Хозяйка времени

Глава 10. Богачи

— Госпожа, я не буду его бить, не волнуйтесь! — воскликнул торговец, опуская руку. — Прошу, пройдите к прилавку, и мы с вами все обсудим.

— Хорошо, — кивнула Вера, подозрительно оглядывая злого торговца.

Тот же обернулся к мальчику, едва Вера отошла, и тихо процедил:

— Убирайся прочь из моего дома, поганец! Чтобы я больше не видел тебя на своем пороге.

— Но дядя, куда же мне идти? — промямлил мальчик. — Наше имение и дом заперты печатью князя Драгана. Мне некуда идти.

— Мне все равно! Ты и так довольно у меня нахлебничал! Почти полгода! Убирайся прочь! А не то… — Он опять замахнулся на племянника, сверкая злыми глазами.

Испугавшись, Боян выбежал на улицу. Наверное, минуту или две стоял растерянно у входа, не зная, что ему делать. Он немного отошел и сел на деревянную лавочку, тоскливо смотря на окна лавки.

Впечатленная жуткой вопиющей несправедливостью, которая только что произошла на ее глазах, Вера решила немедленно уйти. Не собиралась она иметь дело с этим мерзким человеком, смевшим бить детей и обращаться с ними как с какой-то вредной крысой.

Она опустила вуаль на своей шляпке и торопливо направилась к дверям.

— Куда же вы, госпожа? — воскликнул озабоченно торговец. — Разве вы передумали продавать кольцо?

Медленно обернувшись, Вера еле сдержалась, чтобы не сказать этому злому человеку пару «ласковых» слов. Как он мог так безобразно обращаться с мальчиком, со своим родным племянником, хоть и троюродным. Словно с собакой! Нет, собаки тоже не заслуживали такого жуткого обращения.

— Увы! Ваша цена меня не устраивает, сударь, — холодно ответила Вера, все еще собираясь покинуть заведение торговца. — Я найду другую золотую лавку, где продать свою драгоценность.

Не собираясь далее оставаться здесь, она уже взялась за ручку двери, как тут же к ней подскочил торговец и заверещал:

— Госпожа, погодите! Давайте все снова обсудим. Сколько вы хотите?

— Девятьсот рублей.

— Но это очень дорого! Вы разорите меня!

Видя, как алчно горят его глазки, Вера поняла, что драгоценная вещица стоит не девятьсот рублей, а гораздо дороже. Иначе стал бы он так упрашивать? Конечно же, он хотел сорвать большой куш при продаже ее кольца.

— Так и быть. Я два вам восемьсот пятьдесят! Сударыня, это очень хорошая цена. Никто в нашем городке не предложит вам больше!

Вере очень хотелось послать этого мерзкого типа куда подальше и уйти. Но она понимала, что ей нужны деньги. И очень. Они и так уже два дня жили с Мирой словно побирушки, без угля и нормальной еды. Дом был грязным и пустынным, а дверь и ворота не закрывались. Искать же другую лавку в городе было слишком долго. Потому, поморщившись, она холодно заявила:

— Хорошо, восемьсот пятьдесят. Я согласна. Только деньги дадите мне немедленно!

— Да-да, госпожа. Пойдемте сюда! Составим с вами расписку, что я взял кольцо, а вы получили от меня деньги!

Мрачная, но удовлетворенная Вера вышла из лавки торговца драгоценностей спустя десять минут.

В ее сумочке лежали хрустящие восемьсот пятьдесят рублей. Вера ощущала себя какой-то миллионершей. Теперь она могла купить не только вдоволь продуктов, мыла и угля, но и новые платья себе и Ладомире. А еще пригласить доктора и даже привести в порядок пустынный захудалый особняк Волковых!

Все же она добилась своего! Она вдруг подумала о том, что только благодаря тому горбуну, подсказавшему им, что ее серебряное колечко дорогое, все так случилось! Надо было обязательно сказать ему спасибо за это.

Если сегодня она его увидит, то непременно предложит пообедать у них в доме! Да, именно так надо расплатиться с горбуном за его дельный и нужный совет.

Впервые за те три дня, что Вера находилась в этом княжестве, она ощущала некоторое облегчение.

С этого момента все будет хорошо!

Она даже не сомневалась в этом! Главное, она раздобыла денег, и теперь надо было рационально и верно ими распорядиться. А еще про запас у нее остались серебряные сережки и серебряная цепочка с кулоном в виде рыбки на шее.

Спустившись с крыльца лавки, Вера оправила вуаль на своей шляпке и натянула перчатки.

В этот момент она услышала визгливый голос торговца, который выбежал вслед за ней из лавки.

— Убирайся от моей лавки, поганец! — закричал он на бедного Бояна.

