Глава 16
— Всё же первым делом осмотрим правую часть дома, — я решила проверить, насколько плачевно его состояние, потому что купание в тазу уже мало помогало смыть пыль, которая оседала на коже и волосах.
Если я не ошибаюсь, третья дверь была в ванную комнату, где стояла ванна на изогнутых ножках и были секции с душевыми комнатами, где можно искупаться из деревянной бочки.
Осталось ли всё это там…
— Ох, боязно, мисс Эльнара, — девушка потянула одеяло на себя и покосилась в сторону проёма, где за лестницей виднелся тёмный проход.
— А чего боязно? Мы с тобой здесь одни. А после четвёртого дня обтираний я вся уже чешусь. Зачем я купила душистый мыльный раствор? Поставить на полку? — попробовала переубедить Дарию.
Я надела рубашку и присела на диван.
— Как скажете, мисс Эльнара. Только можно, я буду идти за вами?
— Можно, — ответила со смешком.
Можно подумать, что хоть раз моя горничная ступала впереди меня. А нет, было… Когда устала идти пешком и остановила телегу, проезжающую мимо.
— Ох, как же неспокойно с вами, госпожа, — пробурчала девушка и повернулась на бок.
— Судьбу не заказывают, — я набросила халат и подошла к своему любимому месту в гостиной.
Присела за стол и раскрыла рукописи матери. После раздела о простудных болезнях шёл раздел о болезнях суставов.
От ноющих болей в коленях и локтях.
Хмм… Занятно.
От ноющих болей в ступнях.
Столько сборов! Просто глаза разбегаются.
От вздутия коленных и локтевых суставов.
На каждый вид болезни мать составила несколько видов сборов. Поразительная работоспособность!
Некоторые я несколько раз прочитала, чтобы запомнить состав трав и их частей. Дракар Селиос отличался от дракара, где стоит замок баронов Гепарди. В дракаре Рейн климат был мягкий, с теплым и немного влажным воздухом.
Здесь же было холодно, а зима всегда отличалась продолжительными морозами. Поэтому понятны такие обширные разделы, посвященные простудным болезням.
Я пролистала несколько страниц назад и снова прочитала несколько строк, которые меня заинтересовали.
Чёрный зверь.
Эльнара!
Запись была короткой и словно вклинена между уже стоявших рецептурных записей. Под каждым было оставлено место, чтобы можно было внести пометки или рекомендации. Запись о растении с загадочным названием была явно внесена на месте заметок под рецептами.
И самое непонятное на тот момент, когда мать поставила под названием растения моё имя, когда я была совсем ребенком.
Зачем?
Я полистала все книги, которые принесла из кабинета матери, но ничего не нашла, даже отдаленно похожего на чёрного зверя. Ошибка? Но тогда зачем мать закончила запись моим именем и поставила восклицательный знак?
Я отодвинула рукописи и книги в сторону. В голове кружила одна и та же неясная мысль.
Подошла к окну и сквозь щели в досках рассматривала Юданию. Полный диск налился холодным светом и, казалось, упадет серебристым дождем на земли Селиоса. И почему мой взгляд по вечерам прикован к небу?
Интересно, а сегодня дракон тоже облетает свои владения? И почему только ночью?
Я даже выскользнула на улицу, прихватив теплую шаль, чтобы посмотреть на небо. Тщетно. Сегодняшней ночью дракон не кружил над Сэллом.
В дракаре Рейн Верховным был тоже назначен дракон. Я часто застывала на террасе дома, любуясь, как мощное крыло в считанные секунды перемещало дракона по небосводу. Очень редко в дракарах на пост Верховного назначали человека. Лишь за очень большие заслуги представитель людской расы мог занять пост Верховного. А по большому счету, это были только драконы.
О Верховном драконе Селиоса я мало что знала. Назначен сравнительно недавно и молод по меркам драконов.
Кроме ночного светила и россыпи звезд я ничего не увидела. Завернувшись в теплую шаль, вернулась в дом, все же бросив напоследок взгляд на тёмный небосвод.
День в усадьбе начинался с привычных дел: прогулка до колодца и умывание в тазу, розжиг очага, который едва держался. Радовала и грела мысль, что это, возможно, последний раз, когда я готовлю на нём завтрак. Яичницу, как и вчера, съели быстро и с аппетитом. Чашкой сладкого чая запили сытный завтрак.
Как только с завтраком было покончено, я, чиркнув хамматом, зажгла лампу.
— Может, не стоит, мисс Эльнара? — остановила меня на полпути Дария.
— Я в своем доме, Дария, — я осторожно приблизилась к проему. — И страшнее будет, если мы подцепим болезни кожи.
Тусклый свет лампы осветил двустворчатую дверь. Я осторожно опустила ручку и толкнула створку.
Взору открылся длинный коридор, в котором, как и в другой части дома, было несколько комнат, двери которых сейчас были открыты.
Я сделала несколько шагов и остановилась у приоткрытых дверей. В комнате стояло несколько кроватей и шкаф. Это была комната прислуги, которая работала постоянно у баронов Адосских. Мебель была простой, и на неё не позарились.
Замечательно. Проверим, выдержала ли она время и погодные условия. Окна тоже были забиты досками снаружи, но, в отличие от других комнат дома, большое окно в комнате было целым.
Неужели хоть в каких-то комнатах окна оказались целыми? Сюда можно будет переместиться вместе с Дарией, потому что в комнате прислуги, в отличие от гостиной, было теплее.
За следующими дверьми была ванная комната. Мраморный пол покрыл слой пыли и грязи так, что не было даже намека на бежевый пол в черной крошке. На стенах тоже налипла многолетняя грязь, но, к моему облегчению, посредине комнаты стояла ванна, а на стене, к радости, висело зеркало.
— Нам повезло, Дария, — прокомментировала, проводя указательным пальцем по зеркалу.
Я подошла ближе и удрученно посмотрела на свое отражение. В зеркале на меня взглянула серьезная женщина с волосами, закрученными в пучок на затылке.
— Не я, — встрепенулось сознание. — Волосы мои и черты лица тоже… А вот взгляд… За эти несколько дней я словно вмиг повзрослела.
— Согласна с вами, госпожа. Удача, что ванная комната осталась нетронутой. Только вымоем её, — вырвала меня из моих мыслей горничная.
— Этим и займемся, а сбор трав перенесем на вторую половину дня, — прокомментировала задумчиво.