Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе

ГЛАВА 108

Ветры уныло завывали, пронизывая серую равнину, и мелкий дождь падал с небес, покрывая землю вуалью влаги.

Я плотнее запахнула теплый шерстяной плащ, нахлобучив капюшон с меховой оторочкой, и осадила свою лошадь.

Почти неделя пути – дорога выдалась не такой уж и лёгкой.

Но за прошедшие полгода я многому научилась и почти каждый день тренировалась верховой езде.

Если раньше путешествие было бы для меня адом, то сейчас я уверенно держалась в седле.

Не так, как Данте, который на Погибели ехал во главе процессии, но все-таки я теперь с гордостью могла сказать, что достойна.

Мне сообщили, что в приграничным с Лиманом землях почти всегда такая погода – мрачно, холодно, серо, уныло и промозгло. А в сезон дождей дороги и вовсе размывает.

Наш небольшой отряд, состоящий из личной императорской охраны, самых элитных воинов Дикой Охоты, никак нельзя было назвать правительственным кортежем.

А мы с мужем и вовсе не были похожи на правящую чету. Скорее, на наемников.

Что ж, для этой миссии роскошные платья, в которых я блистала на балах, вызывая восторг своих подданных, явно не подходили. Намного больше – высокие сапоги, удобные черные штаны и куртка, которые были на мне под плащом.

Из небольшой дорожной сумки, перекинутой у меня через плечо, показалась острая крысиная мордочка.

– Ну и погодка! – крыс громко чихнул. – Вот скажи мне, обязательно нам было тащиться на этот край света, а?

– Ты же знаешь, что обязательно.

– Послушала бы лучше мужа и дома осталась, – пробурчал мой фамильяр.

– Ой, не начинай…

С каким же трудом мне стоило уговорить Данте, чтобы осуществить этот план по закрытию источника в Лимане, питающего подземные воды Серинити, лучше не вспоминать…

Император был категорически против – мы несколько раз ссорились, потом мирились, но Данте все равно оставался непреклонен.

– Ты хочешь, чтобы я подверг тебя такому риску и пустил на территорию чумных? – на повышенных тонах выговаривал муж. – Ты спятила, Ева!

А я в ответ говорила, что у нас нет иного пути. Проблема заражения нашей воды чумой уже приобретала катастрофические размеры. Я, конечно, очищала воду, как могла, но уже не справлялась.

Но было и еще кое-что важное.

Стена протяженностью больше трех километров, которую на границе с Сиринити велел построить Данте, была уже почти возведена.

Надо отдать ему должное – Эдриан постарался на славу. Благодаря его четкому и грамотному командованию удалось справиться раньше, чем ожидалось.

Маги-щитовики ждали распоряжения замкнуть колдовскую защиту, которую они вплетали в Стену по мере ее строительства. Тогда мы будем защищены от опасной территории.

Но перед этим нужно было закрыть источник зараженных вод в Лимане.

И Данте это понимал.

Но все равно продолжал стоять на своем – чтобы мне, его обожаемой жене, которую он холит и лелеет, отправиться на проклятую территорию чумных, с которой не вернулся ни один отряд, и на которой неизвестно, что вообще происходит, чтоб закрыть своей водной силой источник?

В здравом уме он ни за что на это не пойдет!

Мне удалось уговорить его только после того, как на востоке Серинити, в дальней глухой деревушке объявился отравленный колодец, о котором нам сообщили поздно.

Местные жители выпили эту воду и заразились – вспыхнул очаг эпидемии.

Данте с Дикой Охотой, разумеется, остановил болезнь, но ценой этого стали жизни тех бедных сельских жителей, которые стали мареновыми и подлежали истреблению.

А сколько еще колодцев и родников отравят зачумленные подземные воды?

Сколько людей еще погибнет?!

Тогда я пришла к нему и сказала, что я поеду в Лиман, чтобы закрыть источник, сделаю это любой ценой, и он не сможет меня остановить.

И только тогда Данте скрипя сердце согласился.

Я покосилась на своего красивого и статного мужа – который ехал на Погибели во главе отряда, и прижала руку к низу живота.

Если бы он только знал, то никогда бы не пустил меня в Лиман!

Я скажу ему после.

Обязательно скажу после.

Но сейчас он не должен знать. Иначе нельзя.

От вездесущего Фобоса, который выглядывал из сумки, не укрылся мой жест.

Крыс поразмышлял минутки две-три, а потом ахнул.

– Ты что…

– Тише!

– Только не говори мне, что ты…

Я шикнула на фамильяра и попыталась закрыть сумку, но крыс не дал.

– Ты с ума сошла? – разволновался мой темный дух войны и власти. – Данте знает?

– Я скажу ему, когда сделаем дело.