Мальчик так и сидел на скамеечке и испугано вскочил на ноги, когда разъяренный дядя накинулся на него с кулаками.

— Но мне некуда идти, дядя! — прохныкал в ответ мальчик. Он не хотел уходить от дома торговца. — Прошу, простите меня, я больше не буду ничего никому говорить!

— Убирайся прочь, неблагодарный! Я и так рисковал своим положением из-за тебя, твой отец — преступник! А ты не оценил этого! Убирайся, или я сейчас позову дежурный отряд стрельцов! Чтобы забрали тебя в холодную, как попрошайку!

— Не надобно стрельцов, дядя, — испуганно забормотал мальчик.

Вера немедленно приблизилась к ним.

— Сударь, вы с в своем уме?! Какие стрельцы, это же ваш племянник!

— Госпожа, будьте любезны, ступайте по своим делам! — как-то грубо ответил ей торговец. — А в наши не вмешивайтесь.

— И пойду! Только вы успокойтесь уже! И ступайте в лавку! Хватит бесчинствовать! Ребенка пугаете стрельцами, как вам не совестно?! — Она обернулась к мальчику и сказала: — Боян, пойдем со мной.

Она обняла мальчика за плечи и быстро повела с собой, боясь того, что этот неадекватный торговец и впрямь вызовет стрельцов.

— Зря вы его привечаете, госпожа! — вдогонку ей выкрикнул торговец. — Из-за него у вас могут быть неприятности с властями!

Вера пропустила мимо ушей его слова, решив, что этот неприятный лавочник явно преувеличивает. Какие-то глупости! Как может несчастный сирота ей навредить?

Мальчик шел рядом с Верой и всхлипывал, утирая грязным кулачком слезы.

— Ну, довольно, Боян, не плачь. Ты же мальчик.

— Почему дядя не боится нарушать клятву, которую дал моему батюшке, ведь он обещал позаботиться обо мне? — бормотал он непонимающе. — Это же страшно, нарушить слово, данное умершему.

— Милый, есть люди, а скорее, нелюди, не боящиеся ни людского, ни Божьего суда. Главное для них нажива и их личное благополучие. Твой дядя как раз из таких. Не переживай. Сейчас мы пойдем к нам в усадьбу, будешь жить с нами.

— Правда, сударыня? Вы возьмете меня к себе? — удивился Боян и даже остановился, словно не мог поверить, что Вера говорит искренне.

— Конечно, дом большой. Места всем хватит. Да и Ладомире будет веселее.

— Благодарю вас, госпожа Вера! Вы такая добрая! — выпалил мальчик и бросился перед Верой на колени.

Схватил подол ее платья и начал целовать его.

— Да ты что? Боян! А ну встань немедленно! — заверещала Вера в ужасе.

Она подняла мальчика с колен и крепко прижала к себе. Твердо сказала:

— Теперь ты будешь жить у нас. Денег у меня сейчас вдоволь. Найду, как еще можно будет заработать. Не пропадем.

Замерев, как побитый щенок, Боян вцепился в Веру тонкими ручками, словно боялся ее отпускать. Вдруг молодая женщина услышала, как он всхлипывает. Она начала гладить его по голове.

— Ну ты что, милый? Не плачь…

Она не знала, отчего он плакал. Он всхлипнул и тихо вымолвил:

— После смерти тятеньки и матушки никто не был так добр ко мне, сударыня. Люди очень злые.

— Добрых людей больше, Боян, поверь мне.

— Может быть, но я их не встречал.

— Твои родители давно ушли их этой жизни? — спросила Вера тихо.

— Батюшку казнили прошлой осенью, как княжеского изменника, и матушка умерла вскоре. Она сильно любила батюшку и не смогла без него жить, иссохла за месяц.

— Как печально.

— Мы жили в Ярославле около кремля, недалеко от княжеских палат. Батюшка служил при прежнем великом князе Белозаре личным лекарем. А потом, когда стал править его младший брат Драган, батюшку обвинили в измене. Когда родители умерли, нашу усадьбу и дом замкнули печатью великого князя, а меня выгнали. Потому я пошел жить к дяде.

— Ну ничего. Все будет хорошо, Боян. Ты будешь жить у нас.

— Боженька обязательно наградит вас за добро.

— Все, заканчивай плакать, и пошли. Нам еще надо успеть на рынок до обеда. Только возьмем корзины и пойдем. Купим овощей, мяса, крупы и приготовим вкусный суп. Ты какой любишь?

— Борщец и свекольник, матушка их умело готовила.

— Вот и прекрасно, значит, обязательно купим свеклы и сварим борщ с пампушками!

Когда они вошли в усадьбу и им на встречу выбежала Ладомира, Вера радостно заявила:

— Мира, мы теперь богаты!

