри забинтованная с ног до головы Демонесса поднимает на меня тяжелый взгляд:

— Молодой Филинов?

— Привет, бабушка, — улыбаюсь я Черной. — Знаешь, я здесь в последний раз. Хотел предложить тебе покинуть это болото и пойти на перерождение. Хочешь?

— Нет, — её забинтованная голова качается из стороны в сторону. — Это не по мне. Я буду искать его.

— Дедушку? — уточняю я. Она молча кивает.

— Кстати, о нем…

Я извлекаю спрессованный ментальный слепок — душу Михаила, которую захватил перед уходом, — и бережно передаю в её когтистые руки.

Она всматривается в суть подарка своим магическим зрением и замирает.

— Мой любимый Миша… Ты вернулся! — в её голосе звучит безумная нежность.

Она начинает баюкать кричащий, корчащийся образ старика, не обращая внимания ни на что вокруг. Черная ушла в свои грезы. Последние Филиновы воссоединились. А я покидаю склеп и иду дальше. Перед встречей с Горой меня ждет еще одно важное дело.

Банк Памяти — великая вещь. Я пропустил через себя воспоминания сотен дроу, гомункулов и прочих иномирян, которых пускал «на запчасти» для Легиона. И вот, сопоставив разрозненные фрагменты, я нашел то, на что даже не думал наткнуться.

Промежуточная цель — замок Демона по прозвищу Коллекционер.

Мой Легион берет цитадель штурмом, сметая охрану, и я ступаю в главную галерею. Здесь, среди стеллажей, стоят «статуэтки» — матрицы разумных, закованные в вечный стазис. Коллекционер замораживал их сразу после поимки, не давая Астралу исказить их суть. Жертвы чисты и не стали Демонами.

Я бережно беру в руки одну матрицу: маленькая светловолосая девочка с острыми ушками.

Решаю, что могу позволить себе потратить немного магсинтеза ради улыбки своей жены-альвы. Вливаю энергию, пробуждая душу, и отправляю образ из глубин Астрала по тому самому секретному «черному ходу», который нащупал ранее. Пусть жены встречают маленькую гостью.

Остальные законсервированные матрицы — тысячи и тысячи сознаний — я без колебаний добавляю в Легион. Им лучше служить мне, чем пылиться здесь.

Дело сделано. Я отпускаю поводок Клятвы Троегласа, позволяя зову утянуть меня дальше, в самую бездну.

Огромный мрачный замок вырастает из пустоты. Это даже не архитектура — это спрессованная гравитация, монолитные стены из окаменевших душ, уходящие в бесконечность.

И вот я в чертогах Астрального бога.

Туша размером с Эльбрус вздымается передо мной. Бесформенная гора, чьи складки жира напоминают горные хребты, а единственное око сияет, как жерло вулкана.

— Ты⁈ — грохот его голоса вызывает камнепад с потолка. Кажется, Гора просто опешил от моей наглости. — Явился сам⁈ Прямо в пасть⁈ После того как разрушил все мои планы и отрезал меня от живых⁈

— Да, жирдяй, — я хищно улыбаюсь и одним ментальным импульсом раздавливаю последнего Троегласа. Свою миссию проводник выполнил. — Соскучился по братику⁈

— Я тебя изничтожу, букашка! — ревет Гора, и весь Астрал сотрясается от его ярости. Гигантская ладонь-плита начинает опускаться, заслоняя своды.

Я хмыкаю, глядя на это убожество.

А ведь когда-то эта куча мусора была легконогим Веером. Самым стройным и быстрым из пантеона, повелителем ветров и воздушных потоков. Он был неуловим, как бриз, и свободен, как сама стихия. До чего же докатился младший братец Астрала и Багрового Властелина.

— Не получится, жирдяй, — смотрю в его пылающий глаз. — Я еще не узнал секрет кофе моей хищницы, так что умирать мне рано. Но прощальный подарок я оставлю.

Гора уже почти опустил свою лапу, чтобы размазать меня в астральную пыль, но я раскрываю щиты своей матрицы, выпуская наружу чистый, концентрированный магсинтез. Ослепительный свет, невозможный в ментальном мире, заливает всё вокруг.

— Ты притащил ЭТО⁈ — в голосе Горы впервые звучит первобытный ужас. Он пытается отдернуть руку, но поздно.

— Я сделаю тебе одолжение и упокою тебя, Веер. Спи спокойно.

Никакого сложного преобразования. Никаких плетений.

Просто детонация.

Магический взрыв чудовищной силы разрывает измерение. Цитадель, туша бога, ближайший Астрал вокруг — всё исчезает в белой вспышке очищающего огня. Всё сгорает дотла.

Но не я.

У меня еще есть дела дома.

Мазаки, свершилось!