Жена светлейшего князя

Глава 61

— Идут! Они идут!

Солнце едва-едва перевалило за середину своего ежедневного пути, как взъерошенный мальчишка-слуга ворвался в лазарет, неся нам с Александрин тревожную весть. И хотя она была ожидаемой, у меня не хватило выдержки продолжить заниматься прежними делами. Извинившись перед целительницей, я покинула лазарет и поспешила подняться на верхушку ближайшей из башен.

Мне надо было видеть своими глазами.

Длинная тёмная лента перед дальними горами поначалу не казалась чем-то опасным. Но она ширилась, приближалась, и вскоре стало возможно разглядеть, что на самом деле это многотысячное королевское войско. Реяли знамёна и штандарты, сталь кольчуг и шлемов пускала яркие солнечные зайчики.

— Как много, — пробормотала я, защитным жестом обнимая себя за талию. — Но штурмовать они будут не сейчас. Можно спуститься и ещё поработать.

Однако прошло ещё некоторое время, прежде чем чувство долга перебороло недобрую гипнотизирующую силу зрелища. Я отлепилась от парапета и заторопилась вниз.

«Их так много — неужели дядя настолько боится княжества? Или…»

Я запнулась и чудом не упала на ступеньках.

«…или он решил попросту стереть с лица земли чересчур инаковый народ? Чтобы память о нём осталась только на страницах летописей?»

Не было ни рёва труб, ни иных сигналов начала штурма. Просто в уши ввинтился противный свист, окончившийся громким «Ба-бах!». Бросив всё, мы с Александрин выскочили из лазарета, и уже на наших глазах следующий каменный шар разлетелся в пыль над замковой стеной.

— Искусство Хранительниц! — перекрикивая шум, повернулась ко мне целительница. — Ваша светлость, ступайте…

Её прервал новый грохот, от которого мы обе закрыли уши ладонями.

— Поняла! — крикнула я Александрин и, подобрав юбки, побежала к донжону вместе с другими перепуганными женщинами.

— Спокойнее, спокойнее! — громогласно увещевал всех стоявший в дверях сенешаль. — Не суетитесь, замку пока ничего грозит. Спускайтесь аккуратно!

Я встретилась с ним взглядом, и Амальрик ободряюще улыбнулся в ответ. Однако перекинуться хотя бы парой слов возможности не было, так что я вместе со всеми нырнула под защиту толстых каменных стен.

Здесь было гораздо тише и потому казалось безопаснее. Мною овладело искушение подняться в свои покои и хотя бы одним глазком взглянуть на битву. Я даже сделала несколько шагов в сторону вёдшей наверх лестницы, но меня остановил звонкий оклик Лидии:

— Госпожа! Сюда, госпожа!

Я бросила огорчённый взгляд на лестницу и развернулась, вынужденная всё-таки сдержать данное Геллерту слово.

Звуки творившегося на поверхности не долетали в катакомбы даже эхом. Однако собравшиеся в обширной пещере люди всё равно опасливо приглушали голоса и с тревогой посматривали то на выходы в коридоры, то на потолок, под которым ровно горели волшебные светильники.

Я сидела на застеленном ковром сундуке, держа в руках заботливо прихваченные камеристкой «Легенды». Но хотя здесь можно было читать, почти не напрягая зрения, книга оставалась закрытой. Рукоделие, лежавшее в корзинке у моих ног, я тоже не трогала, пускай и понимала, что разумнее сейчас было бы отвлечься. Однако всё, что у меня получалось, это перебирать в памяти сказанные утром слова Первой Девы о том, что никакому обычному оружию не пробить щит замка. А ещё гадать, на какой выход для горского народа она намекнула в самом конце разговора, и безуспешно стараться расслабить слух, чтобы не ловить несуществующее эхо боя.

Сколько времени прошло с его начала? Мне казалось, уже наступила ночь, но никто не спускался к нам, чтобы объявить: атака отбита.

«Что же там происходит? Что с Геллертом? В порядке ли он? Удерживаем ли мы стены?»

Вопросы без ответов вертелись у меня в голове каменными жерновами, перетирая остатки хладнокровия и рассудочности.

И наконец я не выдержала. Поднялась с сундука и на вопросительное лепетание Лидии ответила не допускающим споров тоном:

— Всё в порядке, я скоро вернусь. Жди здесь.

Отдала растерянной камеристке книгу и решительным шагом устремилась из катакомб наверх.

В обширном холле звуки сражения были слышны как будто чётче, чем раньше. Опасливо озираясь — не хватало ещё, чтобы меня заметили и доложили Геллерту, — я с громко колотящимся сердцем взлетела на этаж, где располагались княжеские покои. Проскользнула в свои комнаты — здесь стало ещё шумнее — и бросилась к окну сиреневой гостиной, откуда открывался лучший вид на замковый двор и поле по ту сторону ворот. Но не успела сделать и нескольких шагов, как башня содрогнулась от сильного взрыва. Жалобно зазвенели стёкла, дрогнули камни под ногами, и я с ойканьем присела на пол, закрывая руками голову. Однако от своего намерения не отступилась и, немного выждав, всё-таки подкралась к окну сбоку и осторожно выглянула наружу.

Зрелище было страшным и захватывающим одновременно. Чёрные тучи стрел в одну и другую сторону, прикрывающиеся щитами люди, бегущие к замку, высокие осадные лестницы, закопчённые чаны с горячей смолой, льющиеся со стен. Крики, звон, хриплые голоса рожков. Чёрные столбы дыма, откуда-то с пустоши поднимающиеся в рыже-алое закатное небо.

— Что бы это могло быть? — пробормотала я, и тут раздался новый взрыв. Настолько мощный, что я не удержалась на ногах, а оконное стекло брызнуло во все стороны острыми осколками. Один из них больно чиркнул мне по щеке, намекая, что пора бы возвращаться в безопасное место. Ворвавшийся в комнату ветер принёс запахи крови и гари, от которых неприятно запершило в горле. Однако, поднявшись, я с упрямством, достойным лучшего применения, снова выглянула из окна.

Стрелы теперь летели только со стен замка. А на стороне противника протяжно сигналили трубы, и волна нападавших откатывалась назад, оставляя за собой сломанные клинки и расколотые щиты на тёмной от пролитой крови траве.

«Неужели закончилось?» — не могла поверить я. Однако так оно и было: король понял, что взять замок с первого штурма не получится.

А значит, начиналась осада.