— Как это, няня Вера? — спросила девочка, ее глаза засияли.

— Благодаря Бояну, я смогла выручить за колечко кучу денег! Даже сережки продавать не понадобилось! — в эйфории заявила Вера, проходя в дом. Дети шли с нею. — Теперь мы не только купим вдоволь еды и угля, но сможем отремонтировать замки и пригласить лекаря для твоей бабушки.

— Как чудесно, няня Вера! И когда же мы пойдем на рынок?

— Сейчас и пойдем! Пока рынок еще работает. Собирайся побыстрее, милая. Я пока найду две большие корзины, чтобы взять с собой.

— А Боян пойдет с нами?

— Конечно, — кивнула Вера. — Отныне он будет жить с нами. И знаете что, зайчата? Я обязательно куплю вам на рынке то, что вы захотите.

— Сладкое яблочко в карамели? — спросила возбужденно Мира.

— Или сладких петушков? — поинтересовался Боян.

— И то и другое куплю, — рассмеялась Вера радостно.

По рынку они ходили втроем. Довольные, счастливые, с жадными глазами. Покупали то, что душе угодно. Свежую рыбу, колбаски, овощи, вкусный окорок, масло и специи. Ароматные яблоки, орехи и засахаренные дольки апельсинов и кураги. Раствор мыльного корня для стирки, душистое мыло и дюжину свечей.

Еще Боян подсказал Вере, где найти лучшую лавку местного мельника. И Вера заказала у него несколько пудов муки, которую должны были доставить к вечеру прямо в усадьбу. Она прикупила полкило дрожжей, намереваясь сама печь хлеб.

В конце рынка они нашли торговую лавку, где продавали уголь. Вера заказала его сразу на полгода вперед, решив сложить в старый сарай, где было достаточно места. Но доставить уголь обещали только завтра, так как на сегодня все телеги были заняты.

Возвращались они с рынка спустя два часа. Тащили полные корзины снеди и радовались тому, что все так удачно сложилось. Боян помогал Вере нести самую большую корзину с овощами и крупой. Вторую, среднюю, корзину с рыбой и копченым мясом молодая женщина несла в другой руке. Мира тащила небольшую — полную фруктов.

— А что мы приготовим на обед, няня Вера? — пролепетала Ладомира, облизывала сладкий петушок на палочке, который держала в свободной руке.

— Борщ с пампушками, я же обещала Бояну. И обязательно запечем окуня с лимоном и картофелем.

— Думаю, будет очень вкусно. Я тоже хочу помогать вам готовить! — предложила девочка.

Когда они подошли к дому, Вера осмотрела прилегающую к усадьбе улицу. Все же она надеялась увидеть горбуна, который посоветовал ей продать кольцо. И хотела его отблагодарить, накормив обедом. Но именно сегодня его не было видно.

На обед Вера сварила суп, приготовила второе, а на десерт дети съели засахаренные дольки апельсина.

Решив на завтра приготовить буженину, Вера замариновала кусок свинины в специях, чесноке и моркови. После прибрала на кухне и, оставив детей дома, поспешила к лекарю, чтобы пригласить его осмотреть боярыню Бажену. Теперь они могли заплатить за его услуги.

Но едва тощий лекарь услышал, куда надо идти, как тут же отрицательно замотал головой.

— К боярину Волкову в дом не пойду! Уж извиняйте, сударыня.

— Почему же? Боярыня Бажена уже две недели не встает с кровати. Только все время спит. Вы должны ее осмотреть. Я заплачу, сколько скажете. — Она попыталась достать деньги.

Но лекарь жестом ее остановил ее

— Этот дом проклят! В прошлый раз мне там стало очень плохо. Я так раскашлялся, едва Богу душу не отдал!

Вера удивилась и тут же замолчала.

— И не смотрите на меня так, сударыня, — продолжал недовольно лекарь. — В том доме невозможно дышать. Я прямо задыхаюсь. Так что ничем не могу вам помочь. Ступайте к другому лекарю.

После его слов Вера все поняла.

Этот лекарь, похоже, был дурным человеком, раз задыхался в их доме. Ведь ни Вера, ни Боян, ни Ладомира не чихали в доме и спокойно дышали. Видимо, в особняке Волковых все же был какой-то волшебный охранный воздух, который плохо действовал на нехороших людей.

Спросив у лекаря, где она может найти другого, Вера поспешила ко второму лекарю. Но того не оказалось дома, уехал на роды в соседнюю деревню. Третий лекарь, как сказала молодой женщине кухарка второго, жил в окрестностях городка, и Вера решила все же дождаться возвращения второго. Так как кухарка не знала точно адреса третьего.