– Я пойду ему сам скажу! Психованная! Ты хоть соображаешь, какой опасности подвергаешь драгоценного насл…

– Ты не скажешь! – повысила голос я. – Если я не закрою источник, то чума рано или поздно придет в Серинити. Ты же знаешь, что она распространяется со скоростью звука. И никакая стена от нее не спасет – потому что подземные воды проникают на нашу территорию под ней. Мы быстренько съездим в Лиман, я осушу источник, маги закроют щит на стене и граница будет на замке. Это вопрос решенный.

От возмущения крыс аж дар речи потерял.

Потом одарил меня злобным взглядом рубиновых глаз и юркнул в сумку, так ничего и не сказав.

Но я знала, что права.

Мы ехали еще около получаса, когда впереди показалась Стена.

Она выплыла из тумана, построенная из тяжелых серых гранитных блоков, высокая, основательная, увенчанная сторожевыми башнями, и уходящая в обе стороны горизонта, насколько хватало взгляда.

Я знала, что ее наполовину строили с помощью магии, в строительстве так же помогал каменный дух. И все-таки невольно поразилась ее основательности и монолитности.

Данте подъехал ко мне, и теперь мы скакали наравне. До главной башни этой стены-крепости оставалось всего ничего.

– Если не Эдриан, мы бы не построили ее в такой короткий срок, – проговорил Данте.

– Я все равно ему не доверяю.

– Я тоже, – усмехнулся муж. – И все-таки мой брат не безнадежен. Я это знаю.

– А я бы так не обольщалась на его счет!

Внутри главной крепостной башни мы, наконец, смогли отогреться от промозглого холода и отдохнуть. Условия здесь нельзя было назвать роскошными, но в то же время в большой квадратной зале с камином, деревянным полом и столом было по-своему уютно.

Было ощущение безопасности. А потом в зал пришел генерал Стены, и я чуть было не ахнула во весь голос.

Эдриан поменялся так сильно, как будто прошли годы.

Из наглого, самоуверенного щеголя он превратился в сурового война. Даже его платиновые волосы, которые раньше всегда были рассыпаны по его плечам, сейчас были собраны в низкий хвост.

Вместо его обычных излюбленных ярко-алых мундиров, на этот раз Эдриан был одет в скоромный темно-бордовый камзол.

Казалось, сами глаза Эдриана утратили свой ярко-сапфировый цвет, стали более темными, глубокими, но мрачными.

Но, главное, исчезло то нахальное выражение лица, с которым когда-то Эдриан подкатывал ко мне.

Сейчас он был серьезен и собран.

Бросив на меня быстрый взгляд, Эдриан тут же отвернулся. Коротко и официально приветствовав меня и Данте, он стал докладывать обстановку – четко и по существу.

Рассказал о строительстве стены и ресурсах, которые были на это потрачены, о маге, который ждет приказа замкнуть щитовой контур, о дозоре своей Светлой Дружины на стене.

– Что касается обстановки за стеной, то в последнее время чумных, которые стали забредать к стерне стало больше. Около восточной башни было замечено небольшое стадо из двадцати чумных – все они были ликвидированы стражами стены.

– Каким образом? – спросила я.

– Прямо со стены. Из арбалетов, Ваше Императорское Величество, – ответил Эдриан, избегая смотреть на меня. – Для вашего плана все готово. На карте отмечено место, откуда берет начало исток реки Артеи. Это здесь, в пятнадцати километрах на юго-восток. Единственное, что мне не нравится, это туман – на Лимане уже неделю стоит туман. Я бы повременил с вылазкой, но магический щит требует закрытия – с каждым днем он становится слабее.

– Спасибо за подробный доклад, генерал Сальваторе, – кивнул Данте.

– Еще кое-что, Ваше Величество… – сказал Эдриан. – Много народа брешь, оставленная в стене, не пропустит, но… Могу ли я отправиться с вами?

– Это исключено! – тут же воскликнула я.

Эдриан был не из тех людей, с которыми бы хотелось оказаться плечом к плечу в таком опасном походе на вражескую зачумленную территорию.

Каково же было мое изумление, когда Данте ему разрешил!

А когда мы оказались наедине, и я сказала ему об этом, то муж сказал:

– Как бы я не относился к своему брату, я знаю, что он один стоит целого батальона.

– И ты доверяешь ему?!

– Главное, что ты доверяешь мне, – скупо проговорил Данте. – Я буду держать ситуацию под контролем, Ева.

На следующее утро мы стояли перед огромными воротами крепостной башни, которые должны были выпустить нас в Лиман.

Слыша, как с тяжелым лязгом крутятся огромные цепи, поднимающие многотонную дверь, я мысленно помолилась богу, хоть теперь и должна была, наверное, молиться духам.

Выдвинулись на лошадях отрядом в десять человек, включая меня – больше прореха просто не пропустила.

Над Лиманом стоял туман...