Год победы

Глава 28

Все же, как ни старайся, но лайнер в нормальный боевой авианосец не превратишь, как и любой сухогруз или танкер. Не та у него живучесть, гражданское судостроение не закладывает параметры необходимой прочности, которая нужна каждому боевому кораблю, участие в сражениях для него является непременным условием, иначе, зачем его вообще строить. Генерал-адмирал Маршалл мрачно смотрел на полыхающий «Шанхорст» и сильно накренившийся «Рихтгофен». В эту минуту командующий силами крисмарине на Тихом океане осознал, что его ставка на авианосцы оказалась битой, как выложенная на стол козырная «десятка» джокером.

— Англичане успели нанести по нам удар раньше, чем мы по ним. Надеюсь, что мы отразим налет второй волны….

Только и произнес старый моряк, переживая случившееся. Итальянский лайнер «Рома» был основательно перестроен при германской помощи, все авиационное оборудование на нем было сделано на германских заводах, и являлось аналогичным тем системам, что были установлены на «Графе Цепеллине». Погреба и цистерны с авиабензином итальянцы прикрыли листами брони в восемьдесят миллиметров, установленные противоторпедные были залили бетоном — стенки стали в шестьсот миллиметров толщиной, к тому же это позволило отказаться от балласта, корабль получил должную остойчивость. Одновременно помпезное имя «Аквила» было заменено на «Барона Рихтгофена», в честь самого известного аса прошлой мировой войны, одержавшего больше всех воздушных побед.

Японцы перестроили «Шарнхорст» гораздо хуже, офицеры и специалисты кригсмарине выявили целый ворох недоделок, проклиная узкоглазых союзников на всех немецких диалектах. Но пришлось забирать, других все равно нет, и не будет, строительство подобных кораблей не ведется, только идет достройка «Петера Штрассера», да итальянцы доделывают еще один свой лайнер, примерно такой же будет авианосец как «красный барон», только скорость поменьше на четыре узла.

Бывшее судно снабжения погибшего «Адмирала графа Шпее» отличалось в выгодную сторону среди всех авианосцев. Оно изначально строилось для войны, на «Альтмарке» заранее были поставлены защищенные погреба, предусматривалось установление многочисленной зенитной артиллерии и трех 15 см пушек, да и работы над корпусом велись по нормам военного флота. Так что японцы корабль не «обезобразили» своей перестройкой, получился крепкий авианосец, способный обеспечить действия трех полнокомплектных эскадрилий долгое время, так как имелись дополнительные запасы авиабензина и боеприпасов, а по дальности плавания на своих четырех дизелях превосходил многие американские и японские корабли, которые изначально строились для войны в океане. Единственный недостаток крайне серьезный — максимальных ход составлял чуть больше двадцати узлов, самый тихоходный корабль из группы авианосцев.

В стороне шла японская «Чийода» — перестроенный из гидроавиатранспорта легкий авианосец. Не будь союзника, дело было бы плохо — сильные повреждения «барона», а в корабль попали две торпеды, и небольшой крен, уже спрямленный, не позволяли «барону» принимать и выпускать самолеты. А вот с «Шарнхорстом» совсем плохо, корабль горел, дымный след тянулся на милю, и нужно было именно сейчас принимать тягостное решение, судя по сообщениям, там все конкретно плохо.

— Передайте мой приказ, — Маршалл тяжело вздохнул, перед тем как произнести слова. — «Рихтгофену» с сопровождением из эсминцев конвоя, следовать в Сингапур, надеюсь, корабль пройдет Малаккским проливом. С «Шарнхорста» снять команду, он потерял ход и является для нас обузой. Несчастливое имя — все носящие его корабли гибнут при самых трагических обстоятельствах. Думаю, не стоит повторять ошибок…

Генерал-адмирал осекся — он не собирался критиковать решения фюрера. Но что поделать, когда сам рок преследует корабли названные именем прославленного прусского военного министра. Особенно тогда, когда печальный опыт бесконечно повторяется раз за разом — два переданных итальянцами тяжелых крейсера, в очередной раз «выкупленные» рейхом, получили как раз имена «Шарнхорста» и «Гнейзенау». Морские традиции вещь незыблемая, но все же не стоит так играть с судьбой, это как для англичан корабль «Титаником» назвать.

Не стоит бросать вызов высшим силам таким упрямством, к чему излишние неприятности там, где их можно избежать!

— Приказ «Альтмарку» и «Чийоде» — поднять в воздух все самолеты! Торпедоносцам и пикировщикам атаковать британские авианосцы, прикрытие истребителями на союзников, наши самолеты встречают англичан. После отражения налета приготовиться принять на палубы наши самолеты, что должны скоро отбомбиться по британским авианосцам.

Маршалл никогда в жизни не сталкивался с авианосцами в бою, он считался одним из знатоков именно линейного сражения, которое сейчас было неминуемо — англичане буквально лезли вперед, демонстрируя желание обменяться полновесными залпами. Вот только «Худ» полностью равен его флагманскому «Бисмарку» — оба однотипные линейные корабли французской постройки, с двумя носовыми четырех орудийными башнями, с ходом в тридцать узлов, со стволами в пятнадцать дюймов. Второму британскому кораблю с десятью 356 мм пушками будут противостоять два линейных крейсера, также французской постройки, но с восемью 330 мм пушками на каждом — в перерасчете почти полуторный перевес в общем залпе. К тому же на одно вражеское «графство» есть пара тяжелых крейсеров, куда более хорошо защищенных, к тому же к ним поспешает броненосец «Лютцов» — своими шестью 283 мм стволами он может расстрелять недобитые вражеские авианосцы. Есть при эскадре и два тяжелых крейсера, тоже бывших французских — так что перевес в силах весьма существенный, двойной по общему числу вымпелов, и тридцать крупнокалиберных стволов против восемнадцати, если принять во внимание пушки «карманного линкора».

И это не все — всю прошлую войну отвоевавший на подводных лодках, Маршалл заранее озаботился отправить к Яве все имеющиеся в боеготовом состоянии «U-bots». К успехам японских подводников генерал-адмирал относился скептически, как и к англичанам с американцами — здесь немцы всегда были высокомерны и удивительно самонадеянны… Японский суперлинкор «Мусаси» под ударами американской палубной авиации — для его потопления потребовалось провести шесть налетов, в каждом из которых участвовало по нескольку десятков пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев, всадить десять авиаторпед и попасть шестнадцатью бомбами весом в пятьсот и тысячу фунтов…