Когда Вера вернулась домой, местный плотник, в дом которого молодая женщина заскочила по дороге к лекарю, уже чинил замок на входной двери. Мужчина-мастер закончил спустя час и получил от Веры медный пятак за работу. Обещал завтра вернуться с напарником, чтобы вплотную заняться главными въездными воротами в усадьбу, чтобы те закрывались, ибо их перекосило после зимы.

Ближе к вечеру Вера затеяла стрику. Было, конечно, неудобно таскать воду в большое корыто в прачечную, но Боян помогал ей. Мира рассказала, что, когда работала водонапорная башня, стоявшая в конце усадьбы Волковых, трубы шли во все части особняка.

В тот день они перестирали пять комплектов постельного белья и покрывала в четырех спальнях. Вера вымыла там полы с мыльным корнем несколько раз, а Ладомира протирала пыль с картин и оставшейся немногочисленной мебели.

Боян тоже помогал, сначала развешивал мокрое белье на улице за домом, а потом сходил за хворостом в лес, пока светло. Далее мальчик умело затопил две печи, на кухне и ту, которая отапливали второй этаж, чтобы можно было спать в спальнях. А также растопил камин в большой гостиной, где Вера с Мирой тоже вымыли полы и большой стол. Остальные печи решили пока не трогать, а дождаться завтрашнего дня, когда привезут заказанный уголь и разнообразные свечи.

На будущее Вера решила подстраховаться с запасами съестного. Ведь деньги могли кончиться, а есть все равно что-то надо будет.

Оттого уже вечером Вера успела вскопать в саду одну из пустых грядок, небольшую. Боян помогал ей, а Мира вытаскивала сорняки из поднятой на поверхность земли. Еще утром на рынке Вера купила три вида семян: лука, зеленого салата и редиса. Именно их и решила посадить. Эти культуры быстро всходили и росли.

Все три дня, что Вера жила в Западном Боровнике, стояла очень теплая летняя погода, только по ночам температура опускалась до плюс десяти градусов. Но днем солнце очень хорошо прогревало землю, и она была теплая. Вполне пригодно для посадок. Потому Вера надеялась, что через пару недель и месяц они соберут первый урожай зелени.

В ближайшие дни молодая женщина намеревалась прикупить других семян и рассады и вскопать еще несколько грядок, которые были расположены в дальнем уголке обширного сада Волковых.

Уже поздно вечером, уставшие, но довольные, Вера с Мирой и Бояном поужинали. Молодая женщина приготовила на скорую руку гречневую кашу с грибами и салат из овощей.

А чуть позже, сытые, они втроем решили посидеть в чистой просторной гостиной с камином, который умело растопил Боян. Эта была одна из пяти комнат, которые Вера с Мирой вымыли и прибрали днем. Остальные были четыре спальни: боярыни Бажены, Миры, Веры и угловая, в которую решили поселить Бояна.

Когда совсем стемнело, Вера с детьми находились в гостиной со сводчатыми потолками у теплого камина, где велело плясал огонь на нескольких толстых хворостинах, найденных Бояном в лесу. Вера сидела в старом кресле, на ее коленях Мира. Боян примостился на стульчике рядом. Ведь больше в пустынной гостиной не было мебели, ее всю продали Мира с бабушкой еще зимой.

Но все равно они чувствовали себя уютно и радостно все вместе. Вера нашла в спальне Ладомиры книжку со сказками. И решила почитать детям. Они с удовольствием слушали ее. Вера старалась читать все правильно, но ее смущали эти твердые знаки на конце слов. Все же это был старинный русский язык. Но вроде бы все было понятно.

Однако в какой-то момент у Веры возник вопрос:

— А вы сами умете читать?

— Нет, няня Вера, — сказала Мира. — Батюшка хотел нанять мне в этом году дьяка, который бы обучал меня. Но не успел.

— Я немного знаю буквы, — ответил Боян.

— Так, понятно, — кивнула Вера. — Значит, с завтрашнего дня два часа с утра будем учиться читать, писать и считать. Договорились, мои милые?

— Мы хотим научиться, госпожа! — воскликнул мальчик.

— Вот и чудесно, — улыбнулась Вера и, увидев, что девочка опять чешет руку, спросила: — Мира, опять чешется?

— Да, няня.

— Я посмотрел руки Миры, госпожа Вера, — заметил Боян. — Это какая-то странная чесотка, нет никаких покраснений и язв на коже.

— Именно, Боян, оттого я не понимаю, как это лечить, — нахмурилась молодая женщина.

— Как будто чешется внутри, под кожей, — объяснила девочка.

— Это очень и очень странно, — произнесла задумчиво Вера. — Ладно, как только лекарь вернется в город, я приглашу его к нам. Попрошу осмотреть не только твою бабушку, но и тебя, милая.